Глава 29. Неизбежность и её признание

Через три дня стало понятно, что Коля обречён…

Такс возвращался с неотвратимостью искусно брошенного бумеранга, по пути производя массовые разрушения, причём всякий день отличающиеся большой изобретательностью.

Заборы пробивались на счёт раз, загородки подкапывались, камни, которыми наивный Николай попытался укрепить собственную «крепостную стену», оказывались раскатаны по всему участку. Неизменным было только одно – радостное таксоприветствие любимого человека.

Когда Николай в очередной раз застал такса у себя на крыльце, отнёс его Лене, а потом, возвращаясь домой, обнаружил его же, но уже на капоте собственной машины в окружении котоколлектива, он понял неизбежность и принял её!

К тому моменту, когда Лена, обнаружившая отсутствие такса, примчалась к Николаю, он уже успел привести в порядок самообладание, ну, или по крайней мере, изобразить его видимость…

– Лен! Скажи мне честно, у меня есть шанс от него избавиться? – невесело спросил Николай. – С учётом того, что ему хватило ума придвинуть к бамперу табуретку и с неё залезть на машину?

– Есть! – так же честно ответила Лена. – Ты можешь пристроить его куда-нибудь во Владивосток, а потом всю жизнь думать, что он потерялся где-то в тайге, возвращаясь к тебе. Есть и ещё один выход, но ты о нём и сам знаешь…

Николай скривился. Было вполне понятно, о чём говорит Лена, но самому ему такое и в голову не приходило. Да, не собирался он заводить пса, но что же делать, если вот это несуразное создание само решило у него завестись? Да не просто решило, а осуществляет это с невероятной энергией и упорством.

– И чего делать? -тоскливо вздохнул Николай.

– Ну чего-чего? Называешь пса, берёшь его в дом, и живёшь себе дальше!

– Да я ж не могу! Я вот на следующей неделе должен в Питер уехать – мне химик результаты работы готова показать, ещё кое-куда хотел заехать, а как же он?

– Ты на машине? – уточнила любопытная Лена.

– Да.

– Так в чём дело-то? Бери его с собой! Переноску купи, пристегни на переднее сидение и вперёд!

– Думаешь? – засомневался Николай. – Чего-то я опасаюсь, что он мне машину раскатает…

– А я вот опасаюсь, что, если он тебя не дождётся – помчится по следам машины и ещё неизвестно, где его потом искать!

Почему-то мысль об этом создании, где-то мечущемся по лесам и полям в безнадёжной попытке его найти, Николая взволновала.

– Нда… мне бы так не хотелось… Ладно. И как его назвать?

– Ты меня спрашиваешь? – рассмеялась Лена, – Это ты сам думай – тебе же его звать сто тысяч раз на день…

– Почему сто тысяч?

– Да потому, что вот в таких случаях собаку лучше вовремя окликнуть… – Лена развернула родственника к таксику, который решил, что жизнь проходит как-то однообразно, так и заскучать можно, и решил срочно выяснить, какой такой чужой пёс смотрит на него из бочки с водой.

Пойманный Николаем за загривок в миллиметре от наглого подводного чужака, он раздосадовано затявкал, а когда Николай поудобнее перехватил его и прижал к себе, картинно припал к плечу любимого человека.

– И ты, чудак, ещё какие-то вопросы задавал? – рассмеялась Лена. – Чтобы такс так просто отказался от свары даже со своим отражением… Это точно любовь!

Такс был абсолютно с ней согласен и даже готов предъявить дополнительные доказательства, так что Николаю пришлось перехватить рукой длинную морду, чтобы хоть как-то отбиться от тотального облизывания.

– Ладно, не буду вам мешать… – рассмеялась Лена. – Да, ты завхоза-то себе нашёл?

– Нет пока, завтра на собеседование очередные кандидаты должны прийти, – машинально ответил Николай. – Точнее кандидатки.

– Тогда удачи тебе! – пожелала ему Лена, отправившись закапывать очередной и, как она очень надеялась, уже последний «лаз к любимому людю», проделанный таксиком.

Николай и сам как-то привык к длинному чудику, который так явно и ярко показывает, что ему совершенно необходимо быть со своим человеком. Даже представлять не хотелось, что его куда-то увозят, и пёс рвётся его искать, попадая в беду.

– Ладно… попробую тебя завтра взять с собой на работу – потренируемся! – хмыкнул Николай. – И да… как же тебя назвать?

Думал он до глубокой ночи, да так увлёкся, что даже не сразу обратил внимание на то, что пёс уже привычно юркнул к нему под одеяло.

– И как это он так… ввинтился, как штопор! – Николай только плечами пожал – ночь была прохладная, а ровное живое тепло в ногах было очень кстати. – Винтик какой-то и шпунтик…

Он хмыкнул и негромко окликнул:

– Винь!

Под одеялом моментально началось вращение – такс завертелся, выбираясь наружу, а потом, вынырнув из-под одеяла, ринулся обниматься к хозяину, явственно ощутив настоящую перемену в своей жизни.

– Ты Винт, оказывается! Вот мне чего в жизни-то не доставало для устойчивости – одного Винтика! – рассмеялся Николай, почему-то внезапно позабыв, что совсем недавно был категорически против пребывания собаки в постели.

Утром он уже привычно собрался было сгонять котоколлектив с машины, и тут выяснилось, что с этим расчудесно справляется Винь – стоило ему разлаяться, как явственно поморщившиеся кошки затрясли ушами и неохотно покинули свою «лежанку».

– Да, лает он пронзительно! Им, видимо, звук не нравится! – сообразил Николай, – Такса в хозяйстве, оказывается, полезная штука!

Полезная штука гордо восседала на переднем сидении автомобиля Николая, когда он приехал к самому большому в окрестностях зоомагазину и, прихватив Виня на руки, отправился за покупками.

– Переноска, ошейник, поводок, корм, миски, игрушки? Винь, тебе нужны игрушки?

Тут же припомнилась пушистая кудрявая Несси в доме Андрея.

– Да, у неё есть целая куча игрушек, значит, и моему они нужны. Лена говорит, что он совсем молодой, месяцев девять-десять от силы, может и меньше.

Винь вышел из магазина гордой походкой существа, за которым несут гору его имущества… Правда, больше всего там его интересовала длиннющая связка сосисок на верёвочке, так похожих на настоящие – он предвкушал, как будет бегать с ними в зубах.

Ещё сильно занимали штучки, которые он первый раз попробовал только у Лены – вкусные такие. Погрызухи называются.

Он думал, что хозяин поедет обратно, но вместо этого они отправились в новое место, которое его людь называл работой.

– Он туда всё время от меня уезжал! Теперь едет со мной… – размышлял Винь, наморщив шкурку на лбу, – А это значит, что он понял – без меня ему там не справиться!

Люди бы удивились, если бы узнали, как часто таксы бывают правы. Нет, странных и нелогичных вещей на свете полно, но таксы-то в этом не виноваты!

А вот правота наполняет их непонятно откуда берущейся энергией, так что запросто можно судить о проницательности таксопитомца по его способности одной лапой вращать ваш мир в угодную ему сторону!

Вот сейчас Винь был точно и железно прав – без него в этот день хозяину пришлось бы очень сложно! Хотя сам Николай ничего подобного и не подозревал.

Правда, в чём проблема-то? Встреча с двумя кандидатками на должность завхоза – плёвое дело! А проблема была в личностях этих кандидаток.

– Я на собеседование! – заявила первая кандидатка, и Николай сходу, даже по голосу счёл её непригодной для данной должности – слишком молода… А когда поднял голову, то изумлённо уставился на субтильную девицу, глазеющую на него так, словно он Король-Солнце и Джонни Депп в одном флаконе.

– Это выыыыы! – выдохнула Алина. – Это выыыыы!

– Это я! – неохотно признался Николай, недобрым словом помянувший идею собеседования вообще, и всех завхозов в природе, в частности.

– Я вас так искала! Так искала! – с волнением зачастила Алина. – Я вам так благодарна! Вы меня помните? Меня Алина зовут, и вы мне жизнь спасли! – осторожно напомнила она, не обнаружив сходного ликования на физиономии своего спасителя. – Помните?

– Помню, конечно! – кивнул Николай.

– Я хотела вам куртку вернуть! – Алина с трудом припомнила реальный повод для встречи, погребённый под гнётом романтических фантазий. – И ещё раз поблагодарить! Куртку я вам завтра принесу, хорошо?

– Хорошо, конечно. Можете не торопиться… Мне она не очень нужна.

– Нет-нет… непременно принесу, – тут Алиночка сделала паузу, потому что Николаю полагалось сказать, что ей не нужно этого делать, потому что он сам её подвезёт домой. Понятное дело, что куртка – это только повод, но он-то тоже нужен!

Правда, Николаю и в голову ничего подобного не приходило, поэтому в небольшой комнатке повисло неловкое молчание.

– Алина, вы, может быть, расскажете о себе? – осознавший, что как-то не принято спасённых девиц вышвыривать из кабинетов сходу.

– Вам интересно? – восхитилась Алина.

– Вообще-то вы на собеседование пришли! – напомнил ей потенциальный работодатель. – На должность завхоза устраиваться.

– Что? – она удивилась… какое такое собеседование, если он – её судьба?

Ему положено сходу влюбиться, чуть погодя – не позже, чем через месяц, жениться и принести к её ногам всё, что у него имеется. Так зачем ей работа завхоза?

Нет, работа была нужна… родители прямым текстом потребовали, чтобы она шла куда-то устраиваться, раз уж замуж во второй раз пока так и не вышла. Именно они и выяснили, что тут набирают сотрудников и нужен завхоз.

Алина отбивалась до последнего – какой такой завхоз, в самом-то деле? Она не готова заниматься такой дурацкой работой. Это дело для толстых тёток или унылых дядек, но не для неё! И всё равно, после ссор и скандалов, ей пришлось прийти на это дурацкое собеседование.

– Чтобы убедиться в том, что он всё-таки моя судьба! – пронеслось в голове Алины, как только она узрела директора новой фирмы.

Только вот… причём тут завхоз?

Алина быстро сообразила, что он как-то не проникся… Наверное, виноват дурацкий строгий брючный костюм, который посоветовала надеть мать. Вечно она лезет с какими-то глупостями!

– Ничего-ничего! Я заставлю его понять, что он – мой! – решительно насупилась Алина и, сосредоточившись, начала рассказывать о себе.

– Вы замужем? Дети есть? – Николай делал пометки в блокноте.

– Нет-нет… – Алина считала, что против истины не погрешила.

Сейчас же она не замужем, верно? Верно! И ребёнок находится у бывших свёкров. У неё-то сейчас дома только родители и брат, и те на работе.

После короткой беседы, Николай официально кивнул соискательнице:

– Спасибо за ответы. До свидания.

– Как это? – удивилась Алина, уже и свадьбу распланировавшая, и даже решившая, что именно скажет бывшей свекрови.

– Если я решу вас нанять, я вам позвоню. О куртке можете не волноваться – я купил себе новую. Но если привезёте – оставьте у охранника.

– Но я вам хотела передать!

– Я скоро уеду.

– Я передам, когда приедете! – Алина вовсе не собиралась терять такой шанс устроить жизнь.

– В этом нет необходимости.

– Ну как же нет! – Алина с жаром принялась что-то говорить, шагнула поближе и тут из-под стола выскочило что-то низкое, длинное, чёрное, и с громким лаем замельтешило под ногами. – Аиииййй! – взвыла девица. – Уберите его, выкиньте, я собак боююююсь!

Такс лаял, и казалось, что в свежеотремонтированном кабинете носится толпа собак.

Алина завизжала:

– Уйди, yрoдец мерзкий, фуууу, пшёл вон, ненавижу собак!

Почему-то вместо того, чтобы схватить одной рукой негодную шавку и выбросить её в окно, а другой подхватить Алину и прижать к пылкому сердцу, этот самый её герой встал, нежно подхватил на руки мерзкую вонючую псину, привычно зажав её под мышкой, шагнул мимо Алины, распахнул перед ней дверь и, буркнув что-то корректное, но абсолютно не нежное, за локоток твёрдо и уверенно выпроводил её из кабинета.

– Перепутал? – немой вопрос повис в воздухе перед закрывшейся дверью и медленно сполз по ней вниз… – Перепутал меня с вонючей псиной? Как же так?

Вторая встреча была даже громче, правда, Винь тут был ни при чём. Разве что помог в идентификации.

Голос, который мог запросто снести предохранительные клапаны любой мигрени, и даже вызвать её там, где она отродясь не водилась, Николай услышал издалека.

– Слышал я такое недавно… – машинально подумал Николай и вдруг увидел, как его отважная норная собака, только что готовая сожрать девицу вместе с её романтикой, кидается к его ногам, забиваясь как можно глубже за ножку кресла. – Так… а не Ххххаля ли это? – сам у себя спросил Николай и сам себе кивнул, – Очень даже может быть!

– Я на собеседование! Мне назначено! – вещал голос.

Дверь распахнулась, и на пороге воздвиглась уверенная в себе дамочка, цепко осмотревшая Николая.

– Это вам завхоз нужен?

– Мне, – радушной крокодильей ухмылкой приветствовал её Николай. – А вас как зовут?

– Галина Ивановна.

– Очччень приятно, – Николай явственно ощущал, что ножка крутящегося кресла под ним начинает подрагивать.

Через несколько минут стало понятно, что он нанял бы Галину завхозом – она цепкая, громкая, уверенная в себе. Более того, опыт работы у неё имеется.

– А собака у вас есть? – как бы невзначай спросил Николай.

Он задавал разные вопросы, что было неудивительно – всё-таки должность связана с хранением материальных ценностей. В частности, подробно выяснил всё о муже, который, как выяснилось, тоже планировал устроиться к нему на работу – водителем погрузчика.

– Была… такса была – купили недавно, но он подох – соседи отравили, – равнодушно ответила Галина.

– Понятно.

– Так когда мне начинать? – уверенно уточнила она.

– У меня – никогда, – ровным голосом сказал Николай, – Более того, муж ваш у меня тоже никогда работать не будет.

– Почему это? – опешила она.

– Не могу себе позволить нанимать на работу тех, кто врёт мне в лицо, клевещет на соседей, а ещё тех, кто способен бросить в лесу щенка, связанного изолентой, да ещё в воздухонепроницаемом мешке.

Побагровевшая Галина уставилась на недобро усмехнувшегося ей в лицо мужчину.

Он никак не мог это узнать… никто не мог, но…

– И да… запомните, если я узнаю, что вы работаете где-то у моих знакомых, там вы тоже работать больше не будете – люди по-разному относятся к собакам, но одинаково плохо воспринимают живодёров! Убирайтесь!

После того, как в коридоре стих лихорадочный цокот каблуков, Николай негромко позвал:

– Винь, выходи!

Чёрный клинышек носа выдвинулся ровно настолько, чтобы Винь мог разглядеть лицо своего человека.

– Не бойся. Она ушла. Она больше не сможет тебя напугать. А вот я её напугал точно, и, если что, ещё раз повторю это. А повторю точно! У меня характер плохой, знаешь ли…

Кто бы ему сказал совсем недавно, что он будет так серьёзно разговаривать с собакой – он бы нипочём не поверил… а вот поди ж ты!

Впрочем, в то, что Николая будет вполне устраивать такса, старательно забирающаяся ему на руки, припадающая к груди и старательно облизывающая шею, он бы тоже не поверил. А зря!