Глава 5

— Это что за хрень? — спросил один из солдат у Ларина.

— Я сам такую образину впервые вижу и на что она способна, даже не представляю. Давайте медленно двигаться назад к рубежу, — ответил Ларин и начал пятиться назад, не спуская взгляда с монстра.

Как только мы начали отступать, монстр взревел так, что у нас чуть барабанные перепонки не лопнули. Он опустился на остальные четыре лапы и ринулся на нас с невероятной скоростью.

— Атакуем! — заорал подпоручик, и с его руки сорвался огненный шар. Следом полетели ещё пять огненных шаров, пущенных солдатами.

Удар магией пришёлся монстру прямо в клыкастую морду, но это не только не остановило его, а ещё больше разозлило. Он снова заревел и на полной скорости врезался в наш отряд, сметая всё на своём пути.

Ларин погиб мгновенно — не успел отскочить с линии атаки монстра. Чудовище одним движением откусило ему голову. Остальных бойцов разбросало в стороны мощной волной. Я же успел среагировать и вместо того, чтобы отпрыгивать назад, бросился монстру между ног. Вспомнив уроки отца, я влил ману в меч и изо всех сил ударил по последней опорной лапе твари.

Каким-то чудом мой удар оказался достаточно сильным. Кровь монстра фонтаном брызнула из раны, и чудовище споткнулось. Монстр развернулся и ринулся на солдат, которые вновь атаковали его огненными шарами. Но магия бойцов не причиняла твари существенного урона, а кадеты не могли подобраться ближе. Медленно, но неотвратимо чудовище уничтожало наш отряд.

— Надо уходить в пещеру! Там узкий проход, и места меньше — тварь станет менее подвижной, сможем атаковать! — прокричал я, в очередной раз уворачиваясь от смертоносной атаки монстра и пытаясь достать его мечом.

Из всего отряда в живых осталось всего восемь человек: трое солдат, я и четверо кадетов. Двух опытных бойцов монстр разорвал своими могучими лапами, когда они в очередной раз пытались атаковать его магией и не успели уклониться от прямого удара. Пятеро кадетов погибли ужасной смертью: кого-то он просто раздавил своей массой, других с такой силой впечатал в стену туннеля, что их головы лопнули, словно перезрелые арбузы.

Наши успехи были ничтожно малы. Магия огня не причиняла монстру существенного урона, лишь ещё больше его раздражала, опаляя морду и шкуру. Единственный эффект давали удары мечом с влитой в него маной. Мне удалось ещё пару раз зацепить лапы твари, нанеся неглубокие раны. Кровь сочилась из них, и я надеялся, что рано или поздно монстр начнёт слабеть от кровопотери.

Солдаты тоже сумели оставить несколько отметин на теле чудовища, но от кадетов толку не было — никто из них не владел искусством вливания маны в клинок, а простые удары мечом не причиняли твари вреда.

Я начал отступать к ближайшему ответвлению в пещеру, и остальные последовали за мной. До прохода добрались лишь пятеро — ещё трое кадетов погибли под страшными лапами монстра.

— Да что ты за тварь такая⁈ И откуда взялась здесь⁈ — заорал один из солдат, вновь атакуя огнём и уворачиваясь от смертоносного удара.

— Это точно не обычная тварь второго уровня, — ответил я, ныряя в узкий проход пещеры.

— Я не полезу в пещеру! — взвыл один из бойцов. — Там тупик! Она нас там перебьёт!

— Здесь у нас есть шанс выжить! Она не сможет тут развернуться, появится возможность атаковать! — крикнул я.

— Не тебе меня учить, салага! Я отхожу к рубежу! — прорычал солдат и двинулся прочь. Остальные заколебались, потянувшись за ним.

Монстр, словно почуяв слабость, не стал преследовать меня, а с удвоенной яростью обрушился на отступающих к рубежу. Его массивное тело двигалось с неожиданной для таких размеров ловкостью, когтистые лапы рассекали воздух в опасной близости от беглецов.

Я остался один в тёмном проходе пещеры, понимая, что моё решение может стать роковым — либо даст мне шанс на выживание, либо приведёт к окончательной гибели.

У меня появилось немного времени на отдых и разработку плана, как завалить в одиночку этого монстра. Я понимал — чудовище легко уничтожит отступающих к рубежу, в этом я даже не сомневался. Оно уже показало, что магия солдат бессильна против него, а нанести удар мечом в широком туннеле практически невозможно. Как только падут опытные бойцы, кадетов тварь сметёт в мгновение ока. Монстр уже осознал их беспомощность и сосредоточился на уничтожении более опасных противников — солдат.

Сколько времени потребуется чудовищу, чтобы расправиться с отрядом, было неизвестно. Нужно было действовать быстро. Я торопливо осмотрел себя в поисках серьёзных ран, требующих перевязки. К счастью, обнаружил лишь несколько неглубоких царапин с запекшейся кровью.

Бросившись осматривать проход в поисках подходящего места для засады или хотя бы для долгосрочной обороны, я наконец нашёл то, что искал — небольшую нишу в стене узкого прохода пещеры. Она была не больше метра в ширину и полутора в высоту, с неровными, шершавыми краями, словно выточенная природой в камне.

Сердце забилось чаще — это могло быть моим единственным шансом. В эту нишу я мог поместиться, прижавшись к стене, и оттуда, если монстр подойдёт достаточно близко, мог запрыгнуть ему на спину и попытаться перерубить шею одним мощным ударом. Но как добраться до этого укрытия, я пока себе не представлял.

План формировался в голове стремительно: если удастся забраться наверх, у меня появится преимущество высоты. Но сначала нужно было найти способ подняться — и каждый миг промедления мог стать роковым. Время работало против меня, а монстр внизу продолжал свою смертоносную охоту на отступающих солдат.

Внимательно изучая поверхность стены в поисках опоры, я наконец обнаружил подходящий выступ. С пятой попытки мне удалось ухватиться за него. Аккуратно подтягиваясь и цепляясь руками, я забрался в нишу.

Немного передохнув, я надрезал себе руку и, высунувшись, начал капать кровью на землю. Оставалось только надеяться, что это привлечёт монстра и он подойдёт достаточно близко к стене, чтобы я смог его атаковать. Выбора не было. Либо он меня, либо я его.

Я сидел неподвижно, вслушиваясь в тишину прохода. Пока было тихо, но меня терзал мучительный вопрос: с какого же уровня пришла эта тварь? Минимум третий, — решил я. Хотя тварей с третьего уровня нам в кадетском корпусе даже не показывали. Дед как-то рассказывал, что максимальный уровень, куда смогли дойти и вернуться живыми исследователи, был четвёртый. Но он всегда считал, что уровней гораздо больше. Может, пять, а может, и все десять — кто знает, какие тайны скрывают разломы. За сотню лет их до сих пор не смогли изучить.

Внезапно в проходе послышались тихие, тяжёлые шаги. Похоже, теперь я единственный, кто ещё может дышать в этом мраке. По звуку я определил, что монстр хромает — похоже, он уже ослабел от потери крови. «Надеюсь, шансы выжить у меня повысились», — промелькнула мысль, но я понимал, что расслабляться рано.

Я затаился, стараясь ничем не выдать своего присутствия, но внимательно следя за проходом. Мои глаза давно привыкли к темноте, и спасибо деду, который научил меня улучшать зрение с помощью маны в тёмное время суток — теперь я видел относительно хорошо.

Монстр двигался вперёд, опустившись на все лапы, принюхиваясь и хромая. Я видел, как за ним тянется кровавая дорожка — он действительно истекал кровью. Похоже, ушедшие к рубежу солдаты и кадеты всё же смогли нанести ему ещё несколько ран, прежде чем он их перебил. «Надеюсь, я смогу одолеть эту тварь, спрыгнув ей на спину, — думал я. — Иначе монстр рано или поздно найдёт меня, и тогда шансов не останется».

Время тянулось мучительно медленно. Монстр остановился недалеко от моей ниши и начал внимательно осматривать стены. «Какого хрена происходит⁈ — крутилось в моей голове. — Давай, иди сюда! Неужели ты меня чувствуешь? Ну же, внизу на земле моя кровь. Подойди, проверь её!»

Монстр осторожно двинулся вперёд, не отрывая взгляда от стен. «Ближе, ближе, ещё немного… Вот она, кровь! Склони голову!» — мысленно подгонял я его. Максимально напитав маной меч, я приготовился к прыжку.

Сердце бешено колотилось в груди. Тварь склонила голову, обнюхивая мою кровь на земле. Сейчас или никогда. Я прыгнул, направив остриё меча в шею монстру.

Тварь резко дёрнула головой вверх, чем невольно помогла мне. Мой меч вошёл в шею монстра по самую рукоять. Оглушительный рёв прорезал воздух, а чудовище ринулось вперёд, отчаянно пытаясь сбросить меня со своей спины. Влетев в пещеру, монстр начал подниматься на две лапы.

Пока он не успел выпрямиться во весь рост, я выдернул клинок и с силой вогнал его обратно в рану. Кровь монстра хлынула фонтаном, толчками вырываясь из разорванных артерий. Чудовище начало заваливаться набок, но в этот момент мои руки, скользкие от крови, не смогли удержать рукоять меча.

Я рухнул на каменный пол, чувствуя, как мир вокруг начинает расплываться. Острый край камня встретил мой череп с глухим стуком, и тьма мгновенно поглотила сознание. Последнее, что я ощутил — это как холодная каменная поверхность встречает моё безвольное тело.

Я открыл глаза, с трудом соображая, где нахожусь. Глаза заливала кровь, мешая разглядеть что-либо вокруг. Попытался поднять руку, чтобы стереть алую пелену, но острая боль пронзила тело, словно тысячи игл впились в плоть. Сознание начало меркнуть, утягивая меня в спасительную темноту.

Последнее, что я запомнил — оглушительный взрыв и чей-то крик. Нет, не взрыв, а рёв монстра, а крик — мой. Снова этот сон.

Когда я опять пришёл в себя, то почувствовал под спиной что-то твёрдое и холодное. Камень? Или металл? В воздухе витал запах гари и чего-то металлического — крови. Много крови.

Попытался пошевелиться, но тело не слушалось. Каждая попытка движения отзывалась новой вспышкой боли. Нет, это не сон, память начинала возвращаться. Я в пещере, упал с монстра на каменный пол и, похоже, сильно пострадал. Запах гари — так воняет шкура монстра, которую спалили солдаты огненными шарами.

Во сне кто-то приходил мне на помощь. Но сейчас я не слышал шагов.

Я попытался позвать на помощь, но из горла вырвался лишь хрип. Горло пересохло, будто я не пил воду.

В этот момент я почувствовал, как что-то тёплое разливается внутри меня. Мана, очень много маны. Знакомое ощущение силы, текущей по венам, возвращало меня к жизни, но приносило боль. Грудь жгло огнём, боль становилась невыносимой, и я снова потерял сознание от болевого шока.

Сколько я пробыл без сознания, я не знаю, но, очнувшись, я чувствовал себя относительно хорошо. Я закрыл глаза и обратил взор внутрь себя, на магическое ядро.

Оно очень сильно выросло, но не это было странным. Вокруг основного магического ядра появились ещё пять крошечных ядер, связанных между собой тонкими энергетическими каналами. Все пять ядер отливали разными цветами, и я знал, что это значит.

Предрасположенность к управлению стихиями. Красное ядро — Огонь, чёрное — Земля, синее — Вода, ярко-голубое — Воздух, белое — Дух. Центральное ядро, отливающее разными цветами и смешивающее их, давало возможность объединять стихии.

Такого не было даже у деда, а он был очень сильным магистром, владеющим тремя стихиями.

Я почувствовал, как благодаря стихии Воды во мне пробудилась регенерация, которая продолжала восстанавливать моё тело. Процесс шёл медленно, поскольку ядро стихии Воды было ещё очень слабым, но оно всё же исцеляло меня.

Я попытался пошевелиться, но острая боль пронзила всё тело. Похоже, при падении с монстра я сломал позвоночник. Придётся ждать, пока регенерация завершит восстановление.

Выходит, монстр всё-таки сдох, а я снова смог впитать его ману, что дало толчок к появлению новых ядер. Ни дед, ни отец никогда не рассказывали мне о таком. Возможно, я просто не был готов к этим знаниям, или они сами не знали о подобных возможностях.

Мне необходимо добраться до родовой крепости. В её катакомбах находится родовое хранилище. Его невозможно найти, если не знаешь, где искать, даже будучи магистром. И даже если найдёшь, не сможешь открыть — доступ есть только у наследника рода. Там хранятся артефакты нашего княжеского рода Драгомировых и древние записи, которые могут дать ответы на все мои вопросы.

Я точно знаю, что в хранилище всегда находились четыре самых ценных артефакта:

Перстень власти — древний артефакт, передающийся старшему наследнику рода

Амулет стихий — усиливает контроль над магией и её потоки

Родовой меч — священное оружие, хранящее силу предков

Родовая книга — содержит многовековую историю рода и тайные знания

Самым ценным из них является Родовая книга. В её страницах записаны все знания, накопленные нашим родом за столетия. Каждая страница хранит секреты древних ритуалов, формулы могущественных заклинаний и тайны управления стихиями.

Я не заметил, как меня сморил глубокий сон. Впервые за долгое время я спал спокойно, без тревог и кошмаров. Усталость и напряжение наконец-то отпустили моё измученное тело, позволяя ему полностью восстановиться.

Проснувшись, я снова попытался пошевелиться. В этот раз боли не было, и я решился встать. Аккуратно, всё ещё боясь, что тело пронзит боль, я поднялся. После небольшой разминки, не чувствуя ни боли, ни дискомфорта, я улыбнулся. Наконец-то можно решать, что делать дальше. Но сначала нужно осмотреть монстра, чьё тело лежало в конце пещеры.

Подойдя к монстру, я нашёл свой меч и вытащил его из мёртвого тела. Теперь я снова вооружён и даже немного опасен. Я сформировал кольчугу — теперь это далось легко и без предварительной подготовки. Кольчуга замерцала ярким насыщенным светом, став существенно мощнее. Это хорошо — мои шансы на выживание резко возросли.

Я начал вспоминать уроки по магии, которые проводил отец, и попробовал создать огненный шар. Получилось смешно — шарик больше напоминал свечку, чем грозное оружие мага. Я не стал пробовать другие варианты магии — и так было ясно, что толку пока нет.

Посмотрев на монстра, я подумал: «Если я могу впитывать ману из тварей разлома и усиливать себя, может, стоит попробовать убить ещё кого-нибудь из них?» Отец говорил, что для развития управления стихией нужны постоянные тренировки на пределе возможного. Тогда ядра растут, вырабатывая всё больше маны. Нужно стараться использовать как можно чаще мощные заклинания — тогда мана вырабатывается быстрее. Это как с мышцами: чем больше тренируешься, тем сильнее становишься. Здесь же другой эффект — можно забрать чужую ману, усилив себя.

Я не понимал, почему могу впитывать чужую ману. Возможно, ответ есть в родовой книге.

Я двинулся к выходу из пещеры, оставив монстра нетронутым. В кадетском корпусе нам говорили, что из монстров можно извлекать ценные ингредиенты для изготовления артефактов, но я не помнил, что именно нужно брать, поэтому не стал заморачиваться.

Двигался я предельно осторожно, напряжённо вслушиваясь в каждый шорох и ожидая нового нападения в любой момент. Каждый шаг отдавался гулким эхом в пустоте узкого прохода, заставляя меня вздрагивать от собственных звуков.

Когда я вышел в основной туннель, то на мгновение остановился, чтобы собраться с мыслями. Тьму здесь разгоняли редкие магические светильники, установленные на стенах и сильно удалённые друг от друга. Их тусклый свет создавал причудливые тени, отчего казалось, что сами стены шевелятся.

Прозрачные кристаллы, служившие источниками света, едва теплились, будто последние искры угасающей надежды. Между ними простирались огромные участки абсолютной темноты, где даже моё улучшенное зрение с трудом различало очертания стен.

Решив не медлить, я направился ко второму рубежу — нужно было срочно сообщить о гибели отряда. Каждый шаг отдавался гулким эхом, нарушая тишину подземелья. Я старался держаться ближе к стенам, где свет от кристаллов дотягивался до земли, создавая хоть какое-то ощущение безопасности.