Глава 18

Следующим вечером Фелинор, как и планировал, затащил «кузину» поужинать в «Crust Crumb». Предлог для визита демон выбрал идеальный: в тот раз он пробовал пиццу «Четыре сыра», значит теперь можно взять на дегустацию «Пепперони» и еще чего-нибудь по мелочи. Кола в стаканчике со льдом или адски горячее какао — не столь важно. Главное, что он сможет насладиться эмоциями отчаявшегося одинокого смертного… Это наверняка будет яркий букет!

У самого порога Феликс замер и втянул носом воздух, словно истинный гурман перед подачей изысканного блюда. Он ожидал почувствовать густой, горьковатый аромат подавленной обиды, искры жгучей ревности и ту самую серую хмурость, которая обычно окутывает вуалью отвергнутых возлюбленных. Демон уже приготовил пару колких замечаний, чтобы поглубже вогнать иголку в самолюбие пекаря и насладиться его страданиями, но, переступив порог, Фелинор буквально натолкнулся на стену спокойствия. Лиам Бэйкер, как обычно, стоял за стойкой, едва слышно что-то напевал себе под нос и посыпал мукой рабочую поверхность. Увидев гостей, он не вздрогнул, не отвел взгляд и не сжал челюсти. Напротив, на его лице сияла та самая мягкая и искренняя улыбка, за которую Феликс «повелителя муки» и недолюбливал.

— О, Джесс! Феликс! — Лиам кивнул им как старым добрым друзьям. — Заходите, я как раз недавно достал из печи свежую пепперони. Вы ведь явно за ней пришли, я угадал?

— Привет, Лиам, — не подозревающая о переживаниях друга Джессика приветливо улыбнулась. — Ты прав, в этот раз Феликс захотел попробовать пепперони. Большую. Еще мне, пожалуйста, то вкуснейшее какао с маршмеллоу, а Феликсу… ммм…

— Кофе. Горький и горячий, чтоб жгло, как из преисподней, — процедил сквозь зубы демон.

— Кофе и какао с маршмеллоу, — Лиам без какого-либо смятения записал заказ и указал в сторону столиков. — Садитесь на любое понравившееся место. Скоро все принесу.

Фелинор замер на полпути к столику. Его глаза цвета раскаленной меди на мгновение вспыхнули от недоумения. Он сосредоточился в попытках прощупать ауру смертного, но вместо хаоса чувств наткнулся на ровное, теплое сияние. Лиам не страдал. Он не выглядел как человек, чье сердце разбито. В нем жила какая-то странная, тихая уверенность, и это ощущение действовало на демона, как холодный душ.

«Что за бред? — пронеслось в голове отродья. — Где его отчаяние? Где желание швырнуть в Лэнгфорда скалкой? Этот паренек ведет себя так, будто он уже выиграл войну, хотя даже не вступил в бой»…

— Джессика, ты сегодня отлично выглядишь, — спокойно добавил Лиам, вытерев руки о фартук. — Надеюсь, учеба тебя не слишком выматывает?

Джесс улыбнулась другу в ответ.

— Учебный проект отнимает много времени, но пока что я справляюсь. Спасибо.

— Еще немного — и ты забудешь об усталости. — подмигнул ей Бэйкер. — По крайней мере, я на это надеюсь.

Феликс, почувствовав, что его план по дегустации чужих страданий провалился, раздраженно фыркнул и плюхнулся на стул.

— «По крайней мере, я на это надеюсь», — передразнил паренька демон и скрестил на груди руки.

— Просто я знаю, что хорошая пицца требует терпения и времени, Феликс, — Лиам подмигнул ему, ничуть не смутившись. — Как и все остальное в нашей жизни.

Пока Бэйкер возился на кухне, Фелинор внимательно сканировал ауру Лиама и пространство вокруг. Ему очень хотелось почувствовать в поведении смертного хотя бы малейшую нотку фальши, но пекарь оказался непробиваем. Его аура оставалась такой же уютной и ровной, как жар в печи.

Через несколько минут Лиам принес к столику ароматную пиццу. Почувствовав аромат запеченных колбасок и базилика, Джессика облизнулась и потянулась за первым кусочком.

— М-м-м, Лиам, она пахнет божественно!

Фелинор же сидел неподвижно и не переставал сверлить пекаря тяжелым, буравящим взглядом. Он искренне не понимал, как этот смертный умудряется сохранять внутреннее спокойствие, когда его мир ведь должен рушиться от ревности.

Лиам, почувствовав на себе этот пристальный взгляд, на мгновение замер. Он посмотрел на Феликса, и перед его глазами на секунду возник черный кот, который с тем же невыносимым достоинством и прищуром янтарных глаз взирал на него тогда с уютного места за столиком.

— Знаешь, Джессика… — Лиам на мгновение запнулся, потирая затылок. — Возможно, это прозвучит странно, но твой кузен мне напомнил того черного кота, которого ты тогда пиццей угощала. У него такой же взгляд был. И имя одинаковое.

Джессика подавилась куском и судорожно закашлялась, а Фелинор лишь едва заметно бровью.

— Все мы, Феликсы, такие… — холодно процедил демон. — Не терпим посредственности. Ни в еде, ни в людях.

Лиам добродушно рассмеялся и придвинул к гостю коробку с пиццей. Слова Феликса он воспринял как очередную странность, присущую «гостям из Европы».

— Ну в таком случае, надеюсь, что моя стряпня пройдет контроль качества. Приятного аппетита.

«Он слишком наблюдателен для человека, который размахивает скалкой и возится с тестом, — прошипел Феликс в сознании Джессики и взял в руки кусок пиццы. В свой укус он вложил все недовольство и разочарование, которые грызли его во время ужина. — Еще пара таких озарений и мне придется превратить его в муку, из которой он печет эти самые булки»…

Джессика, не придавая значения ворчаниям «кузена», с удовольствием продолжила уминать пепперони. Феликс же, осознав, что «шоу» ему не светит, решил направить свою энергию в более полезное русло — в поглощение углеводов. Если уж не удалось насытиться эмоциями, то хотя бы пицца у этого смертного была чертовски хороша. Фелинор ел молча, с какой-то особой скоростью, словно пытался наказать пиццу за то, что ее создатель оказался слишком крепким орешком.

— Всё, я сыт, — бросил он, когда дожевал последний кусочек корочки. — Пожалуй, пойду прогуляюсь. Воздух здесь слишком… — демон замялся, подбирая слово, — пресный.

— Пока, Феликс, — помахал ему Лиам на прощание, но Феликс даже не обернулся и просто вышел на улицу.

Джессика утерла рот салфеткой и вышла из-за стола.

— Спасибо, Лиам. Все очень вкусно, как и обычно.

— Рад был порадовать, — улыбнулся пекарь, но в его глазах промелькнула тень серьезности. — Феликсу, я так понимаю, тоже понравилось?

— Он у меня немного не от мира сего, — пожала плечами Миллер, стараясь не смотреть Лиаму в глаза. — Но, думаю, он не стал бы есть с таким аппетитом, если бы ему не понравилось.

— Тогда желаю удачи, Джессика. И… не пропадай.

— Постараюсь, спасибо. И тебе удачи.

Тем вечером Феликс не проронил ни слова. Как бы ни допытывала демона Джессика, тот лишь отмахивался или переводил разговор на другую тему, а потом ночью просто превратился в кота и забился в глубины своего домика. Из глубины его укрытия какое-то время слышалось недовольное бурчание…

Утром Фелинор проснулся как ни в чем не бывало. Да, пережить очередное поражение было неприятно, но, в конце концов, жизнь на этом не закончилась. Он больше не пленник Безвременья, а значит, можно и дальше наращивать силы, чтобы однажды ударить возмездием по предателям…

Именно этим демон и занялся. Раз в несколько дней он ходил на свидания с одинокими девушками и дарил им ночь наслаждений. Те же, сами того не осознавая, делились с ним ментальной энергией и становились чем-то вроде батарейки. Магическое клеймо работало безотказно и передавало заклинателю часть эмоций обладательницы, где бы она ни была и чем бы ни занималась. К концу октября Фелинор обеспечил себя «едой» с достатком — можно было спокойно наслаждаться жизнью и заниматься всем, что душе угодно. Но, разумеется, на достигнутом демон решил не останавливаться. Он силен, но враги гораздо сильнее. Чтобы одержать победу, ему нужно оказаться на голову выше остальных демолордов, а лучше на две или три — тогда у врагов не будет шансов…

Джессика тем временем, как обычно, ходила на учебу, стараясь не пропускать занятия без уважительной причины. Свободное время она проводила либо за планшетом с учебниками (не забыв перед этим закупиться чем-нибудь вкусным), либо со Стивеном. Простая прогулка по улицам или же поход на какое-нибудь мероприятие — один-два раза в неделю они вместе выбирались на совместный досуг. Не забывали друзья и о проекте для «Аркхем Лигал»: Джесс обучала Стивена теоретической части, а вот Стивен напарницу тренировал по части общения. Ведь в таких кругах важно не только показать идеальные расчеты, но и уметь преподнести себя. И дело далеко не в бренде одежды…

В течение октября Гордон навещал дочь два раза. Да, приходилось «прятать» следы присутствия Феликса, но Джессика все равно каждый раз радовалась его приезду. Вместе они тепло проводили время, как положено отцу с дочерью: ходили в кино или на какие-нибудь выездные выставки. А ужин в «Crust Crumb» быстро стал их семейной традицией. Миллер младшая наблюдала, как приветливо общается Лиам с ее отцом, и невольно улыбалась. Приятно все-таки, что у семьи появился еще один друг…

Утром в день Хэллоуина Феликс разбудил подопечную чуть позже обычного. Да, занятия в университете отменили, но давать Джессике фору для сна демон не собирался. Он заполз на диван и стал расталкивать девушку, как мать родную дочь перед школой.

— Вставай, смертная, тебе еще костюм на вечеринку готовить!

— Можешь помолчать хоть пять минут? — простонала сонная Джессика и накрыла голову подушкой. — Иди лучше пофлиртуй с девчонками на кухне.

— Свои планы на утро я уже закрыл: и кофе попил, и даже с одной студенткой немного пообжимался в ванной, — Фелинор ехидно хихикнул, словно гиена. — А знаешь, есть в такой страсти особая перчинка. Немного жаль даже, что скоро смертная ничего не вспомнит из-за воздействия чар. Ничего, я вдоволь отыграюсь на Хэллоуинской вечеринке. Интересно, в какой костюм вырядится Лэнгфорд?

Из-под подушки раздался громкий горький стон. Идти на закрытую вечеринку вместе с демоном она не горела желанием, но по «счастливой» случайности билеты на мероприятие достались не только ей и Стивену. И выбора теперь нет — Феликс де Валуа официально приглашен на вечеринку вместе с остальными, так что хочешь не хочешь, но придется идти втроем.

Фелинор же на этой вечеринке видел для себя момент очередного триумфа. Подвыпившие девушки, как показала практика, оказались самыми горячими любовницами. И стирать следы своего существования из их сознания демону тоже было проще, а значит больше сил он мог направить на свое восстановление.

Привлекала Фелинора и другая сторона праздника. Все-таки мистическая составляющая историй о Хэллоуине — не совсем выдумка. Он не раз бывал в этом мире, поэтому знал — полученная за сегодня энергия станет полезнее в разы, что сделает его еще сильнее. А если удастся повстречаться с Элен или другими девушками с клеймом будет вообще замечательно.

Делать нечего, пришлось Джессике вылезти из-под теплого одеяла, хоть ей этого и не особо хотелось. За пару месяцев жизни с адским отродьем она отлично усвоила: если демон проснулся, то о спокойном сне можно забыть. Будет надоедать и будить, причем как в облике кота, так и в облике человека. Хорошо хоть, что иногда «кузен» ночевал у других девчонок — вот тогда можно было вздохнуть немного спокойнее.

В качестве завтрака на сегодня Феликс принес пиццу пепперони. После неудачи в «Crust Crumb» запал демона, на удивление, нисколько не угас. Скорее наоборот, он стал приходить в пиццерию почаще. Сам или с Джессикой в компании — не важно. Ему стало интересно, как будут дальше развиваться отношения в этом треугольнике. Настанет ли на улице пекаря праздник? Или же Миллер так и останется в объятиях Лэнгфорда, не догадываясь о его истинных намерениях?

Да, с каждым днем, по мере того как магия восстанавливалась, образ Стивена в его восприятии начал меняться еще сильнее. Это была уже не просто аура богатого наследника, охотящегося за выгодой. Феликс чувствовал в Лэнгфорде нечто тяжелое, холодное и расчетливое. Однако демон решил не вмешиваться. За тысячи лет жизни он неплохо изучил поведение смертных, поэтому знал: Джессика ему попросту не поверит, пока сама не наступит на грабли. Зато в нужный момент он, скорее всего, поможет справиться с переживаниями, если понадобится…

Незадолго до начала вечеринки пришло время облачаться в костюмы. Для своего образа Джесс как раз недавно заказала курьерскую доставку из онлайн-маркетов. Черное приталенное платье идеально подходило для замысла! Вставка из мелкой сетки и перекрещенные ленты на груди придавали образу нотку дерзости, широкий черный воротник-чокер добавлял искорку строгости, а небольшие черно-серые крылья и терновый нимб стали символом чистоты, принесенной в жертву амбициям.

Макияж Джессики тоже изменился: оттеночным бальзамом она немного осветлила волосы, а на веки нанесла нюдовый вечерний макияж в стиле «смоки» и добавила дерзкой искорки с помощью черной подводки для глаз. Аккуратно нарисованный шрам, пересекающий бровь, сделал ее взгляд еще более глубоким и опасным. Она больше не была «простушкой из Оук-Риджа»; теперь она выглядела как темная богиня, сошедшая со страниц древних легенд.

— Миллер, да ты превзошла саму себя, — Феликс медленно обошел её кругом, и в его глазах вспыхнуло искреннее одобрение. — Этот нимб… в нем есть ирония, которую я ценю. И эти крылья тебе тоже к лицу. Они напоминают о том, что даже у самых чистых душ есть тяга к падению. Как демон оцениваю твой костюм на 10 из 10.

Джесика вздохнула и еще раз взглянула на себя в зеркало. Кожаные перчатки и сетчатые рукава, перехваченные черными лентами, плотно облегали руки, создавая ощущение доспехов, а черные сапоги с декоративными ремнями отлично подходили к основному наряду. Но сам образ ей все-таки казался чертовски непривычным.

— Заканчивай вертеться, Лэнгфорд уже внизу, — добавил демон, и его голос стал чуть серьезнее. — Помни, сегодня ты не просто идешь на танцы. Ты идешь демонстрировать силу. Пусть он и все остальные гости увидят, что твои крылья могут не только укрывать, но и заслонять солнце.

Джесс посмотрела на Феликса, одетого в повседневную одежду, и задумалась. Она ведь не видела, чтобы «кузен» выбирал себе костюм для вечеринки.

— А ты переодеваться не собираешься?

Демон громко засмеялся, как будто услышал шутку.

— Наивная смертная, зачем мне эти ваши тряпки? Смотри и учись.

Феликс щелкнул пальцами, и в то же мгновение его тело с головы до ног заволокло плотной черной дымкой. Сквозь пелену магии девушка смутно видела, как изменяется тело «кузена», а через несколько секунд дымка развеялась, и она невольно сделала шаг назад. Теперь Фелинор предстал перед ней в своем истинном облике. Никаких миниатюрных крылышек или хвоста, как у бесенка… Демон выглядел страшнее, чем в фэнтези фильмах! Рост остался таким же для сходства с людьми, а вот тело претерпело значительные изменения. Маленькие неприметные рожки превратились в массивные черные рога, изгибающиеся назад и усеянные непонятными рунами, едва заметно пульсирующими алым светом. Кожа стала пепельно-серой, сухой и прохладной на вид, а глаза превратились в два ярко сияющих алых агата с хищным вертикальным зрачком. Но самой впечатляющей деталью облика были его крылья. Огромные, кожистые, напоминающие собой крылья летучей мыши, они в сложенном состоянии окутывали его плечи, словно живой плащ. Перепонки между костяными фалангами были испещрены шрамами и светящимися прожилками. Для наряда Фелинор выбрал кожаный жилет на голое тело, перехваченный широкими ремнями с серебряными пряжками, и облегающие штаны из матовой черной кожи. На его плечи был наброшен меховой воротник из шкуры непонятного зверя, а на груди блестела цепь из темного металла. В сочетании с массивными высокими сапогами весь этот набор идеально подчеркивал жилистое и атлетичное телосложение и без того жутковатого демона.

— Ну как тебе? — Фелинор затянул последний ремень на сапоге и гордо расправил крылья. — Твой Стивен на фоне этого будет выглядеть как официант, решивший приклеить себе картонные ушки.

Джесс невольно затаила дыхание, глядя на «кузена».

— Феликс… Это выглядит слишком… реально. Люди же поймут.

Фелинор лениво потянулся, и в его суставах раздался сухой хруст, напоминающий треск ломающихся костей.

— Глупая смертная, сегодня ведь ночь чудовищ, — произнес он с хищной улыбкой. — Чем реалистичнее ты выглядишь, тем меньше вопросов тебе задают. Люди видят то, что хотят видеть — мастерство гримера, искусную работу портного или парикмахера. Никто не догадается, кто перед ними на самом деле. К тому же… — демон поправил шипастые кожаные браслеты на запястьях, и жуткий свет в его глазах вспыхнул чуть ярче, — мне надоело прятаться. Хотя бы в этот вечер я хочу побыть собой. А теперь идем. Мне не терпится узнать, что подумает Лэнгфорд, когда увидит истинного главаря вечеринки!

Делать нечего, пришлось идти. Если Феликс что-то решил, то переубеждать все равно бессмысленно.

Когда Джессика спустилась, Стивен на мгновение лишился дара речи. Он стоял у машины в образе темного аристократа, и его аккуратные искусственные рога идеально гармонировали с терновым венцом подруги.

— Джесс… — он перехватил ее руку и запечатлел на ней долгий поцелуй. — Сегодня ты — настоящая темная богиня этого города. Мне уже не терпится потанцевать с тобой на вечеринке… — он выдержал паузу и наклонился к ее уху, — или рассмотреть твой образ поближе.

Джессика улыбнулась и едва слышно мурлыкнула в ответ. Последнее время им пришлось много работать над проектом, так что слова Стива только распаляли в ее душе нужный настрой.

Но не успела Миллер ответить, как следом на крыльце показался Фелинор. Стивен, увидев «кузена» Джессики, замер с ключами в руках. Его собственные бутафорские рога на фоне этого монументального образа выглядели жалко, и в глазах Лэнгфорда на мгновение промелькнула не только ревность, но и настоящий глубинный страх.

— Твой кузен… очень серьезно относится к традициям, — выдавил из себя Стивен и отшатнулся.

— Так меня в семье научили, что поделать, — пророкотал Феликс и потянулся к ручке пассажирской двери. — Заводи, поехали.

Появление троицы в клубе с символичным названием «Инферно» произвело эффект взорвавшейся бомбы. Оказавшись в зале, Фелинор не стал скромничать и сразу же на мгновение раскрыл свои крылья во всю ширь. Мощный поток воздуха, пахнущий озоном и жженой серой, заставил ближайших к входу людей попятиться. Даже музыку, казалось, на секунду заклинило.

— Боже, какой костюм! — выдохнул кто-то из толпы.

— Ого, они как настоящие!

— Интересно, как он ими двигает? — зашептались вокруг.

Лэнгфорд, чьи пластиковые рога на фоне этого величия выглядели как дешевая детская игрушка, инстинктивно сжал локоть Джессики. Его пальцы заметно подрагивали. Он привык доминировать и быть «альфой» на любой вечеринке, но сейчас рядом с Феликсом он чувствовал себя лишь бледной тенью.

— Твой кузен, смотрю… любит внимание, — процедил Стивен сквозь зубы. Сохранять спокойствие становилось все труднее.

Джессика же в своем костюме с крыльями и с терновым венцом чувствовала себя так, будто она действительно идет под охраной древнего божества.

Фелинор шел впереди, и толпа расступалась перед ним, как подданные перед монархом. Он не просто смотрел на людей, он взирал на них с ленивым презрением, свойственным темному наследнику. Но страх перед неизвестным у смертных быстро сменился азартом. Стоило демону занять вип-ложу, как его магия начала работать в обратную сторону. Его пугающая животная харизма начала действовать на девушек, как магнит.

Первой подошла молодая смелая «ведьмочка» и якобы случайно задела его крыло краем бокала.

— Ой, простите, — она замерла, глядя в пылающие глаза демона, и на ее лице отразился почти религиозный восторг. — Это… это самый потрясающий костюм, который я когда-либо видела. Можно потрогать?

Фелинор хищно оскалился и лениво приподнял край крыла в ответ. Коснувшись перепонки, девушка едва не застонала от странного покалывающего разряда. Ей хотелось сидеть здесь как можно дольше и касаться этого красавца снова и снова.

Вскоре вокруг Фелинора начало смыкаться кольцо. Девушки в образах кошек, ангелов, волшебниц и вампирш потянулись к нему, словно мотыльки на свет. Они не видели в нем монстра. Только идеальный и запретный плод…

«Смотри, смертная, — раздался в голове Джессики довольный голос демона. — Кажется, твой золотой мальчик скоро лопнет от зависти. Он-то думал, что будет королем вечера, а ему досталась лишь роль охранника при темном лорде».

Стивен действительно выглядел мрачнее тучи. Парень пытался поддерживать беседу с подругой, но его взгляд все время возвращался к Феликсу, вокруг которого уже образовался настоящий цветник из восторженных поклонниц.

Миллер стиснула зубы, чувствуя, как внутри закипает раздражение. Она потратила уйму времени на этот сложный образ в надежде хотя бы на один вечер стать центром внимания и просто повеселиться, но все оказалось впустую. Фелинор привлекал слишком много взглядов, и это разрушило всю непринужденную атмосферу вечеринки.

Джессика посмотрела на Стивена, явно нервничающего из-за неудавшегося вечера, и в ее голове внезапно прояснилось.С какой стати она должна позволять капризному демону портить ей праздник? Пусть Феликс пришел сюда за «жатвой», но у нее ведь своя жизнь!

Подумав об этом, Джесс решительно положила ладонь на грудь Лэнгфорда.

— Стив, посмотри на меня, — твердо произнесла она в надежде заставить его отвлечься от созерцания «темного лорда». — Забудь про Феликса. Он питается вниманием толпы, а мне достаточно твоего. — Миллер лукаво улыбнулась, и в полумраке зала ее терновый нимб искушающе сверкнул. — Я пришла сюда танцевать с самым завидным демоном Эденберга, а не стоять в тени кузена. Идем?

Стивен на мгновение замер, удивившись перемене, но его неуверенность быстро испарилась, и в глазах снова заискрился азарт.

— Пойдем. С моей стороны неправильно будет заставлять крылатую богиню ждать.

В следующую секунду он собственнически перехватил ее за талию и, не говоря ни слова, увлек в самую гущу танцующей толпы. Джессика двигалась легко и смело, намеренно игнорируя вип-ложу «кузена». Она чувствовала, как ее черные крылья задЕвают других людей и как ритм музыки вытесняет из головы мысли о Феликсе.Стивен вел ее в танце уверенно, его руки обжигали сквозь тонкую сетку платья. Джесс видела, что сейчас он смотрит только на нее, и окончательно забыла о досадном происшествии в лице присутствия Феликса.

«О, смертная решила показать характер? — лениво подумал Фелинор, наблюдая за подопечной сквозь плотное кольцо поклонниц. — Что ж, развлекайся, Миллер. Посмотрим, на сколько хватит твоего энтузиазма, когда музыка станет медленнее, а твой „принц“ решит, что пора переходить с танцев к серьезным вещам».

Вскоре музыка сменила ритм на более глубокий и обволакивающий, и Лэнгфорд, не разжимая объятий, наклонился к самому уху Джессики.

— Здесь становится слишком душно, — тепло его дыхания отозвалось по телу Джесс приятными мурашками. — Пойдем, нам нужно немного остыть.

Стивен уверенно провел подругу сквозь толпу к бару, где заказал два авторских коктейля с символичным названием «Поцелуй вдовы». Густая рубиновая жидкость, зловеще дымящаяся в бокалах, была самым популярным напитком на вечеринке. Джессика сделала глоток. Сладость граната, смешанная с терпкостью специй и прохладой льда, мгновенно вскружила голову и окончательно смыла остатки тревоги. Она не думала о Феликсе или внимании других гостей вечеринки. Ее интересовал только один мужчина, который прямо сейчас сидел рядом и обаятельно улыбался.

Лэнгфорд, заметив, как заблестели ее глаза, жестом указал на узкую лестницу, ведущую на второй этаж клуба в сторону закрытых кабинетов. — Там есть балкон, выходящий на внутренний дворик. Только для своих.

Когда они оказались в небольшом уединенном лаундже, грохот музыки превратился в глухой, едва ощутимый пульс. Здесь царил полумрак, разбавляемый лишь светом далеких звезд и редкими вспышками гирлянд. Стивен закрыл за собой тяжелую дверь, и тишина окутала комнату, как бархат.Джессика подошла к перилам балкона и вдохнула прохладу ночного воздуха. Ее черные крылья слегка задели косяк, и она обернулась, чтобы поправить костюм, но Стивен уже стоял позади.

— Наконец-то, — тихо произнес он, медленно приближаясь. — Весь вечер я чувствовал, что делю тебя с этим городом, с этим клубом и… с твоим странным кузеном.

Он сократил расстояние, и Джессика оказалась зажата между высокими перилами и его горячим телом.

— Ты сегодня невыносимо прекрасна, Джесс, — прошептал блондин, проведя пальцем по острым шипам ее тернового нимба. — И я не намерен больше ждать ни минуты.

«М-м-м, — прозвучал на задворках сознания сонный и сытый голос Феликса. — Кажется, твой принц переходит в наступление. Будь внимательна: когда маски сброшены, хищника выдают не рога, а аппетит». Но Джессика лишь прикрыла глаза, позволяя Стивену коснуться губами своей шеи. После долгой и утомительной совместной работы над проектом, когда приходилось часами сидеть у ноутбука или штудировать учебники, ей хотелось провести вечер так, как просит душа. Хотя бы один раз оставить навязанные университетом правила позади и просто побыть собой…

Стивен прижал ее к себе, и его поцелуи, поначалу осторожные, быстро стали требовательными и жадными. Джесс почувствовала, как кружится голова — то ли от коктейля, то ли от близости этого безупречного мужчины, который сейчас, в полумраке балкона, казался ей истинным воплощением соблазна. Его руки уверенно скользили по ее талии, сминая тонкую ткань платья, а дыхание обжигало кожу. Связь с реальностью на мгновение ослабла, и Джесс полностью растворилась в его ласках. Мир вокруг перестал существовать: утих шум клуба, исчезло ехидство Феликса. Остался только этот жар и настойчивый ритм сердца Стивена под ее ладонями.

Однако, когда страсть уже готова была перешагнуть черту, Стивен внезапно замер. Он тяжело дышал, уткнувшись лбом в ее плечо, и Джессика почувствовала, как его руки, до этого крепко сжимавшие ее, медленно и нехотя ослабили хватку.

— Нет, — прохрипел блондин и отстранился. Его глаза блестели от сдерживаемого желания, но во взгляде снова проступила та самая холодная рассудительность. — Не здесь. И не так. — Он аккуратно поправил рукой сбившийся терновый нимб. Его взгляд стал серьезным и почти торжественным. — Завтра самый важный день, Джесс — защита нашего проекта. Я хочу, чтобы ты вошла в тот кабинет с ясной головой.

Он нежно коснулся губами ее лба и улыбнулся той самой обещающей улыбкой, от которой у Джессики по спине пробежали мурашки.

— Обещаю: как только мы поставим точку в этом проекте, я исполню любое твое желание. Завтрашний вечер будет принадлежать только нам. Нашим триумфам и нашей страсти. Ты веришь мне?

Джессика, тяжело дыша, смогла лишь кивнуть. Она чувствовала одновременно и облегчение, и легкое разочарование, но слова Лэнгфорда о будущем триумфе зажгли в ней новый огонь.

«О-о-о, какая выдержка! — лениво протянул Феликс. Голос демона теперь звучал подозрительно близко, словно он стоял прямо за дверью. — Твой принц- мастер выдерживать паузу. Он кормит тебя обещаниями, как редким десертом. Но будь осторожна, смертная: иногда ожидание гораздо слаще, чем сам финал».

Скрепив обещание парой легких, почти невесомых поцелуев, Стивен приобнял Миллер за талию и направил к двери.

— Пойдем. Не стоит заставлять твоего кузена искать нас по всему клубу. Не хочу, чтобы он решил, будто я украл его любимую родственницу.

Когда они вернулись в зал, Фелинор, окруженный толпой почитательниц, лишь слегка кивнул и никак не стал комментировать их отсутствие — он ведь и так все слышал через ауры их душ.

Примерно через час Лэнгфорд стоял вместе с подругой у дверей общежития.

— Завтра в десять на кафедре. Будь готова. И… постарайся выспаться. Я хочу, чтобы на выступлении ты сияла ярче всех.

После прощального поцелуя Джессика поднялась к себе и облегченно вздохнула. Тело слегка ныло от приятной усталости, а губы еще горели после жарких поцелуев, но она нисколько не жалела о случившемся. Даже присутствие Феликса, который прямо сейчас развалился на кровати в истинном облике, нисколько не омрачал волшебства вечера.

— Мило, смертная. Просто до зубного скрежета мило. — пророкотал он, лениво взмахнув хвостом. — Твой принц — мастер строить планы на будущее. — Неожиданно силуэт демона начал растворяться в воздухе, словно видение. — Спи. Ночь была долгой, а завтрашний день потребует от тебя гораздо больше, чем умение носить черные перья…

Девушка не ответила, просто сбросила крылья, рухнула на диван и крепко обняла подушку. Она не думала ни о предстоящем выступлении, ни о том, что последует следом… В ее сердце жила вера, что все закончится хорошо. Не зря ведь она так усердно трудилась, в конце концов, пора и на ее улице случиться празднику…