Глава 17
Джошуа Ру замер за пузатым стволом магдрева.
Он не первый раз наблюдал за Рианой во время Ритуала, но никогда ещё она не была так невыносимо, так до боли притягательна… Наставник сам не заметил, как его девочка, его любимая ученица выросла…
И дело даже не в оформившейся аппетитной фигурке, просто сегодня что-то новое появилось в лице Рианы, в её взгляде — истинном взгляде феникса, что устремлён в глубину мира, видит суть вещей…
Добавить к этому искусанные губы, смятение на обычно бесстрастном лице… Джошуа было несложно сложить два и два.
Влюбилась….
Нет! Проклятье! Светлый Иллагхай! Не влюбилась!
Это просто реакция феникса на Печать!
Днём Джошуа видел, что Риана прибыла в связке с драконом вместо мага-перевёртыша.
И только Печать Силы могла так преобразить его ученицу в считанные месяцы…
Да будут прокляты все эти поганые ящеры!
Феникс никогда не посмотрит так на человека! Будь он хоть трижды магом и трижды Наставником! Никогда ему не поймать на себе такой взгляд… каким Риана сегодня смотрела на наследника драконьей империи…
Джошуа вздрогнул: показалось, что феникс смотрит прямо ему в глаза. Но спустя несколько секунд стало понятно, что драконоборец ошибся. Погружённая в глубокий транс Риана смотрела сквозь. И, конечно, не видела притаившегося за деревом человека.
Трепетная, обнажённая, неправдоподобно красивая… такая близкая — их разделяет всего-то какой-то десяток шагов — и при этом бесконечно далёкая…
Какое-то время Риана смотрела невидящим взглядом перед собой, затем веки её плавно опустились и в тот же миг за изящной девичьей спиной взметнулись огненные крылья!
Феникс поднялся над землёй, и, сложив ноги перед собой, будто уселся на невидимые подушки, парящие в воздухе, запел.
Песня феникса разлилась в воздухе, ударилась о землю, её огненные брызги взметнулись к самым небесам!
Никогда ещё Риана не Пела так громко, так выразительно, никогда ещё голос её не проникал в самые потаённые уголки души, не будил давно и надёжно подавленные светлые порывы…
Джошуа Ру оторопело мотал головой, покачивался, обхватив руками ствол дерева и вместе с тем не мог оторвать глаз от обнажённой крылатой фигурки, которая так поёт, словно зовёт кого-то…
Обычно вмешательство в разум Рианы удавалось Наставнику легче.
А сейчас Джошуа взмок, семь раз вытер пот со лба, давно откинул капюшон, чувствуя, как ночная свежесть холодит покрытый испариной лоб.
Она была настолько целостна и непробиваема в этой Песне, что Джошуа уже отчаялся пробиться в её подсознание, внушить нужные действия, вызвать нужные эмоции… Лишь мысль, что в случае, если феникс выйдет из-под контроля и об этом узнает Братство. (и Глава и не замедлит прибегнуть к крайним мерам воздействия), не позволила драконоборцу опустить руки.
Его воля билась мухой об искрящее янтарём сознание феникса. Долго, монотонно. Выматывающе. Но вот, наконец, по невидимой преграде поползли трещины и воля Джошуа провалилась в разум Рианы.
Раньше драконоборец легко улавливал мысли и переживания ученицы, но не сегодня.
Наставник и представить не мог, что его ученица так скоро войдёт в силу… Несмотря на то, что Джошуа с лёгкостью проделывал это раньше, сейчас ему было нестерпимо жарко и как-то тревожно. Словно угодил в живое жерло вулкана, и огненная лава закипает от гнева, силится вытолкнуть из себя чужеродный объект.
Предстояло действовать, пока не выбросило окончательно.
— Энар О'Конор, — горько проговорил драконоборец. — Энар О'Конор! Ты хочешь его Риана! Хочешь, будь ты проклята, до безумия! Чем быстрее ты переспишь с ним, тем быстрее закончится эта пытка, что сводит тебя с ума. Ты отдашься ему, отдашься дракону… И увидишь Печать Хранителя, девочка.
Сознание Рианы сопротивлялось внушению Джошуа изо всех сил.
На какое то время драконоборец ощутил уколы совести: ведь это он внушил своей ученице такую истовую ненависть к драконам. Это он приложил неимоверные усилия, чтобы Риана испытывала к ящерам отвращение… Но он всего лишь хотел, чтобы оказавшись в Драакх, феникс не стал бы драконьей игрушкой — одной на всех. Пусть Братство было не против, он, Джошуа Ру, был против!!!
Риана не должна делать ничего сверх того, что необходимо! Особенно, если это что-то — разделить страсть с драконом!
С Хранителем Печати — ещё понятно. Без должной степени близости к Печати попросту не подобраться… но только не с кем-то ещё. Он, Джошуа, старый суровый Брат, воин света, воин-освободитель, Драконоборец… не допустит этого!
Его девочка слишком чиста и невинна для этих грязных игр.
Но если уж он впутал её во всё это (в этот момент Джошуа не думал, что вообще-то виной здесь Братство, а он, Джошуа Ру лишь крохотный винтик, незаметный, и, конечно, легко заменимый, нет… рядом с Рианой Джошуа всегда ощущал себя особенным), он приложит все усилия, чтобы она не запачкалась… больше необходимого.
Наконец, сознание Рианы перестало сопротивляться, противиться его воле.
При очередном упоминании имени Энара О'Конора она не морщилась больше, не вздрагивала испуганно. Огненное пространство её разума и эмоций завибрировало на нужной частоте, принялось полыхать, искрить, наливаться жидким огнём.
Находясь непрошенным гостем в сознании Рианы, ощущая её эмоции, её порывы, Джошуа Ру ощутил степень её возбуждения, желания, направленного на дракона и горько застонал.
Она и сама хотела этого чешуйчатого сосунка. Истово. Лихорадочно.
Он практически ничего не сделал.
Просто подтолкнул.
Рано или поздно это бы случилось.
Дракон и феникс…
Их связи тысячи лет…
И вдруг всё существо Джошуа Ру восстало против подобной несправедливости!
Разве оценит этот чешуйчатый сопляк драгоценный дар, падающий прямо в его жадные безобразные лапы?! Разве разглядит за этой редкой безупречной красотой трепетное, бьющееся огненное сердце?!
Его девочка, его малышка с огненными крыльями, смелая, умная, порывистая, такая открытая, такая совершенная… неужели самый драгоценный дар, что может дать женщина мужчине — свою невинность, своё доверие… неужели он достанется дракону?!
Грубому, грязному чудовищу, не знающему пощады и жалости… Тому, чьи предки однажды чуть было не погубили землю!
Поганому ящеру, которому не место в новом мире!!!
Который всё равно уже почти что мертвец!!!
Разве не будет высшей степенью справедливости, что цветок невинности юного феникса сорвёт он, Джошуа Ру? Тот, кто вырастил малышку, кто посвятил ей жизнь?
А потом, так и быть, пусть достанется дракону, очень ненадолго…
Но первый, самый первый раз, самый главный, самый значимый… Он по праву принадлежит ему!
Но как ни старался Джошуа Ру внушить Риане страсть к самому себе, тщетно.
Сознание феникса даже не сопротивлялось… просто не реагировало.
Ладно, раз так… Он овладеет ей, пока она в глубоком трансе. Она и не поймёт ничего, пока не очнётся, да и потом… Он будет осторожен, и Риана спишет непривычные ощущения в теле на последствия Ритуала Крови…
Он уже вышел из-за дерева, приблизился к парящей в воздухе обнажённой фигурке протянул руку, готовый коснуться гладкого смуглого бедра…
Как вдруг измождённое, невзрачное лицо драконоборца буквально перекосило, как если бы у него заболел зуб. Джошуа Ру ощутил возмущение магического фона. Перевес в древесной силе…
Дриады! Неугомонный лесной народец, чтоб их всех лисы передушили!
Они близко. Вот-вот окружат поляну плотным кольцом.
Феникса, понятно, они не тронут. Тем более, что Риана заведомо умаслила их — без подношений его ученица в Громкий лес не входит. Да и его бы не тронули, если бы не клятая Изобильная Ночь!
В эту ночь вход в лес закрыт для смертных.
А у него есть очень веские причины не привлекать к себе внимания дриад и уж тем более не встречаться с ними лицом к лицу. В то, что дриады выслеживали его, Джошуа Ру не верил. Он был очень и очень осторожен… Наверняка, их привлёк сюда запах Ритуала, что совершает Риана. Они посмотрят на живого феникса в истинной ипостаси и уйдут.
Но все же ему они карты спутали, чтоб им всем гореть заживо!
Впрочем… Разве не успел он сделать, что хотел? А именно — внушить Риане мысль, что она должна как можно быстрее переспать с драконом? Успел…
Жаль, конечно, что не успел стать у своей девочки первым.
Но у них будет ещё время для этого. Много времени.
В новом мире.
Светлом, добром мире.
Мире без драконов.
Активировав браслет на правом запястье, Джошуа Ру перенёсся к своему телепорту в магдреве, откуда, в свою очередь, направился домой, в Лисий лес.