Глава 6

Двигаясь по туннелю, я вспоминал свой сон, который преследовал меня последнее время. В нём кто-то приходил мне на помощь, и если считать этот сон пророческим, то помощь должна была появиться и сейчас. Но её не было. Это могло означать только одно: либо сон был всего лишь сном, либо что-то серьёзно изменилось, и пророчество сбылось лишь частично.

Стоп. Я резко остановился. Наш отряд ушёл из второго рубежа, чтобы осмотреть пещеры и проверить, не появился ли новый проход со второго уровня разлома. Но никто не вернулся. Сколько же я пробыл без сознания? И сколько времени заняла моя регенерация? Думаю, прошло как минимум сутки, а то и двое. По идее, Лапа мог отправить поисковую группу, но её нигде не было. Либо они просто не смогли меня найти. Хотя вряд ли они пропустили бы все пещеры при обыске.

Я начал внимательно озираться по сторонам, напрягая все чувства, и тут же усилил защиту своей кольчуги. Теперь я постоянно поддерживал её в активном состоянии, но старался свести к минимуму расход маны, чтобы моё магическое ядро успевало восполнять потери.

Не обнаружив ничего подозрительного, я снова двинулся вперёд, но мысли о поисковом отряде не покидали меня. Может, прошло слишком мало времени, и поручик ещё не выслал группу? Нет, это вряд ли. Времени прошло достаточно.

Моя регенерация, хоть и присутствовала, была очень слабой. Повреждения, которые я получил, восстанавливались не меньше суток — это точно. К тому же я успел выспаться, а это говорило о том, что времени прошло действительно много.

В голове крутились тревожные мысли. Где же поисковый отряд? Почему Лапа не отправил людей на поиски? Неужели он решил, что мы все погибли? Или случилось что-то ещё, о чём я пока не знаю?

Каждый шаг приближал меня ко второму рубежу, но тревога только нарастала. Что ждёт меня впереди? Ответы на эти вопросы я смогу получить только там. Нужно двигаться дальше, но теперь я стал ещё осторожнее, внимательно прислушиваясь к каждому шороху в темноте туннеля.

И это спасло мне жизнь — я вовремя заметил мелькнувшую тень в слабом свете магического светильника и замер, прижавшись спиной к стене. Сердце бешено колотилось, а пальцы сами собой сжали рукоять меча. В темноте что-то двигалось, и я чувствовал, как по спине пробежал холодок.

Я усилил зрение с помощью маны, пытаясь разглядеть противника. Тени в туннеле словно ожили, играя со светом кристаллов, но я знал — там, впереди, скрывается нечто опасное.

Мышцы напряглись в ожидании атаки, а защитная кольчуга вокруг тела начала мерцать ярче, готовясь отразить удар. Я понимал — сейчас всё зависит от моей реакции и выдержки. Одно неверное движение могло стоить мне жизни.

Монстров оказалось трое. Падальщики с первого уровня разлома — твари, похожие на гигантских крыс размером с крупную собаку. В кадетском корпусе нам рассказывали об этих созданиях: они охотятся стаями от трёх до десяти особей, но обычно избегают столкновений с сильными противниками. Их обычная добыча — мелкие твари первого уровня или падаль.

Сейчас эти создания окружили меня, встав с трёх сторон и готовясь к атаке. Вероятно, их привлёк запах убитого мной монстра — я ведь отошёл от пещеры совсем недалеко. Жёлтые глаза падальщиков светились в полумраке, острые клыки блестели в отсветах магического светильника.

Я замер, оценивая ситуацию. Трое против одного — не самый благоприятный расклад, особенно учитывая, что атакующей магии у меня нет. Но отступать некуда, придётся сражаться. Кольчуга вокруг тела мерцала, готовая защитить в любой момент, а пальцы крепко сжимали рукоять меча, накачанного маной.

Падальщики прижали уши и оскалились, готовясь к прыжку. Их движения были плавными и расчётливыми — твари явно имели опыт в охоте.

Они бросились на меня одновременно. Первая тварь, метившая в горло, напоролась на меч. Вторая впилась зубами в руку, а третья схватила за ногу. Кольчуга выдержала атаку, но расход маны резко возрос.

Не обращая внимания на вцепившихся в меня падальщиков, я добил первого монстра, который, несмотря на ранение, всё ещё дёргался на моём клинке. Откинув его свободной ногой в сторону, я прицелился и мощным ударом рассёк шею твари, вцепившейся в ногу. Меч, усиленный маной, прошёл через плоть как нож через масло, отделяя голову от туловища.

Последнему падальщику я вонзил клинок в живот, выпуская его внутренности наружу. Хватка ослабла, и он рухнул к моим ногам, отпустив руку.

Всё произошло стремительно — от начала атаки до её завершения прошло считанных несколько секунд. Адреналин бурлил в крови, затуманивая разум. Я стоял, тяжело дыша, пытаясь успокоиться и собраться с мыслями.

Осмотревшись, я убедился, что все противники мертвы. Раны на руке и ноге саднили, но регенерация уже начала свою работу. Кольчуга всё ещё мерцала, расходуя остатки маны. Нужно было экономить энергию — неизвестно, какие ещё сюрпризы приготовила мне эта проклятая пещера.

Я развеял кольчугу — регенерация тоже активно поглощала ману, а скорость её восполнения оставляла желать лучшего. Нужно было отдохнуть и дождаться, пока восстановительные процессы завершатся, а запас магической энергии начнёт пополняться.

Мой взгляд упал на лежащих рядом падальщиков. Уверенность в том, что я смогу впитать их ману и усилить себя, была абсолютной. Но прежде необходимо решить, как распределить полученную силу.

В памяти всплыли слова отца, который всегда настаивал на первоочередном развитии основного магического ядра. По его мнению, именно оно отвечало за скорость восполнения маны и стандартную магическую защиту — кольчугу. Дед же придерживался противоположного мнения: он утверждал, что основное ядро будет развиваться естественным путём по мере необходимости, а приоритетным является развитие ядер стихий. Ведь у каждой стихии есть свои уникальные щиты, которые значительно превосходят обычную кольчугу по эффективности.

Внутренний конфликт между советами старших не давал мне покоя. Какой путь выбрать? От этого решения зависело моё дальнейшее развитие как мага. Время шло, а я всё стоял, размышляя над этим важным выбором.

Я погрузился в размышления. Маны катастрофически не хватало, как и скорости её восстановления. Но в то же время стихия Воды давала возможность усилить регенерацию — чем больше будет ядро этой стихии, тем быстрее и мощнее станет процесс восстановления. Однако заклинаний стихии Воды я не знал: мама не учила меня им, поскольку все были уверены, что моими стихиями станут Огонь, Земля и Воздух, как у деда.

Существовала ещё стихия Духа, о которой я практически ничего не знал. Но дед всегда говорил, что тот, кто умеет работать с этой стихией, становится по-настоящему могущественным магом.

После долгих раздумий я принял решение: силу двух падальщиков направлю на усиление центрального ядра, а энергию третьего — на развитие ядра стихии Воды.

Подойдя к первому монстру, я положил руку на его тело и почувствовал, как его мана начинает струиться через меня к моему ядру. Немедленно перенаправил поток к ядру стихии Воды — хорошо, что дед успел объяснить мне, как это делается. Энергию двух других падальщиков направил в центральное ядро.

Изменения не заставили себя ждать, пусть и не были слишком заметными. Регенерация заметно усилилась и увеличила расход маны. Уже через пять минут раны на руке и ноге исчезли, словно их никогда и не было. Скорость восполнения магической энергии тоже возросла — я отчётливо чувствовал, как моё ядро наполняется маной.

Это было именно то, чего я добивался. Теперь нужно было правильно распорядиться полученным преимуществом и двигаться дальше, к своей цели.

Я дождался, пока уровень маны восстановится примерно до половины, и только тогда активировал кольчугу. Тщательно настроил её работу на минимальный расход энергии — так большая часть маны, генерируемой моим магическим ядром, шла на восполнение общего запаса.

Мерцающая защита окутала тело едва заметной дымкой, почти не оттягивая ресурсы. Я внимательно следил за состоянием своего магического ядра, стараясь найти идеальный баланс между защитой и восстановлением.

Теперь, когда силы немного вернулись, можно было продолжать путь. Впереди ждал второй рубеж и, возможно, ответы на многие вопросы. Но прежде чем двигаться дальше, я ещё раз проверил своё состояние и убедился, что готов к новым испытаниям.

Двинувшись вперёд, я держался максимально близко к стене, стараясь не издавать ни звука. Каждый шаг был выверенным и осторожным, мои сапоги почти бесшумно касались каменного пола. В этой мёртвой тишине любой шорох мог оказаться предвестником опасности.

Усилив зрение с помощью маны, я постоянно осматривал туннель, не пропуская ни одного тёмного угла. Мерцающие магические светильники лишь изредка освещали путь, создавая причудливые тени на стенах.

Мой взгляд скользил по стенам, полу и потолку, выискивая малейшие признаки опасности. Прислушиваясь к каждому звуку, я пытался уловить дыхание или шорох, которые могли бы выдать присутствие монстров. В этой тишине даже собственное дыхание казалось слишком громким.

Туннель тянулся вперёд, словно бесконечный коридор в недра земли. Каждый поворот мог таить новую угрозу, и я был готов к встрече с ней, держа руку на рукояти меча и поддерживая магическую защиту на минимальном уровне потребления маны.

Второй рубеж был всё ещё далеко, но с каждым шагом я приближался к нему, к возможному спасению и ответам на мучившие меня вопросы.

Через три часа медленного продвижения вперёд я наконец увидел ворота второго рубежа и замер от неожиданности. Второй рубеж всё ещё освещался магическими светильниками, и в их тусклом свете я отчётливо разглядел страшную картину — массивные ворота были вырваны с креплений, словно их сорвал гигантский зверь.

Металлические створки покосились, часть креплений вырвана с корнем, а вокруг валялись обломки камней. Сердце сжалось от недоброго предчувствия.

Я осторожно приблизился к разрушенным воротам, держа меч наготове и внимательно осматривая каждый угол. Магическая кольчуга продолжала мерцать, защищая меня от возможной угрозы. В воздухе витал тяжёлый запах гари и крови.

Каждый шаг давался с огромным трудом. Мышцы напряжены до предела, пальцы судорожно сжимают рукоять меча, а магическая кольчуга едва заметно пульсирует в такт моему сердцебиению. Я постоянно ожидал нападения, каждую секунду готовый отразить удар, но всё равно продолжал двигаться вперёд.

Внутри стен второго рубежа царила зловещая тишина. Тишина, которая казалась громче любого крика. Тишина, от которой кровь стыла в жилах. Но я должен был идти дальше. Должен был найти Мишку, своего друга, и, если он ещё жив, помочь ему.

Осматривая каждый уголок, я продвигался вглубь второго рубежа. Обрывки одежды, следы борьбы, лужи крови на полу — всё это кричало о том, что здесь произошло нечто ужасное. Но я не позволял себе останавливаться, не позволял страху взять верх.

В голове крутилась только одна мысль: «Мишка, надеюсь, ты жив, и я найду тебя». И эта мысль придавала сил, заставляла двигаться дальше, несмотря на все опасности, несмотря на страх.

За два часа я тщательно обследовал весь второй рубеж, но картина везде была одинаковой. И нигде не было ни одного мёртвого тела — ни людей, ни монстров.

Возможно, падальщики успели здесь похозяйничать и уничтожили все следы, сожрав всё, что могли. Я и сам начал ощущать голод и жажду, поэтому решил заняться поисками припасов и воды. Я примерно помнил, где можно найти еду — в одной из палаток стояли ящики и бочки, но тогда я не стал их осматривать, будучи полностью поглощённым поисками выживших.

Грусть накатила на меня тяжёлой волной: неужели Мишка, мой единственный друг, погиб в этом проклятом разломе? Но я не мог быть уверен до тех пор, пока не доберусь до основного лагеря. Возможно, им удалось отступить и выжить.

Нужно было собраться с мыслями и продолжить поиски. Сначала еда и вода, а потом — путь к основному лагерю.

Я зашёл в палатку и первым делом вскрыл ящик — внутри оказались консервы с тушёнкой, именно то, что нужно. В бочках обнаружилась вода — настоящее спасение. Я с жадностью принялся есть и пить, утоляя голод и жажду.

Тщательно обыскав палатку, я нашёл литровую флягу и наполнил её водой. Затем отыскал небольшой, но удобный рюкзак, который заполнил консервами, аккуратно уложив сверху флягу.

В дальнем углу палатки, в одном из ящиков, мне посчастливилось обнаружить новую форму. Сняв с себя грязную и рваную одежду, я залез в бочку с водой, чтобы смыть с себя всю грязь и кровь. Надев новую форму, я стал похож на настоящего солдата.

Всё необходимое было готово. Теперь можно было двигаться дальше — к основному лагерю, где, возможно, удастся узнать судьбу моего друга Мишки и остальных членов отряда.

Осталось решить, каким путём идти дальше. Самый быстрый маршрут к основному лагерю пролегал через большой туннель — если память не подводит, до него около пяти километров. Но что-то мешало мне поверить, что я смогу добраться до лагеря этим путём.

Разрушенные ворота второго рубежа были выломаны именно со стороны большого туннеля. Возможно, именно оттуда началась атака. Но тогда почему я не встретил других монстров, кроме падальщиков? Остальные ворота оказались целыми — я уже успел это проверить.

Может быть, я был без сознания дольше, чем думал? Например, двое суток? В таком случае монстры могли пройти мимо меня в сторону основного лагеря, вот почему я их не встретил. А падальщики, вероятно, оказались последними из нападавших.

Оставался ещё один вариант — идти на восток, к другому нашему рубежу. Возможно, до него у меня получится добраться. Лапа не говорил точно, сколько до него идти — может быть, пять километров, а может, и все десять.

Нужно было сделать выбор и двигаться дальше. Я достал из ящика ещё одну консерву с тушёнкой и, жуя, продолжал размышлять о том, какой путь выбрать. От этого решения зависела не только моя судьба, но и шансы на выживание — ошибиться было нельзя.

После долгих раздумий, тщательно взвесив все «за» и «против», я принял решение идти на восток — к нашему восточному рубежу. Ворота открывать не стал — просто перелез через стену, которая была невысокой, всего около трёх метров.

В восточном туннеле царила кромешная тьма — магические светильники отсутствовали напрочь. Лишь у самого входа несколько из них тускло освещали подход к воротам, но дальше простиралась абсолютная темнота. Я активировал магическое зрение, усилив его маной, и теперь мог сносно видеть в темноте.

Туннель имел небольшой диаметр — не больше четырёх метров, что несколько успокаивало. Я не опасался нападения с потолка или из каких-нибудь укромных мест, поскольку прекрасно контролировал всё пространство впереди. Тем не менее, двигался осторожно, стараясь не издавать ни звука, и внимательно прислушивался к каждому шороху.

Кольчуга едва заметно мерцала, продолжая работать на минимальных настройках и экономя расход магической энергии. Каждый её проблеск напоминал о том, что защита всё ещё со мной, оберегая от возможных опасностей.

Впереди простиралась неизвестность — тёмный туннель, уходящий куда-то вглубь земли. Я не знал, что ждёт меня там, впереди: новые испытания, враги или, возможно, долгожданный выход. Но отступать было нельзя — нужно идти вперёд, к своей цели.

По моим ощущениям, я уже прошёл километров пять, когда услышал впереди отчётливые звуки, напоминающие чавканье свиней, когда они жрут из корыта вываленную им еду.

Звук становился всё отчётливее, и теперь я мог различить не только чавканье, но и какое-то шуршание, будто множество существ передвигалось по полу.

Я остановился, прижавшись к стене туннеля, и замер, стараясь уловить каждое движение впереди. Чавканье не прекращалось, а наоборот, становилось всё более громким и отчётливым. Создавалось впечатление, что там, впереди, целая стая голодных тварей пировала над своей добычей.

Медленно достав меч, я приготовился к новой схватке. Кольчуга едва заметно пульсировала, готовая в любой момент активироваться на полную мощность.