Глава 24

Дарт

Глупые недоростки! Затеять травлю избранника сестры, не думая о боли, причинённой ей. И я хорош. Решил прикрыть землян и проучить зарвавшуюся молодёжь. Результат? Риск потерять и жену, и дочь. Кого потом винить? Безмозглых юнцов, не сумевших обуздать гонор? Вряд-ли. С утра все, как будто помешались, и молодёжь и умудрённые жизнью мужики. Азарт горел в глазах, мешая включить мыслительный процесс. Наверное, мы вели слишком спокойную жизнь последние годы. Привычные ранее бои, тотализаторы, охота ушли в тень после осознания невозможности восстановить планету, оставаясь жестокими зверьми. Сорвало всех, пьяня кровь и разжижая мозги. Никто не додумался остановить весь этот бардак. Подначивали, подбадривали, питаясь общем помешательством.

- Ребёнок крошечный, но рвётся на свет, слабея с каждой минутой, — Заил озвучил действительность. — Таларри не готова, поэтому плод не может выйти. Кесарить поздно. Ребёнок застрял в родовых путях. Придётся выдавливать.

Женщины на Ганзалеоне всегда рожали сами. Медицина отсутствовала в нашем мире, двигаясь по принципу выживания сильнейших. Только с появлением Дариоллы, лекари отправились на другие планеты перенимать опыт врачей и учёных.

— Я порву её всю. Если не успеем быстро остановить кровотечение и залечить все повреждения, Таллари может умереть.

Приговор вынесен. Приговор Тал и мне. Если моя женщина умрёт, мне останется только ритуальный кинжал и жертвенная плита в храме. Я не смогу жить без Тал. Даже дочь не удержит меня в этой реальности. Слишком сильно я связал душу и сердце с Таларри. Мало кто знает здесь, что значит потерять при рождении мать, потерять смысл жизни, оказавшись обречённым на вечное одиночество. Мало кто понимает, что для тебя значит женщина, вернувшая жизнь, спасшая от одиночества, подарившая смысл существования.

Нет! Нет! Нет! Зандал не мог так жестоко со мной поступить! Он не мог дать и сразу отнять! Не отпущу! Не потеряю! Собраться! Отстраниться от боли, страха! Взять себя в руки! Капаться и переживать буду потом. Крик раненого зверя, хрип, слабые удары сердца, тишина…

— Дарт, девочки! Не спим! Работаем! У нас пять минут! Не больше! — крик Заила вырвал стопора, не дал поддаться угасающему пульсу.

Вся концентрация на живительный поток. Вливать. Порциями. Не дать захлебнуться в энергии, вливающейся в тело, скользящей по сосудам. И слушать! Слушать движение крови, слушать родной стук, становящийся с каждой волной увереннее, сильнее.

— Мы справились, — устало, но удовлетворённо прохрипел Дарт. — С Таларри всё хорошо. Наша девочка останется с нами.

Справились… Останется с нами… Это лучшее, что услышали мои уши. И не важно, что я еле стою, не важно, что сердце бьётся через раз, не важно, что кровь с болью прорывается в мозг. Главное Тал останется с нами, со мной, навсегда.

Не заметил, как Заил и сёстры покинули комнату, не видел, как Алина уносила дочь. Темнота в глазах, пустая тошнота в груди. Надо поесть, отдохнуть, но страх оставить жену выше слова надо. Он не даёт уйти, не отпускает от неё, заставляет схватить и не выпускать. Так и делаю. Хватаю, сажусь с ней в кресло и не выпускаю. Моё сокровище. Сегодня я дракон. Зловещий рык, при попытке забрать, не желание отдавать даже на секунду. Пришлось позволить взять, переодеть, помыть, и сразу к ней, обнять, прижать, вдохнуть её запах, успокоиться, набраться сил. Моя… Никуда не отпущу…