глава 30

Пустота вокруг меня была всеобъемлющей. Мое сознание зависло где-то посреди темноты, ненаполненной ни звуками, ни красками. Попробовав пошевелить рукой, я не почувствовала своего тела, но этот факт меня мало волновал. Мысли текли вяло, отстраненно подмечая свое странное состояние. Я была нигде и повсюду, растворяясь в чернильном пространстве. –Это Вечность? – даже этот вопрос оказался не таким уж и важным. Ни удивления, ни особого интереса, ничего… Я пыталась куда-то идти, сама не понимая своих бесплодных попыток. Ни движения ног, ни дуновения ветра я не чувствовала, поэтому я не могла сказать с уверенностью передвигаюсь я или зависла на месте. Вокруг меня начали кружить неясные тени. Одни были полностью лишены формы, перекатываясь подобно клубам сизого дыма, они неспешно проплывали мимо, скрываясь в дали. В других же я могла различить фрагменты лиц. Пухлые губы или неожиданно яркие, наполненные светом глаза. Эти тени шли в основном небольшими группами, но попадались и одиночки. –Совсем как я… Одна из оформленных теней приостановилась напротив меня, хоть она и стояла в отдалении, но я смогла рассмотреть ее крупные черты лица. Красиво очерченные губы улыбались, когда незнакомка смотрела в мою сторону. Я не знала вилит ли она меня, но отчего-то отрешенность начала отпускать, позволяя почувствовать согревающее тепло. С появившимся изумлением, я поняла, что способна пошевелить пальцами, хоть и до сих пор невидимыми для меня. Эти странные ощущения казались далеко забытыми, но неожиданно приятными. Темные волосы незнакомки развивались от незримого ветра. Фигура колыхнулась и прижала руки к груди, в каком-то до боли родном жесте. Она словно… любовалась мной? Шагнув в сторону, женщина растворилась, оставив меня в смятении. В какой-то момент впереди появилась маленькая звезда. Ее слабое свечение стало единственным доступным мне ориентиром. Постепенно разгораясь ярче, из точки она разрасталась в подобие туннеля, рядом с которым зависли три призрачные фигуры. При виде мужчины чьи волосы даже сейчас казались белее снега мое сердце сжалось. Толстая коса лежащая на его плечах была подобна лебединому пуху. Я не могла его вспомнить, будто утратила все воспоминания о прошлом, но необъяснимая печаль затопила мое сознание. Мужчина улыбался, обнимая прекрасную девушку, на руках которой спала совсем крошечная тень ребенка. Продолжая улыбаться, мужчина поднял руку, помахав мне и вся троица развеялась, оставив после себя лишь неясные дымки. Я почувствовала соленую влагу на своих щеках. Возвращающиеся чувства пугали своей новизной. –Почему я плачу? Свечение, исходящее от звезды-туннеля, разгорелось ярче, ослепляя. Невиданная сила, не оставляя даже возможности на сопротивление потянула меня к нему, засасывая вовнутрь. Женский голос, отдаленно напоминающий мне кого-то, прошелестел над самым ухом: – Со смертными слишком много хлопот… Я издала вопль, понимая, что отшатываюсь назад на вновь обретенных ногах. Под ногами затрещали льдинки, морозными иголочками впиваясь в босые стопы. Стремительно нахлынувший холод окутал мое тело, застывшее посреди заснеженной равнины. Богиня каркающе рассмеялась, откидывая на сей раз седые заплетенные во множество кос волосы с плеч. Пряха взмахнула рукой, усаживаясь на появившийся из неоткуда трон, поманив меня костлявым пальцем. – И вновь ты тут. – Губы Пряхи оставались недвижимы, но я слышала ее голос в своей голове. – Дочь одного демона, возлюбленная других… Не Ведающая, не ведьма, не человек… Не Двоедушник более. Так ответь же мне, дитя, кто ты? По застывшей равнине пролетел порыв ветра, от которого мои волосы взметнулись подобно крыльям. Проведя по ним рукой, я с удивлением отметила их длину – вновь отросшие русые пряди достигали талии, будто я провела в той пустоте не один год. –Пустота… – начинающие забываться образы вспыхнули в сознании. Где бы я ни находилась до этого, какое бы название ни имела та кромешная тьма, наполненная тенями прошлого, я осознала, кого видела там. По моим щекам потекли слезы, они приносили за собой облегчение, будто омывали не кожу, а израненную душу. – Кир… он встретил свою любимую и их ребенка. И та женщина… Она моя мама? Вера? Ведь ее черты так напоминали мои собственные… Богиня милостиво дожидалась моего ответа, давая возможность прийти в себя. – Я, кхм… – горло зашло кашлем появившемся от долгого молчания, только справившись с его приступом, я смогла продолжить. Голос оставался осипшим, чужим. – Я сама не знаю, кто я теперь, возможно, мне стоит быть той, кто угодна Богине? Ее смех заполнил пространство, поднимаясь искрящимся снегом, он опадал на мои волосы и плечи, скрытые лишь тонкой тканью ночного платья. – Хороший ответ. Мне нравится. – Пряха приподняла руку с зажатым веретеном, указывая мне на одну маленькую порванную нить. – Твоя жизнь вновь оборвалась, дороги Нави привели тебя к этой судьбе. – У самого края, неровным концом развивающегося на ветру нить продолжала светиться золотом, но остальную ее часть уже покрывал пепел. Внутри меня все сжалось, когда Богиня погладила истлевающую материю. – И смертные и Высшие, как они сами себя именуют, привыкли лишь гневаться на Богов, перенося на нас свои неудачи и неверные решения. – Пряха Судеб продолжала монотонно рассуждать, будто позабыв о моем присутствии. – Они требуют от нас милости, но сами не готовы даже на прощение… – слепые глаза уставились на меня в упор, прожигая холодом. – За тебя просили два Высших, а также две души, что нашли покой в Вечности. Знаешь, почему твоя нить все еще сохраняет эту крупицу света? – Контракт… – я выдохнула понимая, что моя жизнь держится только на подписанном договоре. Сила Макса удерживает мою душу от перехода в Вечность, но как долго это может продолжаться? – Верно. – Богиня осуждающе показала головой отчего многочисленные рясы зашлись перезвоном. – Они возомнили себя равными нам… Играют душами, в попытке достичь большей силы. Иногда им это даже удается, но ты совсем другой случай – ты умирала уже дважды. Дрожь охватила мое тело, хотелось бежать сломя голову или напротив упасть на колени и молить о пощаде. Дрожащей рукой я оттерла липкий пот, что выступил на вдруг вспыхнувших щеках. Осознание того, что мы с Яном просчитались, понадеявшись на мое возвращение вызывало ужас. Богиня могла играючи перечеркнуть все условности, не посмотрев на тех, кто был для нее подобен букашкам. Я повинно опустила голову, внутренне призывая себя быть сильной и достойно встретить любое решение Великой, однако не спросить я не могла: – Те души, о которых Вы говорили – это Кир и моя мама? – хрипло выдавила я. – Догадливое дитя. Да, и твоя мать и мальчишка, искупивший свою вину, падали в ниц, марая пол моего чертога своими коленями. Забавно… – Богиня с удовольствием запрокинула голову, смакуя воспоминания. – А живущие ныне Лестат и Лео предлагали мне сделки, чем порядком насмешили. – Сделки? – я непонимающе уставилась на развеселившуюся Пряху. – Лестат не имел даров, но был искренен в своем порыве спасти тебя, а подобные проявления я ценю. Они любы моему застывшему сердцу. Второй же – Дитя Порока – готов был зайти дальше, но упустил свою возможность. Ведь это моя игла отправила в Вечность провинившегося колдуна? Я прикрыла веки, вспоминая последние минуты, проведенные с Киром… – Да, Стас убил его. – Не важно кто, важно как. Игла забрала холод Нави, даруя его телу смертное тепло и отпущение греха, за который он столь долго нес повинность. Теперь он встретил тех, кто столько веков томился в ожидании. – Пряха смягчилась, указывая на мои щеки. – Не стоит лить слезы. Его душа обрела покой, а что до Лео… – она в раздумьях постучала острием веретена по колену обтянутой тяжелой парчовой тканью сарафана. – Он выполнит свою часть сделки, но позже, пройдя полностью свой земной путь. Его сердце больше не стучит в твоей груди, ведь так? Я затихла, прислушиваясь к своим ощущениям. Тихий размеренный стук уцелевшей половины сердца еще раздавался, но он не принадлежал Лиху. Я смогла сохранить ту часть, что связывала меня с моим чертом. Порывисто прижав руку к груди, накрывая этот трепещущий участок, я с тоской вспомнила любимые глаза. Пряха, зная ответ наверняка продолжила, не дожидаясь моего подтверждения: – Ты добилась того, о чем так рьяно желала. И даже сотворила то, чего от тебя ожидала я, ты изгнала разрушительную силу, не принадлежавшую более никому. За это я готова предоставить тебе выбор: ты можешь прожить обычную человеческую жизнь, лишившись воспоминаний обо всем, что связанно с миром Нави и отречься от способностей видеть любых его представителей. – Заметив мое замешательство, Богиня не спешила, говоря с неспешной ленцой и словно прислушивалась к чему-то ведомому только ей. – Либо же я позволю тебе вернуться обратно, на руки так усердно громящего сейчас тот злополучный грот черта. Любопытный представитель своего вида… – она позволила себе намек на улыбку. – Будет забавно наблюдать за вашей жизнью. Я нервно прыснула, пытаясь подавить истерический смешок. Богиня была как всегда права, другой реакции Макса я и не ожидала, даже страшно представить, какой разбор полетов меня ждет по возвращению из Ледяных чертогов, но я не задумывалась ни на минуту, точно уверенная в своем выборе: – Великая, прошу вернуть меня обратно, мне не хотелось бы забывать… его. – Да будет так. – Богиня поднесла мою прерванную нить к веретену, что-то беззвучно прошептав. Рваные края, практически полностью утратившие последнее свечение будто ожив, подобно маленьким змейкам поползли друг к другу, сращиваясь в одну длинную нить, проворно намотавшуюся на веретено, приобретая равномерный золотистый цвет, а меня поглотила снежная буря, лишая зрения и возможности дышать. В попытке глотнуть воздух, я лишь опалила легкие морозным ветром, с последним воплем проваливаясь в темноту. Распахнув глаза, я встретилась с совершенно безумным взглядом алых глаз. Черт склонился надо мной, шумно выдыхая: – Сам бы убил, если бы не любил.