Глава 25. Приказ

Сайра

В его глазах, черных и глубоких как бездна, плескалось непонимание. Тирен стоял передо мной на коленях посреди гостиной, грязный, с запахом гари и дождя, и выглядел как свергнутый король, который не может осознать, как потерял корону. Он пытался встать — я видела, как напрягались мышцы на его бедрах, как сжимались кулаки, — но тело отказывалось повиноваться.

— Что... что ты сделала? — прохрипел он. Его голос дрогнул, и это было слаще любого комплимента.

Я медленно обошла его вокруг, наслаждаясь моментом абсолютного триумфа.

— О, Тирен. Неужели ты думал, что я позволю тебе выиграть в нашей маленькой игре? — я остановилась перед ним и провела пальцем по его мокрой щеке. — Я попросила Каэля внести в прошивку нейро-линков маленькое, незначительное изменение. Протокол «Хозяйка». Мой чип — передатчик. Твой — приемник.

Его глаза расширились от ужаса и ярости. Рука Тирена, повинуясь инстинкту самосохранения, метнулась к виску, чтобы сорвать устройство.

— Не смей, — тихо, но твердо произнесла я.

Его рука застыла в сантиметре от кожи. Пальцы скрючились, дрожа от напряжения. Он боролся. Я чувствовала этот ментальный шторм в своей голове — его воля против программы. Но нейроимпульсы были сильнее. Его рука медленно, против его желания, опустилась вдоль тела.

— Это низко — выдохнул он.

— Скажи мне, если тебе не понравится, я тут же остановлюсь.

Я толкнула его в плечи. Не сильно, но этого хватило, чтобы вывести его из равновесия. Тирен завалился на спину, глухо ударившись о паркет. Я тут же оказалась сверху, оседлав его бедра.

Власть. Она пьянила сильнее, чем перламутровый эфир, сильнее, чем адреналин боя. Тирен лежал подо мной — мощный, смертоносный дознаватель, способный убить человека голыми руками, — и был абсолютно беспомощен.

Я начала медленно раздевать его. Расстегнула плотный костюм, сбросила куртку на пол. Под ней оказалась промокшая насквозь черная футболка, облепившая его торс. Я разорвала ткань, не желая возиться с воротом. Дорогая ткань и нитки разлетелись в стороны.

Мои губы коснулись шеи Тирена. Кожа была соленой от пота и горячей. Я целовала его медленно, дразняще, спускаясь к ключицам, вылизывая капли дождя, оставшиеся во впадинке у горла.

— Сайра... — возмущенно прорычал Тирен, но его тело говорило об обратном.

— Просто скажи мне, что тебе неприятно.

Через наш нейро-линк я чувствовала не только его злость, но и возбуждение. Оно вспыхнуло мгновенно, как лесной пожар. Его сердце колотилось о мои ребра, а член, скрытый плотной тканью штанов, уже уперся мне в ягодицы твердым камнем.

Я укусила его за плечо — сильно, до метки, и тут же зализала место укуса. Мои руки скользили по его широкой груди, очертили каждый кубик пресса, каждый шрам.

— Ты хочешь этого, Тирен, — прошептала я ему в грудину, чувствуя, как сбивается его дыхание. — Твое тело хочет. Твой мозг кричит об этом. Я слышу.

Я поднялась, стягивая с себя остатки грязного костюма. Прохладный воздух коснулся разгоряченной кожи, но взгляд Тирена, потемневший от похоти, согревал лучше огня. Он смотрел на меня с голодом, который не мог контролировать.

Одним движением я избавилась от его штанов, освободив его великолепный член. Твердый, пульсирующий, истекающий предвкушением. А потом разделась сама. Медленно, наслаждаясь горящим взглядом Тирена, которым он ощупывал мои плечи, грудь, живот.

Но я не дала ему того, чего он ждал. Вместо этого я развернулась и двинулась выше, перешагнув через его грудь.

— Открой рот, — скомандовала я.

Тирен подчинился. Возможно, из-за чипа. А возможно, потому что он сам жаждал этого не меньше меня.

Я опустилась ему на лицо, разводя бедра. Тепло его дыхания опалило мою влажную киску еще до того, как он коснулся моей кожи.

— Работай языком, но больше не двигайся, — выдохнула я, опускаясь полностью.

Его язык был шершавым, горячим и невероятно умелым. Сначала Тирен лизнул неуверенно, словно пробуя меня на вкус, но я качнула бедрами, вдавливаясь в его лицо сильнее, требуя напора. И он ответил.

О, боги... Тирен знал, что делает. Его широкий язык проник внутрь, исследуя каждую складочку, пока его нос упирался в мой клитор, создавая сводящее с ума давление. Щетина на его подбородке царапала нежную кожу внутренней стороны бедер, и этот контраст боли и мягкости заставил меня выгнуть спину.

— Да... вот так... — стонала я, запуская пальцы в его мокрые, спутанные волосы.

Я чувствовала вибрацию его рычания прямо под собой. Тирен не просто подчинился, он явно вошел во вкус. Его язык двигался ритмично, сильно, то шлепая плашмя, то заостряясь и вонзаясь в самую суть моего удовольствия.

Мои бедра задрожали. Ощущения нарастали лавиной. Связь через чипы усиливала все в сто крат: я чувствовала его желание доставить мне удовольствие, смешанное с унижением и яростью, и этот коктейль взрывал мой мозг.

— Глубже... Тирен, глубже! — вскрикнула я, сжимая бедрами его голову, не давая ему ни шанса отстраниться.

Он начал сосать мой клитор, одновременно проникая языком внутрь. Мир сузился до одной точки. До этого влажного, горячего соприкосновения. Я ласкала свою грудь, щипала соски, потому что руки Тирена безвольно покоились вдоль его тела. И только его язык скользил вверх, вниз. Вверх вниз. А затем кругами.

Горячее желание внутри моего тела собиралось в одной точке. Сдавленные стоны Тирена только раззадоривали моего внутреннего зверя. Он был так хорош, что я забывала себя и терялась в этих влажных ласках.

— Да! Да!

Оргазм ударил током. Я закричала, вцепившись ногтями в его плечи до крови, мое тело сотрясали спазмы наслаждения, такие сильные, что перед глазами поплыли цветные круги. Я кончала прямо ему на лицо, задыхаясь, утопая в эйфории, а он продолжал жадно слизывать каждый сок, каждую каплю моего экстаза.

Когда волна схлынула, я бессильно обмякла на нем, тяжело дыша. Мое сердце билось где-то в горле. Тирен под мной тоже дышал рвано, его грудь ходила ходуном.

Я медленно поднялась, чувствуя приятную слабость в ногах. Взглянула на него: лицо Тирена блестело от влаги, губы припухли, а в глазах горело адское пламя. Он смотрел на меня снизу вверх, и в этом взгляде больше не было сопротивления. Только тьма.

— Встань, — мой голос был хриплым. — Сядь на диван.

Он поднялся. Молча, как хищник, готовый к прыжку, подошел к красному дивану и сел, широко расставив ноги и откинувшись на спинку. Его член все еще стоял колом, подрагивая от каждого удара сердца.

Я подошла к нему. Медленно, наслаждаясь видом его напряженного тела, опустилась на колени между его разведенных ног. Теперь была моя очередь. И я собиралась показать ему, что такое настоящее служение. Но только, если он был готов признать свое поражение.