Глава 28. Наблюдение

Тирен

Вейр-Сити никогда не спал, он лишь периодически задыхался в собственном неоновом мареве, окутывающем небоскребы подобно ядовитому туману. Проведя несколько суток в бесконечном патрулировании, я начал ощущать, как эта планета просачивается под кожу, отравляя имперскую выправку своей порочной непринужденностью. Ритмичный пульс города, состоящий из визга автомобилей и джетов, приглушенных стонов и бесконечного баса электронной музыки, превратился в шум, на фоне которого мои мысли неизбежно возвращались к Сайре.

Перед моим уходом она, облаченная в невесомый шелк, вальяжно раскинулась в кресле и с едва уловимой усмешкой читала мне лекцию о подлинной географии Ши. Согласно ее словам, власть здесь не принадлежала привычному мне закону, она распределялась между девятью зонами, каждая из которых являлся чьей-то суверенной территорией. Первая зона, сердце планеты, пульсировала огромными капиталами старейшего клана, во главе которого стоял барон, в то время как четвертая, доставшаяся Сайре, представляла собой идеальный баланс между изысканным пороком и грубой силой.

Эта иерархия казалась мне абсурдной, пока я своими глазами не увидел, как мелкие бандитские группировки, словно шакалы, кружат вокруг невидимых границ зон, выжидая момента, чтобы урвать кусок, не принадлежащий великим картелям.

Наблюдение началось с «Альтаира» — самого дорогого ресторана в городе, где под хрустальными сводами подавали деликатесы с окраин Галактики. Воздух там казался слишком плотным от ароматов редких специй и дорогого парфюма, скрывающего запах гнили, исходящий от сделок, заключаемых шепотом за столиками из черного дерева. Мои люди, рассредоточенные среди охраны и персонала, напоминали тени, скользящие по золоченому залу, однако среди холеных лиц аристократов и нуворишей не обнаружилось ни одного следа человека, некогда звавшегося архионом.

Затем последовала «Обитель Искушений» — игорный дом, где в безумном танце электронных табло решались судьбы целых торговых флотов. Напряжение в этом месте ощущалось почти физически, оно вибрировало в кончиках пальцев игроков, застывших над голографическими столами в надежде обмануть саму вероятность.

Я наблюдал за этим театром жадности, вспоминая рассказы Сайры о том, что Ши кормится контрабандой и торговлей удовольствиями, превращая любую слабость в твердую валюту. Здесь Мел мог бы легко затеряться, ведь в пылу азарта никто не смотрит в лицо соседа, но и тут наши ищейки рыскали впустую, натыкаясь лишь на скучающих богачей и профессиональных шулеров.

Самым тяжелым испытанием стал «Бархатный Закат» — престижнейший бордель города, чьи интерьеры, утопающие в алом атласе и мерцании ароматических ламп, вызывали у меня чувство глухого раздражения. Повсюду витали феромоны и фальшивые вздохи, создавая иллюзию близости, которую здесь продавали порционно. Даже в обители Сайры было больше изыска, чем в этом влажном месте безликой похоти.

Проходя по коридорам, залитым мягким, интимным светом, я невольно сравнивал эту коммерческую страсть с тем пожаром, что случился между мной и Сайрой в ее пентхаусе. К удивлению, моя злость из-за случившегося — и на нее, и на себя — слишком быстро остыла. И все же я старался лишний раз не думать о ее сногсшибательном теле и горячем языке, сейчас нужно было сосредоточиться на задании.

Несмотря на тщательность наших поисков и профессионализм моих бойцов, результат оставался неизменным: архион исчез, растворился в многомиллионном мегаполисе, словно капля чернил в океане. Он, принявший имя Мел, явно усвоил уроки выживания в четвертом секторе быстрее, чем я рассчитывал, предпочитая оставаться невидимым кукловодом в тени своих новоявленных союзников.

Улицы продолжали дышать мне в лицо гарью и неоном, но они хранили молчание, заставляя меня признать правоту Сайры: этот город не выдает своих секретов тем, кто пытается взять их силой.