Глава 18

По пути я подхватила с полок несколько учебников, стараясь не подпрыгивать от радости. Надо же, а я ведь Аленсу настраивала, чтобы не бросалась демону на шею – теперь самой бы удержаться! Открыла страницу в начале книги и уже привычно разобрала формулу на составляющие, благо с тройняшками мы хорошо в этом деле натренировались, и мне теперь лишь изредка приходилось заглядывать в справочники. Моя соседка, все такая же заторможенная и с застывшей улыбкой на лице, села напротив Ремера. Я и ей показывала формулу, когда объясняла. А потом закончила с придыханием:

– Вот этот символ означает, что его может заговорить маг любой силы, за исключением стихии воды. Кьяр, получается, если я раздобуду липу, а ты древесину заговоришь по этой схеме, то мы создадим артефакт защиты от ядов?!

– Получается так, солнце. Но только от ядов, причем только от самых слабых. К тому же тебя все еще могут зарезать, придушить, огреть и залепить пощечину, – бесстрастно напомнил он о последнем инциденте.

– Подожди ты! – я задыхалась от прилива азарта. – Так я сейчас и добуду нужный материал! Мы с одногруппниками уже выяснили, где располагается мастерская. Знаю, что обычно артефактам придают какую-то форму, но это скорее из эстетических соображений! И чтобы разные заговоренные вещицы между собой не путать. А для эксперимента… Кьяр, я метнусь туда и обратно! Ты точно подождешь?

Он подпер рукой щеку, с ленивой улыбкой наблюдая за моим лицом, затем протянул:

– Точно не подожду. Сиди на месте. Кстати говоря, тебя действительно на отборе пытались отравить? В этом случае такая штуковина в кармане на самом деле может пригодиться.

– Пытались, наверное, – неопределенно сказала я. – И она мне очень-очень нужна! Так я быстренько до мастерской…

– Сиди, – повторил он. – А разве тебе неинтересно для начала выяснить, кто покушался на твою жизнь?

– Интересно! Но не знаю, с чего начать расследование, – буркнула я, недовольная, что он всякий раз уходит от главной темы. – Если у тебя есть подозреваемые – говори.

– Есть. Но тебе моя версия не понравится, – удивил он, однако сразу же возвратил мой интерес куда следует: – Итак, к артефактам. Серебро вроде бы увеличивает их силу, нет?

– Да-да! Сейчас найду формулу! – затараторила я. – Вот она – тут уже другое заклинание. Выходит, если заговоренную липу соединить с заговоренным серебром, то защита усилится? Тогда сработает и на смертельных ядах?

– Теоретически. Откуда мне знать? Я в этом не разбираюсь. Похоже, даже твоя соседка в этом не разбирается, хотя вы учитесь на одном факультете.

И хоть он на Аленсу так и не посмотрел, она побелела от волнения и подтянулась. Зато заговорила тихо, но внятно:

– Что вы, куратор Ремер! Я просто не желала вмешиваться в ваш разговор. И сейчас подумала, что у меня как раз имеется одна дешевая серебряная цепочка, которую вполне можно использовать для опытов. Мне тоже крайне интересны артефакты… если они хоть немного интересны вам, милорд.

И он наконец-то уделил ей внимание. Перевел взгляд на девушку, долго рассматривал – и по выражению его лица вообще невозможно было определить, о чем он думает. А затем выдал:

– Красивое платье. Интересная форма носа. Запоминающаяся. Забыл, как тебя звать, девка?

Комплименты были спорными – и от любого другого они прозвучали бы оскорблениями. Но из уст Кьяра Ремера это была настоящая похвала, даже мне понятно. Аленса же на секунду распахнула глаза, взволнованно вскочила на ноги, присела и представилась:

– Аленса, баронесса Зейман, к услугам его светлости куратора Ремера!

Он указал на нее пальцем и зачем-то упрекнул меня:

– Видишь, как правильно ко мне обращаться? А почему ты фамильярничаешь, солнце? Все думаю, чем же ты меня так раздражаешь. Может, этим?

– Да как-то так сложилось, – пожала плечами я. – И вряд ли только этим. Разве ты хоть раз поправлял? А Аленсе можно звать тебя по имени?

– Почему нет? Плевать, как меня зовут – я все равно прихожу туда, куда сам хочу. – Демон вновь посмотрел на мою соседку и разрешил: – Можешь звать меня Кьяром, девка.

Аленса поблагодарила и села обратно за стол, изображая огромный интерес к формулам. А мне обязательно нужно было уговорить Ремера дойти до практики:

– Знаю, что ты не оказываешь услуги просто так, но ведь сам предложил! Кьяр, послушай, вдруг меня снова попытаются отравить? И ты знаешь мое финансовое положение! Если бы я только научилась создавать простейшие артефакты, то смогла бы их продавать в городе! У моих друзей отец торговлей занимается, то есть точка сбыта уже организована, товара только нет. Тебе, разумеется, часть выручки, если будешь заговаривать каждую партию!

– Я похож на того, кому нужны твои гроши? – Он широко улыбнулся. – С каждым днем ты наглеешь все сильнее. На один опыт я пойду ради интереса, остальное – уже не мое дело. Да и способов заработать тебе хватит без этих глупостей.

Я скептически скривилась:

– Это каких же? Только о своем предложении не вспоминай – я не передумала.

Кьяр откинулся на спинку стула, сложил руки на груди и будто задумался.

– Как ты уже узнала, у меня в замке Абель были свои шпионы. И потому я в курсе, что победила ты именно за счет своих странных танцев. В столице полно любителей странных танцев – это я тебе как знакомый всех местных извращенцев говорю. Закрытые заведения, богатые клиенты, высокие доходы. И никакой липы с серебром не понадобится.

Я и сама думала о похожем варианте, но теперь сильно сомневалась:

– А твои клиенты руки распускать не начнут?

– Не начнут, если договор с хозяином заведения будет именно таким, – заверил Ремер. – Тогда просто зарабатывать будешь меньше, но доход определенно весомее, чем за бесполезные безделушки.

Я захлопала глазами, соображая, можно ли демону поверить на слово. Но Аленса уже в достаточной степени адаптировалась и потому предупредительно зашептала:

– Благородная Элея, если кто узнает, то твоей репутации конец! Если ты остро нуждаешься в деньгах, то могу снабдить тебя некоторой суммой, но ни в коем случае не опускайся до таких низин!

Я благодарно улыбнулась ей в ответ, но принять помощь не могла. Двух тысяч золотых у нее точно не найдется, да и некрасиво садиться на шею соседки, если не придумаю способ вернуть ей кредит. Тем не менее тему я закрыла:

– Ладно, сейчас не об этом. Так когда мы сможем провести первый эксперимент, Кьяр?

Он решил больше не тянуть меня за нервы:

– Хорошо, попытаемся сейчас, раз вы такие любопытные студентки. Я, в конце концов, куратор этой безумной конторки, могу для разнообразия иногда и помочь в учебе. Солнце, беги в мастерскую, на всякий случай возьми разные образцы древесины. Девка, – он покосился на Аленсу, – тащи металлы – какие у себя найдешь и не жалко их будет спустить на такую ерунду, как артефакты. А я в закрытый архив. Скорее всего, там найдутся издания поинтереснее. Встречаемся здесь же. Библиотекарей я уже выдрессировал – лишнего интереса не будет.

– Спасибо, спасибо! – Я тотчас сорвалась с места.

Аленса меня догнала. Я ненадолго притормозила, чтобы оценить выражение ее лица – все-таки у девушки сегодня сбылась первая мечта! Однако она отчего-то хмурилась:

– Элея, почему ты «солнце», а я «девка»?

– Демонскую логику умом не понять! – пояснила я. – Но допускаю, что он со временем переключается. Вначале я тоже «девкой» была, потом добилась повышения.

– А-а-а… – Она облегченно выдохнула и понеслась в сторону нашего общежития.

Аленса будет очень стараться и вряд ли пожалеет что-то из своих запасов. Она отнюдь не глупа и уже сообразила, что сейчас ей нужно использовать любой повод для начала общения с Кьяром. Артефакты так артефакты! Не худшая тема для студентов нашего факультета.

А вот я со своего пути свернула. Не выдержала и залетела прямо на лекцию.

– Доброе утро, профессор Вальд! – поздоровалась вежливо.

Старик вздрогнул и очень изумился:

– Студентка Феррино? А ты что тут забы… То есть почему опаздываешь?!

Я мгновенно придумала оправдание – ему же и не нужно настоящее:

– Живот прихватило, простите за пропуски! Но у Тобби, Бобби и Хельмансона тоже скоро живот прихватит. Можно ли и их отпустить, чтобы не случилось конфуза?

Профессор безразлично отмахнулся и опять уткнулся в свои книги. Остальные студенты по привычке занимались своими делами и зевали, для них мое появление стало единственным значимым событием за весь учебный день. Мирта вообще громко сопела, уложив голову на парту. Устает, конечно, потому что много работает – и пока не видится ни одной возможности, чтобы у нее эту работу отобрать.

Рыжим братьям я все объяснила уже по пути в мастерскую. И их восторг был не меньше моего:

– Заговорит?! Чистокровный демон заговорит нам артефакт?! Боги, какая удача! Но, Элея, тогда мы поступаем неправильно – надо было для начала лучше подготовиться, создать идеальный носитель. Ведь вряд ли куратор Ремер еще раз на такое согласится…

– Нет, ребята, мы попытаемся сегодня, – решительно заявила я. – Нам с вами нужен первый результат! Пусть он даже будет ничтожным, но тогда появится основа для дальнейших исследований! Если удастся, то мы сможем уже нанимать студентов-уникалов, ставя перед ними конкретные задачи.

– Действительно, – согласился Хельмансон. – Папа будет очень рад, если мы добьемся такого прорыва уже на первом курсе!

Тобби подхватил за братом:

– Не знаю, как ты его уговорила, но мы не забудем, что ты не оставила нас в стороне!

– Конечно, не забудете, – хмыкнула я. – Потому и составим договор о полноправном партнерстве. Я в торговле ни шиша не смыслю, да и деньги пока вкладывать только вам – материалы для артефактов не всегда дешевы. А редкие элементы только ваш отец и сможет достать. С меня пока можно взять только гениальные идеи.

– Справедливо, – высказался за всех Бобби.

Была и другая причина моей зависимости от парней, которую я вслух не озвучила. Я в этом мире чужая, многих вещей банально не знаю. Без помощи извне я совершу куда больше ошибок. Да и одна голова хорошо, а четыре лучше. Пять, если считать Аленсу. М-да, а я точно не погорячилась, когда задумала бизнес с таким многочисленным количеством участников? Если за артефакт получают гроши, то каждый грош мы будем делить на пять частей? И все равно ничего разумнее в данный момент я сделать не могла.

В мастерской нам не особенно обрадовались – выдавать болванки для артефактов они обязаны только старшекурсникам и по личному распоряжению преподавателей. Но щепки собрать все же разрешили и даже подсказали, где какая древесина.

Мы сразу же побежали в читальный зал библиотеки. Там Кьяр уже листал здоровенную книгу, Аленса рассматривала его профиль влюбленными глазами, на что демон будто не обращал никакого внимания. Не удивлюсь, если без моей компании они и парой фраз не перекинулись. Зато теперь очаровательный блондин вновь ощутил меня с расстояния, обернулся и ухмыльнулся:

– Вот так и отпускай тебя, солнце. Ушла одна, вернулась с толпой мужиков. Я начинаю понимать беднягу Абеля, который локти себе кусает от твоей распущенности.

Вернула ему ухмылку и уселась на соседний стул. Ребята придвинули другие и заново начали разбирать ту же формулу. Но через несколько минут Кьяр захлопнул свою книгу и недовольно резюмировал:

– Какая-то запутанная наука, лень разбираться. Нашел, как соединить разные материалы в один артефакт, этого нам хватит.

Я заглянула ему в глаза жалобным щеночком и очень-очень вкрадчиво проскулила:

– Это учебник из архива? Кьяр, а может, ты его нам оставишь почитать – мы сами в этой мудреной науке разберемся.

Но он удивил однозначным отказом:

– Нет. Тут много смертельно опасных вещей, которые первокурсникам даже показывать нельзя. Если вы случайно укокошите себя или еще кого-нибудь, то могут и меня в соучастии обвинить, ведь эту книгу выдали под расписку. А я все-таки куратор, мне нельзя так нелепо попадаться.

Мы обреченно покивали, ведь хорошо понимали, что не можем от него требовать еще и такого риска. И без того он ведет нас к долгожданному прорыву!

В итоге пришлось остановиться на первоначальной задумке – артефакте от ядов. Выбрали щепку побольше – Кьяр ее заговорил, тщательно сверяясь с формулой. Затем то же проделал с кусочком серебряной цепочки. И сам же неведомой магией, найденной уже в архивном учебнике, соединил их – металл будто вплавился в древесину намертво, концы остались нелепо висеть по сторонам.

– Ну и уродство, – сделал вывод демон. – Осталось проверить его эффективность.

Странное дело, но мы об этом почему-то заранее не подумали – просто искали нечто самое простое в исполнении. А как проверить защиту от ядов? И снова пришлось мне принимать за всех решение:

– Кто-нибудь может добыть слабую отраву?

– А кто станет жертвой? – заинтересовался Кьяр. – Предлагаю Инэтту. Я недостаточно удовлетворен ее наказанием.

– О! – ожил Хельмансон. – Вы случайно не про ту Инэтту, о которой сегодня вся академия шумит? Я и имени ее раньше не знал, но про ягодички уже десяток раз услышал!

Мы с Кьяром смотрели друг другу в глаза, не собираясь отвечать на этот вопрос. То, что он на подобное пойдет, сомнений не вызывало, но я не убийца. Да ведь он недавно заверял, что Инэтта на самом деле не причинила бы мне зла – собиралась только припугнуть. За пощечину к смертной казни никого не приговаривают…

– На себе проверю, – наконец-то произнесла я, хотя в горле что-то давило. – Нужен просто какой-то чрезвычайно слабый яд, который не убивает сразу. В крайнем случае успею добежать до лекаря, если артефакт не сработает. Или даже сначала пойду к лекарю и выпью яд под его дверью.

– Солнце, меня забавляет твой азарт, но любой яд – это, в первую очередь, яд. Вероятность смерти есть всегда. С другой стороны, если ты прошла отбор у Абеля, то совсем слабые составы все-таки легко переносишь. С третьей стороны, мы понятия не имеем, какие именно составы вам там давали – и теоретически можем сильно промахнуться.

Я с трудом оторвала взгляд от завораживающего олова его глаз и уставилась на свои руки. Да нет, настоящая Элея тот тур как раз и не пережила: то ли у нее вообще не было никакого иммунитета, то ли ей действительно в чашу подлили какую-то запрещенку. Сейчас это уже не проверишь.

Кьяр наступил пальцем на изуродованную нами щепку и проговорил:

– Предлагаю другой вариант. Просто постоянно носи его в кармане. При твоем характере тебя обязательно попытаются отравить снова – вот и узнаешь по факту. Тогда хотя бы не ты сама подвергнешь себя риску, что звучит разумнее.

Я вновь покосилась на его лицо и очень удивилась. Неужели он всерьез забеспокоился за меня? А если так, то почему бы не попытаться попросить еще о помощи?

– Кьяр, но мы сегодня остались без ответа! Поможешь потом заговорить какой-нибудь более сложный артефакт? Мы сами все подготовим, от тебя потребуется только минута времени.

Вероятно, я сильно просчиталась, поскольку он рывком встал и отрезал:

– Нет. Мой план по возне с молокососами выполнен на месяц вперед.

– Что ж, и на том спасибо, – проговорила я ему уже в спину.

На самом деле мы с ребятами все равно нашли чему порадоваться – в конце концов, мы и не рассчитывали так скоро попрактиковаться! Накидали примерный план, как будем добывать материалы и что испытаем в следующий раз. А Аленса вечером доставала меня просьбами объяснить формулы – разумеется, я ей отвечала, ведь пока у нее с предметом обожания больше нет ни одной точки соприкосновения. Да и цепочку она пожертвовала, от которой Кьяр откромсал кусок, – можно сказать, щедро оплатила мою лекцию, пусть даже для нее совсем неинтересную.