Глава 24. Страшное открытие

Встряхнув головой и расправив плечи, Дани смело отправилась к кабинету наследного принца. Она знала, что после трепки, устроенной отцом, Эрик сидит там безвылазно.

Немного помедлив у двери, Дани все же постучала.

– Да–да! – услышала она голос, от бархата которого совсем недавно млела.

Даниэлла вошла и присела в неуклюжем реверансе. Как служанка, которую повысили, но не научили манерам. Когда подняла глаза на принца, увидела, как он презрительно морщится.

– Чего тебе? – спросил наследник грубо, не скрывая своего недовольства.

– Ваше Высочество, мне просто не к кому обратиться. Мой… хозяин оставил меня разбирать бумаги в кабинете, и я почти закончила, – все это время Дани смотрела в пол. – Но есть один документ… – она сглотнула, будто испытывала страх, – который может быть срочным, и я боюсь, как бы мы не упустили время.

– Мы? Это кто тут «мы»? – Эрик поднялся из кресла и вскинул подбородок.

– Народ Даргона… – прошептала Даниэлла и, сделав несколько робких шагов, протянула свернутый лист Эрику. Ее рука дрожала.

Принц резко выдернул из пальцев секретаря генерала бумагу.

– Тебя не учили, что документы на рассмотрение следует подавать в папке?

– Нет, Ваше Высочество, – Дани потупила взгляд. – Генерал прост в обращении. И быстро принимает решения. Он считает, что дворцовые расшаркивания только мешают делу.

– Сколько вашего генерала не отмывай, так и останется бастардом, – Эрик не стеснялся бросаться обидными словами.

Нервно развернув бумагу, наследник поднял недовольный взгляд на рыжую служанку. В его руках был какой–то огрызок. Сжав губы в тонкую линию, он все же прочел послание. Даниэла исподтишка наблюдала, как бледнеет Эрик.

Принц сел.

– Откуда это у тебя? – в его глазах больше не светилась надменность. Там жило беспокойство, если не сказать, страх. Даниэлла не ожидала такого отклика.

– Говорю же, нашла в бумагах на столе.

Дани врала. Этому документу было несколько лет, и генерал велел виконту его сжечь. Таких, утративших значимость, собралась целая коробка. Мадей даже порвал послание на две части. Нижняя как раз и пригодилась. Небольшая работа острым кончиком ножа, и четверка стала походить на семерку. Если, конечно, сильно не приглядываться. А это как раз был текущий год.

«Кундалехе в опасности. Все нити ведут во дворец. Необходимо принять срочные меры».

Вот только Эрику было невдомек, что послание перехватили на границе еще три года назад – задолго до возвращения Кундалехе под лоно Даргона. И предназначалось оно не генералу, а королю соседней страны. Это у него во дворце орудовали шпионы Мадея, на которых и указывалось в донесении.

Дани ожидала, что Эрик посмеется над незадачливым секретарем генерала и скажет, что в Кундалехе все в порядке.

– Этот документ еще кто–то видел? – принц взял себя в руки. Его взгляд вновь стал холоден и… опасен.

Дани почувствовала, как у нее уходит земля из–под ног. Таким вопросом обычно прощупывают почву. Скажи она «никто», и завтра ее тело найдут под утесом. Она, сама того не ожидая, ткнула палкой в нечто, за что убивают.

– Я думаю, лорд Генри видел. Не могу сказать точно, но он сидел за столом и просматривал все бумаги, – Дани нервно крутила кончик пояска. – А Кундалехе на самом деле в опасности? Если так, буду молиться, чтобы бог уберег генерала.

И опять Дани надеялась услышать, что говорит ерунду: в Кундалехе все спокойно и ее генералу ничего не грозит. Но наследник лишь махнул рукой, чтобы шла прочь, не собираясь отвечать на вопросы служанки.

Даниэлла шмыгнула за дверь. Ее трясло от страха. Она оперлась спиной о стену и прижала руку к груди, чтобы унять сердце. Только поэтому услышала, как зверем закричал Эрик и что–то с грохотом разбил.

Медлить было нельзя. Дани что есть ног побежала к виконту. Над ним ее стараниями нависла опасность.

– Мамочки! Что же я натворила?

Пока бежала в свое крыло, представила такие страсти, что, подлетев к двери, забарабанила по ней кулаками.

– Генри! – закричала она. – Мы в опасности!

Виконт появился на пороге через мгновение. Лохматый, кутающийся в халат, с голыми худыми ногами, выглядывающими из–под него. Генри зябко поджимал пальцы, стоя на мраморном полу. Хоть и было ему холодно, Дани в комнату не пустил. Плотно закрыл за собой дверь.

– Выдохни и говори спокойно, – он поморщился, когда Даниэлла вцепилась в его руку и потянула.

– Нам надо бежать и немедленно! Все разговоры потом! – она в ужасе оглянулась, когда услышала шаги в конце коридора. Но это была служанка, принесшая кому–то из обитателей дворца ужин. После приглашения войти она скрылась в комнате.

– Идем к тебе. Там все расскажешь, – Генри подтолкнул Дарину в сторону ее двери.

Дани помотала головой.

– Нельзя ко мне. И к вам нельзя.

– Ну хорошо. Идем в покои генерала. Пока ты не расскажешь, что случилось, я не тронусь с места, – он на мгновение исчез и вернулся уже с ключами.

Когда Дани оказалась в знакомой обстановке и убедилась, что Генри закрыл дверь на засов, она опустилась на стул. Ее крупно трясло. Генри в привычной манере развернул стул спинкой вперед, но, вспомнив, что он в халате, сел как положено.

– Говори, – сказал он, когда рыжая секретарша выпила залпом стакан воды и немного успокоилась.

– Сначала вы объясните, почему генерал улетел в Кундалехе?

– Я не могу. Это государственная тайна.

– Я так и знала, что вы будете юлить, – Даниэлла вздохнула. – Поэтому я нашла предлог, чтобы поговорить о Кундалехе с Эриком.

– С кем?! – Генри наклонился вперед, думая, что ослышался. – С кем ты решила поговорить?

– С наследником. Я нашла клочок старого письма, в котором писали о Кундалехе, и показала ему. Я надеялась, что Эрик скажет, что все ерунда и на границе тихо. Тогда я пойму, что генералу не грозит беда. Но отчего–то принц пришел в ярость.

– О, боги, что у тебя творится в голове? – Генри откинулся на спинку стула. – Что написано в том старом письме?

– Сразу оговорюсь, послание было предназначено королю Ларии, но его имя в том клочке не указывалось. Я кое–что подтерла и получилось, что дата свежая, – Дани виновато посмотрела на виконта. Тот со стоном закрыл ладонями лицо. – Честное слово, я не ожидала, что Эрик поведет себя так странно. Он сначала побледнел, потом спросил, видел ли кто послание, а потом, когда я закрыла за собой дверь, принялся громить кабинет. Тогда я поняла, что нас с вами убьют из–за каких–то трех малюсеньких предложений.

– Почему меня должны убить? – у виконта начала дергаться нога, и он положил на нее руку.

– Я сказала, что вы читали документ. Наверное.

– Что за послание? – Генри резко наклонился вперед.

Даниэлла затараторила, чтобы еще больше не разозлить виконта:

– «Кундалехе в опасности. Все нити ведут во дворец. Необходимо принять срочные меры».

Генри вскочил на ноги.

– Черт! Черт! Черт! Где первая часть письма?

– В коробке для сжигания бумаг. Там еще герб со львом красного цвета.

– Сиди здесь и не высовывайся. Когда я уйду, закрой за мной. Делай вид, что тебя здесь нет.

– А вы куда?

– А я пойду улаживать дела с Эриком, – Генри язвительно передразнил Дарину тоненьким голосом.

Как только он вышел, Даниэлла закрыла дверь на засов и плотно задвинула занавески на окнах. Забравшись в кровать генерала, она укуталась в одеяло и принялась ждать.

***

Генри вернулся к себе и быстро переоделся.

– Ты куда? – Миранда поднялась на локте. Одеяло сползло с плеча и оголило грудь женщины.

Генри посмотрел на лежащую в его кровати красоту с сожалением. А ведь он только начал веселье и был уверен, что вся ночь впереди.

– В канцелярию вызвали. Я тебя закрою. Если будут стучать, голос не подавай.

– А если вломятся?

– Мне придется на тебе жениться.

Когда Генри вылетел за дверь и в замке щелкнул ключ, Миранда обессиленно упала на подушки. Она уже хотела, чтобы ее скомпрометировали.

Генри несся по лестнице, прыгая через две ступени. Хоть бы успеть до того, как Эрик пошлет к Дарине убийцу. Не надо быть большого ума, чтобы понять, что события в Кундалехе были организованы наследником. Он выманил Мадея из столицы, чтобы расправиться с ним вдали от дворца. Его смерть получилось бы списать на ларийцев, мстящих генералу за отвоевание спорных территорий.

Ворвавшись в кабинет, Генри сразу кинулся к коробке с ненужными документами. Половина страницы с красным гербом в виде льва лежала сверху. Выдохнув, виконт взял ее и только сделал шаг к выходу, как на пороге вырос Эрик. Бледный, с взъерошенными волосами и с потемневшим взором. Его китель был расстегнут, а по белой рубашке расплывалось винное пятно.

Если бы Генри плохо владел собой, при виде наследника его передернуло бы.

– Сегодня ко мне заходила служанка Мадея, – облизав сухие губы, начал принц. – И в ее руках было одно интересное письмо из Кундалехе.

Он зорко следил за реакцией виконта.

– Черт, эта деревенщина вечно куда–то лезет, – с досадой в голосе проговорил виконт. – Скажите, Ваше Высочество, это письмо случайно не было написано на половине драного листа? Я ищу его битый час.

Он показал принцу свою часть с выразительным гербом льва.

– Оно предназначалось королю Ларии, но мы перехватили доносчика, – пояснил виконт, чтобы сразу снять напряжение. – Мадей попросил собрать документы того периода. Он намерен начать писать мемуары, чтобы потомки знали, как нам удалось вернуть Кундалехе.

Эрик моргнул. Полез в карман кителя и вытащил вторую половину письма. Подойдя к столу, требовательно дернул рукой. Получив огрызок, сложил обе половины. Они сошлись по неровному краю идеально.

Наследник шевелил губами, читая обращение к королю Ларии.

– Но почему здесь свежая дата? – спросил он, ткнув в нее пальцем.

– Разве? – виконт склонился к столу и почувствовал, как сильно от Эрика несет винным духом. – Да нет. Это не семерка. Это четыре. Приглядитесь внимательно, милорд. Могу дать лупу.

– Нет. Не надо лупу, я прекрасно вижу, что это четыре, – принц отодвинул от себя обе половинки. – Надеюсь, мой брат не забудет указать в мемуарах, кто был героем битвы при Кундалехе?

– Как можно забыть, Ваше Высочество? – льстиво заметил виконт и низко поклонился «герою».

Когда наследник покинул кабинет, Генри упал в кресло. Немного посидев в полной тишине, он громко хлопнул ладонями по столу.

– Итак, моя кобылка, продолжим, – произнес он бодрым голосом и, насвистывая, легким шагом поскакал по лестнице вниз.

У двери покоев генерала Генри остановился и даже занес руку, чтобы постучать Дарине и предупредить, что опасность миновала, но передумал.

«Пусть эта глупая девчонка до утра посидит взаперти. Иначе опять куда–нибудь вляпается. А мне будет совсем не до нее».