Глава 16

– Кайден перестань.

С закрытыми глазами я отталкиваю голову Ригхана, пристроившуюся между моих ног. Мужчина кусает меня за внутреннюю сторону бедра и тихо стонет. Кайд – это ассоциация полномочий. Казалось бы, даже в такой интимный момент, когда ты слаб перед происходящим и срывается стон, его протяжный звук не походит на безволие. Скорее на силу. Это он контролирует ситуацию, свое удовольствие, мое и наши тела.

– Тише, Стейс.

Сначала псих ласкает меня языком. Неспешно, привыкая к новым ощущениям во рту. Я выгибаю спину, цепляясь за обивку кровати, стараясь хоть немного сориентироваться в пространстве. Тщетно! Кайд проводит по влажным складкам через ткань трусиков, припадает к лону языком и ритмично водит, делая меня еще более влажной. Пальцы мужчины подхватывают край стрингов, открывая доступ к его девочке.

Мое дыхание учащается, возбуждение растет с каждой секундой. Им нет предела. Ласки пальцами вызывают галлюцинации. Предметы становятся дальше, стоит сфокусироваться на чем-то, а сам Ригхан, будто ускользает.

– Не хочу, чтобы сон заканчивался. – Признаюсь я, уже прощаясь с мужчиной.

Кайд приближается ко мне, дразнит губами перед тем как поцеловать, и спустя время завладевает моими влажными.

– Малышка, это не сон. – От шепота покалывающая волна мурашек.

Я приподнимаюсь с кровати. Туман не только за окном, но и в моей бедной голове. Все смешалось. Что там нужно сделать, чтобы понять сплю ли я? Псих кажется таким реальным.

– Ай! – Вскрикиваю, когда Кайд кусает меня за бедро и тут же хватает за горло, укладывая на белоснежную подушку.

– Ты нужна мне, Стейс Рейвен. Моя маленькая девочка. – Грубая ладонь гладит по моим волосам. – Моя малышка.

Это не сон? Кайден Ригхан только что ласкал меня там… внизу по-настоящему? Он точно не плод фантазий?

– З-зачем?

Я впиваюсь ногтями в плечо психа и щупаю. Нет, не сплю. Кайд реальный.

– Ты мне нравишься. Дай мне шанс понравиться тебе, Стейс, – его слова завораживают.

Мужчина отстраняется. Воздух между нами сгущается, а я задыхаюсь. Легкие сдавливает от напряжения, когда Ригхан гладит мои лодыжки, поднимаясь выше.

– Расслабься. – Целуя кожу, мягко командует Кайден.

Я беспрекословно выполняю его приказ. Он обнимает меня и зарывается лицом в мои волосы, когда я сажусь на кровать. С ним всегда так тепло. Обнимаю его в ответ, чувствуя, что это тот самый мужчина.

Как я тебя ждала…

– Моя маленькая девочка.

Крепче жмусь к нему, не желая ни на секунду отпускать. Только не уходи.

Он пришел. Наверное, я все же нужна ему. Объятиях с Ригханом ощущаются, как дом. Как он и сказал, я чувствую себя с ним малышкой. Хрупкой девочкой, которой не нужно заботиться о внешнем мире.

– Я ненавижу тебя, – отвечаю на поцелуй.

– Поэтому целуешь? Скажешь, что я ошибка?

Кайден. Кто бы мог подумать, что он настолько зациклится на фразе, брошенной мной в порыве.

– Нет, я никогда не считала тебя ошибкой. Но твоя девушка…

– Хочешь поговорить об этом?

Да. Покоя от этого нет и будет лучше, если он скажет правду.

– У меня есть только ты. Никого другого я не рассматриваю.

– Вы расстались сегодня? – не унимаюсь.

– Мы не встречались. – С расстановкой успокаивает Ригхан.

– Хочется верить.

Я презрительно пялюсь на него. Если мужчина думает, что раз значительно старше, то можно дурить голову девочке, я отвечу – нет!

– Прирожденный юрист, – смеется Кайден.

Почему? Улыбаюсь ему в ожидании ответа.

– У нас проблемы с доверием. Мы подозрительные, очень.

Никогда не замечала по своему отцу подобное.

Может, он не такой и хороший юрист?

– Ты часто следишь за людьми?

– Приходится.

– Приходится?

– Хочешь спросить о себе?

Киваю, любуясь тем, как Кайден снимает футболку. Его тело покрыто многозначительными татуировками. И, когда он успел забить кожу? Таких красивых юристов и по совместительству владельцев фирмы уровня мирового господства я еще не встречала.

– С ними ты похож на бандита.

– Не хочешь бандита?

– Хочу. – Касаюсь кончиками пальцев ног его пресса.

У Ригхана перехватывает дыхание.

– Посмотри на татуировку возле сердца.

Я подбираюсь ближе, утопая в одеяле и нашей близости.

– Что это? Глаза какой-то девушки? – слабая улыбка.

От пристального взгляда мужчины мне становится не по себе. Кайден смущает меня. Он манит пальцем, и я подчиняюсь. Близко приближаюсь к волчьему лицу с густыми черными бровями и острыми скулами. В нем все гармонично сочетается.

– Ты набил чьи-то глаза. Мило.

Кайден ведет себя подозрительно. Спокойствие всегда было его главным качеством. Но сейчас он немного суетится. Расправляет плачи, смотрит то на меня, то на татуировку, то на окно. Что происходит?

– Не узнаешь?

Я встаю с кровати, беру в маленькие ладошки обе его руки и тяну за собой. Мы подходим к столу, включаю лампу и разглядываю татуировки Ригхана. Я шокирована их количеством. Здесь едва остается место для новых, если Кайд захочет набить что-то еще.

Среди невообразимого количества рисунков, которые вижу, меня сильно цепляют три. Иероглиф на левом запястье, взгляд девушки под сердцем, ружье в области пресса.

– Что значит этот иероглиф?

– Сибари или шибари.

Вспоминается наша встреча на кухне, когда Ригханы приглашали нашу семью на ужин.

– Это там где связывают, хватают, арестовывают?

– Стейс, в нем нет сексуального подтекста. – Поясняет мужчина, видя, как я загрузилась над значением.

– В сексе ты тоже любишь борьбу?

– Нет, Стейс. В постели я наслаждаюсь своей победой. Трофей с раздвинутыми ногами должен готов принять победителя. А я сполна оттрахаю желаемое. – Груб он. Мое лицо наверняка покраснело после грязных мужских слов.

– Если в иероглифе нет сексуального подтекста, то что в нем есть?

– Татуировка относится к себе. Благодаря ограничениям и борьбе я чувствую себя живым. Ружье около пресса имеет схожее значение.

Какое же?

– Я люблю охотиться, Стейс. – Стискивая мои запястья в своих, шепчет Кайд, нагибая меня над столом.

– Ты охотишься на людей?

– Если желаемое – это человек, то да.

– И эти два месяца ты охотился на меня? – проясняю детали.

– Дольше. – С легкостью выдыхает он. – Намного дольше, чем ты можешь вообразить.

Ригхан отпускает меня, но только для того, чтобы повернуть, схватить за затылок и шею. Благодаря его хватке я не теряю равновесие.

– Я знаю тебя с детства. Мечтаю о тебе со школы. – Предупреждающе говорит Кайден.

Прикусываю губу, пытаясь скрыть безумие, зарождающееся по всему телу. Истерический смех просится на волю, но я затыкаю его:

– Ты шутишь!

Рука Ригхана скользит по ложбинке между грудей, приподнимая короткий топ, в котором я спала, и останавливается на животе.

– Нет. Никаких шуток, Стейс Рейвен. Я помню каждый момент жизни, связанный с тобой.

Я оборачиваюсь к нему, по-прежнему не веря в сказанное.

– Хочешь назову самые яркие? – Его ладони берут мои под опеку. – Ты держала в руках подсолнухи в день похорон своей матери. Ярко-желтые, цвет сумасшествия. Твоя мама очень любила их. – Сердце бьется учащенно, когда Ригхан попадает в точку. – Думаю, ей не понравилось бы видеть свою дочь в том состоянии.

На глаза наворачиваются слезы. Я вспоминаю похороны с содроганием.

Сентябрьский день. Такой обжигающе-теплый воздух, что противоречиво для осенней погоды. Запах отмирающих листьев преследовал повсюду. Очень много людей пришли поглазеть на нашу с отцом утрату. Они с таким сожалением смотрели в мои заплаканные глаза, что ежесекундно мне хотелось закричать: «Убирайтесь отсюда, чертовы уроды»!

Я злилась на весь мир. На Бога, который плюнул и рассмеялся в ответ на мои молитвы. Я стояла на коленях и просила о пощаде в соседней комнате, пока отец склонялся над матерью, лежавшей на кровати без сознания. Как он мог забрать ее у меня, разрушитель судеб?!

До сих пор не понимаю, как не сошла с ума и смогла пережить утрату самого близкого человека.

– Как сбегала из дома после ссоры с мачехой в пятнадцать. Помнишь Джеки, своего пса? – Не дает мне опомниться Ригхан и сполна ощутить боль прошедших дней. – Его сбила машина на твоих глазах.

– Водитель, убивший его, умер через три дня. По информации из СМИ это произошло в тот же час, когда не стало Джеки, – подтверждаю я. – Кайден?

Грудь сдавливает нехорошее предчувствие. Мужчина признает мои опасения:

– Я позаботился об этом, Стейс.

Щенок трехцветной окраски был для меня всем. Папа подарил мне его на тринадцатый день рождение. За те три года, что Джеки жил с нами, он стал настоящим членом семьи. Каждое утро и вечер я ходила с ним на прогулку, играла, купала, кормила. Я делала все! Я заботилась о нем до тех пор, пока придурок под наркотой, летя по сотку на территории жилой зоны, не сбил его.

– Малышка, – мужчина вытирает мои слезы.

– Кайд…

Не нахожу, что сказать, но очень благодарна ему за то, что сейчас он рядом. Со мной. Я утыкаюсь головой в грудь Ригхана и не сдерживаясь рыдаю. Прежде чем продолжить, мужчина дает мне время успокоиться. Кайден больше не давит на больные точки, хотя уверена он знает многие подробности моей жизни. Такие, которые заденут за живое похлеще, чем смерти мамы и любимого питомца.

– Я наблюдал, как ты начала встречаться с Хофером. Я ждал, Рейвен. Ждал, когда ты переедешь сюда, и я сделаю тебя своей.

Его слова звучат, как слова безумного человека. Такое не может происходить в реальной жизни. Какой нужно обладать выдержкой, чтобы смотреть на ту, кого… Любишь – это слово уместно здесь? Чтобы смотреть на ту, кто находится с другим, и ждать.

Мужчина подхватывает мое ослабшее тело на руки и несет к зеркалу. Он достает из кармана темных джинсов зажигалку и подносит к рисунку возле сердца.

– Посмотри на эту татуировку. – В нетерпении указывает Кайден.

Только сейчас я обращаю внимание на детали. Брови, густые ресницы (такие редко встретишь), широко-распахнутые глаза, в которых видишь зрачок полностью, а не частично. Под татуировкой надпись «малышка». Я поднимаю ошарашенный взгляд на Кайдена.

– Кайден, – шаг назад. Я ахаю, глядя на часть лица девушки, набитой под сердцем мужчины. – Нет, – мотаю головой, отворачиваясь от мужчины к окну.

– Ты думаешь, что власть всегда у меня. Что нами правлю я. Отчасти это так. Но есть кое-что неизменное. Мое тело и разум навечно в твоей власть, Стейс Рейвен. А это значит, что все, касающееся меня, принадлежит тебе.

Не могу в это поверить.

– Да, Стейс. Под моим сердцем всегда ты. Знаешь, как давно я сделал ее? Несколько лет назад, когда повстречал тебя в Онтарио на мероприятии.

– Это невозможно! – Отрицаю я. – Но почему? Почему ты так… Привязался ко мне? Почему я, Кайден?

– Разве любовь объяснима?

– Мы не знаем друг друга.

– Мне не обязательно знать о тебе в совершенстве подробности, чтобы любить. Но на всякий случай я проверил все. И после того, что знаю, продолжаю желать, чтобы ты была моей. Стейс, просто дай шанс.

– Кайден, у меня нет слов.

Это очень походит на нездоровую одержимость. Хотя вряд ли она может иметь здоровые наклонности.

– Ты мне нравишься. Очень. Я хочу быть с тобой.

Эти слова становятся точкой невозврата. Я хочу быть с тобой, Кайден Ригхан. С этого момента начинается наша история. Она началась раньше, просто ты не помнишь. Неконтролируемая любовь, полная разных чувств. Такая живая, что перехватывает дух. Неидеальная, вообще ни разу. Но она наша. Моя – Стейси Рейвен и Кайдена Ригхана.

Что останется в итоге от бабочек? Их разорвет в клочья от боли, или они будут порхать, наслаждаясь каждым моментом, проведенным с этим человеком?

– И я хочу быть с тобой. Ты не представляешь, что значишь для меня.

Если бы я знала, чем все это закончится…

Наверное, выгнала бы его и никогда к себе не подпускала.

– Мы теперь пара?

– Да, Стейси.

– Необычно. – Смущаюсь я, не зная, куда себя деть. – Будем ходить на свидания или вроде того?

– Нет. – Отрицает Ригхан, увлекая меня поцелуем, и одновременно подводит к кровати. – Свидания не наш формат.

Я никогда не состояла в отношениях со взрослым мужчиной. Из всех парней, что у меня были – это Дей. Мы одного возраста, никогда даже не возникало вопросов, что мы будем делать вечером, куда пойдем и по списку. С Ригханом я задаюсь вопросами. Чем занимаются парни, которым более двадцати пяти лет? Наверное, наши интересы сильно разнятся. Это плохо? Может, у нас с Кайденом ничего и не получится из-за ощутимой разницы в возрасте.

– А как ты проводишь время? Что делаешь в отношениях? Куда водишь девушек на свидания? – Наверное, при других обстоятельствах я почувствовала дискомфорт из-за вопросов. Но мои вопросы – это искреннее желание узнать.

– У нас не такая большая разница в возрасте, Стейс. Я не провожу вечера перед телевизором, восстанавливая поясницу собачьей шерстью. Не встаю в шесть утра, если ты беспокоишься за сон. Скорее засыпаю под утро после неплохого кардио. – Подмигивает он мне. – У меня не сводят суставы от переменчивой погоды. В моем доме не пахнет таблетками, потому что они ни к чему. Я не экспериментирую с кулинарией, не сижу в соц. сетях, не гуляю со стариками по парку.

– Значит так? Удивил. Я думала с тобой будет совсем худо. Ну, знаешь, подтирать тебе задницу, потому что ты не в состоянии это сделать. Ездить с тобой по больницам. Напоминать о принятии таблеток, чтобы сердце не шалило от поцелуев. Напрочь забыть про секс, чтобы удар не случился у дедульки. Отдыхать только в пансионатах. Просыпаться утром в беспокойстве и надежде, что ты не помер. Не хотелось бы лежать с трупом. – Смеюсь я.

– Тебя так беспокоит секс?

Мужчина с притягательными серыми глазами опускает голову и целует меня в шею, удерживая над кроватью. Мой рот остается открытым, я так хочу его губы. Ригхан улыбается, но не дает мне желаемое.

– Ответь на вопрос, Стейс.

– Среди всего, что я произнесла, тебя волнует только это? Ты извращенец!

– Твой, – Кайден удерживает меня за бедро, неистово целуя. А после бросает на кровать, отчего я вскрикиваю. – Мужчинами с годами становится только лучше. Помню, Рейвен. Если не веришь, спроси у своей подруги. – Он намекает на Мэделин. С ней я пока не готова обсуждать Кайда. К тому же, Ригхан и ее друг тоже.

– Если я захочу свидание?

– Ненавижу это слово. – Откровенен он. – Похоже на глупости влюбленных дур.

– Мы не будем ходить в кино?

– Будем. Встречи со мной ты будешь помнить долго.

Кайд был прав. Спустя четыре года после расставания с ним я помнила каждую во всех ярких подробностях.

– Встречи? Мы будем называть это так?

– Да.

– Интересно, а со своей будущей женой ты тоже будешь ходить на встречи?

– Думаю, с ней мы найдем обозначения тому, как называть подобное.

Пока все выглядит очень смутно.

– Завтра в девять я заберу тебя и не верну домой, Стейс. Предупреди папочку.

Поднимаю глаза в потолок. Отец будет только рад, если я буду больше времени проводить с тобой.

– Ты не останешься со мной?

– Нет.

– Даже, если я попрошу?

– Даже, если попросишь.

Я нервно закусываю уголок губ и смотрю на Кайдена с голым торсом. И какие у него планы на эту ночь? Неприятные воспоминания с блондинкой всплывают в моей голове. Я уже сама себя ненавижу за эту глупую ревность!

– До завтра? – Ригхан наваливается на меня сверху, закрывая черепок с негативом.

Твердый член психа, трущийся о мое бедро, выбивает весь бред из головы. В том числе и ревность. Я вонзаю коготки в широкие плечи возбужденного мужчины и прошу:

– Не уходи.

От интенсивных поцелуев у меня пересыхает во рту. На вкус Кайден Ригхан еще прекраснее. Я знаю, что он курит, но сегодня не почувствовала от него запаха сигарет. Мужчина не прикасался к сигарете, потому что был уверен, что встретимся? Его одежда тоже не пахла въедливым дымом. В каждую нашу встречу Кайд был божественен. И сейчас происходит еще один блаженный момент в копилку воспоминаний.

– Мне нужно уйти, малышка. Хочешь десерт?

Псих срывает с меня одежду. Топ и короткие шортики остаются где-то у наших ног, на краю кровати. Язык Ригхана вылизывает мою грудь. Я не сдерживаюсь, отвечаю на движения мужчины протяжным сдавленным стоном. Беспокоиться не о чем, потому что комната папы и Сары находится в другом крыле дома, как и пристройка для персонала. Но я все же стараюсь быть тише.

– Десерт? – игриво повторяю я. – Нет. Только, если останешься.

– Я хочу, чтобы ты не сдерживалась, Стейс. Чтобы твои крики слышали все. Я хочу, чтобы каждый человек слышал, кто возносит тебя на небеса. Чье имя ты будешь кричать во время секса?

– Твое, Кайден! – Выгибаю спину, когда Ригхан играет с моим клитором. – Только твое, гребаный ты псих!