Глава 56

Снова обсуждаем будущее, периодически возвращаясь к прошлому и настоящему.

Ближе к полуночи мы уже спорим до хрипоты, давно откинув в сторону все ранги и титулы. Я то и дело перебиваю эрров Витара и Вайса, а пару раз осекла даже самого короля.

Мама пытается меня одёргивать, но у неё выходит откровенно плохо. Большую часть жизни я воспитывалась в другом обществе. Нет, не в том, где принято перебивать старших по возрасту и статусу. А в том, где принято отстаивать свою позицию, где свобода слова — не дерзость, а норма, и где каждый человек — личность, независимо от социального положения.

Когда мы снова заходим в тупик, я не выдерживаю и предлагаю:

— А давайте просто проголосуем.

В комнате повисает тишина. Все переводят на меня удивлённый взгляд.

— Что сделаем? — переспрашивает эрр Вайс.

— Проголосуем, — я пожимаю плечами. — То есть не будем давить авторитетом или решать по принципу «кто сильнее, тот и прав», а просто выберем решение, за которое выскажется большинство. Так постоянно делают в мире, где я жила.

Вижу по лицам, что сегодняшним днём правят удивление, изумление и шок.

— Так будет честно, — добавляю. — Кроме того, ответственность ляжет не на кого-то одного, а на всех сразу.

Некоторое время его величество молча рассматривает меня, задумчиво отбивая пальцами по столу одному ему известный ритм.

— Интересное предложение, — наконец говорит он. — И многое ли ещё было интересного в том мире?

В голосе короля слышится искреннее, почти мальчишеское любопытство.

— Сожалею, ваше величество, но я почти ничего не помню, — отвечаю честно. — Память о той планете с каждым днём всё больше угасает. Остаются только воспоминания, касаемые конкретно меня и моей жизни. Поэтому, если вы рассчитываете с моей помощью усовершенствовать или развить новые технологии или резко продвинуть науку, боюсь, в этом плане я бесполезна.

Лекариес кивает. Как мне кажется, с некоторым сожалением.

— Что ж, — говорит, — тогда продолжим. Первый вопрос, по которому нам предстоит проголосовать…

Он со смешком проговаривает последнее слово и кидает на меня ироничный взгляд, а я одобрительно подмигиваю.

Ещё через час мы, наконец, приходим к согласию по всем пунктам. Дальше дело за Советом. Именно там Лекариес официально представит нас миру как первых драков.

Версию о параллельном мире мы решили оставить при себе. Для остальных всё будет проще: пробуждение второй ипостаси стало возможным благодаря силе настоящей любви.

Эту версию мы приняли единогласно.

Нерешённым остаётся только одно — его величество хочет увидеть наших драконов.

Родители предлагают отложить это до утра, но Лекариес неожиданно реагирует совсем не по-королевски. В его взгляде проявляется то самое нетерпение, которое бывает у ребёнка, слишком долго ждавшего чуда.

— Почему не сейчас? — хмурится он.

— Ваше величество, — увещевает папа, — для смены ипостаси требуется много свободного пространства.

— И место, где Янмари и Рэйчера никто не увидит раньше времени, — добавляет мама.

Вижу как в глазах короля гаснут искорки, уступая место сдержанному разочарованию, и мне становится неловко. Так не хочется его расстраивать. Он действительно хороший адекватный правитель, и для него очень важно увидеть первых драков прямо сейчас.

Кладу руку на предплечье Рэя и шепчу на ухо, спрашивая его мнение.

Мой мудрый драк задумчиво прищуривается, а потом кивает.

— Там поместится целое стадо драконов, — улыбается, а потом говорит чуть громче: — Ваше величество, мы с невестой непротив поразмять крылья. Поэтому, если вы позволите нам немного пошалить, мы бы попросили отвести нас в главную бальную залу.

Я тихо смеюсь.

Пошалить, говоришь? Это мы умеем, это мы запросто.

Король на глазах веселеет, вызывает секретаря, и мы нервной и перевозбуждённой процессией во главе с королём идём куда-то по пустым коридорам.

Усталости как ни бывало. Нам поверили! Кроме того, не считая Эдварда, драков ещё никто не видел, и глаза всех наших провожатых предвкушающе светятся.

Представляю, как будет горд эрр Витар, когда увидит дракона своего сына.

— Мы пришли, — сообщает секретарь и открывает дверь.

Сегодня очень-очень длинный день удивлений и изумлений. И если остальные удивляются новостям мирового масштаба, то мне достаточно обычных бытовых впечатлений, потому что главная зала поражает своими размерами.

Да… Здесь действительно поместится целое стадо драконов. Очень аккуратных и воспитанных драконов. Потому что портить эту невероятную красоту не хочется.

Секретарь зажигает маг-светильники, и бальная зала преображается.

Высота потолков такая, что приходится задирать голову, чтобы рассмотреть украшенную позолотой лепнину на потолке. Стены сплошь состоят из зеркал, в которых множество раз отражаются огоньки светильников. Паркет с замысловатым узором отполирован до блеска. Вдоль одной из стен расставлены диванчики, между которыми стоят небольшие столики.

Никогда не видела подобного.

— Это же просто сказка, — выдыхаю невольно.

— Рад, что вам понравилось, эрри, — смеётся Лекариес. — Надеюсь, теперь вы порадуете меня.

— Ой, а мы не испортим паркет? — спрашиваю с беспокойством.

— Поверьте, за паркет я переживаю меньше всего.

Его величество просит секретаря остаться снаружи и никого не впускать.

Подмигиваю родителям, чинно (а на самом деле немного по-хулигански) склоняю голову перед остальными и беру Рэя за руку, переплетая пальцы.

— Полетаем, мой любимый драк? — спрашиваю шутливо, чувствуя первые шевеления магии.

— С тобой, светлейшая невеста, я готов разделить не только небо, но и эту залу, — подхватывает Рэй, широко улыбаясь.

Доходим до центра и останавливаемся.

Рэй кладёт руку мне на талию.

— Что ты делаешь?

— Хочу с тобой потанцевать, — шепчет он и делает несколько круговых танцевальных движений.

Тихонько взвизгиваю и смеюсь.

— Я не умею танцевать! Ты же знаешь.

— Но я же рядом, — он снова кружит меня и мурлычет на ухо красивую мелодию. — Представь, что это твой первый бал, на котором тебя представили королю, потом мы танцевали всю ночь напролёт… А под утро я сказал, что больше никогда тебя не отпущу.

— А я тебя…

Не сводя взгляда друг с друга, останавливаемся, отпускаем руки и делаем несколько шагов назад.

Нам нужно пространство.

Магия игриво щекочет кожу, разливается кипучими ручейками, вспыхивает яркими искорками.

Мир начинает меняться, становясь меньше.

Но я смотрю только на него — моего чёрного дракона.

На его огромные, приподнимающиеся и распахивающиеся крылья, мощную широкую грудь, длинную, красиво изогнутую шею, острые, напоминающие корону рога, и чёрные как ночь глаза.

От дальней стены несётся общий восхищённый вздох.

«Ты невероятен, мой драк», — выдыхаю, выпуская клубы дыма.

«Ты прекрасна, моя Нежа»

Короткий шаг навстречу.

Мы встречаемся, изгибая шеи и соприкасаясь лбами. Закрываем глаза.

«Я люблю тебя»

«А я тебя»

— Какие они прекрасные, — слышу тихие всхлипы мамы. — Эмин, Арэт, вы только посмотрите на наших детей…

— Потрясающе… — а это уже король. — Это действительно правда. Драки возрождаются…

— Вы нам не верили, ваше величество?

— Рена́лд, ты же знаешь, что тебе я иногда верю больше, чем себе. Но одно дело услышать, а совсем другое — увидеть. Но больше всего меня поражает другое…

— Что, ваше величество?

— В одном древнем манускрипте я как-то прочитал: настоящая любовь не знает расстояний, она живёт в сердце, даже если тела разделены³.

— Мой сын был одним из немногих, кто никогда не верил в смерть Янмари, — тяжело вздыхает эрр Витар, — и мне невероятно стыдно, что я пытался его переубедить. Их любовь я чувствую даже отсюда.

— Не стоит себя винить, мой друг, — грустно усмехается эрр Вайс, — эта история настолько же невероятна, насколько и реальна. Ты допустил ошибку, но слава высшему, она была исправлена. Я не допущу подобной в отношении своей дочери.

«Ты их слышишь?»

«Каждое слово»

«Кажется, мы окончательно сломали отца Мэл»

«Светлейшая, как ты можешь так высказываться о само́м начальнике главного полицейского управления?»

Фыркаю, окутывая наши морды клубами белого дыма.

«Как думаешь, с них достаточно? Или полетаем?»

«Давай не будем их пугать. Пойдём лучше поздороваемся»

«А так мы их не напугаем?»

«Так вот какого ты мнения о магах?» — качает головой мой драк.

Смеюсь, но быстро захлопываю рот, ибо… Ну, вы помните.

Идём к родным и друзьям.

Мама действительно плачет.

Обвиваю её шеей и вибрирую. Могла бы помурлыкать, но я же не кошка. Поэтому делаю, что умею.

— Девочка моя, — шепчет мама между всхлипываниями, — какая же ты…

— Мари, крошка, — вторит ей папа, — я так тобой горжусь.

«И я вами»

Рэйчер склонился к отцу, прижимается к его лбу своим, как до этого стояли мы.

Эдвард улыбается. Он всё это уже проходил.

И тут случается абсолютно невероятная вещь.

Его величество король Аяртиса Лекариес II делает шаг назад.

— С возвращением, — он по-военному щёлкает каблуками и склоняет голову.

Последние сомнения отпадают. Мы получили своего главного союзника.

Возвращаемся в центр зала и меняем ипостась.

Родные во главе с королём уже без стеснения бегут к нам, обнимают и поздравляют.

— Ваше величество, — спрашиваю, когда мы неспешно выходим из зала. Время очень позднее, самые яркие эмоции схлынули, и теперь усталость чувствуется особенно остро, — вы же очень сильный маг, почему на вас так мало артефактов?

Король ненадолго задумывается.

— Я у себя дома. Дворец хорошо охраняется, бояться здесь нечего, а для выполнения бытовых вопросов вполне хватает слуг. Но на официальные выезды или приёмы я, конечно, надеваю определённые артефакты. А вы, я так понял, во второй ипостаси видели мой резерв. Или вам кто-то рассказал?

— Видела. Он у вас изначально высокий — процентов шестьдесят пять. Плюс хорошо раскачан. Ещё процентов на тридцать.

— На тридцать один. В Академии я был лучшим на курсе.

— Не сомневаюсь, ваше величество. Монарх должен быть лучшим во всём и подавать пример подданным.

Останавливаемся.

— Завтра же соберу Совет, — говорит Лекариес, пожимая мужчинам руки и устало, но искренне улыбаясь, — на котором я озвучу новую информацию. После этого можно будет нести новость в массы.

Не слушая возражений, он выделил нам собственную карету и нескольких маг-гвардейцев, заявив, что такую драгоценность, как мы с Рэем, следует беречь пуще глаза.

Не стали с ним спорить — он король, ему виднее.

— Ваше величество, — говорит секретарь, когда мы уже уходим, — эрр Бранс вернулся и ожидает вас в кабинете.

— Иду, — устало отвечает мужчина и коротко кивает нам, прощаясь.

— Рабочий день монарха ненормирован, — с искренним сочувствием говорит мама, а я, несмотря на усталость, едва не отправляюсь вслед за королём — мне никак не даёт покоя смутно знакомая улыбка первого советника.

Где я могла её видеть?..

____

³ из кельтских преданий