Глава 43. Перья и вино

Тирен

Тяжелый бархат сна, сотканный из шума прибоя и накопленной усталости, отпустил меня лишь тогда, когда солнце уже начало свое медленное падение за горизонт, окрашивая океан в густые тона расплавленной меди. Каэль покинул резиденцию еще утром, сразу после завтрака, оставив нас в этом оторванном от реальности мире, и безмолвие дома нарушал лишь шелест пальмовых ветвей и отдаленные крики чаек.

Я спустился по широкой винтовой лестнице, чувствуя, как прохлада мраморных ступеней приятно холодит босые ступни. Первый этаж встретил меня игрой теней и света, проникающего сквозь огромные панорамные окна, распахнутые навстречу вечернему бризу. Я уже собирался направиться к бару, надеясь найти там воды, как вдруг застыл, словно наткнувшись на невидимую силовую стену.

В центре гостиной, с бокалом в руке, стояла Лира. И на ней не было ровным счетом ничего, кроме золотистых отсветов заката, скользящих по ее коже.

Она выглядела совершенно естественно, словно древняя богиня, решившая прогуляться по своему храму. Ни тени смущения, ни попытки прикрыться — лишь абсолютная, обезоруживающая свобода. Я почувствовал, как кровь мгновенно прилила к лицу, а язык предательски присох к небу. Я резко отвернулся, уставившись в ближайшую картину с изображением абстрактного шторма, бормоча что-то нечленораздельное, похожее на извинения.

Звонкий, переливчатый смех Лиры заставил меня вздрогнуть.

— О, извините, Тирен! Я вас смутила? — искренне удивилась она. — Я привыкла ходить в собственном доме без одежды и отвыкла от гостей. К тому же, чего вы там не видели? Анатомия у всех одинаковая, разве что у меня она сохранилась получше, чем у некоторых.

— Мама! — голос Сайры, прозвучавший с лестницы, стал для меня спасательным кругом.

Я рискнул скосить глаза. Сайра спускалась к нам, облаченная в легкую тунику, и на ее лице читалась смесь привычного смирения и легкого раздражения.

— Мы обсуждали это, — Сайра покачала головой, подходя к матери и укоризненно глядя на нее. — У нас гости. Причем гости, воспитанные в строгих традициях первого сектора. Пожалуйста, накинь что-нибудь, не доводи Тирена до инфаркта, он мне еще нужен живым.

Лира театрально вздохнула, но все же я услышал шорох шелка и, выждав минуту, рискнул обернуться.

— Какие вы все скучные, — фыркнула она, облачившись в экстравагантный халат цвета ночного неба, рукава которого были щедро украшены страусиными перьями. Теперь она напоминала не нимфу, а капризную диву золотой эры кинематографа. — Ладно, пойду на кухню, дам нагоняй поварам. Если я не проконтролирую соус к рыбе, они снова переборщат с шафраном. Не скучайте.

Она выплыла из комнаты, оставив за собой шлейф дорогих духов и легкого безумия. Теперь я понимал, в кого пошла Сайра и почему она решила не рассказывать о своей матери больше подробностей.

Как только перья на рукавах Лиры скрылись за поворотом коридора, атмосфера в гостиной мгновенно изменилась. Сайра, отбросив маску дочери, вернулась в роль главы картеля. Она коснулась браслета-коммуникатора, и воздух перед нами дрогнул, собираясь в голографическую проекцию Барона Альт-Нана.

Изображение правителя Ши слегка рябило, но даже через помехи чувствовалась тяжелая, давящая аура этого человека.

— Говори, — его голос прозвучал сухо, без приветствий.

— Мы в безопасности, — начала Сайра, скрестив руки на груди. — Но у меня новости по Мелу. Уже несколько суток его сигнал исходит из одной и той же точки в жилом секторе среднего класса.

Барон молчал несколько долгих секунд, обдумывая информацию. Его лицо оставалось непроницаемым, лишь глаза хищно сузились.

— Оставь его, — наконец произнес он. — Ваша задача сейчас — не высовываться. Если вы действительно в безопасности, сидите там и не привлекайте внимания. Я отправлю по этим координатам свой отряд зачистки.

Голограмма погасла, растворившись в воздухе, прежде чем Сайра успела возразить.

В этот момент в гостиную вернулась Лира, неся поднос с новыми бокалами и открытой бутылкой коллекционного вина. Напряжение, висевшее в воздухе после разговора с Бароном, пришлось поспешно спрятать за улыбками.

— Ну все, хватит шептаться о своих мировых заговорах! — заявила она, разливая густое рубиновое вино по бокалам. — Вечер слишком хорош для политики. Тирен, расскажите мне лучше, какие женщины нравятся мужчинам из первого сектора? Надеюсь, не такие скучные, как моя дочь?

Я потерял дар речи. Это Сайру она назвала скучной? Даже не хочу знать, как выглядит веселье в представлении этой необычной женщины.

Мы опустились на мягкие диваны, погружаясь в бессмысленную, легкую болтовню о вкусах вина, моде и старых фильмах, позволяя абрикосовому вечеру ненадолго укрыть нас от надвигающейся тьмы.