Глава 21

Джессика проснулась оттого, что в лицо ей светило декабрьское солнце, а из кухни доносился умопомрачительный, ни с чем не сравнимый аромат кофе и сладостей. Так пахло только в ее родном доме… Приподнявшись на диване, она улыбнулась и сладко потянулась. На душе было спокойно и тепло. Впервые за долгое время она чувствовала себя по-настоящему отдохнувшей. Даже ночь в доме у озера со Стивеном не дарила такого умиротворения, как сейчас.

«Надо же, какой странный сон приснился» — подумала Миллер, взглянув на спящего рядом черного кота. Ей смутно помнилось, что ночью в гостиной было ужасно холодно, на улице бушевала метель, а Феликс стоял у окна во всем своем пугающем величии. Но сейчас комната была залита ярким светом, в камине весело потрескивали свежие дрова, а за окном искрился чистый, белый снег. Ментальный блок демона сработал безупречно: Джесс была абсолютно уверена, что ночное приключение — лишь игра ее уставшего воображения. Она зевнула, скинула плед и пошла на кухню.

— Доброе утро, дочка! Выспалась? — улыбнулся Гордон, бережно разливая дымящийся напиток по двум керамическим кружкам. — Ночью такая буря была, я думал с дома крышу сдует! А ты спала как сурок с котом под боком, даже не шелохнулась… Держи, твой любимый.

Джессика с благодарностью приняла кружку и сделала первый, осторожный глоток. Отец всегда готовил кофе с особой «изюминкой». Вместо сахара он неизменно добавлял в напиток пару ложек густого кленового сиропа, заботливо приготовленного одним из местных мастеров, а плотную молочную пенку он приправлял щепоткой свежемолотого мускатного ореха. Глубокий, сладковато-пряный вкус с легким карамельным оттенком мгновенно разлился по телу, прогоняя остатки сонливости. «Частичка Оук-Риджа в каждой чашке!» — шутил Гордон, когда делал самый первый, пробный глоток. Если соотношение терпкости и сладости примерно равное — значит, всё отлично!

— Божественно, пап. Как и всегда, — выдохнула Джесс, чувствуя, как приятно разливается тепло по телу. Все было идеально. Она сейчас дома, окруженная заботой, и столичные тревоги казались ей теперь бесконечно далекими. — Спасибо.

— Всегда пожалуйста, — Гордон дружелюбно похлопал дочь по плечу. — Отдыхай и набирайся сил, а я пока пойду зверюге твоему мяса нарежу.

Попивая кофе и закусывая сладкой выпечкой, девушка с улыбкой наблюдала, как ее отец усердно готовит завтрак для кота и возится с ним, как с настоящим питомцем. Феликс, разумеется, свой шанс упускать не стал и наслаждался вниманием. Сейчас как никогда важно было дать подопечной возможность накопить те самые чистые и светлые эмоции, поэтому он старался как можно меньше вмешиваться в ее жизнь. Да и облик кота ему по-своему полюбился. Не всегда все-таки получится растянуться вот так на ковре кверху пузом или погоняться за собственным хвостом.

Все оставшиеся рождественские каникулы Джессика провела в гармонии с собой. Каждый ее день начинался с неспешных завтраков с отцом, прогулок по хрустящему снегу и чтения книг у камина. Фелинор днем вел себя, как обычный кот: мурлыкал на коленях подопечной, когда она смотрела телевизор или читала книгу, ел отборное мясо из пластиковой миски или игрался с Гордоном в дразнилки. А вот уже по ночам, когда небо Оук-Риджа застилали сумерки, демон занимался вопросами обороны. Свои силы, как и раньше, он восстанавливал в объятиях одиноких девушек. Каждая из обладательниц магического клейма, сама того не осознавая, делилась с демоном эмоциями, служащими ему источником энергии. К некоторым девушкам Фелинор приходил лично, например к Сент-Клер. Благодаря накопленным эмоциям демон не только укрыл дом Миллеров защитными чарами, но и приумножил собственную силу. Для сражения с Фелиссой или Мортифером этого, наверное, маловато будет, а вот чтобы вскрыть горло очередной эшхеймской шавке вполне хватит. К счастью, с сюрпризами демон больше не сталкивался, но нутром он чувствовал, что появление гончей в этом мире — только начало…

День за днем Джессика потихоньку оживала, излечивая душу домашним теплом и ароматными сладостями. Про Стивена она старалась просто не думать — родной Оук-Ридж надежно укрыл ее от эденбергских разочарований. Но две недели пролетели как один миг, и цифры на календаре вскоре известили девушку о том, что пришла пора возвращаться в университет…

Пока Джессика Миллер пыталась склеить измученное страданиями сердце в уютном заснеженном Оук-Ридже, Стивен Лэнгфорд в это время находился далеко от альпийских склонов. То самое текстовое сообщение, отправленное девушке в соцсети, было такой же красивой фальшивой оберткой, как и весь его безупречный образ. На самом деле блондин остался в Эденберге, запершись в роскошном кабинете отцовского особняка. После защиты проекта в «Аркхем Лигал» Лэнгфорд много работал, чтобы решить финансовые проблемы, но дыры в бюджете все равно начали постепенно «всплывать наружу». Еще и финансы семьи, всегда казавшиеся незыблемыми, тоже начали давать серьезные трещины. Пришлось блондину часами просиживать за отчетами, чтобы вместе с юристами спасти остатки семейного капитала. Однако канун Рождества требовал поддержания статуса, и он просто не смог проигнорировать закрытую элитную вечеринку, которую его близкие друзья каждый год устраивали в загородном клубе. Дорогие костюмы, отборные закуски, звон хрустальных бокалов с коллекционным шампанским и фальшивые рождественские улыбки — здесь всё дышало пафосом, от которого Джессику стошнило бы прямо у порога. Стивен стоял у барной стойки, лениво помешивая лед в бокале с виски, когда к нему подошли двое его неизменных приятелей по клубу — Чедд и Брэдли. Оба выглядели как типичные наследники огромных состояний: высокомерные и холеные, не привыкшие считать деньги.

— Ну и ну, Лэнгфорд, — Чедд снисходительно похлопал Стивена по плечу и сделал глоток из своего бокала. — Мы-то думали, что ты приведешь свою новую пассию. Эту… Как ее там? Миллер? Весь юридический факультет целый месяц гудел о том, как вы вдвоем умыли старика Эшфорда на защите дипломатического кейса.

Стивен едва заметно нахмурился, сохраняя на лице вежливую и холодную маску.

— Джессика уехала на каникулы к семье. Ей нужно было отдохнуть от эденбергской суеты.

Брэдли цинично рассмеялся и обменялся многозначительным взглядом с Чеддом.

— К семье? Брось, Стиви, не смеши. Придумай оправдание получше.

— Просто скажи, что не хотел появляться в клубе со своей «простушкой», — усмехнулся Чедд.

Стивен почувствовал, как в груди закипает злость. Мысль о возможном финансовом статусе Джессики раздражала и одновременно пугала. Он ведь надеялся с ее помощью поправить дыры в бюджете, а здесь такие новости… Да, его и раньше терзали некоторые сомнения, но практика в «Аркхеме» отнимала много времени и сил, поэтому ему долгое время было не до расследований, а вот теперь…

— Мой отец крутится в тех же кругах, что и партнеры «Аркхем Лигал», — продолжил Брэдли, с невозмутимым лицом опустошая бокал. — Наводить справки — это его хобби. Да, понадобилось время и кругленькая сумма, но в итоге все получилось. И знаешь что? Никаких «Миллеров» с крупным капиталом или связями на факультете международного права в университете сейчас нет. Ее отец- обычный провинциальный горожанин. У этой девчонки за душой нет ни цента, Стив. Она пустышка. Самая обыкновенная бедная простушка, которая умудрилась зацепиться за твой статус.

— Мы-то думали, ты ведешь тонкую игру и метишь в совет директоров через ее связи, — подхватил Чедд. — А ты, получается, закадрил молоденькую провинциалку? Красивую, способную, но абсолютно бесполезную для твоего будущего. Интересно, а твой отец в курсе, на кого ты тратишь время, пока ваши семейные акции падают вниз?

Стивен ничего не ответил, лишь крепче сжал в руке полупустой бокал, чувствуя, как в груди растет глухое, уязвленное раздражение. Слова друзей били точно в цель и попадали по самому больному месту — его непомерному эго и расчетливости, о которой так давно догадался Феликс.

Лэнгфорд окинул взглядом искрящийся огнями праздничный зал, и в его глазах снова промелькнул тот самый холодный расчет. Он понимал, что Джессика талантлива, ее напор помог им выиграть кураторство в «Аркхеме», но в его мире безраздельно правили деньги и статус. А простушки, даже самые прелестные, никогда не становились королевами на его шахматной доске. Именно в ту ночь, под циничные смешки приятелей, Стивен окончательно принял решение, что по возвращении в университет нужно будет наконец-то расставить все точки над «и». Обидно, что столько времени упущено зря, но хотя бы та ночь в лесу ему понравилась. Будет с годами о чем вспомнить, как говорится…

А вот в Эшхейме никто из приспешников Фелиссы даже не задумывался об отдыхе. Работы над созданием стабильного портала велись днем и ночью, и спустя почти два лунных цикла жрецы гордо представили правительнице Синдерии результаты своих трудов. Фелисса так обрадовалась, что порывалась сама отправиться на охоту за головой брата, но Мортифер вовремя ее переубедил.

— Моя королева, сначала мы должны убедиться, что портал работает как надо. Советую отправить на разведку оскверненную гончую — она с легкостью вынюхает сущность Фелинора, а потом просто отправим в ответ на ее сигнал подкрепление, чтобы закончить начатое.

Фелисса сначала подумывала возразить, но не стала. В словах генерала была рациональная, пусть и излишне осторожная для высшего демона логика. Рисковать собственной персоной ради первой вылазки в чужой и пока еще малоизученный мир действительно не стоило.

— Твоя взяла, Мортифер, — неохотно процедила демоница, лениво потарабанив острыми когтями по подлокотнику обсидианового трона. В ее изумрудных глазах отразилось фиолетовое сияние свежеоткрытого портала. — Выпускай гончую. Но если эта тварь вернется ни с чем, клянусь, жрецы тогда отправятся в бездну вслед за ней!

Мортифер коротко кивнул и властным жестом отдал приказ затаившимся в тени гончим. Через мгновение к фиолетовому зеву воронки, глухо рыча и скребя когтями по каменным плитам, подобралось существо, отдаленно напоминающее огромную собаку. Из ее пасти, усеянной рядами кривых зубов, сочилась едкая скверна, глаза светились ярче зеленого солнца, изредка сияющего в небе Синдерии, а на загривке пульсировали ядовито-зеленые магические наросты.

У самой кромки портала существо замерло, ловя чутким носом магические вибрации сквозь границу миров. В качестве ориентира служила семейная реликвия, передаваемая наследникам из поколения в поколение. До самого последнего момента Фелинор носил артефакт при себе, пока не оказался в Безвременье, и теперь магия этого украшения служила эдаким компасом, указывающим направление к цели.

Почуяв сладкий и притягательный аромат силы Фелинора, гончая издала утробный хрип и беззвучно прыгнула прямо в разлом. Полагаясь на чутье, тварь добралась до Оук-Риджа, но потерпела там сокрушительное поражение, так и не передав сигнала бедствия. Новость о случившемся Фелиссе, разумеется, не понравилась. Демоница рвала и метала. От ее громкого яростного крика, казалось, вот-вот земля на континенте разверзнется. Даже Мортифер какое-то время не подходил к ней, чтобы не попасть под горячую руку.

На следующий день, когда эмоции в горячем разуме поутихли, Фелисса вальяжно уселась на трон и позвала к себе на аудиенцию супруга.

— Мортифер, скажи, что ты придумал план, как отыскать моего брата…

— Придумал, моя королева, — Мортифер сделал шаг вперед, и его тяжелые доспехи глухо звякнули в тишине тронного зала. — Гончая была бездумным зверем. Она пёрла напролом и выдала себя. Фелинор, несмотря на изгнание, остается опытным стратегом и умелым бойцом. Нам нужен кое-кто посильнее.

— М-м-м, звучит интересно. Есть предложения?

Генерал кивнул и вытащил из-за пояса магический свиток, скрепленный вместо веревки кольцом из зачарованного обсидиана. — В этот раз мы не станем размениваться на фауну Эшхейма. Я отправлю в разлом опытного бойца из нашей элитной армии Пепла. Того, кто умеет сливаться с тенями, скрывать свою демоническую суть и, самое главное, мыслить головой. Его задача будет предельно проста: тайно просочиться в мир смертных, бесшумно выйти на след Фелинора и установить за ним скрытое наблюдение. — Мортифер хищно оскалился, и багровые руны на его зачарованных доспехах запульсировали ровным, зловещим светом. — Он не станет нападать. Просто зафиксирует координаты, изучит его слабости и окружение. А когда все будет готово, он активирует этот свиток, как маяк. Вот тогда мы с тобой, моя королева, явимся туда лично. Застанем изгнанника врасплох и закончим начатое раз и навсегда!

Фелисса медленно провела острым когтем по подлокотнику, и на ее губах наконец-то появилась жуткая улыбка. В ее мире так обычно улыбаются, когда предвкушают желанную расправу.

Генерал понял реакцию супруги без слов — план ей определенно понравился.

Скользнув взглядом по мощной фигуре супруга, демоница медленно поднялась с обсидианового трона, и полы ее длинного платья зашуршали по камню. Грациозно, словно змея, она приблизилась к Мортиферу и положила ладони ему на плечи.

— Опытный лазутчик… Да, мой генерал. Это звучит куда лучше, — прошептала она и приблизила свое лицо к его лицу. В ее изумрудных глазах на секунду вспыхнуло опасное, обжигающее пламя. Властным движением демоница притянула супруга к себе и впилась в его губы глубоким и требовательным поцелуем. Генерал глухо и утробно зарычал, отвечая на ее напор, и собственнически притянул жену к себе за талию. Магическая печать, обычно связывающая между собой сущности супружеской пары, от возбуждения вспыхнула на шее демона ровным, яростным жаром. Но стоило Мортиферу полностью отдаться этой искре страсти, как Фелисса резко отстранилась. Вслушиваясь в потяжелевшее дыхание мужа, она скользнула пальцем по его подбородку и ехидно улыбнулась.

— Тихо, — прикусив губу, протянула демоница. — Вся остальная часть приятностей, дорогой супруг, исключительно после первых хороших вестей от нашего охотника. А пока- отправляй его немедленно. Я хочу, чтобы эта зима стала для Фелинора последней.

Мортиферу потребовалось несколько секунд, чтобы обуздать пылающий внутри огонь. Он недовольно хмыкнул, но спорить не стал — капризы своей королевы демон знал слишком хорошо. Коротко поклонившись, генерал развернулся и тяжелым шагом направился к выходу из зала, чтобы отдать финальный приказ элитному лазутчику армии Пепла. Фелинор явно перешел все границы, раз осмелился огрызаться. Слишком самоуверенно… и слишком глупо… Но так даже интереснее. Осталось лишь поставить наглого родственника на место. Низвергнуть его при всех в неугасимые огненные недра! Чтобы остальные, кто осмелится на покушение, миллиард раз подумали, прежде чем приводить план в исполнение…

С этой сладостной мыслью генерал направился к одному из лагерей своей армии. Здесь, у самого подножья горы, возвышающейся над цитаделью повелительницы Синдерии, несли караул самые сильные демоны легиона.

Одному из них, лучшему лазутчику по имени Велгор, он вручил свиток с приказом Фелиссы. Велгор принадлежал к числу теневых жрецов: его тело обволакивал уплотненный дым, облегченная обсидиановая чешуя вместо брони делала его шаги практически неслышными, а способность сливаться с тенями превращала его в идеального невидимого убийцу.

— Твоя задача — не драка, — рокотал Мортифер, глядя на то, как Велгор бережно принимает свиток, скрепленный именной печатью правительницы. — Найди Фелинора. Разузнай все о мире, где он окопался. Выследи его слабые места. Докладывай обо всем, что удастся узнать, а когда я подам сигнал — начнется расправа…

Теневой демон беззвучно преклонил колено и прижал кулак к груди. В его пустых глазницах вспыхнуло фиолетовое пламя легиона. Велгор не знал поражений, и приказ госпожи Фелиссы был для него высшей честью. Шагая в портал, демон с предвкушением потирал руки. Да, впереди самая скучная часть миссии — слежка за целью и изучение ее слабостей, но за простой с виду разведкой, как правило, приходит великая битва. Даже один оторванный палец Фелинора еще больше возвысит его среди остальных, а если удастся показать соратникам голову наследника демолорда, то вершина в иерархии гарантирована. Осталось только как-то сдержаться и не раскрыть себя раньше времени…