Глава 11

Даймонд

Сколько мозолей можно натереть, прежде чем ноги просто перестанут работать?

Я сначала предположила, что восемь, но сейчас я граничу с десятью, и все еще хожу. Прошло целых две недели с тех пор, как мой брат решил, что больше не будет возить меня на работу.

Это произошло из ниоткуда. Джесси просто зашел на кухню в один из выходных и сказал, что ему надоело слушать мои «глупости».

Что-то вроде того, что он отказывается играть роль в моем ужасном решении довести эту работу до конца. Он сказал, что если я хочу и дальше работать на мистера Ричардса, то сама должна найти способ добраться до него.

Я подумала о том, чтобы рассказать об этом отцам, но занервничала, что Джесси будет мстить и доносить на меня за то, что я живу с мальчиком. Поэтому я согласилась сделать вид, что брат все еще возит меня, хотя на самом деле я ходила пешком по часу каждую пятницу и воскресенье.

Меня убивает не часовая ходьба.

Это из-за некачественной обуви. Они, наверное, лет пять принадлежали моей сестре, а потом перешли ко мне, но все деньги, которые я заработала за это время, ушли на покупку машины.

Обувь подождет.

Уже около девяти часов вечера я с багажом поднимаюсь по подъездной дорожке к особняку Ричардсов. При виде машины Финна, припаркованной у входа, я замедляю шаг, и мои грудные клетки сжимает громкий барабан, в котором должно находиться сердце.

Черт, он здесь.

Я не видела его почти с тех пор, как произошел инцидент в винном погребе...

Поначалу я была благодарна за его отсутствие. Финн все время не появлялся, значит, не было риска повторения фиаско с сухим сексом, но теперь стало совершенно ясно, что он избегает меня.

В большинстве случаев он даже не приходит домой спать. А когда приходит, то уходит еще до того, как я проснусь. Я знала, что мы будем сожалеть о поцелуе и... обо всем остальном, но я не думала, что он исчезнет с лица земли.

В доме было тихо. Так тихо, что я несколько раз ловила себя на желании, чтобы Тео поссорился с родителями и переехал обратно.

Я вдыхаю, отпирая входную дверь и толкая ее.

Я замечаю, что на кухне горит свет, и узнаю звук закрывающегося холодильника.

Лекси бежит ко мне по команде, и ее теплый прием становится временным лекарством от моей тревоги. Я глажу ее несколько минут, прежде чем направиться прямо в логово льва.

Каждый мускул в моем теле напряжен, когда я хватаюсь за ремень сумки и поворачиваю за угол. Я нахожу Финна у раковины, насыпающего себе хлопья. Когда я вхожу, его ореховые глаза смотрят на меня, и во всем моем теле вспыхивает желание.

Да, он все еще красив.

Я надеялась, что если какое-то время побуду вдали от него, это влечение исчезнет, но как только наши глаза встретились, мой разум открыл дверь в темное и извращенное воспоминание.

Ты собираешься кончить, не так ли?

Его голос звучит в моей голове снова и снова.

Ты собираешься кончить для меня, как хорошая девочка?

– Почему ты так долго? – Его грубый вопрос повергает меня в шок.

Я моргнула, возвращаясь к реальности. – Не твое дело.

Не обращая внимания на мой язвительный ответ, Финн сдерживает насмешку. – Тебе нужна помощь с этим?

– С чем?

– Вытащить эту палку из твоей задницы.

Я не позволяю его замечанию о моем плохом настроении обескуражить меня, и на моем лице появляется улыбка, полная ненависти. – Напомни мне еще раз, почему я тебя терплю?

Финн, похоже, скорее забавляется, чем раздражается, садится на один из табуретов вокруг кухонного острова и поднимает руки вверх. – Ничем не могу тебе помочь. Я пытаюсь понять это с того самого дня, как ты здесь появилась.

– Не то чтобы это тебя касалось, но я коплю деньги на машину, – просвещаю я его.

Он ничего не отвечает, ест свои хлопья, как будто я призрак, пытающийся общаться с живыми.

Ну что ж, хорошо.

Я поворачиваюсь, чтобы уйти, готовая бежать вверх по лестнице.

– Гем? – окликает он меня сзади.

Я поворачиваюсь, чтобы взглянуть на него, и его рот на секунду приоткрывается. У меня такое чувство, что он хочет сказать что-то важное, и на мгновение я остолбенела, решив, что он готов признать случившееся.

– Дай мне знать, если ты планируешь появляться так поздно каждое воскресенье. Я бы не хотел умереть с голоду.

На этой ноте он продолжает есть свои хлопья и обращаться со мной как с предметом мебели. Конечно. Если я прихожу поздно по воскресеньям, значит, не надо готовить еду на неделю, а значит, не надо кормить Его Величество.

Раздраженная, я не трачу дыхание на ответ и торопливо поднимаюсь по лестнице. Через несколько секунд я врываюсь в свою спальню и сбрасываю вещи на кровать.

Все официально вернулось на круги своя.

А мальчик, который нашептывал мне на ухо маленькие грязные секреты...?

Он не вернется.

***

Я самая плохая нянька для собак.

Серьезно, какой нянь возьмет девятилетнюю собаку на прогулку в разгар жары? Честно говоря, когда я решила взять Лекси на прогулку сегодня утром, я не знала, что Силвер-Спрингс превратится в печь.

Мы гуляли по городу почти два часа. Нам приходилось делать многочисленные перерывы, чтобы не умереть от жажды, и я уже начинаю подумывать, не позвонить ли Авине и не попросить ли ее подвезти нас.

У нас тоже закончилась вода.

А мы находимся в тридцати минутах ходьбы от дома.

Не самый лучший момент.

Я понимаю, что хватит, когда Лекси начинает пыхтеть рядом со мной. На мне шорты и майка, и я практически плавлюсь. Не могу представить, как ей должно быть жарко в этом мехе.

Я достаю телефон из кармана, собираясь набрать номер Авины, как вдруг на экране появляется сообщение.

Сообщение от Финна.

Мы столкнулись с ним, когда выходили из дома. Он только что выкатился из постели и выглядел, как всегда, охренительно.

Я тут же нажимаю на его сообщение.

Финн

: Тебя не было почти два часа.

Через секунду приходит еще одно сообщение.

Финн

: С Лекси все в порядке?

Я проглатываю насмешку над его прямотой.

Мы обе в порядке. Спасибо, что спросил.

Я быстро отвечаю ему.

Диа

: Жарко, как черт, и у нас нет воды. Мы, наверное, надолго.

Я знаю, что он увидел сообщение, когда на моем экране высветилось сообщение о прочтении, но он не отвечает. Я несколько раз звоню Авине и Джесси, но никто не берет трубку.

Черт, может, позвонить отцам?

Если они подбросят меня до дома и узнают, что я живу с мальчиком, мне конец. Не успеваю я оглянуться, как пролетают десять минут. Лекси замедляет шаг, когда мы с трудом поднимаемся на крутой холм, ее дыхание становится все более явным и неглубоким.

К черту, я звоню отцам.

Пот катится по моему лбу, когда я разблокирую телефон, чтобы набрать номер отца. Но прежде чем я успеваю нажать кнопку вызова, из-за угла с громким визгом выезжает машина.

Я сразу же узнаю его.

Он сигналит нам, как только замечает нас, притормаживает рядом с нами, а потом и вовсе останавливается. Он опускает стекло и одним нажатием кнопки отпирает двери.

– Залезай. – Финн жестикулирует подбородком, и как бы я ни была раздражена им в последнее время, я никогда не была так счастлива видеть его.

Так вот почему он не ответил мне раньше? Потому что он сел в машину, как только я сказала ему, что мы умираем от жары?

Не задумываясь, я распахиваю заднюю дверь и помогаю Лекси забраться на заднее сиденье. Я забираюсь на пассажирское сиденье Финна и пристегиваюсь.

– Ты что, объехал весь город, чтобы найти нас? – спрашиваю я, пока он нажимает на газ.

– У Лекси в ошейнике GPS-трекер. – Финн пожимает плечами, и я вижу только его татуированный бицепс, так как он одной рукой держится за руль.

– О. – Я киваю. – В любом случае, спасибо.

– Я сделал это не для тебя, – сухо говорит он.

Если бы мне давали по доллару за каждый раз, когда этот парень из кожи вон лезет, чтобы напомнить мне, что ему все равно, я могла бы купить ему совесть.

– Неважно, – бормочу я и смотрю в окно, продолжая потеть. Палящие кожаные сиденья Финна не очень-то помогают. – Ты можешь включить кондиционер?

– Уже включил.

– Он не работает, – фыркнула я. Если он собирается быть мудаком по отношению ко мне, я тоже могу быть им. Я пытаюсь открыть окно, но Финн запер их все со своей стороны.

– Открой окна, – приказываю я.

– Сейчас включится кондиционер. Подожди минутку, – спорит Финн, но я не могу больше терпеть эту жару.

– Ради всего святого, – говорю я и расстегиваю ремень безопасности.

Я наклоняюсь над ним, прежде чем он успевает среагировать, и моя грудь касается его руки. Я слышу, как у него перехватывает дыхание, но он не отталкивает меня.

Я не могу поверить в свои действия, когда кладу руку ему на бедро, недалеко от его промежности, и делаю вид, что не понимаю, что делаю. Я протягиваю руку и сама разблокирую окна.

Я замечаю, как он крепче вцепился в руль, когда я отстраняюсь.

Я поняла это.

Он тоже это чувствует.

И он может сколько угодно притворяться, что не помнит ту ночь в винном погребе, но его тело не забыло.

Убрав руку с его ноги, я опускаюсь на свое место и пристегиваюсь. Я открываю окно, чтобы насладиться дуновением ветерка, и, к моему удивлению, Финн ничего не говорит.

Ни одного слова.

Проходит несколько минут, прежде чем я набираюсь смелости заговорить снова.

– Почему ты назвал свою машину Реми? – спрашиваю я, как всегда, с любопытством.

Я практически отказалась от манер, когда дело касалось этого парня. Отныне я буду относиться к нему так же хорошо, как и он ко мне.

Финн сжимает губы в плотную линию в ответ на мой вопрос. – Ты уже знаешь, какую машину собираешься купить?

Его внезапная смена темы не прошла мимо меня, но я решила не обращать на это внимания.

– Знаю. Она стоит в гараже у сотрудника моего отца и только ждет, когда я ее куплю.

– А фотографии есть? – спрашивает Финн.

Я прекрасно понимаю, что он просто пытается избежать разговора о загадочной «Реми», но я подыгрываю ему, роясь в телефоне в поисках снимка, пока он ведет машину. Я нахожу его как раз к следующему светофору и подношу экран к его лицу.

Финн оценивает мою зеленую машину-жучок в течение долгих секунд, прежде чем сдержать смех.

– Что? – восклицаю я.

– Это... интересный выбор.

– Ты называешь машину моей мечты уродливой?

Финн ухмыляется, мотает головой в мою сторону и обводит меня взглядом на своем пассажирском сиденье.

– Спорю на твою сладкую попку, что да.

Он только что сказал, что у меня сладкая попка?

Боже мой, Диа, остановись.

– Как я и говорила, ты все ненавидишь. Кстати говоря, ты все еще должен мне одну вещь, которую ты не ненавидишь.

Он пожимает плечами. – То, что твоя машина уродлива, не означает, что я ненавижу все.

В следующую секунду с моих губ срывается громкий вздох, испугав его.

– Ты это видел? – спрашиваю я.

– Что видел? – волнуется он.

– Мой последний трах только что вылетел в окно. – Я делаю жест, и Финн разражается смехом, который заставляет меня искать в каждом уголке моего мозга еще одну шутку.

Что угодно, лишь бы снова услышать этот смех.

– Как скоро ты сможешь ее купить? – Он возобновляет разговор, когда мы въезжаем на его подъездную дорожку и притормаживаем у фонтана с водой.

– Мне не хватает пятисот. Пятьсот, и ты от меня избавишься. Доволен? – Я дразнюсь, уверенная, что он интересуется мной только потому, что хочет, чтобы я ушла.

От его ответа у меня перехватывает дыхание.

– Я не об этом спрашивал. – Он сохраняет зрительный контакт.

Не в силах придумать ответ, я зажимаю рот, быстро понимая, что он просто высаживает нас, когда не глушит двигатель.

– Ты едешь? – Я расстегиваю ремень безопасности.

– Нет, меня кое-кто ждет.

Мне так и хочется спросить, кто этот кто-то, но я решаю не делать этого, вылезаю из машины и открываю дверь Лекси.

– Эй, Гем? – окликает Финн, когда мы направляемся к дому.

Я останавливаюсь, чтобы оглянуться на него. У него опущено стекло, на лице улыбка до трусиков, а в глазах – целый мир скрытых мотивов.

– Не забудьте поставить его на зарядку.

Затем, без дальнейших объяснений, он уезжает.

Подождите, что?