16 глава

Дан уезжает в командировку, и Леон отправляется с ним. Это не может не радовать. И в то же время огорчать.

Ежедневно, ежечасно противоречивые эмоции смешиваются в гремучий коктейль. Ощущение безысходности застилает сознание туманом. В груди будто образовался камень. Бесконечно кружится одна и та же пугающая мысль: что, если ничего не изменится и я всегда буду страдать от любви к человеку, с которым не смогу быть?

В таком состоянии любая попытка найти выход кажется бессмысленной. Мир тускнеет, лишается красок и радости. Но есть и приятное – я снова могу работать, с головой погружаясь в буквы и цифры, как в омут. Это отвлекает на все двести процентов.

Перед отъездом Дамианис оставил ноутбук Ванессы на прикроватной тумбочке. Я не успела сообщить, что подобрала пароль. Или, скорее, не захотела. И плевать, что Ярошевич наверняка расскажет о нашем разговоре, и после возвращения Леон устроит мне допрос. Может, из-за этого у нас даже возникнет новый конфликт.

Пусть только Дамианис попробует на меня надавить. Молчать не стану, выскажу ему все, что думаю на этот счет. Впрочем, я с самого начала не молчала, а сейчас и подавно не вижу смысла.

Отвлекаюсь от работы и иду на кухню, чтобы выпить кофе. Вместо Тамары по будням теперь помогает Нирит – молоденькая и очень красивая врач. Когда я прохожу мимо гостиной, замечаю, как она, укачивая Мию, мечтательно рассматривает фотографию, которую свободной рукой прихватила с камина. Нирит не обращает на меня внимания, тогда подхожу ближе. Увидев, что она смотрит на Леона, я впадаю в бешенство. Но тут же одергиваю себя.

Что я как собака на сене? Пусть смотрит, пусть даже влюбится в него, и они с Леоном будут вместе. Мне какое до этого дело? Однако все же хочется забрать и фотографию, и девочку из рук Нирит, а саму ее отослать из дома и от Дамианиса куда подальше.

– Все в порядке у вас? – уточняю.

Она вздрагивает и, поставив рамку с фото на место, опускает глаза на спящую Мию.

Малышка похожа на ангелочка, когда спит. До безумия жаль, что она лишилась мамы. А я – отца. Как же это несправедливо! Взрослые дяди играют в опасные игры, а расплачивается их окружение. Пусть мы с Ванессой и невзлюбили друг в друга с первого взгляда, но я не желала ей зла и тем более смерти.

– Все хорошо. Я только уложила Мию спать, – отвечает Нирит.

Присутствие посторонней женщины безумно напрягает. К Тамаре я уже как-то привыкла, она напоминает добрую и отзывчивую Зифу с Маврикия. Нирит – другая. Таких «нянь» я не готова держать в доме. И без того страданий достаточно.

Невыносимо смотреть, как она вьется возле Леона, потому что мои чувства все еще живы. Иррационально, но это так. Тянет к нему как магнитом. Хочется плакать у него на плече, искать утешения.

Кажется, если бы Леон пришел и попросил прощения, сказал, что я ему дорога и что он действительно старался сделать как лучше, я бы не приняла его раскаяние, но хотя бы попыталась понять. А так Дамианис включил игнор и холодную сдержанность. Распоряжается моей жизнью, будто я его вещь. Привязал к своей дочери.

И ведь невозможно остаться равнодушной к этому красивому и спокойному ангелочку. Таких прекрасных детей я еще не встречала. О своих никогда не думала, а если бы задумалась, то именно такую хорошенькую девочку я бы и представляла.

– Я заняла комнату рядом с вашей. Вы же не против? – спрашивает Нирит.

«Могла бы сразу рядом с хозяйской», – так и хочется ответить язвительно, но вместо этого лишь отрицательно качаю головой и ухожу на кухню. Обещаю себе, что, как только закончу работу, возьму Мию и снова пойду с ней к морю. В прошлый раз мы замечательно погуляли вдвоем.

Кофе бодрит, голова начинает соображать, и сонливость испаряется. Взяв ноутбук, я устраиваюсь в беседку на улице. Жара ушла. Не знаю, как обстоят дела в центре города, но здесь, рядом с морем, в окружении зеленого благоухающего сада, просто восхитительно.

Теплый солнечный свет проникает сквозь листву деревьев, создающих мягкий полумрак. Пальцы быстро двигаются по клавиатуре, я полностью погружена в работу. Она захватывает целиком. Этот уголок сада стал моим временным офисом, где можно трудиться спокойно и сосредоточенно.

Проверяю ноутбук Ванессы вдоль и поперек, ищу хоть какую-то зацепку. Я задалась целью найти деньги, которые мы украли у Леона. Если получится вернуть их ему, это будет мне очень на руку. Не хочу быть Дамианису хоть чем-то обязанной.

Однако зацепки обнаружить непросто. Потому что их нет. И денег на счету Ванессы тоже нет. По крайней мере на том, который виден в базе данных. Но, может быть, есть и другие. Чтобы это выяснить, опять нужно время. Все в него упирается, надо же. Оно лечит любую боль, позволяет добиться успеха. Все завязано на времени.

Так проходят еще три дня. Я жду Дана, чтобы съездить на могилу к отцу, а после – не знаю, чего ждать.

Как хорошо, когда у человека есть цель. Вселенная в таком случае ему как будто благоволит и помогает осуществить задуманное. Если цели нет, то ничего стоящего обычно и не выходит.

Наверное, я отношусь к тем, кто запутался и не может четко сформулировать, чего хочет. Да даже на примере ноутбука Ванессы и денег, которые пропали со счета Леона. Ну найду я их, а что потом? Это помогло бы месяц назад или два. Сейчас же ситуация изменилась. Даже, честно говоря, не представляю масштаб проблем Леона. Впрочем, он и не позволяет до конца в них вникнуть.

Эмоции не утихают, но я хотя бы начинаю анализировать наш разговор и его подробности. Раскручиваю произошедшее на максимум, припоминаю сказанное Ярошевичем, когда мы ехали вместе домой.

Мой отец оставил Мию без мамы, а Леон – меня без папы. Закономерность? Жестокая… С ней нет возможности примириться.

Всячески отгораживаюсь от этих мыслей, но в один из дней реальность догоняет. Я сижу у кухонного окна, лениво гладя штору пальцами, пока готовится кофе. На улице в разгаре теплый и ясный день, солнце щедро заливает светом каждый уголок сада. Предвкушаю, как сяду сейчас за работу, но взгляд вдруг застревает на дорожке, по которой медленно идет Леон, толкая перед собой коляску со спящей Мией.

Удивительно, но я была не в курсе его возвращения… Дан должен был сказать, что они прилетают.

Леон останавливается, чтобы ответить на звонок, и именно в этот момент Мия просыпается. Он прижимает телефон к уху, заглядывает в коляску и улыбается ей. Завершив разговор, осторожно берет дочь на руки, обнимает ее так нежно и с таким трепетом, что мое сердце наполняется теплом. Это очень милая картинка. Смотрю на них и не могу оторвать взгляд.

А потом к ним подходит Нирит. Она что-то спрашивает у Леона и улыбается во все тридцать два зуба, едва не расстилаясь перед ним ковриком. Смотрит на Дамианиса как на божество. Я опять раздражаюсь, как в тот день, когда застала ее за разглядыванием фотографии.

Все вместе они продолжают прогулку, пока я представляю, что могла бы быть на ее месте, если бы не столько проблем у нас с Леоном.

От печальных мыслей отвлекает сообщение Дана.

«Завтра смогу тебя отвезти на кладбище. Мы вернулись. И да, Леон был очень зол, что ты не сказала ему про ноутбук Ванессы».

Я опять смотрю в окно, как Дамианис, Нирит и Мия гуляют в саду.

Вероятно, это последние спокойные минутки, и надо бы насладиться кофе сполна, потому что очень скоро ждет допрос и новая пытка от Леона. Невозможно отрицать, что я испытываю к нему сильные чувства. И от этого лишь хуже. Настолько, что в кофе хочется плеснуть виски.