Глава 23

Диана

– Как смотришь на то, чтобы мы с тобой хоть немного времени провели вдвоём? – поинтересовался у меня король.

– Раз вы так хотите, – ответила ему, не особо горя желанием выбираться из своей комнаты.

Несмотря на то, что наши отношения наладились, мы так и не смогли поговорить по душам, хотя у меня и было очень много вопросов.

– Прикажу приготовить нам лошадей, – ответил он, удаляясь.

Я же так и осталась стоять посреди большой залы. Ну вот, теперь придётся ехать на эту конную прогулку. Хотя, может это и к лучшему. Уж очень хочется расспросить его про мою маму.

– Ты чего как статуя здесь стоишь? – поинтересовалась показавшаяся из-за угла Гвен, от чего я даже подпрыгнула.

– Что пугаешь так?!

– Да я и не думала, – улыбнулась сестрёнка. – Что-то ты чересчур дёрганая стала. От каждого звука шарахаешься.

– Я бы на тебя посмотрела, когда из-за каждого угла тебя схватить пытаются то похитители, то претенденты...

– Это да… – задумчиво протянула сестрица. – Не завидую.

– Да я и сама себе не завидую. Как же мне хочется вернуться в нашу тихую деревеньку и забыть обо всём, как о страшном сне.

– Это, к сожалению, невозможно. Но попробуй найти в этом и плюсы, – посоветовала Гвен.

– И какие это? 

– Ну, во-первых, ты узнала своего настоящего отца. И, заметь, он жив, нежели ты считала раньше. Радоваться этому должна!

– Да радуюсь я, радуюсь, – ответила без особого энтузиазма.

– А по тебе и не скажешь, что рада.

– Мне прыгать что ли?!

– Не обязательно. Но могла бы хоть поговорить с королем нормально, а не избегать с ним общения.

На самом деле Гвен была права. Я всячески оттягивала этот разговор, но, видимо, пришло время. И эта конная прогулка как нельзя кстати.

– Ну, а во-вторых, что? – спросила сестру, решив уйти от больного для меня вопроса.

– Во-вторых, твоё предстоящее замужество. Посмотри какие красавцы решили побороться за твою руку и сердце! Эх… Жаль, что выбрать только одного надо, – мечтательно закатила она глаза. – Я бы всех себе оставила!

– Гвен! – опешила я.

– А что Гвен, что Гвен-то?! Это только мечты. Мне таких женихов в жизни не видать. Кто мы по сравнению с тобой?

– Не говори так! Уверена, что и вам с Бетти найдутся достойные мужья, – заверила я её, крепко сжимая в объятьях. – А сейчас идём, мне переодеться нужно. Не стоит заставлять короля Бенедикта ждать.

Быстро сменив свой наряд, я направилась к конюшням. Вот только стоило мне подойти, как заметила какое-то небывалое оживление и суету, словно что-то произошло. На Уокере и Эдгаре не было лица.

– Что стряслось? – поинтересовалась я у мужчин, на что они лишь переглянулись и ничего не ответили. – Что вы молчите? Что произошло?

– Ничего! – всё же ответил приёмный отец. – Ступай к себе, прогулка отменяется.  

***

Эдгар 

Размышляя о предстоящем испытании, я не торопясь шёл мимо конюшен, когда неожиданно заметил спешащую куда-то королеву. Не знаю почему это показалось мне странным. Решив подстраховаться, укрылся за углом и стал следить.

Опасливо оглядываясь по сторонам, женщина подошла к двум запряженным для верховой езды скакунам. Немного покрутившись у гнедого мерина, на котором было дамское седло, она достала кинжал и начала перерезать подпругу.

Что она задумала?! Неужели… Ужасная догадка закралась в мою голову. Диана… Она снова хочет попытаться её убить!

Только я собрался подбежать к королеве и схватить, как неожиданно на моё плечо легла чья-то рука. Резко развернувшись, встретился с пылающим негодованием взглядом Дарела.

– Чш-ш-ш-ш-ш… – приложил он палец к губам, призывая меня к тишине.

Я лишь кивнул в сторону Её Величества. Уокер шёпотом заговорил:

– Я с самого начала подозревал, что отношение королевы к принцессе сплошной фарс. А сегодня заметил как она куда-то спешит и озирается, решил проследить.

– Так надо схватить её! – тоже шёпотом возмутился я.

– Рано… – не согласился Уокер.

– А чего ждать?! Когда Диана убьётся, сев на лошадь?

– Я уже отправил слугу за королём. Схватив её сейчас, мы дадим ей время придумать оправдание.

В чём-то он прав. Закончив с подпругой, королева вновь осмотрелась по сторонам и, бросив кинжал на землю, уже собиралась скрыться, но ей не позволили.

Наперерез вышел сам король Бенедикт Первый со своей личной охраной. Мы же подошли со спины, отрезая все пути к отступлению.

– Взять её! – грозно рявкнул король, отдавая страже приказ.

– Бенедикт! – испуганно вскрикнула королева. – Всё не так, как ты подумал. Я просто увидела, как этот – указала она пальцем на меня, – куда-то с кинжалом отправился. Вот и решила проверить. Он хотел убить тебя!

– Замолчи, Канья!

– Но это правда! Умоляю, поверь мне! Вон и его кинжал тому доказательство.

Дарел поднял с земли указанную вещь, которая действительно принадлежала мне. 

– Да, это мой. Но откуда он у вас?! – не сдержав гнева спросил я её.

Королева гордо вскинула голову и произнесла:

– Не притворяйся. Лучше признайся, что хотел убить короля.

– Хватит вранья, Канья! – возмутился правитель. – Тебя видели несколько человек! Как? Как ты могла?

– Бенедикт, я ни в чём не виновата! Это всё он!

Но король уже не слушал её. Прижав ладонь к груди в области сердца, он не торопясь побрёл в сторону замка.

– В темницу её, – приказал он, даже не обернувшись. – Завтра сам допрошу.

Он ушёл, а королева всё также продолжала твердить, что не виновна, пока её чуть ли не волоком уводили из конюшен.

Как раз не вовремя подошла Диана…

Девушка недоверчиво смерила взглядом сначала Уокера, а затем и меня, явно догадавшись, что тут что-то произошло. Не добившись от нас ответа, принцесса ушла, а мы с Уокером удалились в сад. Здесь всегда было тихо и безлюдно.

– Как думаешь, – обратился ко мне Дарел, – Канья одна всё это придумала или же у неё есть сообщник?

– Думаю, есть сообщник. Всё её поведение указывает на то, что совершённые ею поступки не спонтанны. Королева явно преследовала какую-то цель, и это не просто смерть Дианы. Тут что-то большее.

Уокер задумчиво произнёс:

– Эх, зря Бенедикт отложил допрос до завтра. Чует моё сердце, что ничем хорошим это не кончится.

– В любом случае, мы не можем пойти против воли Его Величества.

– Значит подождём утра.

Вот только тогда мы не знали, что плохие новости уже появятся к вечеру – стража сообщила о новом происшествии…

***

– А-а-а-а-а! – прокричала королева, увидев в углу огромную крысу.

Зверёк шустро прошмыгнул в центр темницы, и вот уже перед Каньей стоял обнаженный маг. На мгновение женщина засмотрелась, забывая о своём плачевном положении, но быстро взяв себя в руки, опомнилась.

– Карей, – протянула она. – Как же я рада видеть тебя. Наконец-то ты меня освободишь.

Она было хотела приблизиться, но мужчина отпрянул. Затем он подошёл к деревянной кровати и, стянув с неё старую тряпицу, завернулся, чтобы спрятать свою наготу.

– Как так вышло, что ты здесь оказалась? – сведя брови, строго поинтересовался маг у королевы.

– Карей, я не хотела, – начала сразу же оправдываться Канья. – Понимаешь, я…

– Довольно, – строго проговорил мужчина. – Я больше не желаю ничего слышать. Надеюсь, ничего не успела разболтать?

– Нет! Что ты! Я молчала как рыба, – заверила его она.

– Хорошо. Хоть на это у тебя ума хватило, – скривился он, глядя на красивую молодую женщину, которая по своей глупости стала узницей.

– Давай поскорее выберемся отсюда, – поторопила его королева. – Сами стены этой темницы угнетают меня.

Карей прошёлся по небольшому помещению, брезгливо морщась, и остановился у крошечного зарешеченного оконца. Ненадолго задержав взгляд на затянутое серыми тучами небо, маг сделал небольшой пас рукой, и на его ладони появилась небольшая склянка.

– На, – протянул он её королеве. – Выпей это. Нам стоит поторопиться, пока никто сюда не пришёл.

– Что это? – поинтересовалась женщина, разглядывая зелёную жидкость в стеклянном флакончике.

– Это зелье поможет тебе выбраться отсюда, – не стал вдаваться в подробности маг, продолжая рассматривать серое небо.

– Кар-р-р-р-р, – раздалось за решёткой, и на небольшой каменный выступ уселся чёрный ворон.

– Опять эта твоя птица, – поморщилась королева

– Не смей даже отзываться плохо о Доре! В отличие от тебя, он меня ещё ни разу не подвёл,– рыкнул недовольно маг. – Пей быстрее! У меня и так ещё много дел.

Канья откупорила склянку, и из неё вышел густой зеленоватый дымок.

– А мне точно ничего плохого не будет? – недоверчиво поднесла пузырек к носу и вдохнула. – Запах, конечно, отвратный.

– Пей! – вновь поторопил маг, и женщина одним глотком опрокинула в себя всю жидкость.

– И скоро оно подействует? – в нетерпении поинтересовалась она. – Мне уже не терпится покинуть… – договорить не успела, схватившись за горло.

– Уже подействовало, – меланхолично проговорил Карей, глядя на задыхающуюся королеву.

– Что ты мне дал? – еле слышно прохрипела она. – Что со мной? Так и должно быть?

Канья с надеждой смотрела на возлюбленного. Он же просто молча кивнул.

Тут женщина схватилась за живот и, согнувшись практически пополам, закричала: 

– А-а-а-а-а, внутри всё горит! – наконец осознав, что с ней действительно происходит. С ужасом взглянула на любимого и, упрекая, воскликнула: – Ты! Ты... 

– Да, я отравил тебя, – с безразличным лицом ответил Карей. – Ты стала доставлять слишком много проблем, а они мне совершенно не нужны.

Затем он подошёл к женщине. Она, с трудом выпрямившись, попыталась вцепиться своими острыми ноготками в его лицо, как кошка. Но маг не позволил, крепко схватив её за запястья. Теряя силы, королева начала оседать на пол. Карей подхватил её на руки и аккуратно уложил на деревянную кровать, так не подходящую для такой персоны, как она.  

Погладив королеву по голове, маг проговорил: 

– Очень жаль, но я предупреждал. Твоя глупая ревность могла погубить нас обоих. Но, несмотря на всё, ты подарила мне когда-то много приятных часов. Буду помнить только их.  

Карей поцеловал умирающую женщину в лоб и вновь обратился крысой. Шмыгнув в угол, он скрылся в небольшой щели, а на полу осталась валяться лишь старая тряпица.

– Помоги! – из последних сил выдавила из себя Канья, с трудом подняв руку и протянув в сторону ускользающего животного. Она пыталась в последний раз дотронуться до любимого, пусть даже в таком облике. Естественно, ей это не удалось. Слишком быстро он убежал. Обессилено уронив руку, королева вздохнула в последний раз и уставилась в потолок застывшим стеклянным взглядом. Воздух медленно вышел из её груди, а на лице осталось выражение сожаления и безысходности. « Я так его любила...» – было последней мыслью несчастной.

Когда в темницу ворвалась стража, женщина уже была мертва. В темнице царила тишина, и лишь из-за небольшого окна доносилось удаляющееся хлопанье крыльев и мерзкое карканье.