25

Мадлен среагировала быстрее нас обеих.

— Мне! — почти выкрикнула она, и в её голосе прозвучала торжествующая, хищная нотка. Расправив плечи и вскинув подбородок, она плавной, грациозной походкой подплыла к растерянному слуге, словно это был её законный трофей. — Давайте сюда.

Тот машинально, почти рефлекторно протянул ей роскошный букет.

Белые горные лилии.

Свежие, только что срезанные, с тяжёлыми, бархатистыми лепестками и длинными зелёными стеблями. От них исходил чистый, прохладный аромат. Запах горных ручьёв и утренней росы.

Мадлен с торжествующей, победной улыбкой медленно вдохнула аромат цветов, закрыв на мгновение глаза, а потом посмотрела на меня дерзко, с нескрываемым превосходством. В этом взгляде было всё: и триумф, и насмешка, и тихое, злорадное «я же говорила».

Ну конечно.

Чего я вообще ожидала?

Раскатала губу.

Они знакомы много лет.

Он оставил её в своём доме.

Разрешил остаться после всего случившегося.

Она свободно ходит по его спальне, как по своей территории.

Теперь ещё и цветы получает каждое утро.

Всё логично.

Всё правильно.

А я…

Я вообще здесь при чём?

Я всего лишь няня. Временная.

Человек, которому доверили присматривать за ребёнком.

И только. Не более.

Я уже собиралась молча развернуться и уйти, когда за спиной растерянно раздалось:

— Простите…

Мы обе одновременно обернулись.

Бедный слуга переводил взгляд с Мадлен на меня и обратно так, будто мысленно уже составлял завещание и прощался с жизнью.

— Кажется… произошла ошибка.

Мадлен нахмурилась, её идеально выщипанные брови сошлись на переносице.

— Какая ещё ошибка?

Парень торопливо достал из-за букета маленькую белую карточку, пробежался по ней глазами и осторожно, почти испуганно уточнил:

— Здесь указано… для Марии.

В гостиной стало так тихо, что я услышала, как где-то за окном чирикнула одинокая птица.

— Для… кого? — почти по слогам переспросила Мадлен, и её голос опасно дрогнул.

— Для Марии, — совсем тихо повторил слуга, явно желая провалиться сквозь землю. — Это… вы?

Он посмотрел прямо на меня. У меня буквально пропал дар речи.

Я?

Мне?

Максимус… Послал… Цветы?

Щёки мгновенно вспыхнули жарким, предательским румянцем.

Мадлен медленно опустила взгляд на карточку в руках слуги.

Потом снова перевела его на меня.

И лицо её начало меняться. Её буквально перекосило.

Такого выражения лица я ещё никогда не видела.

Будто ей предложили съесть живого ежа и запить его уксусом.

— Это какая-то ошибка, — процедила она сквозь зубы, и в её голосе зазвенел металл.

Слуга виновато пожал плечами.

— Мне велели лично передать букет леди Марии.

И вот тогда я не выдержала. Очень сладко улыбнулась.

Подошла ближе.

Аккуратно, почти ласково забрала тяжёлый, ароматный букет из рук совершенно ошарашенной Мадлен. Лилии оказались удивительно тяжёлыми и невероятно красивыми. Я вдохнула их чистый, горный аромат, а потом подняла глаза на неё.

— Надо же…

Мой голос прозвучал на удивление спокойно, почти мурлыкающе.

— А прошлые букетики…

Я сделала небольшую, многозначительную паузу.

— Они точно тебе были?

Мадлен застыла. Кажется, даже перестала дышать. Я невинно хлопнула ресницами.

— А то знаешь… вдруг ты и их загробастала.

Слуга неожиданно закашлялся, старательно пряча улыбку за кулаком.

Мадлен резко повернулась к нему.

— Что ты ухмыляешься?!

— Никак нет, миледи!

— Вон!

Парень исчез быстрее ветра, едва не споткнувшись на пороге.

А Мадлен ещё несколько секунд стояла, прожигая меня таким взглядом, что будь глазами можно убивать, меня уже трижды похоронили бы с почестями.

— Не радуйся раньше времени, — прошипела она, и в её голосе кипела бессильная ярость.

— Даже не думала, — спокойно ответила я.

— Ты ещё пожалеешь.

— Возможно.

Я ласково провела пальцами по белым, бархатистым лепесткам.

— Но точно не сегодня.

Её лицо исказилось от бессильной, жгучей злости.

Развернувшись так резко, что юбки взметнулись вокруг неё вихрем, Мадлен почти выбежала из гостиной.

Дверь громко хлопнула за ней.

Я ещё несколько секунд смотрела ей вслед.

Потом перевела взгляд на цветы.

На маленькую белую карточку, которая лежала среди лилий.

Пальцы вдруг предательски задрожали.

Неужели…

Он действительно прислал их мне?..