Глава 19. Объяснение

Тишина, наступившая после слов Тайрона, становится давящей и тяжёлой, будто сама Призма затаила дыхание.

А ещё Тайрон и Зейн смотрят на меня. Неотрывно.

Я инстинктивно прикрываю грудь рукой, чувствуя, как по щекам разливается жар.

Но Лекс уже действует. Он уже на ногах, а его пальцы порхают над интерфейсом предплечья с нереальной скоростью.

По моей коже пробегает лёгкое, знакомое покалывание. Светящееся платье удлиняется, наращивает рукава, и становится закрытым платьем из плотной серебристой ткани от шеи до щиколоток и запястий.

Но эта защита из ткани не может скрыть моё состояние с растрёпанными распущенными волосами, пылающим лицом и лихорадочным блеском в глазах.

Я всё равно съёживаюсь, и тогда в движение приходит Шэд. Он встаёт сильным гибким движением, поднимая меня со мха.

Повинуясь властному движению его сильной руки, тень у моих ног оживает, сгущается, поднимается в руку Шэда. Становится большим, мягким покрывалом из чистой тьмы.

Шэд набрасывает его на меня, и укутывает, создавая дополнительный, непроницаемый барьер между мной и цепкими, прожигающими меня взглядами.

Я слишком опустошена, чтобы удивиться такому. Наверняка тому, что Шэд делает с тенями, есть какое-то научное объяснение, но я потом расспрошу, сейчас совсем мне не до того.

Тем временем сильные руки Шэда подхватывают меня, прижимают к груди. После этого он отступает со мной на руках назад, в тень серебристого дерева.

Я сразу расслабляюсь, чувствуя его сильные руки, осознавая, что он меня не выпустит, никому не отдаст.

Лекс тем временем выпрямляется. Его лицо уже снова выглядит бесстрастной маской холодного аналитика.

Его прищуренные зелёные глаза встречаются с ледяным взглядом командира.

— Угроза нейтрализована, — голос Лекса ровный, почти механический, но в его интонациях сквозят едва заметные ироничные нотки. — Энергетический фон Источника стабилизирован на девяносто девять и девять десятых процента. Целостность корпуса и систем Призмы восстановлена на восемьдесят семь. Оставшиеся сферы, — он кивает в сторону парящих светил, — покроют дефицит энергии в течение тридцати стандартных минут.

Тайрон же снова смотрит на меня. Даже сквозь ткань платья и слой теневого покрывала я чувствую тяжесть его сапфировых глаз. Командир не произносит ни слова, но его молчание замораживает сам воздух, кажется, сейчас все растения в оранжерее почернеют от его леденящего присутствия.

Зейн стоит чуть позади Тайрона, его массивная фигура заполняет проём. Его тёмные глаза хмуро скользят по нам троим.

Не дожидаясь приказа, Зейн отходит в сторону, прикрепляя молот на бедро, и поднимает руки.

Я почему-то засматриваюсь на это выверенное мощное движение. На то, как крупные красивые пальцы Зейна начинают плавно направлять парящие вита-сферы к ближайшим повреждённым панелям на стенах оранжереи и в открывающиеся в них ниши.

И при этом я в полной прострации. Моё тело тяжёлое, ватное, переполненное приятной истомой. Оно медленно приходит в себя, всё ещё пульсируя эхом от недавней сокрушительной разрядки, всё ещё чувствует на себе руки и губы Шэда и Лекса, их властные, умелые ласки.

Я прижимаюсь щекой к Шэду, прячу лицо у него на груди и успокаиваюсь, слушая ровный, уверенный стук его сердца. В его объятиях, укрытая его тенями, я чувствую себя... в безопасности. Защищённой.

И самое странное — я не чувствую ни стыда, ни раскаяния.

Та едкая, разъедающая горечь, что терзала меня после Артура, декана, всей этой земной несправедливости со мной, как и правды о приёмных родителях… всё это теперь воспринимается иначе. Словно всё это не со мной было. Будто давно просмотренный фильм.

Всё это ушло, утекло с потоками энергии в сферы, что сейчас сноровисто осваивает Зейн.

И я не жалею о том, что случилось с Шэдом и Лексом. То, что произошло, было... необходимо. Целебно. Пусть и неправильно с моей, земной точки зрения, и незаконно для их имперских кодексов.

Я и не буду жалеть об этом. Не буду. И стыдиться мне нечего уже. Мои стыд, боль, страх, сейчас стали чистой энергией, исчезают в недрах космического корабля. Они дадут нам шанс на выживание в недрах космоса.

Пусть Тайрон смотрит на меня своим ледяным взглядом. Пусть Зейн хмурится, посматривая.

Сквозь физическую опустошённость и эмоциональную прострацию во мне зреет новое, незнакомое чувство. Не вины, а... обретённой целостности. Странного, блаженного спокойствия, которое значительно прочнее искусственного умиротворения от голографического водопада.

Тишину разрывает тяжёлый, размеренный шаг. Я поднимаю голову и оглядываюсь.

Тайрон подошёл к нам и теперь пристально рассматривает меня на руках Шэда.

— Что вы сделали, понятно, — Тайрон мельком смотрит на сферы и переводит тяжёлый взгляд на Лекса. — Но я жду объяснений. Протокол запрещает длительный контакт с Источником. — Он делает паузу, и тяжело роняет: — Почему вы живы?

Его вопрос повисает в воздухе.

Лекс стоит прямо, его поза по-прежнему выражает холодную уверенность, но пальцы всё же сжимаются в кулаки.

— Протокол, — начинает он, и его голос приобретает лекторский оттенок, — основан на взаимодействии с пассивным Источником. Или сопротивляющимся. Принцесса… Её воля изменила параметры.

Лекс делает небольшую паузу, давая словам просочиться в сознание.

— Её высочество не позволила энергии причинить нам вред. Сознательно или нет, пока не ясно.

Взгляд Лекса на мгновение скользит ко мне, укутанной в теневых объятиях Шэда. В его глазах вместо научного интереса мелькает что-то личное, от чего мне становится теплее.

— Но факт остаётся фактом: её принятие нас… стабилизировало её и спасло корабль, — подытоживает Лекс.

Тайрон молчит, внешне спокоен и сосредоточен. Но я вижу, как напряжено его лицо.

Он медленно переводит взгляд с Лекса на меня, потом на Шэда, который лишь плотнее прижимает меня к себе, да и тени вокруг меня, вокруг нас, становятся гуще и непроницаемее.

А я… почему-то смотрю на Зейна. Хотя почему, почему-то? Потому что почувствовала его взгляд.

Зейн закончил направлять в стены сферы, которых больше не осталось, и теперь смотрит прямо на меня.

Его тёмные глаза пристальны и внимательны. Его взгляд простой, прямой, без осуждения или ещё чего-то подобного. Просто смотрит на меня, но от взгляда этого громилы у меня почему-то внизу живота тягуче сжимается.

Зейн подходит ближе.

— Моя принцесса, — его низкий, раскатистый голос звучит неожиданно тихо, но слышно, мне понятно каждое слово. — Как ты?

— Я вроде доложил, — дёргает щекой Лекс, — стабильность восстановлена на…

— Я слышал, — обрывает его слова Зейн, даже не потрудившись на Лекса посмотреть. — Я у моей принцессы спросил, — он подходит ещё ближе и спрашивает у меня: — Как ты себя чувствуешь, Эля? Как ты?

Этот простой вопрос, лишённый подтекста и скрытых смыслов, да ещё и с обращением по моему земному сокращённому имени… всё это задевает особые, тайные струны во мне.

Я медленно киваю Зейну, чувствуя, как губы сами складываются в слабую, но искреннюю улыбку.

— Спасибо, Зейн, — тихо отвечаю я. — Вроде в порядке.

Зейн внимательно изучает моё лицо. Затем его взгляд снова скользит по Лексу и Шэду, и в его глазах загорается тёмный, предупреждающий огонь.

— Если эти двое навредили тебе...

Зейн не заканчивает фразу, потому что реакция Шэда и Лекса мгновенна.

Шэд, до этого момента бывший неподвижной скалой, неуловимо меняет позу. Откуда-то я понимаю — боевая стойка, несмотря на то, что его руки всё ещё заняты тем, что держит меня. Тени вокруг нас, несмотря на всё освещение оранжереи, сгущаются, становятся почти осязаемыми.

Лекс, в свою очередь, делает быстрый шаг вперёд, заслоняя меня и Шэда своей спиной от Зейна.

— Принцесса в порядке, — голос Лекса звучит неожиданно резко. — Ей лучше, чем было. Благодаря нам с Шэдом.

Тайрон, наблюдавший за этой сценой, наконец, нарушает молчание. Его взгляд скользит по всем нам, оценивая новую расстановку сил.

— Хорошо, — наконец, будто тяжелейшее усилие делает, говорит Тайрон. — Ситуация понятна. Примем как данность. Разберёмся с деталями, когда будем в безопасности. Сейчас на это времени нет. Приоритет на общую безопасность. Факты таковы. Нас сбили с маршрута. Призма повреждена. Мы под угрозой новой атаки. Нужно найти безопасное место.

— Я анализирую наше местоположение, — голос Лекса звучит сухо, профессионально. — Судя по тому, куда нас выбросило…

Далее следует совершенно нераспознаваемая смесь названий, цифр, терминов, которые я воспринимаю белым шумом.

— Если мы воспользуемся… — ещё каскад терминов от Лекса, — то выйдем на границу владений семьи Зейна.

При этих словах выражение лица Зейна неуловимо меняется, но тут же снова становится спокойным. Я успела разглядеть едва распознаваемую смесь радости, печали, скрытой боли и ещё чего-то странного сложного, но слишком мимолётного и смутного.

Тайрон поворачивается к Зейну, его тон приобретает отрывистый, командный оттенок.

— Зейн. Свяжись со своими. Нам нужно убежище, пока не составим новый маршрут.

Зейн, слегка помрачнев, коротко кивает, бросает быстрый взгляд на меня и предупреждающий на Лекса с Шэдом, и молча выходит из оранжереи.

— Здесь закончили, — добавляет Тайрон, — все в боевую рубку. Шэд, отвечаешь за безопасность принцессы.