Глава 15

— Смелее! Пейте.

Я медленно перевела взгляд с протянутого мне пузырька на лицо Лазансона. Брови его были сдвинуты, а глаза светились решимостью.

— Зачем?

Нет, ну а почему не уточнить? Решимость тоже бывает разная. Вдруг он меня убить хочет, потому что я явно услышала что-то лишнее?

— Вы хотите вернуть память?

— Да.

Я снова поглядела на мутную голубую жидкость, обвела взглядом кабинет профессора с массивной мебелью из темного дуба и тоже нахмурилась. Пить зелье неизвестного происхождения из рук одного из подозреваемых — идея сомнительная. Я хочу вспомнить себя и свою жизнь, но есть и другие варианты.

Пусть эти варианты тоже изредка меня расстраивают. Совсем чуть-чуть. Самую малость. Только когда забывают обо мне, разговаривая с Аленной Байсберри. Хотя, чего я скромничаю? Разговором дело не ограничилось. Ее тонкие пальцы в его широкой ладони даже как воспоминание меня ужасно нервировали.

— А что там? — уточнила я, оттягивая момент принятия решения. Вдруг в голову придет какая-то светлая мысль, и мне удастся ускользнуть от профессора? Или в дверь профессорского кабинета кто-то постучит?

— Вам нужны ингредиенты? — его брови поползли вверх.

Не помешало бы, конечно. Хотя, я вряд ли смогу выполнить хоть какой-то анализ состава. В моей голове были только базовые знания о зельях — в общем-то, почти ничего.

— Нет, конечно, — я улыбнулась как можно мягче. — Хотя бы объясните, исходя из чего вы их подбирали. Должна же быть какая-то логика?

Вот де Ла Маст хотя бы понял, что память мне подпортил какой-то артефакт. А что знал Лазансон? Ни-че-го.

Или все, если все мои проблемы устроил именно он.

Глядя, как задумчиво и капельку раздраженно на меня глядит профессор, я подумала, что докапываюсь не зря.

— Вы слишком осторожны и нерешительны для той, кому нужна помощь, — Лазансон многозначительно поиграл бровями и резким движением отставил склянку в сторону — на засыпанный бумагами стол. Отвернулся и произнес неожиданное: — Очевидно, моя ассистентка не так уж беспомощна.

Я непонимающе замерла, глядя на развернувшегося Лазансона. Глаза его были подозрительно сощурены, губы искривились в усмешке.

— Более того… она хитра и опасна. Выкрадывает из аудитории книги, подслушивает разговоры… а может, у милой Рози и память не пропадала? Просто она играет в какие-то игры?

Тарашийский единорог!

У меня кажется вся кровь от лица отлила и свернулась где-то в пятках, которые тут же начало покалывать.

Профессор, наоборот, со своей усмешкой казался расслабленным, но его подлинное состояние выдавали превратившиеся в точку зрачки и ладони, сжатые в замок.

Мы замерли, глядя друг на друга. Никто не двигался. Я, кажется, вовсе не дышала.

Что сказать, когда тебя предъявляют такие обвинения? Какую-то банальщину, вроде «клевета, я не виновата»? Все отрицать? Или озвучить ту малую часть, которая правдива? И откуда он вообще знает, что я увела из аудитории книгу?

— П-память действительно пропала, — наконец, чуть заикаясь, произнесла я, после чего снова повисла напряженная пауза.

«Если скрывает что-то страшное и думает, что я его раскрою, может убить прямо сейчас» — подумалось в панике, но я быстро себя одернула — «Глупость какая».

Тем не менее кулаки невольно сжались, а спина выпрямилась так, будто в позвоночник неожиданно уперлось острие кинжала.

Как он там говорил? В Ластрее действуют свои правила? Кажется, что-то о том, что меня здесь же и похоронят, если подумают, что я воровка. И об этом никто не узнает.

Охх, черт!

По взгляду профессора было видно, что врать, отрицая обвинения, сейчас небезопасно. Он точно знал, что я виновата, и продолжать прикидываться невинной овечкой было попросту невозможно. Значит придется делится правдой. Или, по крайней мере, ее частью.

— Говорите, Рози, — будто подслушивая мои мысли, сказал Лазансон. — Кратко и по делу. Начните с эпизода в хранилище. И не юлите, иначе сообщу о ваших махинациях ректору. Пусть сам разбирается.

— Про хранилище не помню, про память не вру, — быстро затараторила я. Когда профессор ничего не ответил, продолжила: — Книгу взяла, потому что почувствовала, что она как-то связана со всей этой историей.

— Как? — Лазансон приподнял брови.

— Я, когда ее взяла, вдруг вспомнила, что уже держала точно так же в руках. Совсем недавно. Вот и подумала… не знаю… ощущение какое-то нехорошее. Она ведь про артефакты, и я в хранилище с артефактами была… — я покраснела, понимая, что объясняюсь путано, неубедительно. Плохо. Не поверит. — Вот и решила пролистать ее еще раз в комнате… хм… в более спокойной обстановке.

Брови Лазансона обратно, на задуманное природой место, так и не вернулись. Удивленно глядя на меня сверху вниз, он, кажется, задумался.

— И под дверью я не подслушивала, — пробормотала чуть тише и спокойней. — Просто искала в сумке блокнот, и услышала только одну фразу. Уайет вас трусом назвал. Вот и все.

Договорив, я почувствовала себя уверенней. Подняла подбородок и прямо посмотрела на Лазансона. Все, что сказала — все правда, он должен это почувствовать. Кое-какие детали опустила, но они из истины вранья не сделают. Чуть расширят картину, но этого пока не нужно.

— Почему тогда…

Вопрос профессора прервал громкий стук. Мы дружно вздрогнули.

Стук повторился, и только тогда Лазансон пересек кабинет и отворил дверь. Я замерла, не зная, чего ожидать. Он мне поверил, или все же поведет к ректору? А, может, дальше будет пытать?

В приоткрытую дверь был слышен чей-то голос, но говорили тихо. Я напрягла слух, и все-равно ничего не разобрала. Обхватила себя за плечи, потому что по коже поползли мурашки от мысли, что профессор сейчас закроет дверь и возобновит допрос, а я на чем-нибудь да проколюсь.

— Пока можете идти, — Лазансон повернулся ко мне, потом приоткрыл дверь шире и впустил внутрь де Ла Маста. Последний на меня даже не взглянул, отчего внутри неприятно кольнуло. — Разговор не окончен.

Мысль «отпустил» яркой вспышкой озарила мое сознание, и я быстро выскочила за дверь, только в следующую секунду задумавшись, почему здесь так вовремя появился Анориан? Все-таки видел, как профессор уводил меня за собой? Или просто совпадение?

Да ну, не верю я в случайности! Ждал, видел и решил помочь.

От такого вывода, в груди приятно потеплело.

***

Возможно, сейчас самым верным решением было пойти в комнату и подумать над всем, что произошло. Продумать легенду до мелочей, чтобы, когда Лазансон снова вызовет меня на допрос, я не чувствовала себя загнанной в угол и уверенно отражала все нападки.

Тем не менее, в комнату я не пошла. Вышла из корпуса и села на скамейку под дерево — решила дождаться де Ла Маста. И это место будто было создано для этого. Скрыто от посторонних глаз, мне, наоборот, было видно и крыльцо, и парковую дорожку, и всех тех, кто сновал туда-сюда мимо корпуса.

Откинувшись на деревянную спинку, я сложила руки на груди и с увлеченностью маньяка стала наблюдать за тем, кто выходит из дверей академии. Заметила спешащую по своим делам Рейлу, потом бабника Белани, увивающегося за очередной девушкой. Рассмотрела парочку, держащуюся за руки, трех одинаково костюмных типов, девушку с книгой. И вот взгляд остановился на еще одной знакомой фигуре — справа от входа стоял Сиркс Уайет. Тот смельчак, что угрожал Лазансону.

Вполне возможно тот, кого мы ищем. Во-первых, он точно что-то скрывал, во-вторых владел магией крови, в-третьих — знал что-то о профессоре, которого мы подозревали с самого начала. Вот только сегодня эта теория дала трещину. Странно, что он просто отпустил меня из кабинета, ничего не предприняв. Хотя, не страннее того, что из хранилища с артефактами я выбралась хоть и без здорового куска памяти, но тоже живая. Кто бы ни был наш злодей, он тогда тоже почему-то меня отпустил. Или пожалел, или подумал, что я еще для чего-то ему пригожусь.

А может даже…

Парадоксальная, совершенно неожиданная мысль мелькнула в голове и тут же пропала. Я потянула носом, потом одним глазом покосилась в сторону. В нескольких метрах от меня на соседней скамье кто-то закурил. Подняв глаза выше, я вздрогнула, обнаружив, что владелец сигареты — Ровена Аск, наблюдающая за мной с таким же интересом, с каким я за крыльцом академии.

— Курите? — внезапно громко спросила она.

С некоторым беспокойством оглянувшись на Уайета, который звонкого голоса одногруппницы, кажется, не услышал, я повернулась к зловредной брюнетке и неожиданно для самой себя кивнула.

К слову, подозрения, что курю я не впервые в жизни, подтвердились. Тело само знало, что делать, дыхание после первой затяжки не сбилось, даже в горле не запершило. Правда, на мгновение возникло ощущение, что все неправильно, и что я этого делать не должна. Замерев, я поглядела на сигарету, задумчиво порылась в голове, отыскивая еще какие-нибудь знаки или воспоминания, говорящие, что это ошибка, но внутренний голос молчал. В отличие от стоящей напротив девушки.

— Лучший табак Акрона, — приподняв бровь, прокомментировала она, заметив мои колебания.

Дождавшись, когда я кивну и снова затянусь, Ровена, не теряя время попусту, раскрыла причину своего внезапного дружелюбия.

— Что у вас за дела с профессором?

В общем-то, предсказуемо. Я даже не удивилась. Дружеское общение между шипящей аристократкой и ассистенткой профессора было маловероятно. А вот ревность — вполне обычное явление даже для обладателей голубой крови. Доступное, так сказать, всем слоям общества.

— Работа, — я пожала плечами, глядя собеседнице прямо в глаза — пусть не думает, что я что-то скрываю.

— Да, конечно, — она отвернулась и добавила чуть нервно: — Надеюсь, вы не собираетесь нарушить наш уговор?

Нет, ну что ни день, то открытие…

Тут уж Ровене удалось меня удивить. Кажется, те две недели, что я провела в Ластрее до потери памяти, были невероятно продуктивными. Еще бы знать, о чем мы там договорились.

Пожевав губы, я задумчиво кивнула.

— А вы?

На секунду лицо девушки ошарашенно застыло, но взгляд тут же наполнился презрением. Подбородок вздернулся к небу.

— Слово аристократа — не побрякушка, мисс Рози. Со своей стороны, я до сих пор все выполняла.

— Как и я, — упрямо выпятив подбородок, этим разговором «ни о чем» я пыталась добиться от Ровены хоть какой-то информации. Хотя бы одно толковое слово…

Но она сверлила меня глазами и курила, то порывисто опуская руку, то вновь поднося сигарету к губам.

— Когда я сообщила про хранилище, вы сказали, что поделитесь чем-то важным, а потом пропали, — она прищурилась, зажав сигарету зубами. Затем нервно вырвала ее и кинула в урну. Зашипела, пытаясь не сорваться на крик: — Что прикажете думать?! Что вы с профессором шашни крутите, а я за бортом? Мы договорились обмениваться информацией, а вы молчите, будто все забыли!

В этот момент, до отказа набитый невероятно ценными сведениями, летящими из уст Ровены вместе с обиженной тирадой, на крыльцо академии вышел де Ла Маст. Остановился, оглянулся по сторонам, будто зная, что я буду его караулить. Прощупал глазами парковую зону, кучки студентов возле корпуса, скамейки возле фонтана. Нас с пыхтящей мисс Аск заметил не сразу. А когда заметил, отчего-то нахмурился. Взгляд сконцентрировался не на мне, а на тлеющей в моей руке сигарете.

Захотелось тут же ее выбросить, вымыть руки, и только потом подойти к де Ла Масту. Но разве можно было отпустить Ровену в такой момент?

— Шашней нет, — прямо ответила я о главном, что ее беспокоило. Под далеким, но все равно обжигающим взглядом Анориана сигарету кинула в урну. — Все, что обещала постараюсь выполнить, если вы мне еще немного поможете.

Взгляд собеседницы возмущенно потемнел, но я быстро продолжила, пока она не успела отказаться:

— С хранилищем вышло плохо. Может, информация была не совсем верной… — я пожала плечами, мельком глянула на крыльцо. — А, может, это просто я невезучая.

Ну, давай же Ровена, скажи что-нибудь еще! Еще хоть слово, чтобы я могла потянуть за ниточку и размотать этот клубок. Понять, наконец, что произошло тогда в хранилище артефактов.

Но девушка нахмурилась и опять отвернулась — тоже посмотрела на студентов у входа в корпус. Скользнула взглядом по высоким парковым деревьям, с которых облетали крупные желтые листья, и поджала губы, не желая продолжать беседу.

— Откуда вы узнали? — снова попыталась я. — Кто вам сказал про хранилище? Или вы что-то услышали?

Мисс Аск обожгла меня взглядом и задрала подбородок еще выше.

— Не скажу ничего, пока вы не начнете выполнять свои обязательства по договору!

Поглядев на ее утонченный профиль и вздернутый к небу нос, я поморщилась.

Что ж, кажется, если не спрошу прямо, то просто уйду ни с чем. Нужна ей какая-то информация о профессоре, это понятно. Но, какая? И что я вообще могу о нем сказать?

— Что вы хотите знать? — чтобы завуалировать отсутствие памяти, добавила нагловато, с претензией: — Только давайте конкретно, так будет быстрее.

Ровена от моего тона даже немного растерялась. Глянула взволнованно, потом и вовсе смущенно зарумянилась.

— Я и говорила конкретно. Увлечения, распорядок дня, друзья, кхм… подруги. Все, что сможете узнать.

Ооо…

Ооооо…

И я пошла на вот эту вот мыльно-розовую сделку, чтобы… Чтобы что? Неужели, Ровена Аск рассказала мне что-то настолько важное, что я вплотную подобралась к разгадке нашего расследования и столкнулась лоб в лоб с преступником?

— Любит экспериментировать с зельями и много читает, дружит в основном с мужчинами, женщин я рядом не видела, — сухо перечислила я. — Скажите, кто сказал вам о хранилище?

— Вообще-то я упоминала, — после моей тирады девушка немного смягчилась. — Странно, что вы не запомнили. Аленна с кем-то разговаривала об этом хранилище. По магическому экрану. Собеседника по ту сторону я не видела. Говорила, что нужно действовать быстро, в тот же вечер. Я это… случайно услышала.

Ну, естественно.

Потратив на сарказм лишь секунду, я удовлетворенно улыбнулась. Сделано!

Но в следующее мгновение радость померкла, заслоненная яркой, досадной мыслью. Оххх… Стиснув зубы, я зловеще прищурилась, глядя вдаль — на молодого аристократа, застывшего на крыльце академии. Ох, Анориан, ну погоди же ты у меня! Полетят сейчас клочки по закоулочкам!

Быстро распрощавшись с мисс Аск, я бодрым шагом пошла по парку. Оглянулась назад — де Ла Маст неторопливо вышагивал следом. Нырнув в тот закуток, где он недавно зажимал меня, пытаясь утянуть в портал, я остановилась и, когда Анориан тоже показался из-за плотных зарослей, нахмурилась, уперев руки в бока.

Заметив, что настроение у меня не самое радужное, слегка затормозил и остановился на отдалении.

— Вообще-то, это я хотел проводить воспитательные мероприятия, — аккуратно пошутил он. Я не улыбнулась, и он спросил без смеха: — Что случилось?

— О чем вы там шептались с Аленной?

Лицо аристократа не дрогнуло. Просто кремень.

— Она потеряла кольцо, и я ее успокаивал. А в чем дело?

Оххх! Я чувствовала, что изнутри меня просто рвет на части от возмущения этим наглым враньем. Шагнув ему навстречу, я с издевкой заглянула в бессовестные глаза.

— Допустим. А с чего вдруг вы так подружились?

— А почему нет? Мы вместе учимся. Она милая девушка, умная и добрая. Не понимаю, к чему вы клоните?

Не сдержавшись, я фыркнула. Умная и добрая. Ну-ну.

Ладно, хочет прямо — скажу прямо.

— Какое вы имели право отстранять меня от дела?! Это я ваш начальник, а не наоборот! Вы бессовестно воспользовались тем, что я потеряла память и решили скрыть от меня самые важные детали. Например, то, что кроме профессора мы подозреваем и мисс Байсберри. Что именно она связана с тем треклятым хранилищем, в котором все случилось. Знала я, значит вы просто не могли этого не знать, — я рвано выдохнула, чтобы не взорваться. — Кто вам позволил такое самоуправство?! Что вы вообще о себе думаете? Я не согласилась уйти из Ластреи, и вы решили соврать?! Решили самостоятельно все выяснить? По какому праву, я вас спрашиваю?!

— Я сказал, что больше не намерен вас подставлять и позволять заниматься расследованием в одиночку. Свое слово нарушать не привык.

Ни оправданий, ни отрицания. За такой спокойный голос и тотальное отсутствие чувства вины в зеленых глазах, мне захотелось его ударить. Что я и сделала.

Получилось так себе.

Со стороны все выглядело так, будто мой крохотный кулачок просто тюкнулся в его плечо, не причинив никакого дискомфорта. Он даже не вздрогнул от неожиданности, будто наперед знал, что так и будет.

— Что я тогда вообще здесь делаю, не подскажете?! Какой от меня толк?

— Проверяете теорию с Лазансоном, — невозмутимо пояснил Анориан. И даже шагнул ближе, зачем-то пытаясь обхватить меня за плечи. — Эверли, эй! Посмотрите на меня.

— Не трогайте!

— Эви!

Перестав отбиваться, я сложила руки на груди и сделала то, что он просил — посмотрела прямо в глаза.

— Понимаете, что теперь, после ваших возмутительных действий, я сама могу отстранить вас от расследования?

— Можете, — согласился он. — Но, как бы ни было, я все равно останусь здесь пока дело не будет завершено.

Вот упертый! И взгляд такой… уверенный, несгибаемый.

Я замолчала, не желая больше разговаривать. Что ни говори — за главную он меня не считает, и подчиняться не желает. И как мы раньше вместе работали?

— Эви, вы мой друг и я действительно считаю, что после потери памяти продолжать расследование небезопасно. Я говорил, но вы ведь и слушать меня не стали. Как обычно, впрочем.

Его пальцы крепко держали мои плечи, голова склонилась вниз, чтобы он мог заглядывать глаза в глаза.

— Что от вас хотел Лазансон? — примирительно спросил демон.

— Ничего.

Я мстительно прищурилась, хотя вряд ли моя несговорчивость доставляла ему какие-то проблемы. Сама ведь хотела обсудить с ним все, что случилось, но теперь желание пропало.

- Расскажите. Я вам не враг.

— Тогда и вы расскажите. Я тоже вам не враг, — не удержалась от подколки я. И предупредила: — Не утаивайте ничего, иначе мы будем вести два отдельных расследования, потому что после такого я с вами работать не буду.

Мы молча уставились друг на друга. Два упрямца, не желающие уступать.