Глава 26. Никакого контроля

Тирен

Мое сердце колотилось где-то в горле, а кровь кипела, превращая вены в русла с расплавленным свинцом. Я сидел на диване, широко расставив ноги, и с трудом переводил дыхание. Вкус Сайры — соленый, мускусный, одурманивающий — все еще оставался на моих губах, и, проклятье, я бы соврал, если бы сказал, что мне это не понравилось.

Да, она использовала чип. Да, она поставила меня на колени. Но та звериная жадность, с которой я вылизывал ее, была моей. Этот стон, вырвавшийся из моей груди, когда она кончила мне на лицо, был настоящим. Я кайфанул. Я словно сорвался с цепи, которую носил всю жизнь, и этот прыжок в бездну безумия оказался слаще любой имперской награды.

Теперь Сайра сидела передо мной на коленях. Обнаженная, с растрепанными волосами, похожая на порочное божество, спустившееся в мой личный ад. Ее голубые глаза смотрели на меня с вызовом и обещанием.

Я видел, как она перевела взгляд на мой член. Он стоял колом, болезненно твердый, пульсирующий от каждого удара сердца. Мне казалось, что он сейчас взорвется от напряжения.

Ее прохладные пальцы сомкнулись на моем стволе. Контраст температуры заставил меня дернуться. Сайра провела большим пальцем по уздечке, а затем наклонилась и легонько, самым кончиком языка, лизнула головку.

Меня словно током ударило. Волна наслаждения прокатилась от паха до макушки, выгибая позвоночник дугой. Я зашипел сквозь сжатые зубы. Ни одна женщина в первом секторе, ни одна вышколенная аристократка или дорогая куртизанка не вызывали во мне такой реакции одним касанием.

Я ждал, что будет дальше. Ждал приказа в голове: «Сиди смирно», «Смотри», «Кончи».

Но Сайра удивила меня. Снова.

Она медленно отстранилась. Ее рука потянулась к виску. Щелчок ногтя — и тонкий прозрачный диск нейрочипа оказался у нее на пальце.

Тишина.

Гнетущее давление чужой воли в моем черепе исчезло так же внезапно, как и появилось. Исчезла тяжесть в плечах, исчез невидимый поводок. Я снова был хозяином своего тела. Я мог встать. Мог оттолкнуть ее. Мог одеться и уйти, хлопнув дверью, чтобы никогда больше не вспоминать этот вечер.

— Теперь ты сам, Тирен, — ее голос был тихим, лишенным той властной вибрации, что была раньше. Она смотрела мне прямо в глаза. — Никаких чипов. Никакого контроля. Решай сам: ты хочешь этого?

Она отбросила чип в сторону, на паркет, и положила руки себе на колени, оставляя меня абсолютно свободным в выборе.

Я смотрел на нее. На ее припухшие губы, которые только что шептали приказы. На ее высокую грудь, вздымающуюся от частого дыхания. На ее покорную позу, которая была обманчива, как и все в этом проклятом городе.

Секунда. Две.

В моей голове боролись долг и желание. Гордость и голод.

К черту гордость.

Я резко подался вперед, запустив пальцы обеих рук в ее густые темные волосы. Сжал их на затылке, фиксируя ее голову.

— Я хочу, — прорычал я.

Я потянул ее на себя, и Сайра податливо открыла рот.

Я вошел в нее сразу, глубоко, до самого горла. Ее горячий, влажный рот обхватил мой член, и я застонал, откидывая голову на спинку дивана. Ощущения были запредельными. Ее мягкие губы скользили по стволу, язык обвивал головку, создавая вакуум, который высасывал из меня душу.

Сайра работала усердно, самозабвенно. Она двигала головой в ритме, который задавал я, направляя ее рукой. Вверх-вниз. Вверх-вниз. Я чувствовал, как ее горло сжимается вокруг меня, принимая мою длину, и это сводило с ума.

Я посмотрел вниз. Зрелище оказалось гипнотическим. Моя напарница, хозяйка Эфлектума, женщина, которая водила за нос половину Империи, сейчас давилась моим членом, закатывая глаза от усердия. Ее щеки впали, она издавала влажные, чмокающие звуки, которые в тишине комнаты звучали громче выстрелов.

— Да... вот так... — хрипел я, наращивая темп.

Я начал двигать бедрами ей навстречу, вколачиваясь в ее рот. С каждым толчком я заходил все глубже, чувствуя ее небо, ее язык, ее жар. Сайра не отстранялась. Наоборот, она обхватила мои бедра руками, притягивая меня к себе, принимая все, что я мог ей дать.

Она подняла глаза, не выпуская меня изо рта. В этом взгляде было столько разврата и преданности, что меня накрыло. Я больше не мог сдерживаться.

— Сайра... — это все, что я смог сказать, чувствуя, как мышцы всего тела напрягаются перед финальным рывком.

Я вытащил член почти полностью, оставив только головку, и резко вогнал его обратно, до упора. Еще раз. И еще.

Взрыв произошел где-то в основании позвоночника.

Я излился в нее мощными, горячими толчками. Сайра застонала в мой член, послушно глотая, сжимая горло, выжимая меня до последней капли. Я дрожал, мои пальцы до боли сжимали ее волосы, а она продолжала сосать, пока я не обмяк душой и телом.

Только тогда я позволил ей отстраниться.

Сайра облизнула губы, убирая капельку семени с уголка рта, и улыбнулась мне — сыто и довольно.

— Хороший мальчик, — прошептала она.

Я откинулся назад, закрывая глаза. В голове было пусто и звонко. Никаких мыслей. Только блаженная пустота и осознание того, что я перешел черту, из-за которой возврата к прежнему Тирену Синтари уже не будет. И, видит Император, я ни о чем не жалел.