Глава 51

Мысли о краже Печати не просто преследовали. Они роились вокруг и внутри головы, жужжали надоедливыми, назойливыми пчёлами. Они жалили, не давали сосредоточиться, сконцентрироваться. И отвлечься тоже не давали.

Риана сидела, как на дрожжах, дожидаясь, пока стемнеет. И если бы не сообщение на планограф от Энара и об ужине бы забыла.

Целую тебя во все сладкие места, моя девочка, — гласило следующее сообщение от дракона. — Спи спокойно, и, если будешь умницей, я приду к тебе во сне и трахну тебя.

У Рианы вырвался нервный смех.

— Дурак!

Ну вот… какой он всё-таки!

Так, с пылающими щеками и губами, она и выскользнула из комнаты, чтобы завершить, наконец, начатое: добраться до Сонной рощи и связаться с Тианой…

Чтобы спустя два часа вернуться обратно. Злая, как тысяча голодных демонов!

Сонная роща была прямо-таки наводнена шпионами и "ловушками". Кто-то, менее осторожный, может, и не заметил бы, и наверняка, угодил бы… Что глупо. Объясняй потом, почему оставила браслет-амулет в комнате, что делала ночью в лесу…

Горячий, обжигающий душ позволил немного расслабиться, привести в порядок мысли и чувства. Она попробует завтра. И послезавтра. Она упорная…

А сейчас, раз уж ничего поделать нельзя, нужно лечь и выспаться. И, может быть даже, "если она, разумеется, будет умницей", ей приснится Энар…

Но если не приснится — пусть пинает на себя! Она его завтра на индивидуальной тренировке… изнасилует! Потому что во-первых, каждая ночь без него — мучение. А во-вторых… кто сказал, что исключительно драконы должны охотится на невинных (и не очень) дев и не могут сами быть объектами домогательств? Ещё как могут.

Завернувшись в полотенце, Риана нагнулась и подняла с пола грязную тренировочную форму. Так спешила, когда принеслась в общежитие со спарринга, что не забросила грязные вещи в сан-отсек. И если б не вспомнила сейчас, пришлось бы стирать завтра, перед занятиями, а потом подвергать форму экстренной сушке. Что точно не на пользу пропитанной магическим раствором ткани, изнашивается быстрее…

Нет уж, Риана, будь добра перед тем, как лечь спать, приведи здесь всё в порядок. Благо с этими встроенными заклинаниями это несложно.

Нижняя рубашка, бельё, чулки, брюки… а это что? Из-за лацкана мундира выпало что-то блестящее. Чешуйка? Похоже на кусочек коры магдрева… или… чешую дракона?!

Стоило сжать чешуйку в кулаке, как Риану повело в сторону.

Затем над ухом раздались голоса.

— Ты точно передал?

— Да, любимая, никто не заметил.

— Ну почему же она не выходит на связь?.. Я так волнуюсь, Гэл… Как она?

— Она здорова, счастлива, в меру весела.

— В меру?

— Любовь моя, сестра обязательно свяжется с тобой. Теперь-то уж точно. А что до того, что не спешит… Видела бы ты младшего Конора! Нет, всё-таки хорошо, что не удалось провести тебя в Драакх, я бы того и гляди, приревновал бы.

— Гэл! Ты можешь быть серьёзным?!

— Я сама серьёзность, детка. Там, правда, такой красавчик. И в Риану влюблён так, что прямо искры летят…

— Правда?

Из комнаты раздался стук, как будто что-то упало. Наверное, Пушистик резвится, радуется, что она так быстро вернулась из Сонной рощи. Но голоса стихли. Риана толком не успела обдумать услышанное, вникнуть.

Она попробует ещё раз, только ляжет в постель…

Но стоило ей выйти в комнату, стало понятно: не сегодня. Не этой ночью.

У стола стоял Энар и задумчиво крутил в руках ту самую шкатулку, что она привезла с собой из Лисьего леса. Ничего особенного: кора магдрева, крошечные шишки по бокам. И двойное дно. Тайник. Ключ к которому Риана узнала не так давно, и, конечно, ещё не воспользовалась этим знанием. Её, видимо и уронил Энар — она услышала стук. Но сейчас это на руку. Кто знает, может, она не удержалась бы (какой там удержалась!) и попыталась дозваться Тиану прямо из душа. И Энар бы услышал.

Риана шумно вдохнула и выдохнула, но не только потому, что удалось избежать "прокола" и не только потому, что Энар, наконец, поставил шкатулку на стол.

Просто дракон был голый.

Полностью. Совершенно!

При виде его поджарого мускулистого тела, к ласкам которого она успела так привыкнуть, сердце, как всегда, забилось чаще, а между ног стало мокро.

Заметив её, Энар белозубо и широко улыбнулся.

— Не только ты, детка, умеешь появляться эффектно, — сказал он хрипло, и, гад, ещё и медленно повернулся, играя мускулами. У неё даже дыхание перехватило!

— За то, что до сих пор не спишь, должно быть, засиделась за учебниками или в медитации я тебя потом отшлёпаю, — продолжал дракон. — А пока у нас всего час времени, и, клянусь, мы проведём его с пользой. Ну, что застыла, маленькая? Испугалась голого дракона? Тогда то, что будет сейчас тебя просто шокирует… Иди же сюда…

Угрызения совести? Она ещё успеет помучиться. Потом…

А сейчас есть только он. И только она. Они одни во всём мире…

Объятия, шепот, поцелуи… Поглаживания, нежные, неторопливые… Его руки, с ошеломляющей властностью подчиняющие себе её волю. Губы, целующие так, что внутри выстреливают огненные стрелы, низ живота ноет от желания почувствовать его внутри.

Не надо притворяться сильной, когда так хочется быть слабой… Не надо противиться своей природе… Отдавать… Щедро, неистово, в полную силу… Без остатка.

Подчиняясь желанию дракона, Риана опустилась на кровать. Он возвысился над ней, развёл в стороны бёдра. Потаённое местечко заныло, запульсировало, предчувствуя скорое наслаждение. Мужские руки накрыли грудь, сжали и Риана выгнулась навстречу, застонала, умоляя продолжить ласку. Губы втянули сосок, чуть шершавый язык принялся нежить бутончик, к чувствительному местечку между ног прижался возбуждённый член. Риана ахнула, ощутив, как медленно и глубоко он входит в неё.

Притянула к себе его голову и поцеловала сама, со всей страстью, всем переполняющим её желанием.

Дракон хрипло застонал и взял такой темп, что ей осталось только вскрикивать от удовольствия, впиваться в его спину ногтями.

— Я люблю тебя! — этот выкрик был неожиданностью в первую очередь, для неё самой.

Оглушённая собственным признанием, ответное она услышала словно сквозь толщу воды.

Но пламя зелёных глаз было куда громче, куда понятнее слов.

И он её любит. Больше жизни. И никому не отдаст…

Если бы этот миг никогда, вообще никогда не заканчивался бы…