– Он был бандитом молодым, но матерым. Много чего успел наворотить, даже убивал. Вот и посадили надолго. Только если я правильно посчитала, срок вышел как раз в этом году.

– То есть, вполне возможно, что бандит вышел на свободу и решил отомстить вам?

– Какой такой бандит? – Вопрос, раздавшийся за спинами, заставил нас с гномкой синхронно дернуться и развернуться.

На пороге стоял господин Дивногор, сверливший нас подозрительным взглядом. Видя, что мы не торопимся отвечать, он подошел к жене, обнял ее за талию и спросил:

– О чем вы тут разговариваете, мой цветочек?

– Да это… – она махнула рукой. – Помнишь, как мы вляпались, когда только приехали в Эрнефъялл?

– Помню, – посмурнел гном. – Ну и что?

– Мы подумали… Ну… что главарь той шайки, который тебя на работу брал, вот как раз должен был из тюрьмы выйти. Так может это он наши теплица поджег?

– И думать об этом мерзавце забудь, – рявкнул господин Дивногор. – Вот еще не хватало, чтобы моя жена всяких бандитов стала выслеживать.

– Я ж только спросила.

– Спросила она… Не надо тебе вообще во все это лезть. Кто теплицам навредил, я сам разберусь.

– И все-таки, господин Дивногор, – начала я осторожно, чтобы не разозлить гнома.

– Еще одна сыщица выискалась, – он бросил на меня тяжелый взгляд. – Да я знать не знаю, где сейчас тот выползень подкаменный. Может и на свободе, а может вообще помер в тюрьме.

– Вы помните его имя?

– Помню, – буркнул гном. – Клаус Сванхейм его звали. Молодой, чуть за двадцать лет ему тогда было, а столько всего успел наворотить… И ведь не виделся в нем бандит. Обычный парень. Рыбалку любил, охоту. Хвастался часто, что по малолетству напавшего на него волка голыми руками задушил, а тот ему только ладонь разодрал.

– Правда? – удивилась я.

– Правда. И деньги хорошие предлагал, вот и окрутил меня, дурня. Но знаете, когда Сванхейм понял, что я догадался про подкоп, он на меня так жутко посмотрел… И сразу стала видна его суть. Такому человеку что волк, что гном, что другой человек – все одно. Убил и забыл.

– Да уж. – Гномку передернуло.

– Поэтому и думать не смейте, чтоб найти этого Клауса. Я все сказал.

Госпожа Дивногор закивала, а ее супруг погрозил мне пальцем и вышел.

– Правду муж говорит, не нам в такие дела лезть, – заявила гномка. – Давай работать лучше. А то ведь время – деньги.

Я без возражений кивнула, взяла секатор и отправилась к кустовым растениям, которые сегодня нужно было обрезать. Но сама все обдумывала эту идею. Очень уж хорош оказался повод для мести. Правда, исполнение подкачало. От матерого бандита, которым был Клаус Сванхейм, можно ожидать чего-то более продуманного. Хотя… если он следил за теплицами и видел, что тут по ночам нет ни сторожей, ни других работников, мог решить, что и такой простой способ сработает. Узнать бы, где он сейчас.

Знакомств с местными следователями я не водила и обратиться к ним просто так, с вопросом о судьбе когда-то пойманного ими преступника, не могла. Зато мог Эл. Вот только ему вряд ли понравится мой интерес к такому непростому и опасному человеку. Надо бы попросить осторожно, мягко, а еще лучше ненавязчиво подвести к тому, что он сам предложит помощь.

В воскресенье Эл обещал мне свидание… Кажется, это будет отличная возможность для моей авантюры. Сытый и довольный мужчина охотнее поддается женским манипуляциям. Да, именно так я и поступлю.

ГЛАВА 16

По случаю предстоящего свидания я решила разориться на платье. Перед знаменательным днем обошла несколько магазинов и в одном ателье нашла то, что мне действительно подошло. Красивое платье из серебристо-серого шелка с изящной вышивкой по корсажу и длинными рукавами, оно идеально село по фигуре. Мне понравилось, надеюсь, Элу понравится тоже. В комплект к платью пошли туфли на небольших каблуках и шелковое белье.

У меня внутри бурлили азарт и предвкушение. Готовиться к свиданию самой оказалось гораздо интереснее, чем ждать, когда тебя оденут и причешут расторопные слуги.

Возвращаясь с покупками домой, я вдруг поняла, что иду по улице, где стоит гостиница Милкинзов. Сразу вспомнился восхитительный вкус горячего шоколада, который я там пила. Может быть, зайти? Угостят по старой памяти?

Колокольчик над дверью тихо звякнул. Госпожа Милкинз, сидевшая за стойкой сегодня, подняла голову и улыбнулась.

– Ния, это вы.

– Добрый день, – я тоже не смогла сдержать улыбку.

– Как ваши дела? Устроились на новом месте?

– Все прекрасно, – сказала и поняла, что говорю это вполне искренне. – Ваша знакомая сдала мне очень симпатичную квартиру. Я устроилась на работу в теплицы господина Дивногора.

– Это замечательно, – кивнула хозяйка гостиницы. – Вот видите, у нас оказалось не так сложно прижиться, как вы думали.

– Да, вы были правы, – признала я. – А не продадите мне стаканчик вашего прекрасного горячего шоколада?

– Обычно я подаю его только своим постояльцам, – хитро прищурилась женщина. – Но для вас сделаю исключение.

– И не только для меня, – хмыкнула, вспомнив о нашей с Элом поездке за город. – Мой друг покупал его у вас совсем недавно.

– Господин Эл? Не знала, что вы знакомы.

– Мы живем по соседству, – немного смутилась я.

– Ох, понятно.

Получив свой шоколад, я поблагодарила госпожу Милкинз и устроилась в небольшой нише в углу холла, где стояло уютное кресло. Свет зажигать не стала. Полумрак показался ужасно уютным, и ничто не мешало разглядывать улицу.

На противоположной стороне улицы стоял дом. Высокий, в шесть этажей, что для Эрнефъялла было очень много, с большими окнами, изящной лепниной на стенах и маленькими балкончиками. Конечно, в городе, где большую часть года холодно, они играли явно декоративную роль. Но выглядело вполне симпатично. И квартиры там наверняка под стать: просторные, с высокими потолками.

Хмыкнув, мысленно сравнила этот дом и тот, в котором жила, и покачала головой. Нет, даже если бы у меня был выбор, я бы все равно поселилась на Еловой площади. Никакие потолки не заменят вид на живые деревья, который открывается из моих окон. А еще человека, который поселился рядом со мной…

Неожиданно нечто странное привлекло мое внимание. Подъезд дома был обрамлен массивными колоннами, и в тени одной из них стоял мужчина. Невысокий, щуплый, в надвинутом на лицо капюшоне, он стоял и курил сигарету. Ее огонек зажигался и гас в темноте.

Казалось бы, ну что такого? Курит себе человек, никому не мешает. Прохожие его вообще не замечают, просто проходя мимо, ведь это мое эльфийское зрение дает возможность видеть сквозь свет фонарей и темноту. А интуиция не позволяет отмахнуться.

Что же с этим человеком не так? Может меня смущает диссонанс явно дорогого дома и потрепанного плаща курильщика, наброшенного на такое же видавшее виды пальто. Он явно не живет там. Ждет кого-то? Но почему прячется?

Дверь подъезда открылась, и на крыльцо вышла пара. Уже знакомый мне рыжеволосый мужчина – следователь д’Эстар, а с ним – высокая женщина, из-под шарфа которой виднелись светлые пряди. Следователь поцеловал ее в щеку, и они разошлись в разные стороны. А курильщик отбросил сигарету, немного выждал и пошел следом за женщиной.

Еще не понимая до конца, зачем это делаю, я поднялась, попрощалась с хозяйкой и вышла из гостиницы. Капюшон мужчины как раз виднелся у следующего переулка, так что, натянув на уши шапку, я поспешила за ним. Так мы и шагали друг за другом, благо, что на это никто не обращал внимания.

Судя по всему, светловолосая женщина – супруга следователя д’Эстара, которая возглавляет местное Следственное управление. И сейчас за ней следит какой-то подозрительный тип, явно не желающий, чтобы его заметили. На охранника он не похож. На какого-нибудь карманника или грабителя из тех, кто однажды напал на меня в тупике, тоже. Что же ему нужно?

Долго идти нам не пришлось. Мы прошли несколько кварталов, свернули в узкий проулок, выходящий на большую и широкую улицу, и почти в самом ее конце женщина поднялась на крыльцо красивого здания с монументальным портиком. Мне удалось прочитать табличку у входа. «Следственное управление города Эрнефъялл». Госпожа д’Эстар пришла на работу.

Мужчина в капюшоне по ступенькам не стал подниматься. Немного постоял, развернулся и быстро пошел куда-то налево, в сторону порта. Я отправилась за ним. Конечно, следить за человеком в этом безумном переплетении улиц было очень сложно. Но благодаря легкому отводу глаз мне удалось подобраться к нему поближе и идти, не боясь упустить свою цель из виду.

Через полчаса мы оказались в припортовом районе и свернули на улицу, занятую мастерскими, складами и не слишком презентабельными конторами. Мужчина остановился возле одной из них, быстро выкурил очередную сигарету и вошел внутрь. Я бросилась следом. Коридор, в который попала, был темным и узким. Мне удалось забиться за открытую дверь кладовки и заметить, как моя цель заходит в комнату в конце коридора. Но дальше не было ходу из-за двух амбалов, перегородивших проход. Мимо них никак не пробраться незаметно.

Закусив губу, я осмотрелась и увидела затянутое мутным стеклом окно. На его подоконнике стоял горшок с землей. Наверное, когда-то в нем даже что-то росло, но сейчас горшок использовался скорее как мусорное ведро. Вот только тех остатков земли, что лежали на дне, засыпанные сором, мне было достаточно.

Цветок-слухач вырос за секунды и полетел туда, где скрылся интересный мне мужчина. Он протиснулся через щель под дверью, и я услышала чужой разговор.

– …как обычно.

– Сегодня она шла тем же маршрутом?

– Да. Вот через этот проулок. Отличное место для засады. Узкий, глухие стены без окон и дверей.

– Если перекроем с двух сторон и бросим «горелки», ей и плетения не помогут.

– Верно говоришь. Надо только время подходящее выбрать.

– Д’Эстар будет торчать в Управлении до шести вечера. Я слышал, как она своему супружнику говорила.

– Молоток. Значит, сегодня к шести. Я подготовлю «горелки». Скоро Ирии д’Эстар придет конец…

Слухач рассыпался. Но мне было достаточно услышанного. Убедившись, что в коридоре меня заметить некому, я выскользнула на улицу и быстро пошла в сторону центра.

Сегодня на Ирию д’Эстар будет совершено покушение. И нет никаких сомнений в том, что я должна этому помешать. У меня есть время, у меня есть место, осталось только найти того, кому об этом можно рассказать.

Где искать Раэна д’Эстара, я не знала. Бежать в Следственное управление к его супруге не хотелось. Не представляю, как она отреагирует на мою новость и не хочу, чтобы это вышло мне боком. А вот Эл знаком с ними обоими. Он воспримет меня всерьез и сможет подсказать, как поступить. Поэтому сейчас я помчалась искать «Серебряную звезду», искренне надеясь, что застану владельца на месте.

Ресторан нашелся почти в самом центре. Я влетела в холл, срывая с головы шарф. Мне навстречу вышла девушка в строгом, но элегантном платье.

– Добрый день, – поздоровалась она. – У вас заказан столик?

– Нет, мне нужен ваш управляющий. – я покачала головой. И тут же сообразила, что не знаю фамилии Эла.

– По какому вопросу?

– По очень срочному. Скажите, что его хочет видеть Ния. Его… соседка.

Если честно, я ожидала, что девушка откажется помогать и вообще выставит меня вон, но та спокойно кивнула:

– Я узнаю, сможет ли господин управляющий принять вас.

Она скрылась за почти незаметной дверью в стене, оставляя меня одну. Но долго скучать не пришлось. Я не успела даже осмотреться, как дверь снова открылась, выпуская в холл Эла.

– Ния? – нахмурился он. – Что-то случилось?

– Мы можем поговорить?

– Конечно, пойдем.

Кивнув невозмутимой девушке-администратору, он подхватил меня под руку и повел в коридор. В конце нашлась еще одна дверь, за которой прятался кабинет. Элегантная и явно дорогая мебель, большое окно, светильники и раскидистый фикус в углу – все это говорило о том, что дела ресторана идут очень и очень неплохо.

Эл помог снять мне верхнюю одежду и усадил в мягкое кресло. Я не стала тянуть гнома за бороду, ходя вокруг да около, и сразу выдала:

– Сегодня вечером на Ирию д’Эстар будет совершено покушение.

– Покушение? – помрачнел Эл. – Откуда такие сведения?

Я быстро пересказала все, что случилось в последние два часа.

– Так, – прищурившись и глядя куда-то в стену, он побарабанил пальцами по столу. – Та-а-ак…

В зеленых глазах мелькнул лед: холодный, жесткий, безжалостный. Мне стало как-то неуютно. Но Эл перевел взгляд на меня, чуть улыбнулся и попросил:

– Я отойду на несколько минут. Подожди меня в кабинете, хорошо?

– Хорошо.

Он вышел, оставив меня одну. Поправив растрепавшиеся волосы, я откинулась на спинку кресла и еще раз осмотрелась. По месту, в котором эльф или человек работал, можно было многое сказать о нем самом. Судя по этому кабинету, Эл был аккуратен, любил порядок, но вместе с тем мог позволить себе легкую небрежность, тяготел к комфорту и обладал хорошим вкусом. Мне это нравилось. Пожалуй, если бы у меня самой был кабинет, я бы обставила его так же.

Скоро Эл вернулся. В руках он нес поднос, на котором стояли тарелка с нарезанным мясом и сыром, корзинка хлеба и чайничек.

– Я вызвал сюда Раэна д’Эстара, – сообщил он, устраивая поднос на столе. – Обещал быть с минуты на минуту.

– Хорошо, – вздохнула я. – Если кто и может с этим разобраться, так это он.

Эл подал мне чашку с чаем. Я вдохнула тонкий цветочный аромат. Пахло очень приятно.

– Северные травы и цветы, – пояснил мой мужчина. – Их собирают в предгорьях коротким летом, сушат и делают чаи.

– А я думала, очередная контрабанда, – хмыкнула хитро.

– На севере хватает и своих диковин, – не смутился Эл.

– О да, – согласилась, вспоминая северное сияние и фантастический вид на фьорды.

– Попробуй варенье из снеженики. Эта ягода растет только во Фъялле. Осенью она ужасно кислая, но, перезимовав под снегом, приобретает ни с чем не сравнимый вкус. Поэтому ее собирают только весной.

Недоверчиво прищурившись, зачерпнула немного прозрачно-оранжевого варенья, в котором плавали крошечные косточки. Оно и правда оказалось очень вкусным. Сладкое, с ярким ароматом, а косточки при раскусывании добавляли интересную остринку. Но сказать об этом Элу я не успела. Потому что в дверь постучали, и в кабинет вошел Раэн д’Эстар.

– Добрый день, – поздоровался он.

– Привет. Знакомься, это Ния, – представил меня Эл. – Моя подруга. Ния, это Раэн д’Эстар, консультант Следственного управления.

В меня уперся пристальный взгляд. Мне снова показалось, словно он пробрал до костей, заглянув в самую суть. Но я с честью выдержала его, не отвернувшись. Следователь странно улыбнулся и снял пальто, оставаясь в темно-синем мундире.

– Мы уже знакомы, – пробормотала я. – Господин д’Эстар покупал у нас букет для супруги.

– Ирии очень понравилось, – ответил тот.

– Чаю? – предложил Эл.

– Давай, – согласился д’Эстар, устраиваясь в кресле. – Что у вас случилось?

– Как оказалось, некоторые особо одаренные представители местного криминалитета решили перейти к активным действиям, – процедил мой мужчина, сжимая карандаш.

– Что ты имеешь в виду?

– Рассказывай, Ния. Во всех подробностях.

Я вздохнула и стала говорить, невозмутимо обходя те детали, которые мужчинам не следовало знать. Не сказала, что разглядела злоумышленника не под светом уличных фонарей, а почти в полной темноте. Умолчала о слухаче, поведав вместо этого, что мне глупо повезло подслушать разговор возле приоткрытой двери. Как ни странно, следователь мне поверил.

– Вот оно как… – произнес он глухо. Его глаза потемнели от ярости, а пальцы сжались в кулаки. – Не зря мне сегодня интуиция твердила оставить Ирию дома. Суббота же. Но ей захотелось разобрать несколько дел.

- Посмотри с другой стороны, - покачал головой Эл. – Вам повезло, что именно сегодня бандиты решили напасть, а Ния смогла узнать об этом.

- В этом ты прав. Мы и внимания не обращали, что у нас под домом околачивался шпион.

– Судя по всему, он ходил за вашей супругой не первый день, – заметила я, – чтобы определить ее стандартный маршрут и выбрать место для засады.

– Для засады… Да, скорее всего, они говорили про проулок возле букинистической лавки. Он длинный, узкий и легко перекрывается с двух сторон.

– Скорее всего, – согласилась, вспомнив, где мы сегодня шли. – Именно поэтому они собираются бросить туда «горелку». Не знаю, что это такое.

– Особая алхимическая бомба, – пояснил, как ни странно, Эл. – Взрывается волной жидкого огня, сжигающего все на своем пути. Не знал, что у меня в городе появилась эта дрянь.

Меня передернуло.

– Как выглядел следивший за моей женой человек, можете описать? – глянул на меня д’Эстар.

– Невысокий, – кивнула я. – Мне по плечо, наверное. Худой, это была заметно даже в одежде. У него близко посаженные глаза и длинный нос.

– А место, куда он пошел потом, запомнили?

– Да. На самой конторе таблички с адресом не было, но прямо напротив нее «Мастерская Горта Далера». Это Корабельная улица.

– Отлично, – следователь прикрыл глаза.

– Справитесь? – серьезно поинтересовался Эл.

– Конечно. – По губам Раэна д’Эстара скользнула нехорошая улыбка. Но потом посмотрел на меня и склонил голову. – Я в долгу перед вами, Ния.

– Я не могла поступить по-другому, – пробормотала немного смущенно.

– Что ж, мне пора идти, – следователь кивнул и поднялся.

– Будешь уходить, возьми под стойкой у Клариссы пакет, – сказал Эл. – Там еда. А то Ирия наверняка опять сидит без обеда.

– Спасибо, – улыбнулся рыжеволосый.

– И держи меня в курсе.

– Обязательно.

Он взял пальто и вышел. А я глянула на Эла, прищурившись. Внутри царапнулась ревность. Слишком уж сильно заботился он о пока незнакомой мне Ирии д’Эстар. Может быть, не просто так? Может когда-то их связывали чувства? Сейчас вряд ли, конечно, она все же замужем, но кто его знает, как было раньше?

– Интересно, почему ты вдруг стала хмуриться после того, как я сказал про обед для Ирии д’Эстар? – неожиданно усмехнулся Эл. – Неужели ревнуешь?

– Пф-ф, – несмотря на умение держать лицо, я все же чуть отвела взгляд. Слишком уж проницательным оказался мужчина. – Какая ревность?

– На самом деле, Ирия д’Эстар – просто хороший человек и первоклассный следователь. Нашему городу очень повезло с ней.

– Хоть бы сегодня все обошлось, – вздохнула я, посерьезнев.

– Обойдется, – уверенно заявил Эл. – Раэн не даст жену в обиду.

Он поднялся и подошел ко мне, подавая руку:

– Пойдем. Отвезу тебя домой. Я бы посидел с тобой еще, но у меня очень много дел.

– Если много, могу и сама дойти, – пожала плечами, вставая из кресла.

– Нет. Я отвезу. Мне так спокойней.

А уже подъехав к нашему дому, он заглянул мне в глаза и попросил:

– Ния, не выходи больше из квартиры, хорошо? Просто на всякий случай. Сегодня в городе может быть жарко.

– Поняла, – кивнула я. – И ты тоже будь осторожен.

– Буду, – бледно улыбнулся Эл. – Буду…

***

Субботний вечер был в самом разгаре. Хорошая погода дала людям возможность выбраться на улицы. Горожане гуляли, катались на залитом возле мэрии катке, пили вино с пряностями и горячий шоколад. Смеялись дети, где-то играла музыка, и никто не догадывался о том, что скоро в самом центре Эрнефъялла может случиться трагедия.

Часы на башне мэрии пробили шесть раз. Ирия д’Эстар вышла на крыльцо своего Управления и с наслаждением вдохнула холодный свежий воздух. Все же хорошо выходить с работы вовремя, оставив все дела, а не сидеть там допоздна. Ведь когда-то давно она работала почти без выводных и отпусков, не жалея сил. Пока в ее жизни не появился Раэн…

Улыбнувшись мыслям о муже, Ирия поправила шарф и привычным маршрутом зашагала домой, лавируя между прохожими. На улицах было слишком много людей, поэтому никто не обратил внимания, как, выплюнув прямо на тротуар недокуренную сигарету, за ней двинулась невысокая фигура в черном.

Ирия д’Эстар шла, немного рассеянно глядя перед собой. Она прошла мимо булочной, мимо самого большого в городе ателье и возле букинистической лавки свернула в узкий проулок.

Стоило ей оказаться ровно посередине прохода, как выход заслонил мощный широкоплечий мужчина. Одновременно с ним за спиной женщины в проулок выскочил тот, кто следил за ней от самого Управления. Ирия вздрогнула, останавливаясь, а бандиты синхронно вытащили из-под пальто по шару с зажигательной смесью и бросили прямо ей под ноги.

Ирия д’Эстар не успела и вскрикнуть. Огонь взметнулся до самых крыш, рванулся в стороны, заставляя бандитов отшатнуться. Он был таким ярким, что затмил свет фонарей. А снег на тротуарах начал со злобным шипением таять от его жара. Кто-то завопил, увидев жуткое зарево.

– Вот и конец тебе, шеф Следственного управления, – гадко захихикал мелкий бандит.

Но пламя, прежде бушевавшее так сильно, вдруг опало, словно его накрыли огромным одеялом. А в проулке спиной к спине стояли двое: Ирия д’Эстар и ее супруг. Их не коснулся взрыв, не обжег невыносимый жар. Даже снег под их ногами не растаял, оставаясь таким же чистым и холодным. Злорадные улыбки медленно сползли с лиц видящих это бандитов.

– Ты в порядке? – спросил Раэн тихо, все так же прижимаясь спиной к спине жены и глядя в небо, где в медленном танце кружились хлопья гари.

– Конечно, – улыбнулась Ирия. – Разве может быть иначе, когда ты рядом?

– Твою мать, – выругался здоровяк и развернулся, чтобы бежать.

Не успел сделать и шага. Плетение мастера струн ухватило его за ногу, дернуло, уронив на землю, и потащило в проулок, без всякой жалости швыряя по грязным камням. Раэн д’Эстар был человеком мирным. Но только не тогда, когда дело касалось жизни и безопасности его любимой женщины.

Второго злодея постигла та же участь. Ирия не позволила ему смыться, спеленав плетением и превратив в неподвижную мычащую гусеницу. Со стороны Управления уже бежал патруль в составе трех дюжих патрульных. Зеваки собирались вокруг, охая, переговариваясь и боязливо заглядывая в проулок. Но никто не обращал внимания на мужчину в черном плаще, который стоял чуть поодаль, в тени колонн, подпирающих банковское крыльцо.

Илариэлл Энгарион улыбнулся, глядя, как патруль пакует плененных бандитов. Все прошло хорошо. Это не могло не радовать.

***

Остаток дня я сидела, как на иголках. Эл просил не выходить на улицу, и у меня не было даже мыслей пойти наперекор его просьбе. Вот только волнение не давало наслаждаться законным выходным. Конечно, тот самый роковой проулок был слишком далеко от моего дома, чтобы можно было что-то увидеть или услышать. Но когда часовая стрелка коснулась цифры «шесть», я погасила свет и прилипла к окну.

На Еловой площади было спокойно. А в шесть часов и восемь минут я вздрогнула от странного чувства. Нет, не от звука или ударной волны. Просто в воздухе словно натянулась и зазвенела на секунду туго натянутая струна. Потом все схлынуло так же быстро, как и возникло.

На улице на первый взгляд ничего не изменилось. Да и на второй тоже. Никто не паниковал, не бежал прочь, не прятался. Только пятнадцать минут спустя мне показалось, будто людей охватило странное возбуждение. Они стали чаще останавливаться, переговариваться, как будто делились друг с другом какими-то невероятными новостями. А еще через пятнадцать минут я заметила внизу знакомое лицо. Сиггрид, моя соседка с третьего, явно торопилась домой.

Я отошла от окна, сунула ноги в теплые туфли и побежала на лестницу. Нужно успеть перехватить Сиггрид в подъезде.

– Добрый вечер, – поздоровалась я, завидев ее кудрявую макушку.

– Ния, – Сиггрид развернулась, – добрый.

– Там в городе все в порядке? Мне показалось, что-то случилось…

– Ой, да, – она всплеснула руками. – Случилось. Представляешь, сегодня какие-то отморозки чуть не устроили взрыв. Они хотели напасть на Ирию д’Эстар!

– Все обошлось?

– Да, их поймали, и никто не пострадал.

– Это хорошо, – я облегченно вздохнула.

– Нет, ну ты представляешь, какая наглость? Почти в самом центре города, в вечер выходного, когда все гуляют… И бросить бомбу?!

– Просто беспредел, – поддержала я возмущение соседки.

– Вот-вот. Хорошо, что наши следователи сработали как надо. Я сама не видела, но мне сказали, что там такой огонь был! Этих типчиков арестовали, конечно. И поделом им.

Она глянула на наручные часы и улыбнулась:

– Ладно, побегу домой. Родители будут волноваться.

В свою квартиру я возвращалась успокоенная. Все вышло как нельзя лучше, а значит, можно было позволить себе расслабиться. Горячая ванна с ароматной пеной и маслом из розовых лепестков отлично подошла для этой цели. А интересная книга о местных легендах скрасила остаток вечера.

Почти под ночь ко мне постучали. Я почти не удивилась, открыв дверь и увидев на пороге Эла.

– Я ненадолго, – улыбнулся тот. – Принес тебе последние новости.

– Выкладывай, – хмыкнула я.

– Все было так, как ты сказала. Бандиты устроили засаду у проулка и, когда Ирия д’Эстар вошла туда, они бросили в нее по «горелке». Но Раэн поставил щит, и она не пострадала. Подрывников же взяли прямо на месте преступления.

– Зачем они это сделали? Ирия д’Эстар кому-то перешла дорогу?

– Конечно. Она вообще очень любит это делать. Слишком уж принципиальная и справедливая.

– И все равно, – я пожала плечами, – она слишком серьезная фигура, чтобы просто так на нее покушаться.

– Ты права, – кивнул Эл. – Вот только кое-кому очень нужно растрясти этот город, добавить ему хаоса и беспорядка.

– Но зачем?

– Об этом я расскажу тебе чуть позже.

– Обещаешь?

– Конечно, – он подался ко мне и провел кончиками пальцев по щеке, лаская.

Я не смогла не потянуться к его руке.

– На завтра все в силе? – спросила тихо, обнимая Эла за плечи.

– Разумеется. – Его губы скользнули по моему виску. – Мне кажется, завтрашнее свидание будет поистине незабываемым.

– Ты умеешь интриговать.

– Ты не представляешь, как хорошо я это делаю.

Эл коротко, но чувственно поцеловал меня в губы и отстранился.

– Все, пора спать.

Заперев дверь, подошла к окну гостиной и, отодвинув штору, глянула на улицу. Почти все люди уже разошлись по домам, а фонари медленно гасли, сообщая о том, что наступила ночь. Гасли и окна домов. Чем меньше становилось света, тем ярче светились звезды на небе, превращая его в усыпанный драгоценными камнями бархат. Неподвижные ели спали под снежными покрывалами. Эрнефъялл затихал…

А ведь я уже успела прикипеть к этому городу. Хотя когда-то думала, что с трудом доживу даже до весны, изо всех сил смиряя ненависть к снегу и морозу. Но Эл помог мне понять, что север по-своему прекрасен и может стать настоящим домом: уютным, гостеприимным и красивым. И совсем не хочется, чтобы в этом доме пакостили.

Сегодня мне повезло получить возможность помочь тем, кто хранил здесь порядок и покой. Надеюсь, они справятся с теми, кто хотел принести в Эрнефъялл хаос, как сказал Эл. Потому что наш город такого не заслужил.

ГЛАВА 17

Двое рослых стражей ввели в допросную мрачного, как безлунная ночь на кладбище, здоровяка. Его одежда была вся в копоти и грязи, а под глазом наливался огромный фингал. Раэн д’Эстар, стоящий в дальнем углу, удовлетворенно хмыкнул. Его супруга, которая сидела за столом для допроса, кивнула стражам и указала на стул напротив себя. Туда и был усажен здоровяк.

– Питер Хольт, тридцать девять лет, – спокойно начала глава Следственного управления, – дважды судим за разбойное нападение и один раз – за вымогательство.

Вышеупомянутый Хольт скривился и промолчал.

– Что ж, – ничуть не смутилась Ирия. – Рассказывай, кто, зачем и почему.

– Что вам рассказывать? – глянув угрюмо, проговорил бандит. – Я ни в чем не виноват. Шел себе, никого не трогал. Вдруг гляжу – в переулке что-то упало и загорелось. Я сунулся туда, посмотреть, а там как полыхнет! А потом меня об землю как швырнет. – Он потер челюсть под заплывшим глазом. – Больно, между прочим.

– Ну-ну, – хмыкнула Ирия д’Эстар.

– Так что отпускайте меня. Мне еще и лечиться придется после этого вашего произвола.

– Возможно, я бы и поверила в эту сказку. Если бы не тот факт, что твой подельник уже все рассказал.

– Да конечно, – фыркнул Хольт. – Вы меня на понт тут не берите.

– А я и не беру, – спокойно отозвалась Ирия. – Он и правда все рассказал. И о вашем плане. И о том, как следил за мной несколько недель, чтобы выбрать удобное место для засады. И о конторе, где вы встречались. Кстати, там сейчас идет обыск.

На самом деле, она занималась именно тем, что называлось «брать на понт». Второго злодея еще не допрашивали, полагая, что он в этой паре был ведущим, а, значит, и отпираться станет сильнее. Но сведения, которые им предоставила подруга Илариэлла, оказались очень кстати, поэтому сейчас глава Следственного управления делала вид, что все и про всех знает. И судя по тому, как посмурнел Хольт, риск оправдался.

– Ну что, будешь говорить? Твой дружок решил сотрудничать со следствием. А ты, если не станешь, пойдешь под суд совсем не за покушение на убийство. Ты решил напасть в городе, да еще и с бомбой, которая могла зацепить не только меня. Это, друг дорогой, квалифицируется как терроризм. А за него у нас что?

– Смертная казнь. – Негромкий голос Раэна д’Эстара заставил бандита вздрогнуть. – И я, как особый уполномоченный Его Величества, могу тебе ее гарантировать.

Хольт совсем побледнел. Идея разделаться с главой Следственного управления и подорвать позиции законников, которая совсем недавно казалась такой заманчивой и простой, вышла ему боком. И ведь идея-то была вовсе и не его. Так смысл упираться?

– Это не я придумал, – заговорил бандит. – И даже не Корс, мой подельник. С месяц назад к нам подошел мужик. Назвался Волком и предложил дело. Убрать… вас.

– Он сам вас нашел?

– Да. Уж не знаю, как.

– Что дальше? – спросил Ирия, делая пометки в блокноте.

– План придумал Волк. И взрывчатку достал тоже он. Нам нужно было только выбрать место и устроить взрыв. Из наших вас никто не трогает. Боятся. Но Волк сказал, что поможет залечь на дно и спрятаться от законников, если что, а теневому Мастеру будет не до нас.

– Залечь на дно… – подал голос Раэн д’Эстар. – А ты знаешь, какой была мощность у ваших бомб? Ее вполне хватило бы, чтобы выжечь всю улицу. Вы бы не успели уйти. Заказчик хотел просто избавиться от вас, как от ненужных свидетелей.

Хольт судорожно сглотнул, только сейчас понимая, что так оно и было. Их и правда не собирались оставлять в живых. А они повелись, как последние лопухи. Соблазнились большими деньгами.

– Волк… – прошипел бандит. – Удавил бы гада.

– Что можешь сказать о нем?

– Мало что. Он подошел к нам с Кортом месяц назад в «Хромой чайке». Рассказал про план, предложил денег.

– Сколько?

– Пять тысяч аванса каждому и еще по тридцать после того, как... ну…

– Неплохо он меня оценил, – хмыкнула Ирия.

Раэн промолчал. Но в его темно-серых глазах мелькнула такая жуть, что бандит съежился, стараясь казаться меньше.

– Вы встречались только один раз?

– Нет, еще два раза и тоже в «Чайке». Сдается мне, что Роб, ее хозяин, замазан во всем этом.

– Опиши Волка, – приказала Ирия.

– Он матерый бандит, это точно. Но я его раньше не знал. Не молодой и не старый. Волосы светлые, почти как ваши. На ладони шрам, как будто его и правда волк подрал.

– Что еще?

– А еще я за ним проследил, – похвалился Хольт. – Мы, когда последний раз встречались, он нам бомбы передал. Я потом пошел за ним, просто так, на всякий случай. Как знал, что подлянка какая будет.

– И что ты выяснил? – спросил Раэн, прищурившись.

– Он пошел в порт. В грузовой. Я вел его до самых ворот складской части.

– Хорошо…

Ирия задумчиво побарабанила пальцами по столу, потом подала знак стражу. Хольта увели. А Раэн подошел к жене и положил руки ей на плечи, мягко массируя.

– Все дороги ведут в порт, – пробормотала Ирия. – Машина, в которой мог быть похититель, ехала в район побережья. Осведомитель Мелвина видел человека, похожего на Ленокса Гольбера, в припортовом магазине. Теперь еще и Волк.

– Я запрошу у Ингмара Свельда списки всех работников и арендаторов, – кивнул Раэн д’Эстар.

– Сотни человек…

– Ничего. Справимся. Интуиция подсказывает, что осталось немного.

– Главное, чтобы дети были живы.

***

Перед самим походом в ресторан я, как и всякая женщина, принялась прихорашиваться. Заранее достала из пакета платье, чтобы оно отвиселось, походила в новых туфлях, позволяя ногам немного привыкнуть. Потом оделась, уложила волосы и нанесла на кожу немного розового масла.

Подойдя к зеркалу в ванной, глянула на то, что в итоге получилось, и вздохнула. Наверное, именно сейчас меня действительно расстроил тот факт, что на мне была эта невзрачная человеческая личина. Что она скрывает мои длинные волосы, яркие глаза и по-эльфийски изящное лицо. Что не могу стать для Эла такой красивой, какой являюсь на самом деле.

Хотя… я ведь понравилась ему именно в личине. И пусть сама не считаю себя особенно привлекательной, для моего мужчины это не имеет значения. А вот моя эльфийская внешность его явно скорее оттолкнула бы, чем привлекала.

При мыслях о личине мне стало очень тоскливо. Я старалась гнать их от себя, не думать о будущем и жить сегодняшним днем. Но пора признаться без всяких уверток и оправданий: то, что началось, как безобидный и ни к чему не обязывающий роман, заходит гораздо дальше, чем думалось. Он дорог мне, этот человеческий мужчина, и я дорога ему. Но все, что Эл видит и знает – фальшивка. Это я привязала его к фальшивке. И открыть правду теперь стыдно и страшно. Да и нужно ли? Ведь если откроюсь, сразу станет ясно, что у нас нет будущего.

Прислонилась виском к холодной кафельной стене и закрыла глаза. Обманывать Эла и дальше – подло и некрасиво. Потому что я не хочу причинять ему боль. Не хочу причинять боль себе. Чем сильнее мы привязываемся друг к другу, тем сложнее будет расставаться потом. Отрывать вместе с мясом и костями, избавляться от этих неправильных, запретных, но таких нужных чувств.

Богиня, что же делать? Попробовать постепенно свести наши отношения на нет? Ведь так бывает, и у людей, и у гномов, и даже у эльфов. Все лучше, чем в один прекрасный день просто уехать без объяснения причин или «порадовать» Эла своем настоящим обликом. Только как же грустно становится от одной мысли о том, что рано или поздно я уеду и больше никогда не увижу его.

Я выдохнула сквозь сжатые зубы. Это будет потом. Пока еще есть время насладиться этими ненормальными с точки зрения эльфов отношениями. Тем более, сегодня у меня свидание. Так что выбрасывай все невеселые мысли из головы, Ниарэн, и наслаждайся.

К назначенному времени я была полностью готова. И когда Эл позвонил в дверь, сразу пошла открывать.

– Здравствуй, мое сердце, – тепло улыбнулся Эл. – Ты прекрасно выглядишь.

– Ты тоже, – тихо сказала я.

Мой комплимент был вполне искренним. В небрежно наброшенном на плечи пальто, под которым виднелся идеально сидящий по фигуре смокинг, господин ресторатор и правда выглядел великолепно. А та странная нежность, с которой он на меня смотрел, красила его еще сильнее.

– Это тебе, – сказал Эл, и я обратила внимание на небольшой букетик, который он мне протянул.

– Ландыши? – ахнула изумленно.

– Да. Тебе нравится?

Я бережно приняла хрупкие стебельки и поднесла их к лицу. Ноздрей коснулся тонкий аромат. Такой неожиданный, такой нежный и весенний.

– Нравится, – ответила я, не пряча улыбку. – Но где ты их взял? В наших теплицах ландыши не растут.

– Пусть это пока останется моим маленьким секретом, – лукаво усмехнулся Эл.

– Секретом… – повторила, разыскивая вазу для букета. – Наверняка они нашлись в месте, где я еще не была – второй личной оранжерее господина Дивногора. И ты срезал их там.

Он только загадочно улыбнулся и склонил голову, принимая мою версию. А я пристроила цветы в вазе на комод и взяла пальто.

– Можем ехать.

Эл галантно помог мне одеться, и мы спустились к автомобилю. Хоть я шла в легких туфлях, чужая поддержка помогла не поскользнуться, а в самой машине было тепло и уютно.

Улица перед рестораном оказалась странно пустой. Эл помог выйти из автомобиля и повел меня внутрь, где уже ожидал невозмутимый метрдотель во фраке и белоснежных перчатках. А когда нас проводили в зал, я поняла, что и сам ресторан пуст.

– Где же посетители? – спросила я.

– Сегодня это место работает только для нас, – ответил мой спутник, подводя к столику в самом центре зала.

– Правда?

– Да. Я закрыл ресторан на вечер. Чтобы никто не помешал нашему свиданию.

Кивнув, я села на стул и осмотрелась. Зал был большим, поэтому столики не теснились друг в другу. Наш оказался единственным, накрытым к ужину. Верхний свет погасили, и ресторан освещался только пламенем свечей, расставленных вокруг.

– У тебя очень красиво, – сказала тихо, оценив элегантную сдержанную обстановку.

– Мое детище. Я все здесь сделал так, как нравится мне.

Где-то в углу негромко заиграл проигрыватель. Двое официантов принесли нам закуски и бутылку вина. Ее Эл взялся открывать сам, а я хмыкнула, уже ничему не удивляясь:

– Снова эльфийское?

– Конечно. Моя женщина достойна самого лучшего.

Я опустила голову, преувеличенно внимательно разглядывая тарелку. От этого спокойного «моя женщина» внутри стало одновременно и тепло, и немного горько. Мне ведь никогда не стать «его женщиной». Даже если Эл примет мой обман, будущего у нас нет.

– Что-то не так? – мужчина проявил проницательность.

– Нет, все хорошо, – спохватилась я. – Просто задумалась.

Уж что, а держать лицо у меня получалось отлично, поэтому быстро призвала свои эмоции к порядку. Вот только Эла это не остановило.

– О чем же ты так задумалась, Ния?

– О разном, – я дернула плечом и решила немного солгать. – О себе. Об этом городе. На Севере теперь так странно. Круглые сутки темнота…

– Да. Но к этому можно привыкнуть.

– Наверное, – слабо улыбнулась я.

– Двадцать шесть дней ночи, – сказал Эл, подавая мне бокал. – Если хочешь, можешь завести календарь и зачеркивать прошедшие дни, чтобы видеть, сколько еще осталось до рассвета. У нас многие так делают.

– Интересная идея.

Я попробовала вино и прикрыла глаза. Сегодня оно было белым, к рыбным блюдам, и мне без труда удалось узнать его. «Илео-а-Тери», «Душа лозы» – второй из драгоценных эльфийских сортов. Я уже даже не могу удивляться. Хотя это безумно странно.

– И все-таки, кто же ты такой? – пробормотала, не особенно надеясь на ответ.

– Возможно, скоро ты все узнаешь, – он подарил мне какую-то хулиганскую улыбку.

– Какое интересное слово – возможно…

Некоторое время мы молчали, отдавая должное великолепным закускам из морских гребешков и мидий. А когда официанты заменили опустившие тарелки на новые, с горячим, Эл вдруг хмыкнул:

– Интересно, что бы ты сказала, если бы узнала, что повар, приготовивший все это, – бывший брачный аферист?

– Сказала бы, что понимаю, чем именно он соблазнял своих жертв. Вкусной едой.

– Не только у мужчин путь к сердцу лежит через желудок?

– Конечно, – улыбнулась я. – Сужу по себе.

– О да, – рассмеялся Эл. – Кажется, я неосознанно взял его методы на вооружение, чтобы разбить твои бастионы.

– А я не жалею, что поддалась, – призналась неожиданно. – Если бы не ты, то я, наверное, сбежала бы отсюда уже на второй месяц. Но именно благодаря тебе узнала и почувствовала север. И поняла, что, если открыть ему сердце, он ответит взаимностью.

– Не представляешь, как я рад это слышать, – серьезно сказал Эл, глядя мне в глаза.

Смутившись, я потупилась. А он вдруг спросил:

– Любишь страшные истории?

– Если они не только страшные, но и интересные, почему бы и нет? А ты хочешь рассказать?

– Хочу, – подтвердил Эл. – Захватывающую историю о том, как пять лет назад Эрнефъялл едва не погряз под полчищами нежити.

– Нежити? – я искренне удивилась.

У нас в Имиль-та-Эли живые мертвецы или равки, как называли их люди, вообще не водились. Да и на человеческих землях, насколько я знала, они встречались не так уж часто. Откуда же на Севере взялись целые полчища?

– Вижу, ты мне не веришь, – усмехнулся Эл. – Что ж, слушай…

Под его рассказ мы доели основные блюда. Я внимала мужчине с каким-то восторженным ужасом. Заговор, наркотики, армия равков... Неужели все это происходило в городе, который входит в тройку самых безопасных городов королевства, как однажды хвасталась мне попутчица в поезде?

– Все еще не могу поверить, – покачала я головой. – Мне никто больше не рассказывал об этом.

– А об этом мало кто знает, – хмыкнул Эл. – Местным службам удалось избежать утечки, так что большинство жителей до сих пор пребывают в счастливом неведении о том, какой жуткой участи они избежали.

– Да уж. – Меня передернуло.

Существование нежити было противно всей моей эльфийской сути. И когда я думала о том, как под ничего не подозревающим городом рыскали живые мертвецы, жадные до крови, мне становилось по-настоящему противно. Хорошо, что трагедию удалось предотвратить. И теперь долгая зимняя ночь не таит в себе смертельную угрозу. Ведь не таит же?

Я бросила взгляд в сторону окна, напротив которого мы сидели. За стеклом царила непроницаемая чернота, на которой отражались огоньки свечей, расставленных по залу. Мне отчего-то стало тревожно.

– Ния? – голос Эла заставил вздрогнуть. – Все хорошо? Или моя история тебя испугала?

– Все в порядке. – Я немого нервно схватила бокал с вином.

Что-то интуиция снова пошла в разнос, и теперь меня не оставляет ощущения грядущей подлянки. Может и правда, я слишком уж впечатлилась всей этой жутью?

Молчаливый официант подкрался совершенно незаметно и поставил передо мной тарелку с десертом. Я благодарно кивнула, ковырнула его вилкой и вдруг поморщилась. По обнаженной шее прошелся ледяной сквозняк, отчего кожа покрылась мурашками. Стало еще тревожнее.

– Ния… – пальцы Эла накрыли мои. – Все хорошо.

Я посмотрела в его глаза и кивнула, пытаясь выдавить улыбку. А потом услышала тихие шаги за спиной. Слишком тихие, чтобы их мог расслышать человек. Но мой слух позволил это сделать, и я медленно обернулась, холодея.

Их было трое. Три высокие стройные фигуры, с ног до головы укутанные в теплые плащи. Стоило им только появиться в зале, я уже интуитивно поняла, кто же сюда пожаловал. Но все равно, когда стоявший посередине мужчина вышел чуть вперед и сбросил с головы капюшон, у меня упало сердце.

– Ну здравствуй, Ниарэн, – нехорошо улыбнулся Келемис из Дома Каштана.

Я бросила взгляд на Эла. Он с любопытством рассматривал неожиданных гостей, явно не понимая, что происходит, ведь Келемис не снизошел до виронийского языка. А мне стало ясно, что катастрофа произошла гораздо раньше, чем могла бы. И теперь только от меня зависит, пострадает ли в ней тот, кто стал мне так дорог.

Тихо выдохнув, я медленно поднялась со стула. Какая-то глупая часть меня все еще наивно надеялась, что мне это мерещится. Но не стоило себя обманывать. У меня неприятности, и очень серьезные.

– Что тебе здесь нужно? – спросила, не пытаясь сделать вид, что Келемис ошибся. Раз уж он пришел сюда, то совершенно точно знал, кого и где искать.

Но как ему удалось? Кто подсказал, где меня найти? Я никому не говорила, куда направляюсь. Не снимала личину ни на секунду. Чаровала, да, но Имиль-та-Эли слишком далеко от Эрнефъялла, чтобы это можно было ощутить.

– Мне нужна ты, Ниарэн, – произнес эльф. – Думала, сможешь сбежать, и я никогда тебя не отыщу? Ты ошиблась. Я найду тебя где угодно. И даже эта… – красивое лицо искривила гримаса, – мерзкая личина, которую ты нацепила, не поможет.

Моя рука машинально дернулась к амулету на шее. А я ведь так на него надеялась.

– Признаться честно, не ожидал, что ты заберешься настолько далеко, – продолжал Келемис. – Не испугавшись ни холода, ни долгих зимних ночей.

– То, от чего я бежала, было в разы хуже и темноты, и мороза.

Эльф чуть скривился, оценив шпильку в свой адрес. И не смог не спросить:

– Неужели я оказался настолько плох, Ниарэн, что ты так грубо мне отказала?

– А неужели я оказалась настолько плоха, что не заслужила ни грана уважения с твоей стороны? – вернула ему подачу.

– Увы, но ты стоишь недостаточно высоко, чтобы рассчитывать на что-то, кроме статуса ришти, – высокомерно заявил Келемис. – Несмотря на все потуги твоего Дома, вам никогда не сравняться с первым ярусом.

Наверное, еще несколько месяцев назад я бы оскорбилась за себя и за собственный Дом. Но теперь положение, власть, влияние стали для меня пустыми словами, не имеющими особого смысла. Хотя я сменила роскошные залы нашего родового гнезда на небольшую квартиру в каменном строении, а прелести высокого (что бы ни говорил Келемис) положения в Имиль-та-Эли на участь скромной работницы теплиц, именно здесь мне нашлось место. И сыну Дома Каштана не удастся так просто меня вернуть. Даже если в Имиль-та-Эли меня официально объявили преступницей.

– И каким же ненастным ветром сюда занесло тебя? – спросила иронично. – Кто подсказал, где меня искать?

– Он.

Келемис откинул полу плаща и достал из внутреннего кармана то, что я никак не думала увидеть. Прозрачный хрустальный шар, за тонкими стенками которого прятался поникший побег остролиста. Мой Эндиль!

С моих губ сорвался рваный вздох. Остролист, услышав его, радостно встрепенулся. Но я сама не чувствовала никакой радости. Наоборот, на меня словно уронили огромную гранитную скалу, придавив безжалостно и неотвратимо. Потому что я никак не ожидала такого предательства.

То, что Эндиль находился в руках Келемиса, значило только одно: мой отец сам, по доброй воле отдал его. Отрекся от собственной дочери и не побоялся совершить поступок, за который могла покарать Богиня-Прародительница. Ведь Эндиль был сутью каждого эльфа, его связью с родным лесом, неприкосновенной для всех, кроме своего хозяина. Отдать Эндиль – это все равно что вырвать из груди живое сердце и вложить в чужие руки.

Неужели отцу настолько наплевать на меня? Неужели все, что он во мне видел, это просто удобный инструмент для достижения своих целей? А когда инструмент проявил волю и отказался подчиняться, тут же решил сбыть его с максимально возможной выгодой? Как же я раньше этого не заметила? Всегда старалась быть хорошей дочерью, разделявшей ценности и стремления Дома. А вот в итоге чем все обернулось…

Я постаралась взять себя в руки и подняла глаза на Келемиса. Он смотрел на меня с мерзкой ухмылкой, а его дружки застыли по сторонам молчаливыми статуями.

– Ну что, Ниарэн? Теперь ты будешь послушной?

Он сжал пальцы на Эндиле, царапая ногтями хрусталь. Я дернулась от иллюзорного ощущения острых когтей, впивающихся в спину.

– Почему я? – спросила негромко. – Сколько прекрасных эльфиек были готовы греть тебе постель…

– Вот именно, готовы. А ведь сильнее всего манит самое недоступное. И теперь ты в моих руках. И будешь делать все, что я скажу, если не захочешь потерять Эндиль.

Потерять Эндиль… Если Келемис разобьет его, я зачахну за месяц. Да, эта каменная отрыжка знает толк в угрозах.

– Готов навлечь на себя гнев Имилеи ради того, чтобы поставить меня на место? – спросила я немного недоверчиво.

– Мы же оба не хотим доводить дело до крайностей, правда? – усмехнулся сын Дома Каштана. – Одного не понимаю, почему ты бунтуешь? Тебе была оказана великая честь…

– Великая честь греть твою постель? – перебила я его. – Я не хотела тебя, Келемис, и дала это понять. А принуждение… противно.

– Но вот это все не противно, да? – Он обвел рукой зал ресторана. – Как низко ты пала, Ниарэн. Забыла обо всем, чему тебя учили. Нацепила на себя личину. Спуталась… с человеком, – последнее слово Келемис буквально выплюнул.

Я вздрогнула и скосила глаза на Эла. Тот так и не понял, что происходит, но и благоразумно не вмешивался. Просто сидел за столиком и смотрел на нас, внимательно прищурившись.

– Не твое дело, с кем и зачем я спуталась, – процедила твердо.

– Этот глупый человек пожалеет о том, что осмелился претендовать на одну из дочерей Имилеи, – послышалось шипение Келемиса.

– Нет, не трогай его, – выпалила я, разом теряя всю свою сдержанность.

Да, это была роковая ошибка, которая слишком многое дала понять сыну Дома Каштана. Но, как оказалось, удар в болевую точку заставляет ошибаться даже меня.

– Он дорог тебе? – Державшие Эндиль пальцы сжались еще сильнее. – Человек? Невзрачный, жалкий и ничтожный?

Дорог? Да. Теперь я знала ответ на этот вопрос. Эл действительно стал мне очень дорог, и от мысли, что Келемис может причинить ему вред, у меня внутри все переворачивалось. Не хочу, чтобы Эл пострадал. Он лучшее, что случилось в моей долгой жизни.

Прости, Эл. Мне очень жаль, что так вышло. Жаль, что я позволила тебе привязаться к той, к кому просто нельзя было привязываться. Беззастенчиво обманывала. Играла твоими чувствами. Ты удивительный мужчина и обязательно найдешь свое счастье. Только не со мной. А я… Я сделаю все, чтобы наши с Келемисом разборки никак на тебе не отразились.

ГЛАВА 18

– Не вмешивай его, – сказала тихо, но твердо. – Этот человек ни в чем не виноват.

– Значит, дорог, – протянул эльф. – И на что же ты готова ради того, чтобы его спасти?

– Чего ты хочешь? – вздохнула я устало. Но эта усталость была только внешней.

Нет, дорогой. Как бы там ни было, твоей игрушкой я не стану. Притворюсь, что смирилась, но как только буду уверена в безопасности Эла, ты очень пожалеешь, что связался со мной.

– Будь послушной девочкой, Ниарэн, – мерзко оскалился Келемис.

– А конкретнее?

– Для начала… – Сын Дома Каштана задумался. Или сделал вид, что задумался. – Разбей ему сердце. – Он кивнул в сторону Эла. – Открой, кто ты. Скажи, что только играла с ним, ведь люди непригодны ни для чего большего. А сейчас уходишь с тем, кого действительно любишь.

– Какой удивительный драматический талант, – вдруг произнес Эл насмешливо. – Разбить сердце… Илле Келемис, вам бы дамские романы писать.

У меня вытянулось лицо.

– Молчи, ничтожество, ты… – зашипел сын Дома Каштана и запнулся, тоже сообразив, что что-то не так.

Его прихвостни могли похвастаться такими же ошарашенными физиономиями. Да, нам было от чего потерять хваленое эльфийское самообладание. Потому что Эл нас понимал! Мало того, он даже ответил нам на чистейшем эллиране – языке Имиль-та-Эли! Певуче, идеально, без единого огреха. Но как такое возможно? Людям сложно дается наш язык, откуда его может знать ресторатор из Эрнефъялла?

– Да, Келемис, – нарочито горестно вздохнул Эл. – Какой же из тебя вырос знатный засранец. А ведь был таким хорошим парнишкой.

– Кто ты такой? – прищурившись, Келемис озвучил висящий в воздухе вопрос.

– Ай-ай-ай, а ведь начальство стоит знать в лицо, как любит говорить один мой приятель. – Сосед явно издевался. – Хотя да, с этой милой вещицей слишком сложно…

Он отбросил салфетку и медленно встал, действуя эльфам на нервы. Потом вытащил из-под рубашки медальон на кожаном шнурке и нажал на крупный камень в центре. Облик Эла начал быстро сползать, давая понять, что был всего лишь искусной личиной. А под ним…

Нет, фигура моего соседа осталась точно такой же, как и раньше. Зато все остальное изменилось, и изменилось сильно. Короткие светлые волосы превратились в золотые локоны, опустившиеся до пояса. Черты лица стали еще тоньше и острее. Глаза загорелись яркими изумрудами. А уши удлинились.

О Богиня, да он же эльф! Самый настоящий эльф из Имиль-та-Эли. Что вообще происходит?

А пока я хлопала глазами, пытаясь осознать, что под личиной успешного ресторатора из Эрнефъялла прятался один из детей Имилеи, Келемис неверяще выдавил:

– Шиар… Илариэлл?

– Узнал, – довольно улыбнулся тот. – Молодец.

Я беззвучно ахнула. Это обращение – шиар… Так обращались только к наследникам Повелителя, сыновьям Дома Золотого Дуба. А если взять вместе с именем… Я ведь слышала его, но исключительно в чужих сплетнях. Илариэлл. Третий сын Повелителя, прижитый от полукровки, презираемой всеми. Он был официально признан своим отцом, но ушел из Имиль-та-Эли еще до моего рождения, и уже много лет от него не было никаких вестей. Многие даже думали, что третий наследник умер вдали от родных рощ. Как так вышло, что он оказался на суровом Севере?

– Что ж, – Илариэлл прищурился, – надеюсь, ты себе мозги не отморозил, пока добирался, и понимаешь, что тебе ничего не светит. Я сильнее, старше и имею полное право приказывать.

Келемиса самым натуральным образом перекосило. Его спутники так и стояли двумя оглушенными столбами.

– Поэтому давай мне то, что ты держишь в руках, – продолжил Эл и поманил его пальцем. – Давай, давай, и без глупостей. Если хочешь вернуться в Имиль-та-Эли живым, конечно.

Казалось, сын дома Каштана сейчас лопнет от бешенства. Но он не стал дурить, а сделал два шага вперед и осторожно поставил мой Эндиль на стол.

– Хороший мальчик, – усмехнулся Эл.

Келемис скривился, но промолчал, возвращаясь к своим прихвостням.

– А теперь проваливай, – скомандовал Илариэлл спокойно. – И имей в виду: ты сейчас на моей земле. Так что в твоих интересах сделать это быстро и незаметно.

Сын Дома Каштана бросил на меня откровенно ненавидящий взгляд. Но все же склонил голову, признавая поражение, накинул капюшон и быстро вышел из зала. По ногам снова скользнул сквозняк, давая понять, что незваные гости покинули «Серебряную звезду», и стало тихо. Только проигрыватель в углу продолжал мурлыкать ненавязчивую мелодию.

От шока я не понимала, что говорить и делать. Тогда Эл подошел ко мне, улыбнулся и легонько щелкнул по носу:

– Отомри.

Я вздрогнула, делая глубокий вдох. Потом заморгала, во все глаза рассматривая того, кто столько времени притворялся обычным человеком, живущим по соседству со мной.

Надо сказать, в совершенных чертах эльфа все же угадывалось то лицо, к которому я привыкла. Эл и раньше был вполне симпатичным мужчиной, а сейчас стал просто ошеломляюще красивым. Да, я выросла среди прекраснейших существ этого мира. Но по сравнению с ним сородичи из Имиль-та-Эли сейчас казались пресными и скучными. Потому что у них не было этой харизмы, которой отличался мой мужчина.

– Вот это все настоящее, да? – задала я глупый вопрос.

– Конечно.

Я подняла руку и бесцеремонно коснулась золотых прядей, гладких, как шелк. Запустила в них пальцы, погладила кончик заостренного уха. Изумрудные глаза Эла потемнели. А сам он хрипло произнес:

– Помни, Ния, я эльф. И реакции на такие прикосновения у меня самые что ни на есть эльфийские.

И мне бы смутиться, потому что уши – действительно одна из самых чувствительных зон на теле детей Имилеи и трогать их просто так не совсем прилично. Но шок оказался сильнее смущения.

– Кто ты такой? На самом деле? – прошептала растерянно.

– У меня много масок, – улыбнулся эльф, мягко усаживая меня на стул. – Эл – управляющий и владелец ресторана «Серебряная звезда». Господин Шейн – совладелец теплиц гнома Дивногора. И еще с десяток личин, которые я использую по разным надобностям.

– Господин Шейн – тоже ты? – ахнула я.

– Да. А еще теневой король Эрнефъялла, который контролирует почти всю преступность этого региона.

– Ты сейчас шутишь, да? – выдавила я, глядя на него огромными глазами.

– Не шучу, Ния. Настало время открыть все карты.

Это не просто карты, это… у меня даже приличных слов нет. Какая грандиозная авантюра! Подстава размером с гору Барг, как любит говорить господин Дивногор.

– Получается, все это время ты обманывал меня! – заявила возмущенно.

– Ты тоже не была со мной честна.

– Да, но… – моргнула я, подбирая слова. – Но… но я не же знала, что ты не человек. А вот ты сам, кажется, все про меня знал. И не сказал мне правду!

– Тут ты права, – спокойно пожал плечами Илариэлл. – Оправдываться не буду. Так уж вышло.

– О Богиня… – Я поставила руки на стол и уронила на них голову. – Мне нужно это как-то переварить.

– Вина? – щедро предложил Эл.

Я глянула на него диким взглядом, выхватила из чужих пальцев бокал и залпом выпила содержимое. Да, теперь понятно, откуда у скромного ресторатора такие редкости. И вино, и златокорень… И те самые редкие растения, которыми так любит хвастаться господин Дивногор. Вот кто ему их поставляет.

– А ты? – спросил шиар. – Не хочешь открыть мне свое настоящее лицо?

– Лицо? – я растерянно провела рукой по щеке.

Ах, да. На мне же все еще личина. Действительно, пора избавляться от нее.

Я вытащила из-под платья медальон, очень похожий на амулет Эла, и ткнула пальцем кристалл кварца сбоку. Кожу противно защекотало. Прикрыв глаза, я запустила пальцы в быстро отрастающие волосы. А когда неприятные ощущения сошли на нет, вздохнула и немного робко посмотрела на эльфа. Ну как? Понравится ему мой настоящий облик или нет?

– Красавица, – негромко произнес тот.

И несмотря на спокойный тон, в его глазах горел такой огонь, что я смутилась. Снова отвела взгляд и протянула руку с Эндилю. Заключенный внутри побег радостно затрепетал, когда мои пальцы коснулись хрустальной стенки.

– Келемис оказал нам услугу, когда принес его сюда, – хмыкнул Илариэлл. – Теперь ты никак не зависишь от Имиль-та-Эли и тех, кто там остался.

– Да, – моя улыбка вышла немного грустной. – Теперь я вряд ли когда-нибудь туда вернусь.

Раз уж мой собственный род от меня отказался…

– Они просто напыщенные идиоты. – Пальцы Эла накрыли мои. – С людьми веселее.

– Да уж… Знаешь, у меня до сих пор в голове не укладывается. Ты… и здесь… и все это… Как ты вообще можешь быть теневым королем и водить дружбу с д’Эстарами? Они не знают, кто ты?

– Знают, – огорошил шиар. – В конце концов, я не бандит в том смысле, в каком это понимают обыватели. И с д’Эстарами у нас… в некотором роде, сотрудничество. У меня даже есть именная благодарность есть от Следственного управления. За помощь в той истории с нежитью.

- Невероятно.

– Рассказать?

– Конечно, – закивала я.

– Я родился почти сто пятьдесят лет назад. Моя мать мало того, что происходила из слабого Дома Беладонны, так еще и была полукровкой. Она отличалась не только экзотической красотой, но еще и хитростью, изворотливостью и эгоизмом. Поставив себе цель подняться над всеми, она соблазнила моего отца и забеременела. Но у Повелителя уже была супруга и двое законных сыновей, так что он не стал расторгать брак, а просто предложил забрать меня к себе на воспитание. Естественно, это было совсем не то, чего хотела мать. Почти пятнадцать лет она плела интриги, пыталась расстроить брак отца и стать его новой супругой. Итог был закономерен. Повелительница отравила ее.

Покачав головой, я вздохнула. Действительно, закономерный итог. На что надеялась та женщина? Лучше бы о сыне подумала. Такие, как наша Повелительница – Альтиниль из Дома Каштана, сделают все, чтобы не потерять свое положение. Даже странно, что она терпела любовницу супруга настолько долго.

– Мне жаль, что так вышло, – пробормотала я.

– Я не слишком страдал от потери матери, – спокойно пожал плечами Эл. – Мы никогда не были по-настоящему близки. Она воспринимала меня исключительно как инструмент для достижения своих целей.

Да уж, точно, как мой отец, который так легко отрекся от дочери, чтобы угодить тому, кто стоит выше. Неужели все эльфы такие? Раньше я не обращала внимания на то, что у нас в семье не хватает заботы и тепла. Это казалось нормальным, потому что другие семьи вели себя примерно так же. В конце концов, эльфы всегда славились своей сдержанностью. Но может именно поэтому мы совсем не дорожим друг другом? Поэтому супруги изменяют, а родители спокойно используют детей как разменные монеты в своих играх? Стоило вырваться из Имиль-та-Эли хотя бы для того, чтобы понять это.

– Отец не бросил, – продолжил свой рассказ Илариэлл. – Он официально признал меня, сделал своим наследником и запретил трогать. Хотя это не сильно помогло. Мачеха в открытую ненавидела, а браться постоянно пытались сделать гадости, хотя были слабее и в магии, и в мастерстве владения мечом. В общем, в один прекрасный момент я понял, что мне все надоело. И решил уйти. Конечно, отцу это не слишком понравилось, все же я был одним из трех шиаров, но изменить моего решения он не смог.

– Куда ты пошел?

– Немного поездил по Виронии. Побывал на острове Георанд, у оборотней. Потом подался сюда.

– Но почему на Север? – спросила изумленно. – Ладно я, мне нужно было место, где меня никто не догадается искать. От кого бежал ты?

Не понимаю, какая еще причина, кроме желания скрыться, может привести сюда чистокровного эльфа, выросшего среди благословенных рощ, где никогда не бывает снега и мороза.

– Я не бежал, – улыбнулся Эл. – Просто мне стало интересно, так ли ужасен Север, как считают эльфы. И смогу ли я не просто выжить здесь, но и устроиться с максимально возможным комфортом.

– Устроился, – я обвела взглядом зал ресторана.

– Я приехал сюда под человеческой личиной, которую ты имела возможность наблюдать последние несколько недель. В то время Эрнефъялл уже был городом богатым, но совсем не таким спокойным, как сейчас. В нем процветали взятки, вымогательство и прочие радости, строго караемые законом. Местные законники честно боролись с ними, но криминалитет слишком уж обнаглел.

– Представляю, – хмыкнула тихо.

– В этом «чудесном» месте я открыл небольшой ресторанчик.

– И, может быть, даже сам в нем готовил?

– Ты меня раскусила, сам, – Эл шутливо поклонился. – Мне было интересно заниматься этим. Но с первыми довольными посетителями появились и те, кто захотел нажиться на моем деле. Не прошло и пары недель с момента открытия, как ко мне пришли два мутных типа и заявили, что я должен платить им за крышу.

– За крышу? – я искренне изумилась. – У тебя были проблемы с кровлей?

– Нет, – шиар рассмеялся. – «Крышей» называлось явление, когда бандиты за солидную мзду «защищали» тебя от других бандитов.

– Оу…

– Конечно, мне это не понравилось. – По губам Эла скользнула хищная усмешка. – Я отказался, а когда на меня попытались надавить, показал, что это может быть чревато самыми серьезными последствиями. Для жизни. От меня отстали на время. Потом я ввязался еще в несколько криминальных историй… И постепенно превратился в кость в горле для местного криминального короля. Он решил меня убрать.

– И не смог, – хмыкнула я.

– Не смог, – подтвердил Эл довольно. – Я убил его. А потом вдруг понял, что могу взять теневой мир Эрнефъялла в свои руки. Не один год пришлось наводить порядок, но со временем я подмял его под себя полностью.

Я неверяще покачала головой. Подумать только. Высокородный эльф, законный сын Повелителя Имиль-та-Эли, который вполне может претендовать на престол и править целым государством, сильный маг – и вдруг возглавил криминальный мир человеческого города. Богиня, такой выверт судьбы даже и представить сложно.

Но какой же все-таки Эл интриган. По хитрости, коварству и изворотливости он даст фору не только погрязшему в интригах Дому Остролиста, но и всем эльфам вообще. В одиночку, в чужом королевстве, среди снега и темноты устроился с максимально возможным комфортом. Контролирует всех, кто попал в его паутину, меняет личины как перчатки, делает то, что хочется ему, не оглядываясь на чужие правила и установки. Немыслимо просто.

– Илариэлл Энгарион – теневой король… – вырвалось у меня.

– В конце концов, не можешь победить – возглавь. А преступность неискоренима.

– Потрясающе… – прошептала, еще не понимая до конца, что мне делать: пугаться или восхищаться.

– Еще вина? – галантно предложил Илариэлл.

– Давай.

Безумный хоровод из мыслей постепенно начал успокаиваться. Может быть, этому поспособствовало вино, а может – теплая улыбка на губах третьего наследника престола Имиль-та-Эли.

– И многие в Эрнефъялле знают, кто ты такой на самом деле?

– Нет, – покачал головой Эл. – Пара моих доверенных лиц и супруги д’Эстары. Для остальных я остаюсь личностью непостижимой, загадочной и, что греха таить, весьма зловещей.

– А… я? Ты совсем не удивился, когда увидел эльфов, которые пришли за мной.

– Не удивился. О том, что в моем городе появилась эльфийка, я знал уже давно. Помнишь, на тебя напал грабитель в переулке, и ты скрутила его своими плетями?

Я медленно кивнула.

– Там остался след твоей магии. Конечно, я не смог просто так от него отмахнуться и пройти мимо. В тот же вечер выследил, понял, где ты живешь, и придумал план.

– Поселиться по соседству?

– Да, – лукаво улыбнулся Эл. – Поселиться, чтобы познакомиться и узнать, кто ты такая и какая цель привела тебя на Север. Признаться честно, первое время я думал, ты явилась по мою душу. Но быстро понял, что ошибся. А потом из Имиль-та-Эли мне сообщили о дочери Дома Остролиста, сбежавшей от притязаний Келемиса, и все встало на свои места.

– Но открываться мне ты не торопился, – заявила возмущенно.

– Виноват, каюсь, – вздохнул шиар, хотя по хитрой смешинке в изумрудных глазах мне было понятно, что он не раскаивается абсолютно. – Мне стало интересно узнать тебя. Как ни странно, именно под чужой личиной ты могла вести себя так, как хотела, отбросив все эльфийское воспитание и стереотипы.

– Хм, тут ты прав, – не могла не признать я.

Действительно, с Элом-человеком я вела себя совсем по-другому. Свободно, открыто, искренне. Но если бы узнала сразу, что передо мной сын Повелителя, усвоенные за много лет правила дали бы о себе знать.

– Да, я думала, на севере нет ни одного эльфа… – пробормотала я. – И считала, что отлично спряталась. Но Келемис так быстро нашел меня… Кто же знал, что отец отдаст ему мой Эндиль.

– Забудь о нем, – отрезал Эл. – Грош цена тому родителю, который настолько легко отрекается от своего ребенка.

Я кивнула, чувствуя, что мне уже совсем не так горько, как было недавно.

– И все равно. Даже с Эндилем он нашел меня слишком быстро.

– Ты много чаровала. Помнишь, когда пытались поджечь теплицы Дивногоров? Думаю, именно тогда Келемис почувствовал тебя и выдвинулся на север. Ну а потом… я немного помог ему.

– Помог? – ошарашенно переспросила я.

– Да. Я засек момент, когда он появился на моих землях, и отправил ему послание. В котором описал твою новую внешность, день, время и место, где тебя можно найти.

– Что? – зашипела тихо.

– Что? – невозмутимо пожал плечами этот ушастый интриган. – Предпочитаю, чтобы встречи с врагами проходили на моей территории и на моих условиях. Поэтому Келемис не подстерегал тебя где-нибудь в укромном углу, а пришел сам, да еще и Эндиль принес.

– Принес… – пробормотала я, осторожно коснувшись прозрачного хрусталя.

Росток остролиста радостно зашевелил листочками, и у меня на душе стало очень тепло. Стоило заманить Келемиса сюда хотя бы ради него. Вот только это значит, что дома у меня больше нет.