Глава 16

В зале на мгновение воцарилась тишина. Даже сражающиеся за внимание Феликса девушки замерли при виде нового гостя.

Стивен стоял в паре шагов, сжимая в руке кожаную папку. Его взгляд был прикован к руке Феликса, которая всё еще покоилась на лице Джессики. Лэнгфорд не стал кричать или хватать подругу за руку — он просто ждал объяснений, и это молчание давило сильнее любого крика.

Феликс не спеша убрал руку, но даже не подумал встать. Просто откинулся на спинку стула, окинув блондина оценивающим, почти покровительственным взглядом.

— О, Стивен! — Миллер неудачно выскочила из-за стола и чуть не опрокинула чашку. — Это… это мой кузен Феликс. Из Европы. Какое-то время он поживет в Эденберге.

— Феликс де Валуа, если быть точным, — поправил подопечную демон и перевел взгляд на блондина. — А ты, значит, тот самый Стивен? Видел некоторые наброски вашего проекта: тема сложная, но у вас неплохо получается, как я погляжу.

Стив едва заметно прищурился. Упоминание о проекте из уст этого наглеца прозвучало как оскорбление, но блондин предпочел тактично промолчать. Дипломаты тоже не всегда с первого раза приходят к единому мнению, так что он просто сделал шаг ближе и протянул руку для рукопожатия. Жест был безупречно вежливым, но выглядел как вызов на дуэль. Идеальный вариант, чтобы попробовать разгадать намерения собеседника.

— Стивен Лэнгфорд. Не знал, что у Джессики есть родственники, которые проявляют к ней… такую трогательную заботу.

«О-о-о, посмотрите на него! — Феликс даже не открыл рта, но его смех эхом отозвался в голове подопечной. — Твой золотой принц изображает из себя образцового дипломата, а сам так и думает, как бы поскорее увести тебя из этого балагана. Еще пара минут, и он вызовет меня на бой за право поправлять тебе прическу».

Джесс смотрела на них двоих и понимала: её мир только что превратился в пороховую бочку. С одной стороны — Лэнгфорд, который явно не намерен делить её ни с кем, а с другой — Феликс, который только начал свою игру. Нужно срочно что-нибудь сделать, пока в зале не стало слишком жарко…

— Стивен, ты хотел позвать меня позаниматься?

Блондин перевел взгляд с Феликса на Джессику, и лед в его глазах на мгновение подтаял, сменившись привычной мягкостью. Попытка разрядить обстановку удалась: Джесс выглядела взволнованной, и Лэнгфорд, как истинный защитник, решил, что лучшим выходом будет забрать её отсюда.

— Именно, — кивнул он и плавно убрал руку после краткого, как удар тока, рукопожатия с «де Валуа». — В читальном зале сейчас должно быть тихо. Нужно структурировать новую главу, пока мысли еще свежие. Я как раз набросал несколько идей. — Стив предложил ей руку и кивнул на толпу девушек, которые уже начали смыкать кольцо вокруг Феликса. — Пойдем. Думаю, мистер де Валуа найдет, чем заняться в компании своих новых… знакомых.

«О, как изящно он пытается вытащить тебя из болота! — хихикнул Феликс в голове у подопечной. — Смотри, как он старается не замечать, что его „идеальная напарница“ связана родством с кем-то настолько сомнительным. Иди, Миллер, изучай с „принцем“ свои законы. Я пока научу этих смертных правильно поклоняться искусству. Увидимся позже».

Джессика не стала спорить и, пожелав «кузену» не скучать, вместе с напарником направилась к выходу. Стивен ничего не говорил, просто мягко направлял ее к дверям через ораву безумных поклонниц де Валуа в сторону библиотеки. Ехидный и высокомерный взгляд Феликса никак не выходил из его головы. По его мнению, человек подобной натуры просто не мог оказаться даже дальним родственником такой умной и доброй девушки, как Джесс. Такие сомнительные личности могут все испортить, а значит не стоит лишний раз привлекать к себе внимание…

Когда шум кафе остался позади, Стивен наконец сбавил темп и остановился у ближайшего коридора.

— Джесс, прости за любопытство, но твой кузен… он всегда такой? — недоумевал блондин. — От него исходит какая-то… странная энергия. Почти осязаемая.

Он на мгновение замялся в попытках подобрать слова.

— Я видел много эксцентричных людей в Европе, но Феликс… кажется, он не просто привлекает внимание, он его высасывает из окружающих. Ты видела, что творилось с девушками? Они как будто забыли обо всем. Надеюсь, его визит не доставит тебе хлопот.

Джессика неловко поправила сумку на плече.

— Он… необычный, Стив. В семье его считают белой вороной, поэтому он очень… импульсивный. Он погостит в Эденберге какое-то время, а потом уедет.

Стивен кивнул, но тень сомнения всё еще лежала на его лице.

— Хорошо. Потому что рядом с ним даже я чувствую себя… непривычно. Пойдем, расскажу о своих мыслях по проекту, пока ничего не забыл.

«Ха-ха-ха! — ехидный голос Феликса в голове заставил девушку вздрогнуть. — Смотри, как твой блондин выдыхает, оказавшись подальше от меня. Он так боится потерять контроль над ситуацией, что скоро начнет метить территорию вокруг тебя. Наслаждайся тишиной библиотеки, позже я вернусь за тобой».

Джессика еле нашла в себе силы улыбнуться.

— Хорошо, Стив. Рассказывай.

В библиотеке действительно воцарилась долгожданная тишина. Феликс, видимо, так увлекся общением с местными студентками, что никак себя не проявлял в библиотеке. Никакого шепота, ехидного смеха или шаловливых проделок.

Стивен, погрузившись в работу, то и дело наклонялся к Джессике, чтобы обсудить очередной параграф, и его плечо как бы случайно касалось её. Он указывал на строки в кодексе, задерживая пальцы на бумаге чуть дольше необходимого, и каждый раз, когда их взгляды встречались, в его серых глазах мелькало нечто более теплое, чем просто профессиональный интерес. По крайней мере, так могло показаться со стороны.

— Ты удивительно быстро схватываешь суть, Джесс, — его негромкий голос в пустом зале прозвучал почти интимно. — Мне начинает казаться, что в этом проекте я — лишь твой ассистент.

Увидев его улыбку, лишенную обычной светской холодности, Джессика на мгновение забыла о «кузене» с его проделками и просто наслаждалась уединением с другом. Уютный шепот и общая идея согревали ее не хуже, чем теплое объятие или поцелуй.

Но идиллия длилась недолго. Когда за окнами потянулись первые синие тени вечера, в голове Джессики внезапно раздался бодрый, насмешливый голос, от которого она чуть не выронила ручку:

«Миллер, надеюсь, ты уже закончила строить глазки своему принцу? Мой желудок прозрачно намекает, что пора переходить от пищи духовной к чему-то более существенному. Собирайся. Нам нужно зайти за припасами, а потом… ты обещала мне пиццу, помнишь?»

Джессика невольно нахмурилась. Глупо было надеяться, что Феликс даст ей полноценный выходной. Но, если подумать, небольшое затишье тоже приятно.

Окончательным знаком, что пора на сегодня заканчивать, стало уведомление о входящем сообщении на смартфоне Стивена. Краем глаза Миллер увидела часть сообщения и имя отправителя. Похоже, Клэр очень хотела встречи…

— На сегодня, пожалуй, всё, Стив, — сказала она, закрыв ноутбук. — Мне пора. Нужно… помочь кузену освоиться, он совсем не знает города. Да и у тебя, как вижу, есть дела.

Стивен на мгновение посерьезнел, и в его взгляде промелькнула тень досады, но парень быстро взял себя в руки.

— Конечно. Понимаю. Семья прежде всего. Позволь мне хотя бы проводить тебя до выхода.

Они вышли на крыльцо, и Лэнгфорд, галантно придержав дверь, на прощание снова коснулся её руки.

— Помни, что Клэр и все эти официальные рауты — это всего лишь мой долг, дань фамилии, — он чуть наклонился к ней и понизил голос до доверительного шепота. — А здесь, с тобой, я нахожу то, что мне действительно дорого.

— Я помню, — кивнула Джесс. Сердце невольно сжималось от мысли, что приходится делить общество Стивена с кем-то еще, но и как-либо повлиять на происходящее было не в ее силах. — Спасибо.

— До завтра, Джессика. И… будь осторожнее с Феликсом. Есть в нем что-то… непредсказуемое.

«О, ты даже не представляешь, насколько! — хмыкнул демон у неё в голове. — Жду тебя за углом. Нужно хорошенько закупиться, иначе я съем твою „четыре сыра“ в один присест».

— Хорошо. Постараюсь.

Джесс проводила Стивена взглядом, и, вздохнув, коснулась отцовского кулона. Вечер обещал быть долгим: сначала набег на супермаркет с демоном-кузеном, а потом — уютная пиццерия Лиама, где Феликс явно не станет сидеть сложа руки.

— Бинго, смертная! Пять баллов за догадливость, — Фелинор вынырнул из тени ближайшей колонны с таким видом, будто он только что сошел с подиума. Ни капли усталости от навязчивого внимания толпы девушек, только хищный взгляд и горящие в предвкушении глаза. — Я уже составил список покупок. В нем вдоволь мяса, очень много специй и полное отсутствие всякой диетической чепухи. Демонам нужны калории, чтобы поддерживать этот… — он обвел рукой свою безупречную фигуру, — … божественно-греховный облик.

— Только не вздумай в магазине снова пускать в ход свое обаяние, — прошипела Джессика, стараясь не смотреть на то, как эффектно облегает плечи Феликса черный тренч. — Мы просто купим еду. Быстро. Без драм и обмороков у касс.

— Ничего не обещаю, — Фелинор лениво потянулся, и в его суставах что-то хрустнуло. — Твой мир такой пресный, что моё появление здесь — это акт милосердия. Ты ведь не хочешь, чтобы эти несчастные домохозяйки в отделе заморозки умерли от скуки?

Поход в супермаркет превратился в изощренную пытку. Феликс не просто выбирал продукты — он показывал свое превосходство перед смертными. Пока Джессика судорожно сверялась с ценами, демон с видом истинного ценителя перебирал стейки, ворчал из-за расположения продуктов на полках или по-хозяйски отпихивал тележкой зазевавшихся покупателей.

— Что это за жалкое подобие говядины? — бедняга мясник за прилавком вытянулся в струнку при виде возмущенного гостя. — Она выглядит так, будто умерла от депрессии, а не от ножа.

— Феликс, тише! — Джессика нервно вцепилась в ручку тележки, чувствуя на себе взгляды половины магазина.

— Миллер, не будь занудой. Если я собираюсь ужинать у твоего булочника, нужно взять с собой что-то достойное, иначе я рискую подавиться его «честным» хлебом.

Демон закинул в тележку пакет самого острого перца чили, который только смог найти, и упаковку дорогого вина, на которую Миллер даже боялась смотреть. Когда они подошли к кассе, очередь мгновенно расступилась. Девушка-кассир, заикаясь и путаясь в кнопках, пробивала покупки и не сводила глаз с «кузена де Валуа», который в это время лениво поглядывал на экран.

— С вас… двести сорок два доллара… — пропищала багровая от румянца работница кассы.

— Оставьте сдачу себе, милая, — Феликс одарил девушку такой дикой ухмылкой, что та едва не выронила чек. — И купите себе помаду поярче. Этот оттенок совершенно не подходит к вашим… — он сделал паузу, — испуганным глазам.

Нагруженная пакетами Джессика в ярости вытолкнула демона из магазина. Удивленные происходящим люди проводили хама с его спутницей недоуменным взглядом и облегченно вздохнули.

— Ты неисправим! Зачем ты это делаешь? — возмутилась Миллер.

— Я просто собираю жатву, смертная, — Фелинор легко перехватил продукты из рук подопечной, и его глаза на секунду вспыхнули тем самым янтарным огнем. — Их смущение — это как легкий аперитив перед основным блюдом. А основное блюдо у нас сегодня в «Crust Crumb». Поехали. Я уже чувствую запах разогретой печи, а может и не только…

В машине от Феликса тоже не было спасения. Из динамиков магнитолы так громко играл тяжелый рок, что Джесс удивлялась, как в «Понтиаке» стекла не повыпадали. Басы били в уши так, будто ей кастрюлю на голову надели и постучали сверху чем-то тяжелым. Не самая приятная поездка для человека, зато демону все нравилось…

Когда они переступили порог пиццерии, Лиам как раз вытирал стойку. Увидев Джессику, он привычно просиял, но его взгляд моментально зацепился за высокого, порочно-красивого незнакомца, который шел рядом с видом полноправного хозяина положения.

— Привет, Джесс, — Лиам выпрямился, и его рука, сжимавшая полотенце, непроизвольно напряглась. — Не знал, что ты придешь не одна.

— Лиам, привет! — Джессика поспешно подошла к стойке. — Это мой кузен, Феликс. Из Европы. Он только приехал и… я не могла не привести его сюда.

Лиам выпрямился, вытер руки о фартук и внимательно оглядел Феликса: его безупречную черную рубашку, ленивую позу и глаза, в которых словно прыгали чертенята. В воздухе мгновенно возникло то самое мужское напряжение, которое бывает, когда на одной территории встречаются два лидера: один — спокойный и надежный, а другой — дерзкий и непредсказуемый.

Феликс подошел к стойке, небрежно оперся на неё локтями и втянул носом воздух.

— Наслышан о твоем мастерстве, Лиам, — протянул он своим низким рокотом. — Моя кузина утверждает, что твое тесто способно исцелять душевные раны. Я, как человек искушенный, пришел проверить: это правда или просто девичьи восторги?

Бэйкер не отвел взгляда. Он почувствовал в этом «кузене» какую-то странную, почти животную силу, но лишь спокойно кивнул в ответ.

— Моё тесто просто делает людей сытыми и немного счастливее. Для остального есть другие специалисты. В любом случае рад знакомству, — Лиам протянул руку в знак приветствия. — Джессика не говорила, что у неё есть родственники в Европе.

Демон хитро покосился на красную от смущения подопечную.

— Она просто не любит обо мне рассказывать. Ничего, это пройдет.

— М-м-м, понятно… — задумчиво протянул Лиам и перевел взгляд на подругу. — Тебе как обычно, Джесс? «Четыре сыра»? Или «пепперони»?

— «Четыре сыра». И побольше базилика, — вставил Феликс, по-хозяйски притянув Джессику к себе за плечо. — Кузина сегодня много училась, ей нужно восстановить силы.

«Смотри, смертная, — раздался в голове девушки ехидный голос демона. — Твой пекарь сжал челюсти так, что я слышу скрежет зубов через весь зал. Он явно не в восторге от того, что „кузен“ так фамильярен. Его эмоции пахнут куда вкуснее, чем весь этот твой сыр».

Почувствовав на себе внимательный, чуть обеспокоенный взгляд Лиама, Джессика неловко высвободилась и кивнула.

— Да, Лиам, «Четыре сыра». Большую. И, пожалуйста, те самые булочки с корицей.

Через несколько минут Лиам поставил перед ними дымящуюся «Четыре сыра». Аромат от пиццы стоял такой, что у Джессики мгновенно потекли слюнки. А вот Феликс не спешил набрасываться на еду. Он достал из подставки салфетку, расстелил её с видом ресторанного критика и, вооружившись ножом с вилкой (что в этой пиццерии выглядело почти святотатством), отрезал крошечный кусочек.

Лиам, опершись на стойку, с интересом наблюдал за этим представлением.

Феликс медленно жевал, прикрыв глаза, словно сомелье, анализирующий сложный букет дорогого вина. Так необычно это со стороны выглядело, что Джессика замерла с куском в руке.

— Ну… — протянул демон, наконец открыв глаза и подозрением посмотрев на тянущийся сыр. — Тесто слегка… своеобразное. Соус пытается доминировать, но ему как будто не хватает глубины. А базилик явно считает себя главной звездой этого шоу.

К его удивлению, Лиам сохранял олимпийское спокойствие. Только бровь приподнял.

— Сносная попытка, Лиам. Для провинциального заведения — вполне съедобно, — заключил Феликс и… тут же отправил в рот кусок побольше, уже не думая о ноже и вилке.

Джессика не удержалась и хихикнула в кулак. Она-то видела, как быстро исчезают ломтики с его стороны тарелки.

— «Сносная», значит? — усмехнулся Лиам и вернулся за стойку. — Буду считать это высшей похвалой от знатока из Европы. Приятного аппетита.

«Миллер, не смотри на меня так, — ворчливо отозвался Фелинор в голове подопечной, хотя вслух продолжал жевать с крайне важным видом. — Я ем это только потому, что в твоем холодильнике пока пусто, а мой желудок требует еды. Но признаю, этот смертный не совсем безнадежен. Соус… терпимый».

Джессика чувствовала, как напряжение в зале сменяется волнующим, слегка колючим, но всё же дружелюбием. Ее сердце согревала мысль, что знакомство двух таких разных, но по-своему связанных с ней мужчин прошло успешно и мир при этом не рухнул.

— Знаешь, Лиам, — подал голос Феликс, вытерев губы салфеткой. — Твои булочки с корицей тоже придется подвергнуть суровой экспертизе. Неси их сюда, пока я в хорошем настроении.

После того как с «сносной» пиццей было покончено, Лиам выставил на стол блюдо с еще горячими булочками. Манящий аромат корицы вмиг заполнил уютный зал.

Феликс смерил выпечку взглядом инспектора с таможни и медленно отломил кусочек. Несколько секунд демон рассматривал пористую структуру теста, а потом положил кусочек в рот.

— М-да… Слишком много сахара. И корица ведет себя крайне агрессивно. Настоящий кондитерский хаос.

Несколько секунд он молчал, тщательно пережевывая тесто, а затем, не меняя выражения лица, потянулся за второй булочкой.

— Придется съесть еще одну, чтобы окончательно убедиться в несовершенстве этого рецепта, — добавил Феликс, бросив на Бэйкера колючий взгляд.

Лиам лишь негромко рассмеялся. Он ведь видел, с каким аппетитом гость расправляется с «несовершенством», и понимал, что за напускной заносчивостью скрывается вполне искреннее удовольствие.

— Рад, что ты такой самоотверженный критик, Феликс, — добродушно заметил Бэйкер.

Когда пришла пора уходить, Лиам собрал гостям в дорогу желанные булочки. От бумажного крафтового пакета исходил умопомрачительный жар, а внутри, как обычно, лежала салфетка с пожеланием.

— Держите. Всё, как заказывали, — он вручил пакет Джессике, но его взгляд задержался на Феликсе. В этом немом жесте уже не читалось никаких подозрений, скорее спокойное принятие сильного противника. — Заходите еще. Буду рад видеть обоих. У меня как раз есть пара идей для соуса, которые, возможно, удовлетворят ваш… взыскательный вкус, Феликс.

— Посмотрим, Лиам. Посмотрим… — с важным видом ответил демон и вышел на улицу с непривычной для него, почти человеческой галантностью.

— Пока, Лиам! — Джессика задержалась у двери и помахала другу на прощание. — Не слушай Феликса. Мы обязательно придем еще. Как минимум я — точно!

— Ловлю на слове, — Лиам отсалютовал подруге и взял в руки полотенце. — Приятного вечера.

Мило улыбнувшись, Миллер младшая вышла на улицу и остановилась у водительской двери. Феликс уже сидел в салоне и вовсю ждал свою подопечную.

«Знаешь, смертная, — голос Феликса в её голове звучал подозрительно умиротворенно, — твой пекарь — на редкость упертый малый. Другой бы уже давно швырнул в меня скалку, а этот… он как скала. Скучно, но надежно. Ладно, признаю: его булки — это единственное, что оправдывает существование этого квартала».

Джессика улыбнулась, прижимая к себе пакет с булочками. На шее под курткой она чувствовала тепло золотого кулона, а в руках — жар выпечки. Этот день выдался странным, но почему-то ей казалось, что сегодня она как-то иначе взглянула и на Лиама, и на Феликса. И даже на Стивена.

Припарковав машину, она медленно шла к общежитию под руку с демоном. Ночь начала сгущаться над Эденбергом, воздух пах корицей и первыми заморозками. Внутри девушки боролись три абсолютно разных ощущения: обжигающий, властный интерес Стива, который манил её к вершинам; спокойная, как скала, надежность Лиама, дарившая почву под ногами; и хаотичная, опасная энергия Феликса, которая не давала ей окончательно превратиться в скучную отличницу. Все это увлекало и волновало одновременно.

— О чем задумалась, смертная? Пытаешься расставить всех мужчин по полочкам в своей голове? Не советую. Полочки сломаются под весом моих амбиций и скромности твоего булочника.

Джессика лишь крепче прижала к себе пакет с выпечкой.

— Я просто подумала, что мир гораздо сложнее, чем написано в учебниках по праву.

— Добро пожаловать в реальность, — хмыкнул демон, и в свете фонарей его глаза на секунду сверкнули огоньками. — Ладно, иди наслаждайся одиночеством в компании смартфона и булочек с учебниками. Можешь ложиться спать одна — у меня на сегодняшнюю ночь планы повеселее, чем валяться в кошачьей будке клубочком. — Феликс согнул губы в хитрой улыбке. — Только сильно не расслабляйся — наша сделка еще в силе и завтра утром я вернусь…

После этих слов тело демона заволокло дымкой, и тот исчез, будто его здесь и не было. Растворился в тенях, как обычно делал в облике кота. Что задумал Феликс и о каких грандиозных планах речь? Судя по сегодняшнему поведению в окружении девушек, он явно займется соблазнением какой-нибудь студентки. И хорошо еще получится, если все случится не в стенах университета или общежития…

Поежившись и помотав головой в надежде прогнать жуткие мысли, Джесс вернулась в комнату и проверила смартфон.

• «Джесс, не могу перестать думать о нашем проекте… и о том, как очаровательно ты смотрелась в свете ламп в библиотеке. Надеюсь, вечер с кузеном прошел без происшествий?».

Джессика хихикнула и напечатала ответ:

• 'Не переживай, все хорошо. Моей репутации ничего не угрожает:)

До встречи завтра на учебе.'

• «Хорошо, жду с нетерпением. Спокойной ночи!»

Увидев стикер с целующимися котиками в конце беседы, Миллер улыбнулась, отложила смартфон и взяла в руки планшет. Вприкуску с ароматными булочками она занялась тем, что давно не позволяла себе по вечерам — наслаждалась отдыхом в полном одиночестве. Смотрела фильмы, играла в мини-игры. Никто не подглядывал за происходящим на экране, не комментировал сюжет и не требовал к себе внимания или кошачьих консервов. Даже в голове не звучало никаких голосов… Божественное чувство!

Джесс настолько прониклась этим ощущением, что так и легла спать с планшетом у подушки. Слегка монотонный, но приятный голос блогера, распаковывавшего заказы с онлайн-маркетов, постепенно расслаблял и настраивал на сон. Закрывая глаза, Миллер не думала о том, чем занимается сейчас Феликс. Уж демон в человеческом обличье точно в городе не пропадет. А вот если подобные спокойные вечера начнут повторяться почаще, то вообще здорово будет…

Первый день в новом облике у Феликса прошел достойно. До встречи с Джессикой вечером демон усердно питался эмоциями местных студенток. Очарованные темной магией девушки были готовы на все, лишь бы Фелинор обратил на них внимание. Один раз даже две третьекурсницы устроили между собой драку в коридоре. Девушек быстро разняли и отправили в деканат. О дальнейшей судьбе нарушительниц правил Феликс не задумывался — просто впитал их эмоции и развеял чары. Отчислят их или просто накажут — желаемое он получил, а остальное неинтересно.

После ужина в пиццерии приключения Феликса в Эденберге продолжились. Днем демон тайком назначил Сент-Клер личную встречу, и теперь он шел к оговоренному месту в предвкушении жаркой ночи. Жар страсти, тепло женского тела, звуки учащенного дыхания — Фелинор уже представлял себе весь букет чувств, которые послужат ему пищей перед сном. И жертва, которой предстояло поделиться нужными эмоциями, должна была прийти с минуты на минуту…

В ресторан Элен явилась с небольшим опозданием. Несмотря на задержку, демон сохранял удивительное спокойствие и не переставал любоваться образом будущей жертвы. Шелковое платье цвета шампанского, идеально подчеркивающее фигуру, нюдовый вечерний макияж и нежный блеск, визуально увеличивающий губы — Сент-Клер казалась ему настоящей актрисой, сбежавшей на встречу прямо со съемок фильма.

Феликс поднялся навстречу, и в ту же секунду Элен почувствовала, как её привычная маска самоуверенности начинает таять под его прямым, немигающим взглядом. В этом ресторане, среди приглушенного света и звона дорогого хрусталя, он выглядел единственным живым существом. Настоящим хищником, который уже предвкушал уединение с ни о чем не подозревающей добычей…

— Ты опоздала, Элен, — от его низкого вибрирующего голоса сердце Сент-Клер пропустило удар. — Но, глядя на тебя, я готов признать: ожидание того стоило. Каждая секунда.

Де Валуа джентльменским жестом протянул ей руку.

— Ты… ты всегда такой прямолинейный? — выдохнула она, пытаясь вернуть себе хотя бы тень былой надменности, но пальцы, сжимавшие маленький клатч, предательски дрожали.

Когда его рука на мгновение коснулась её руки, Сент-Клер едва не вскрикнула — кожу в месте прикосновения словно обожгло. Магия демона уже окутала её, как невидимый кокон, отсекая шум ресторана и голоса других людей.

Феликс сел напротив и, не дожидаясь официанта, наполнил её бокал. Его глаза в полумраке зала казались настоящей темной бездной.

— Жизнь слишком коротка для вежливых предисловий, — он подался вперед, сокращая дистанцию. — Мы оба знаем, зачем ты здесь. И это не ужин, Элен. Дорогими блюдами и элитными ресторанами тебя не удивить. Тебе осточертело быть идеальной. Ты хочешь, чтобы кто-то сорвал этот шелк и заставил тебя почувствовать себя настоящей. Не дочерью Сент-Клера, не королевой кампуса, а просто… женщиной.

Элен сделала глоток вина, чувствуя, как по венам разливается жар. И это было вовсе не действие алкоголя. Она смотрела на де Валуа и понимала: этот вечер станет её самым сладким падением.

«О да… — мысленно ликовал Фелинор — Её азарт, её страх, её внезапно вспыхнувшая страсть… Это будет великолепный урожай. Сегодня меня ждет пир!».

Ужин в ресторане превратился в тягучую прелюдию. Феликс не переставал смотреть на спутницу, а Сент-Клер в надежде успокоиться медленно уничтожала ужин, стараясь не смотреть на нового знакомого. С каждой минутой вуаль чар затуманивала разум девушки все сильнее, и вскоре она не могла думать ни о чем другом, кроме как о близящейся ночи.

Закончив с ужином, пара направилась на прогулку в сторону ближайшей гостиницы. Ночной Эденберг окутал их осенней прохладой. Старинные фонари своим мягким светом отбрасывали на тротуар длинные, причудливые тени. Улицы уже опустели, и только редкие автомобили шуршали шинами по влажному асфальту. В воздухе витал аромат мокрой листвы и дорогого парфюма Элен.

Она шла под руку с Феликсом, тщетно стараясь подстроиться под его уверенный, хищный шаг. Блеск фонарей отражался в его темных глазах, делая их еще более загадочными. На мгновение привычная Элен — холодная интриганка — взяла верх над очарованной девушкой. Вспомнив, кем именно является этот невероятный мужчина, она слегка прикусила губу и замедлила шаг.

— Не понимаю…

— Что именно? — демон задумчиво поднял бровь.

— Ты ведь кузен Джессики, а я терпеть не могу эту «домашнюю мышь». Разве ты не должен меня ненавидеть?

Она ожидала услышать слова поддержки или холодное согласие, но Феликс лишь негромко рассмеялся, а потом остановился и притянул Элен к себе за талию. Одним аккуратным прикосновением он направил ее лицо к себе. Два взгляда, девушки и демона, встретились в тусклом свете фонарей.

— Элен, дорогая, ты слишком мелко мыслишь. Джессика — это всего лишь… обязательство. У меня своя жизнь, и я сам решаю, с кем и где мне быть.

— Но… — начала Сэнт-Клер, но тут же затихла, когда почувствовала его прикосновение к ее губам.

— Но это не значит, что я готов позволить обижать кузину, — Феликс нахмурился, и блондинка нутром почувствовала, как по телу прокатилась холодная волна тревоги. Воздух вокруг словно загустел, стал тяжелым и душным. Взгляд де Валуа, еще секунду назад обжигающий страсть, внезапно стал бездонным и холодным, как арктическая ночь. Элен показалось, будто на мгновение тень за его спиной качнулась и выросла, стала неестественно огромной, а в глубине его зрачков мелькнула вспышка чего-то настолько древнего и опасного, что поперек горла встал невидимый ком.

— Понимаешь меня? — голос демона стал тише и приобрел вибрирующие, почти звериные нотки.

Магия чар, до этого мягко окутывавшая разум девушки сладким туманом, внезапно изменила свою природу. В ее сознании вспыхнуло мимолетное, но пугающее видение: холодная пустота, в которой она — лишь крошечная песчинка, раздавливаемая чужой волей. Каждая клеточка ее тела буквально завопила о том, к чему приведет неповиновение.

— Да, я понимаю. Больше не вредить Джессике, — Элен судорожно кивнула и опустила взгляд. Она поняла: одно лишнее слово или косой взгляд в сторону Миллер младшей — и этот очаровательный «кузен» сотрет ее в порошок, даже не моргнув глазом.

— Вот и славно, — Феликс мгновенно расслабился, и удушающее давление исчезло также внезапно, как появилось. Он снова улыбнулся ей той самой обволакивающей улыбкой, которая мгновенно вернула жертву в состояние сладкого обожания. Но где-то глубоко внутри, за занавесом наложенных чар, в разуме Элен навсегда поселился ледяной, липкий страх.

— А теперь забудем о скучных родственниках. У нас есть дела поважнее, — сказал демон и увлек Элен за собой в сторону сияющих дверей отеля.

У стойки регистрации гостей встретила девушка. На лице ее сияла приветливая улыбка, на шее ее был повязан аккуратный шелковый платок с логотипом отеля, а на лацкане приталенного графитового жакета отчетливо виднелась надпись «Сара».

Едва гости подошли к стойке, как она сразу заговорила с ними самым вежливым голосом:

— Добро пожаловать в «Гранд Эденберг». У вас забронирован номер или желаете выбрать из свободных на сегодня?

Сара встретилась взглядом с гостем, и ее улыбка на мгновение дрогнула. Она привыкла к респектабельным бизнесменам и скучным наследникам, но этот парень… От него исходила такая плотная, почти осязаемая волна уверенности, что девушка почувствовала, как во рту пересохло.

— Желаем самый лучший из номеров, что у вас есть, — произнес Феликс, и Сара ощутила, как его низкий голос пробрал ее до мурашек.

— К-конечно… — засуетилась администратор. По непонятной для девушки причине руки ее задрожали, а пальцы словно назло попадали мимо клавиш. — У нас свободен люкс с панорамным видом на набережную. Восьмой этаж. Там… там очень красиво.

— Подойдет, — сухо ответил демон.

Сара быстро подготовила электронный ключ и протянула его гостю. Когда Феликс нечаянно коснулся ее руки, она ощутила короткий, словно удар тока, разряд.

— Благодарю, Сара, — Феликс едва заметно улыбнулся, прочитав имя на бейдже, и эта мимолетная улыбка заставила девушку покраснеть от смущения.

— Желаю вам… приятного отдыха! — пролепетала администратор им вслед и замерла на месте как ни в чем не бывало. Под действием чар она не задумывалась ни о личности гостей, ни о том, что забыла заполнить их регистрационную карту. Все о чем она думала — как привлекателен Феликс и как ей сейчас хотелось оказаться на месте той блондинки…

Едва дверь номера закрылась, Элен сняла пальто и прошла вглубь комнаты. Огромное панорамное окно открывало вид на спящий Эденберг, залитый огнями, но она даже не думала о красоте пейзажей. Она чувствовала, как ее привычный мир рушится. Все эти правила, приличия, интриги — все отошло в сторону. Феликс де Валуа — вот о ком она сейчас думала.

Феликс подошел бесшумно. Элен почувствовала его присутствие спиной — от него исходил почти осязаемый жар.

— Смотри на город, Элен, — прошептал демон ей в самое ухо. — Сегодня он кажется таким маленьким и незначительным, не так ли? Как и все, что тебя волновало до этой минуты…

Одно плавное, почти невесомое движение — и тонкие лямки платья послушно заскользили вниз по плечу, обнажая бледную кожу. Почувствовав жар от прикосновения его губ, Сент-Клер невольно выгнулась и издала тихий, прерывистый вздох. Магия демона действовала, словно яд: она лишала воли и заменяла ее первобытным, сжигающим желанием. Жаждой, утолить которую способен был только он один…

Еще одно движение — и в следующую секунду шелковое платье мягкой волной опало к ее ногам. Но Феликс все равно не торопился — он знал, что добыча никуда не денется. Его поцелуи спускались от шеи к плечу, руки властно сжимали спрятанную под кружевным лифчиком грудь. Он намеренно дразнил жертву: то отстранялся, то прижимался еще крепче, впитывая каждую искру ее нетерпения.

За жаром поцелуев Элен не заметила, как оказалась в спальне. Секундная вспышка перед глазами — и вот она уже тонет в прохладе шелка, чувствуя над собой нависшую тень Феликса.

— Позволь мне показать тебе, насколько яркой бывает ночь, — прохрипел он, скользнув ладонью от ее бедра к талии.

Сент-Клер не ответила, только судорожно вздохнула в предвкушении продолжения. А Фелинор снова не спешил: он осыпал поцелуями ее плечи, грудь, живот, шею, заставляя ее выгибаться под ним от изнеможения. Магия демона обострила чувства девушки до предела, и теперь она слышала каждый удар его сердца…

Поцелуи стали более требовательными и глубокими, а прикосновения — жарче. Каждое объятие демона ощущалось как захват: он переплетал свои пальцы с ее, прижимал ее руки к подушкам, и было в этих жестах столько превосходства, что у Элен кружилась голова.

В какой-то момент Феликс обхватил лицо жертвы ладонями и заставил ее смотреть в бездну своих глаз.

— Не закрывай глаза, — приказал он. — Я хочу видеть твое удовольствие.

Когда демон окончательно овладел ею, Элен показалось, что она падает в пропасть, полную багрового огня. Его объятия стали невыносимо крепкими. Он вжимал ее в кровать, словно пытался слиться с ней в единое целое, и жадно поглощал из ее души все накопленные за годы высокомерие и злость, превращая их в чистую, первобытную страсть.Это не было похоже на обычную близость. Это была битва, в которой Элен с удовольствием проигрывала…

Когда страсть достигла пика, Феликс втянул губами кожу на изгибе ее шеи. Элен вскрикнула от ощущения неестественного жара, но боль мгновенно сменилась волной такого горячего наслаждения, какого она не испытывала никогда в жизни. Она почувствовала, как сознание медленно затуманивается, погружая ее в состояние глубокого, блаженного транса.

Вскоре жар чувств утих, оставив за собой лишь абсолютный и безграничный покой. Элен заснула мгновенно с легкой улыбкой на губах. Пальцы ее продолжали сжимать теплую и уютную подушку. Фелинор лежал рядом и, закинув руки за голову, глубоко вдыхал пронизанный эмоциями воздух. Он чувствовал, как по его венам разливается густая и сладкая энергия — коктейль из подавленной гордости, обжигающей страсти и внезапного обожания. После нескольких лет заточения в Безвременье подобная «жатва» показалась ему настоящим пиром. Даже эмоции Джессики на свидании с Лэнгфордом в кинотеатре не принесли ему такого удовольствия, как «охота» на Сент-Клер.

— Спи, ненасытная хищница, — прошептал демон и коснулся шеи девушки в том самом месте, где теперь ярко выделялось магическое клеймо. — Завтра ты проснешься другой, и этот мир покажется тебе совсем иным.

Убедившись, что чары работают, Фелинор закрыл глаза и погрузился в глубокий безмятежный сон. Он понимал: больше ему не придется страдать от неутолимого голода, как в заточении. Даже если дела вдруг пойдут из ряда вон плохо, сделка с Джессикой еще связывает его с этим миром, а благодаря демонической метке ему под силу насладиться эмоциями Элен когда угодно и где угодно. Но одной такой «добычи» ему, разумеется, было мало для полного счастья. Чтобы вернуть былое могущество, понадобится приложить гораздо больше сил. С этим нюансом демон решил не торопиться — у него впереди целая вечность, чтобы отомстить обидчикам, и одна тихая ночь погоды не сделает. А вот завтра… Завтра перед ним откроются новые двери…