35 глава

Когда я просыпаюсь, Леона нет рядом. Его сторона кровати пуста, но на подушке лежит записка:

«Уехал в клинику, встретимся вечером».

Прижимаю ее к груди и лежу так какое-то время. Вставать совсем не хочется, но точно знаю, что если надолго останусь в кровати, то весь день пойдет абы как, а у меня на него столько планов!

Ночью снилось, как мы ужинаем с Леоном и он не сводит с меня глаз. Один раз даже проснулась. Сначала не поняла, где нахожусь и почему мне так жарко, а потом почувствовала дыхание Леона, его объятия, и, улыбаясь, опять погрузилась в сон.

Встаю с кровати и прислушиваюсь к себе. Голова кружится, на душе пустота, я где-то на границе с апатией. До радости далеко, но хотя бы появилось желание привести в порядок свой внешний вид.

Водные процедуры бодрят и настраивают на предстоящий день. Одевшись, беру телефон, делаю селфи, чтобы сравнить результаты до и после, а затем вызываю водителя и еду в город.

Первым делом я захожу в салон красоты. Мастер внимательно выслушивает пожелания и предлагает сделать новую стрижку и укладку, освежить цвет. Сев в кресло, закрываю глаза и наслаждаюсь процессом. Через два с лишним часа вижу в зеркале обновленную себя – легкую и немного изменившуюся. Нет и намека на то унылое лицо, которое было еще утром. Настроение мгновенно поднимается. После маникюра, педикюра и массажа стоп мне становится еще лучше. Как же мало порой нужно, чтобы почувствовать себя хорошо!

Следующий пункт маршрута – бутик. Нужно подобрать одежду на вечер. Внимание привлекает красивое платье с открытой спиной. Ко мне, улыбаясь, обращается консультант.

– Вам очень подойдет этот фасон, прекрасный выбор, – говорит она, указывая на наряд. – Платье подчеркнет вашу фигуру и придаст уверенности. Хотите примерить?

– Оно кажется слишком откровенным и броским, – сомневаюсь я. – Мне просто понравился цвет…

– Иногда нужно позволить себе быть немного смелее, – мягко отвечает консультант. – Попробуйте примерить, возможно, вы искали именно это платье.

Может, она права? Почему бы и не попробовать?

Я уношу платье в примерочную. Надев, смотрю на свое отражение в зеркале – и внутри рождается предвкушение. Платье идеально село по фигуре, открытая спина придает образу изящества и элегантности. Вдохновленная, решаю, что это именно то, что нужно. Пусть и слишком провокационно.

– Вы правы, – говорю я консультанту, выйдя из примерочной. – Платье действительно сидит потрясающе.

Покупаю его и возвращаюсь к машине с пакетом из бутика, чувствуя себя готовой к свиданию с Леоном.

На обратном пути я прошу Яира включить кондиционер посильнее и остановиться ненадолго у моей любимой кофейни, чтобы купить кофе. Неожиданно замечаю Дана. Он сидит за тем столиком, где мы часто любили располагаться, и пьет в одиночестве. Если зрение не подводит, пьет что-то крепкое.

Странно. Раньше бы подошла, беззаботно поздоровалась, как-нибудь пошутила, а сейчас не могу. И объяснения этому у меня нет.

– Все в порядке? – интересуется Яир, когда я долго сижу в машине, разглядывая Дана через стекло.

– В полном, – отвечаю и, закрыв за собой дверь, направляюсь к Ярошевичу.

Он, кажется, несколько удивлен нашей встрече. Прищурившись, окидывает взглядом с ног до головы и удовлетворенно кивает.

– Хорошо выглядишь. Что-то изменилось во внешности. Не пойму, правда, что.

Обычно мужчины не улавливают такое.

– Я освежила цвет, сделала чуть светлее кончики. – Беру прядь волос и показываю Дану.

Ярошевич делает глоток виски. Его глаза задерживаются на моем лице, спускаются к губам, затем он морщится и отворачивается, смотрит куда-то вдаль. Чувство, будто я здесь сегодня лишняя, только усиливается.

– У тебя что-то случилось? – решаю не ходить вокруг да около и задать вопрос в лоб.

– Ничего.

– Леон сказал, что ты выходишь из команды. Почему?

– Это бы все равно произошло. Жизнь циклична. На смену одному приходит другое. К тому же я явно вырос, чтобы постоянно быть на подхвате и занимать место зама. Придумал, как развивать свой бизнес. Продам виллу, вернее всю недвижимость, и акции, попробую собрать свою команду. Пара человек уже есть на примете.

– Тим и Эдельвейс?

– Нет. Ты их не знаешь.

В груди отчего-то тяжело, и не получается отделаться от этого давящего ощущения.

– Вообще-то я планировал завтра заехать, но хорошо, что так. Значит, не буду. Сейчас попрощаемся.

– В смысле?

Дан шумно вздыхает, а потом вдруг кладет руку на мою ладонь.

– Пора каждому идти своей дорогой. Был рад встретить тебя.

– Мне не нравится ни твое настроение, ни твои слова. Что за прощание?

– Да нормально все, мы не прощаемся. Подстрахую Леона в России, когда он будет передавать флешку Версалю, закончу свои дела в Китае и, возможно, вернусь на твою родину. За несколько месяцев, что я там провел, пришла идея бизнеса. Займусь чем-нибудь в международном направлении.

Кожу жжет от прикосновения Дана, и сердце тоже. Не хочу, чтобы он уезжал. Мы ведь так сдружились. Он, по сути, единственный, с кем получалось говорить обо всем искренне, легко, без каких-то сомнений.

– Может, ты передумаешь?

– Нет. – Дан смотрит пронзительно. – Знаешь, ты обвинила меня в жестокости, а это совершенно не так.

– По отношению к Кристине так и было.

– Давать надежду тому, с кем быть не хочешь, разве правильно? Да, повеселились, хорошо провели время. Заняться сексом проще простого. Куда сложнее открыть свою душу, поделиться мыслями и страхами. Это похлеще «обнаженка», согласись. Не припомню, чтобы хоть с кем-то, кроме тебя, делился тем, что произошло с моей сестрой… И никому не рассказывал, как Ясина шантажировала меня, что убьет нашего ребенка, если не стану уделять ей больше внимания.

– Та история с горячей ванной все-таки…

– Да неважно уже, что там было в действительности, – перебивает Дан. – Начать все с чистого листа порой трудно, но это единственный выход.

Хоть звони Леону и проси, чтобы меня тоже записал на обследование сердца. Почему же так тяжело?..

– Мы с тобой на правильном пути, Саша. Как и Леон. Некоторые люди приходят в нашу жизнь, чтобы мы в ней что-то поменяли. К сожалению, необходимость перемен чаще осознаешь через боль и потери. Но что поделать.

– Ты говоришь загадками, и от твоих слов и взгляда почему-то больно, – признаюсь я.

Дан грустно улыбается и сильнее сжимает мою ладонь. В этот момент над головой слышится глухое покашливание. Вскинув глаза, я вижу Леона.

Он смотрит на нас с Даном, на наши переплетенные руки, и нечто пугающее мелькает в его глазах.

– Не помешал? – обращается он к Ярошевичу.

– Чуть-чуть. – Дан убирает свою ладонь и делает знак официанту, чтобы подошел. – Присоединишься?

– Обязательно. – Леон садится рядом и кладет руку на спинку моего стула.

Нет, все-таки мне не показалось: между ними будто черная кошка пробежала.

Официант подходит принять заказ. Кофе с собой для меня, холодный лимонад для Леона и еще один виски для Ярошевича.

– Я проезжала мимо и увидела Дана… – начинаю.

– Я делал то же самое и заметил вас двоих, – перебивает Леон.

Дан смотрит на нас с нескрываемой грустью в глазах. Допивает виски и слегка улыбается. Все, чего хочется в этот момент, – уехать. А я с недавних пор пытаюсь слушать себя и не идти против своих желаний.

– Рад был увидеть тебя, Александра, – говорит он, когда официант приносит наши заказы.

Намекает, чтобы встала и ушла, оставив их с Леоном наедине? Впрочем, так я и собиралась сделать.

– Я на связи, – мило улыбаюсь Дану и, взяв стаканчик, иду к машине, в которой ждет Яир.

На душе отчего-то неспокойно. Напоследок оборачиваюсь, и колет мысль, что это моя последняя встреча с Даном и мы действительно только что попрощались.

В машине смахиваю слезы, ловя расплывающиеся перед глазами силуэты за столиком, вспоминаю слова Дана, все наши прогулки и разговоры, его реакцию на новость о моей беременности… Открещиваюсь от догадки, но неужели Ярошевич покидает команду Леона из-за меня? Быть такого не может…

– Куда едем? – интересуется Яир.

– Не знаю.

В идеале – искать мне новое любимое место и кофейню… Не представляю, что вернусь в эту. Ладони потеют и сердцебиение не сразу приходит в норму, когда думаю о Дане. Казалось, настроение, поднятое салоном и шопингом, ничто сегодня не сможет омрачить. А у Ярошевича получилось.

Минут через сорок меня отпускает. После выкидышатакие эмоциональные перепады не редкость: гормональный фон полностью не восстановился. Хотя врач и назначил лечение, пообещав, что через пару месяцев я вернусь к прежней жизни и штормить станет меньше, но пока штормит.

Дома встречает привычная тишина. Из кухни доносится приятный аромат свежеприготовленной еды. У Тамары чудесно выходит поддерживать порядок и упрощать быт. Чем-то она напоминает мне маму. Не знаю, как та все успевала, тем не менее совмещать работу и дом у нее здорово получалось. В этом хочется быть похожей на нее, но у меня выходит делать хорошо пока что-то одно.

Принимаю душ, запихиваю в себя все назначенные врачом лекарства и иду перекусить. Леона долго нет. Когда собираюсь написать ему сообщение, он звонит сам.

– Как ты? Уже вернулась?

– Да. И готовлюсь к вечеру.

Повисает неловкое молчание, на его фоне слышится какой-то быстрый и непонятный говор.

– Извини, Саша, сегодня не получится. Перенесем наш ужин на завтра.

– Что произошло?

Я ощущаю горечь наравне с сожалением. Так хотелось провести время с Леоном! Очень! Что за несправедливость? Кто помешал нашим планам? Или что?

– Есть некоторые нюансы… Я все решу и вернусь домой.

На том конце трубки опять слышится какой-то шум и, кажется, даже брань. Ничего толком не разобрать. Но Леон точно не один, а последний, с кем я его видела, – Ярошевич…

– Нужна какая-то помощь?

– Нет. Все в порядке. Ложись отдыхать. – Леон завершает разговор.

Сначала хочу поддаться первой эмоции и расплакаться, а потом заставляю себя рассуждать логически… Это всего лишь вечер. Несколько часов. Будет возможность побыть вместе завтра, нет повода расстраиваться. И все же на душе муторно…

Переодеваюсь, убираю платье в шкаф, смываю макияж и забираюсь под одеяло. Сон не идет, я жду Леона. Он появляется только за полночь. Тихо заходит в спальню, видимо, чтобы не будить меня, но я не сплю.

– Все в порядке? – спрашиваю.

Леон включает ночник со своей стороны кровати, медленно расстегивает рубашку. Выглядит уставшим.

– Почти.

– Рассказывай, – мягко прошу я.

С минуту он будто сомневается, а потом говорит:

– Я уже собирался домой, когда позвонили из полицейского участка. Дан попал в небольшую аварию. Сел пьяным за руль…

– Ярошевич и пьяным за руль? – прихожу в изумление.

– Все обошлось. Он не пострадал и никому не навредил.

– Он сейчас дома?

– Да. Проснется, и ему будет стыдно за себя. Пришлось все разрулить. Завтра провожу его на самолет, и на весь вечер я твой. Договорились?

Коротко киваю.

Радость все равно с привкусом горечи. Кажется, в нестабильном состоянии Дана есть доля моей вины. В ближайшие дни и впрямь нужно поискать какое-нибудь новое место, которое станет нашим общим с Леоном. В то кафе на побережье, где мы проводили время с Ярошевичем, я больше ни ногой.