Глава 18. Небо на плечах

– К нам едет… – тут Андрей торжественно замер, мрачно сверкнув глазами,

– Ревизор? – подсказала Милана, с сомнением перебирающая приправы.

– Нет, хуже! Семейный дундук и мой главный ненавистник – старший брат!

Милана уже знала о сложных взаимоотношениях братьев, поэтому отложила своё занятие и перебралась поближе к мужу.

– Он у нас остановится? – полюбопытствовала она.

– Ещё чего не хватало! Едет к отцу, вот пусть у него и останавливается! Или вообще катится куда подальше! – сходу завёлся эмоциональный Андрей.

– Всё, всё, что ты так взвился? Ну пообщается он с Петром Ивановичем, да и поедет себе… Хотя, если хочешь, можем его на ужин пригласить – с Женей же хорошо получилось.

– Получилось хорошо… – пробурчал Андрей, – Но Женя не Колька. Этот гад меня нeнaвидит просто! Вот с рождения нeнaвидит. Сколько себя помню, он всегда говорил, что мечтал, чтобы меня не было.

– Ээээ, жаль, что твои родители не сумели ему объяснить…

– Мил, да и родители объясняли, и няньЗина, и к психологам его возили, и к аналитикам всяким. Добились только того, что он, чтобы от него отстали, на людях стал изображать такого примерного и ответственно старшего брата, что у меня аж скулы сводило, а потом, когда мы наедине оставались, он отыгрывался. Нет, не бил – я рано научился сдачи давать, правда, с ним трудно было справиться, он мало того, что старше, так ещё коренастый и сильный, но он морально доставал! А как ликовал, когда у меня фобия проявилась! Представляешь, у него прямо праздник был!

– Что-то я уже опасаюсь твоего брата… – подумала Милана, представляя себя этакого злодея.

– Он упёртый до ужаса. Весь в себе – если ему надо было что-то новое обдумать, он как старый комп, загружал это в себя и обрабатывал, обрабатывал, обрабатывал информацию, а потом выдавал ответ. И если Колечке эта информация не подходила – не нравилась какому-то его внутреннему принципу, он её выкидывал, как негодную и не принимал ни в какую! Братья, семья, дружба, ответственность как старшего – какая ерунда. Коля братьев не хотел и всё тут!

К Андрею на руки просочился Чегевара и картинно припал к его плечу.

– Женьку он всегда подминал и им руководил – у того характер попроще, Коле его прижать было легко. А если учесть, как его раздражало то, что у меня получалось в музыке… – он безнадёжно махнул свободной от кота рукой.

Кот хмуро обернулся на Милану, явно уточняя, почему она не принимает участие в успокоении?

– Ты чего? Не видишь? Я тут один стараюсь изо всех сил, а ты?

– И я стараюсь! – подумала Милана, обнимая мужа.

А вслух спросила:

– Думаешь, он к нам не зайдёт?

– Уверен! По своей воле – точно нет, разве что, решит с тобой познакомиться.

– Слушай, так как-то невежливо! Давай твоего отца и брата на ужин пригласим. Ну не хочешь приглашать брата – понимаю, позови отца, и если он сочтёт нужным, то захватит Николая с собой.

Николай так нервничал из-за предстоящего разговора с отцом, что про Милану напрочь забыл и вспомнил только когда они проехали ворота на участок Андрея.

– Надо было хоть цветы купить невестке! Хотя… не вспомнил, ну и ладно! Вряд ли я с ними увижусь… – подумал Николай.

Он почти не обратил внимание на размеры участка, так… корябнуло только старое знакомое чувство раздражения из серии «Опять отец деньги на ЭТОГО тратит», царапнуло острым ядовитым коготком, да и забылось, потому что машина Хантерова свернула вглубь следующего лесистого участка.

Отец встретил их на крыльце дома, хмуро осмотрел Николая и спросил:

– Ну с чем приехал? Опять наследство делить?

– Нет, – глухо ответил «наследник».

Почему-то он только сейчас увидел, что на самом-то деле на отца похож… Нет, не так, как на прадеда Михаила, до зеркального отражения, а сходством, от которого неожиданно изумляешься и на душе теплеет.

– Я поговорить…

– Заходи, давай поговорим.

Хантеров за спиной Николая мимолётно улыбнулся старому другу и отправился к озеру – полюбоваться на моторную лодку, которую Петру Ивановичу недавно привезли.

Разговор вышел не из лёгких и главным образом из-за того, что Николай не имел привычки открываться перед кем-то, а попытки поговорить откровенно всегда воспринимал как наглое стремление влезть в душу.

– Я хотел… я фото привёз. Они тебе нужны?

– Раз тебе не нужны, давай заберу, – холодно кивнул Пётр Иванович.

– Мне нужны! Но… я не знал, вдруг ты их просто так оставил? – он говорил и понимал, что это глупо, что надо не о том!

– Пап…

Пётр Иванович изумлённо поднял брови. Николай так его не называл с детства, всячески избегая, как ему всегда казалось, этого детского слова.

Его старший сын стоял, нелепо вцепившись в коробку с фотографиями и упорно смотрел в пол.

– Прости!

А вот этого отец не слышал от Николая практически никогда…

Он едва сдержался, но смог сохранить тот же самый холодный тон и спросить:

– За что же?

Может меняться всё – время, окружение и обстоятельства, вы сами… Не меняется данность – родители и дети. Сколько бы лет ни было мужчине, он всё равно сын своих родителей. Всё равно можно вдруг почувствовать себя мальчишкой, натворившим что-то совершенно невозможное, от которого сейчас небо рухнет, но вот придёт отец и удержит небо на плечах, поставит на место, отряхнёт ладони, лёгким подобием подзатыльника взъерошит волосы дитятке, усмехнётся с высоты своего роста…

Да, пусть уже сын выше, сильнее, что-то может, но куда идти, если твоё небо почему-то никак не хочет держаться, а всё валится и валится на тебя?

Проговорили они долго. Пожалуй, никогда столько не разговаривали. Нет, то есть отец-то раньше много с ним говорил, да только Коля не воспринимал, полный уверенности под общим названием «онсамлучшезнает».

– Ладно… я рад, что ты понял, почему тебе достался дом, – наконец кивнул Пётр Иванович сыну. – А что ты там о квартирах говорил?

– Я открываю производство у нас, покупаю помещения под цеха – нашёл то, что пойдёт по-настоящему! – Николай рассказывал, не замечая того, на что обратил внимание отец:

– «У нас»… а вот так вот! – улыбнулся довольный Пётр. – А ведь он молодец! Идея действительно стоящая!

– Нужны деньги, – продолжал Николай. – Я понимаю, что и так натворил дел, поэтому прошу тебя дать мне деньги под залог квартир – не справлюсь, оставишь их себе.

– С надеждой на завещание? – бесстрастно поинтересовался отец.

– Нет! Это твоё! – уверенно ответил Николай, стараясь не думать о том, что тогда больше, гораздо больше достанется Андрею, а может, в составе этого «больше» будут и обе его квартиры…

– Хорошо, я могу это обдумать. Сколько тебе надо?

Вполне разумно выполненные расчёты без привычных для старшего сына весьма крупных сумм на устройство офиса и поддержания деловой репутации, тоже были новостью для Петра Ивановича.

– Я посмотрю, – кивнул отец, хотя решение уже принял, – Смотри-ка сколько мы проговорили! Уже темнеет… Может, хватит на сегодня?

– Тогда я поехал, – поднялся Николай, – Спасибо, что выслушал и не прогнал.

– И куда это ты собрался?

– Ну в гостиницу поеду.

– Глупости какие! Дом большой, комнату тебе уже приготовили, ужин будет роскошный, и да… с невесткой познакомишься – очень интересная девочка. Большая умница!

Ни умницу, ни, тем более, Андрея видеть катастрофически не хотелось… а пришлось! Отец прихватил с собой коробку с фотографиями и развлекал Милану показом старых фото.

– Вот, обрати внимание! Вылитый мой старший сын! – фотография Михаила заставила Милану изумлённо раскрыв глаза посмотреть на мрачного Николая, который усиленно изображал вежливую улыбку, а потом перевести взгляд на мужа.

– Действительно, просто одно лицо! – покивала она. – А если посмотреть вот так? – она прикрыла ладонью нижнюю часть лица прадеда и получилось, что на неё смотрит Андрей.

– Надо же, как вы похожи! Я и не обратила внимания сразу… – сообщила она мужу и деверю.

Оба брата так нелюбезно посмотрели друг на друга, что Милана нервно рассмеялась.

Спас ситуацию картофель, запечённый с грибами, ветчиной и сыром, и дивный пирог.

Николай, который не то, что не пообедал, но даже и не позавтракал, едой наслаждался, а потом краем глаза увидел, как мимолётно улыбнулись друг другу Андрей с Миланой, и настроение непоправимо испортилось.

– И опять ему повезло больше! – разгоралась где-то в районе солнечного сплетения привычная тёмная злость. – Жена красивая, умная, готовит отлично, единственная дочь Брылёва, и смотрит на него так, будто и правда любит! Хотя что там можно любить?

Андрей обнаружил ледяной взгляд брата и вернул его с процентами.

Хантеров поймав «родственный» обмен взглядами, беззвучно хмыкнул.

– Мироновы… никуда не деться. Харррактеры, однако!

Утром Николай обнаружил, что отец с Хаком собираются уезжать.

– Подожди нас – я с Брылёвыми договорился по делам кое-куда съездить, – сказал, садясь в машину, отец. – Похозяйничай на кухне сам, Виктор, мой помощник по хозяйству, за продуктами поехал. Справишься? – Пётр Иванович усмехнулся.

– Конечно! – Николай, несмотря на то что о вчерашнем разговоре отец ничего не сказал, почувствовал себя гораздо увереннее.

– Чего бы не подождать? – он прошёл в кухню, где отцовским помощником по хозяйству для него был оставлен завтрак. – Красивое место… поем, можно к озеру сходить.

Чей-то торопливый стук в дверь его удивил.

– Кого принесло? – он отправился посмотреть и с изумлением обнаружил Милану.

– Вы что-то хотели?

– Николай, а Андрей у вас? Ой, простите, доброе утро! – судя по виду Миланы, утро было какое-то не очень доброе.

– Нет… я его не видел.

Милана сразу как-то сникла.

– А можно я с Петром Ивановичем поговорю? Или, если он занят, с Кириллом Харитоновичем? – взволнованно спросила она.

– Нет, они оба уехали недавно. А что случилось-то?

– Андрея нигде нет, и смартфон у него не отвечает! Я к родителям сбегала, думала, может, он туда пошёл, но мои уехали, и из персонала никого – сегодня у них выходной. Надеялась, что он тут…

– Ну может, отправился прогуляться… – Николаю было глубоко наплевать, куда делся его средний брат.

– Он бы обувь надел другую – недавно дожди были, а нет только летних кроссовок. Они для нашего леса после дождя совсем непригодны, – Милана неловко откинула прядь волос со лба, и Николая отчётливо понял, что она сейчас разрыдается.

Волей-неволей пришлось принимать участие в разговоре – неловко как-то захлопывать дверь перед невесткой и идти доедать завтрак.

– Так… он сколько примерно отсутствует?

– Сейчас десять, я встала в полседьмого, и его уже не было, – горестно выдохнула Милана. – Я понимаю, что, наверное, веду себя как… как истеричка, но мне как-то очень не по себе. Он никогда не уходил так, а потом… смартфон! Ну забыть его он может, но где-то в доме или в машине. Я всё обыскала, смартфона нет, говорят, что абонент вне зоны действия сети.

Милана опустила глаза на маленькую собачонку, попискивающую у неё ног.

– Несси, тише, моя хорошая, тише! – и продолжила, впрочем, как-то несмело, словно не была уверена, что деверь поймёт: – А самое-то тревожное, что кот волнуется.

– Кот? – удивился Николай.

– Да, кот Андрея. То есть уже наш, но первоначально Чегевара – кот Андрея. Тот его на дороге спас, когда кота машина сбила, так что они не разлей вода.

– Я вообще не знал, что Андрей способен кого-то спасти, – хмыкнул Николай, обратив внимание на черного как смоль кота, кружившего около дома. – Это тот?

– Да.

– Может, раз они такие друзья, он нам покажет, где мой братец… – сочные эпитеты, характеризующие Андрея и нетерпеливо крутившиеся на языке, Николай решительно отогнал подальше – видно же, что Милана и так едва-едва сдерживается.

Не хватало ему ещё невестку утешать!

Он неспеша закрыл и запер входную дверь и пошёл к коту.

– Ну ты… как там тебя? Где этот паразит? Показывай! – очень тихо спросил он у Чегевары. – Надо же, как будто прямо понял! Развернулся и идёт, оглядывается, следуем ли мы за ним или нет.

Милана, подхватив на руки собачонку, торопилась следом, а Николай подробно обдумывал, что именно скажет среднему братцу, когда его встретит!

Кот вывел их на берег озера, прошёлся по новеньким мосткам, остановился у края и обернулся на людей.

– Ой… а где моторка? – ахнула Милана за спиной у деверя.

– Вот видите, и разгадка нашлась! Андрюха решил порыбачить, поэтому и встал рано, и вас будить не стал, – Николай надеялся, что крупноячеистые прорехи, зияющие в его версии, невестка не заметит. Но, видимо свёкр не зря называл её умницей.

– А смартфон выключил специально, чтобы рыб не смущать виброрежимом? И кроссовки не переодел? А самое-то главное, что удочки его дома! – Милана всхлипнула. – Утром ветер сильный был – много веток поломано, я заметила, пока его искала. Тут это бывает – внезапные порывы.

Она решительно развернулась и заторопилась в сторону своего дома.

– И куда вы?

– Лодку у родителей возьму и поплыву искать. Если моторка перевернулась…

– Стой! – Николай быстро сообразил, что они остались вдвоём, и как бы он ни относился к Андрею, но спокойно вернуться в дом к своей недоеденной яичнице и интернетным новостям он не может. – Лодка у вас одна?

– Нет.

А ты управлять ею хорошо умеешь?

– Да, – Милана отвечала односложно, опасаясь сорваться в истерику.

– Тогда покажи, где мне можно взять лодку. Разделимся, озеро-то огромное!