Глава 7 · ПОБЕГ

Таис дышала через раз от волнения. Ноги были ватные, она делала механические шаги, слыша стук собственных каблуков. Цок, цок… цок-цок-цок…

— Осторожней, ступенька! — запоздало воскликнула Саша, укоризненно качнув зеленой шевелюрой, из которой по случаю праздника торчали ярко-желтые перья.

Они же были и на маске, висевшей на шее «русалки», которая, как и обещала, не только рассказала саламандре о прелестях творческой жизни под покровительством лэдледро Ловаля, но и помогла ей подобрать к наряду необходимые аксессуары вроде той же полумаски — неотъемлемого атрибута любого карнавала.

На вечеринку, о которой Таис прожужжали все уши новые знакомые, ящерка надела самое лучшее платье. Расшитый золотой нитью лиф переходил в пышную многослойную юбку. Спереди она едва прикрывала колени, сзади, наоборот, доставала до самого пола. Модель была универсальной для разных миров, так как к ней прилагалась нижняя часть с аналогичной вышивкой, которая делала наряд гораздо скромнее. Однако сегодня Таис ее отложила по настоянию Саши, весь день вертевшейся вокруг, будто других дел, кроме как собирать на бал новоявленную Золушку, у «русалки» не было.

Остальные ребята после совместных посиделок в уютном кафе ушли: кто работать, кто учиться, а кто и готовиться к маскараду. Саша же, как верный страж, осталась охранять седьмую ученицу мастера, заявив при этом, что сама она к ночному мероприятию практически готова.

Дабы устранить вышеупомянутое «практически», новоиспеченная подружка сводила Таис в собственную мастерскую, расположенную на первом этаже здания. Там девушки подобрали себе украшения, ридикюли и прочие мелочи, которые, по мнению хозяйки, должны были придать их костюмам яркий штрих. Ящерка не возражала, ведь спорить с ураганом по имени Саша было бесполезно. И вот они обе в назначенный час поднимались по каменной лестнице на крышу, где и должно было состояться посвящение Таис. Или, правильней сказать, испытание.

Саламандра сделала глубокий вдох, уговаривая себя не нервничать, зачем-то снова проверила скай-хрон в сумочке, который собиралась отдать лэдледро, расправила плечи, вскинула голову и под одобрительное хмыканье зеленоволосой спутницы решительно зашагала наверх.

Опаздывать на вечеринку, устроенную в ее честь, — плохой тон!

Девушки оказались на крыше четырехэтажного особняка с первыми ударами часов, висевших прямо в воздухе. Даже не висевших, а плавающих, будто медузы. Волшебные циферблаты скользили между гостей и прятались в тенях погруженного в полумрак трона, на котором в весьма фривольной позе сидел кто-то темный и неразличимый издалека.

От карнавальных костюмов и горящих повсюду свечей у Таис рябило в глазах. Громкий смех и музыка давили на уши. Обычно ящерка любила танцевать, особенно под аккомпанемент Натальеры, но сегодня все было не так. Смех казался натужным, фальшивым. Музыка… впрочем, она как раз была ничего. Приятная медленная мелодия для парного танца. Таис даже позволила бы себя пригласить, появись на горизонте Дан. Но пока рядом была только верная Саша и куча неподдающихся идентификации гостей в масках, перьях и вызывающе смелых нарядах. По сравнению с ними платье саламандры являлось эталоном скромности.

Магический купол переливался багряно-синими цветами с редкими проблесками золота, и Таис никак не могла понять, в чем смысл вечеринки на крыше, если отсутствует возможность любоваться видом ночного города. Площадка была полностью закрыта, и даже замок на двери, через которую они с «русалкой» вошли, тихо звякнул, будто кто-то невидимый отрезал путь к отступлению. А ведь ящерка точно помнила — на чердаке не было ни души.

Тревога, поселившаяся в груди, росла и крепла, вызывая ощущение захлопнувшейся мышеловки. Чтобы не увязнуть в собственных страхах, Таис спросила спутницу:

— Где же мастер?

— Уже соскучилась? — хитро улыбнулась Саша, щуря изумрудные глаза. Веки ее при слабом освещении фосфоресцировали, губы блестели. Все это придавало лицу девушки еще больше неестественности.

— Надо вернуть ему скай-хрон, я же говорила… — пробормотала саламандра, смутившись.

Действительно ведь говорила! Причем не раз. Саша сама посоветовала взять волшебный шар на вечеринку, чтобы отдать хозяину. Тогда к чему этот обидный тон?

— Там он. — «Русалка» кивнула на темную часть зала, где замирали летающие часы. — Сидит, как обычно… наблюдает.

— Как обычно, — тихо повторила Таис, вглядываясь в силуэт на мрачном троне.

Ей многое хотелось узнать, но настроение Саши не располагало к доверительным беседам, поэтому ящерка кивнула подруге и решительно направилась сквозь кишащий масками зал… одна. Она намеревалась лично поприветствовать и поблагодарить лэдледро Ловаля за оказанную честь, язвительные комментарии новой подруги были бы тут совершенно неуместны.

А праздник набирал обороты: музыка с каждым разом становилась все более зажигательной, пары кружились, сверкая ослепительными улыбками из-под разноцветных полумасок — больших и громоздких, совсем непохожих на маленький кусочек черного кружева, которым прикрыла верхнюю часть лица саламандра.

Из толпы вынырнул официант, предлагая напитки, — Таис вежливо отказалась, чуть качнув головой. Гости веселились, наслаждаясь карнавалом, а у нее внутри все сжималось от страха. Посвящение… никто ведь так и не объяснил ей, что под этим подразумевается. Даже Саша, охотно отвечая на другие вопросы, загадочно замолкала, когда Таис спрашивала о своей роли на предстоящем балу. Но, несмотря на мандраж и теснящиеся в голове мысли, ящерка старалась сохранять иллюзию уверенности. Она шла, расправив плечи, смотрела вперед и мысленно убеждала себя, что все будет хорошо. Она ведь не первая — учеников у мастера целых семь!

Лэдледро Ловаль сидел, закинув одну ногу на подлокотник кресла, стилизованного под камень. А может, эта жутковатого вида конструкция каменной и была. Стоявшему на возвышении трону катастрофически не хватало света, поэтому рассмотреть его во всех подробностях Таис не могла. Казалось, что в этой части заполненного свечами зала образовалась черная дыра, в которой и обосновался хозяин вечеринки. Именно хозяин… ведь ему принадлежала и накрытая куполом крыша, и сам дом, где жили и работали ученики… и гости, явившиеся на маскарад, тоже пришли к нему.

Таис они совершенно перестали замечать, занятые куда более интересными вещами. Кто-то отплясывал, не жалея ног, кто-то пил игристые напитки, снимая с подносов высокие разноцветные бокалы, а некоторые и вовсе целовались, наплевав на приличия. Впрочем, никто на них пальцем не показывал и прекратить безобразие не требовал.

Ящерка старалась не замечать всех этих вольностей, хотя и чувствовала себя не в своей тарелке. В небесном пансионе была строгая дисциплина, и почти не было мужчин, способных запасть в душу юным воспитанницам. Неудивительно, что Таис нервничала, окунувшись в другой, абсолютно непохожий на ее прошлую жизнь мир.

— Прекрасная леда чем-то озабочена? — спросил мастер, задумчиво вертя в руках черную маску с сине-зелеными перьями, которые чуть светились в полумраке. Как и его разноцветные глаза: зеленый и синий.

Мысли Таис путались, неловкость росла, пауза затягивалась. А лэдледро продолжал сидеть, развалившись в огромном кресле, вблизи похожем на трон короля Адана [Адан — царство мертвых.]. Он с одобрительной полуулыбкой изучал свое новое приобретение: миниатюрную и изящную огненную саламандру. Хорошенькая, как куколка, и талантливая, как богиня, если правильно развить ее способности, влив в юную мастерицу побольше сил.

Хм… Десяток душ ей хватит или надо сотню? Каков ее потенциал, а каков предел?

— Лунной ночи, мастер! — наконец отважилась заговорить ящерка.

— И тебе ночи лунной, Таис, — кивнул он, качнув черными, как воды Адана, волосами, среди которых затерялись цветные пряди.

Лэдледро, как всегда, был одет в черное и застегнут на все пуговицы, скрывающие фигуру. Можно, конечно, было накинуть дополнительную иллюзию, но поддерживать ее постоянно — значит отвлекаться, а делать это Ловаль не любил, потому и пользовался зачарованными вещами: амулетами и костюмами, сдерживающими его истинную форму. В них он вполне походил на человека с примесью звериной крови. Худощавый радариец с гримом на лице — обычное явление для Лимборо.

— Благодарю вас за одолженный скай-хрон, — немного помявшись, сказала Таис. Она протянула ему вынутый из ридикюля шар. Пальцы ее дрожали, хотя девушка и пыталась скрыть волнение.

Наивная маленькая ящерка… разве можно от него что-то утаить?

— Нашла свою подругу? — Лэдледро подался вперед, и саламандра отпрянула, хотя стояла довольно далеко от него. Черные губы под слоем черной же помады, маскировавшей их настоящий цвет, растянулись в понимающей улыбке. — Страшно, маленькая леда? Не бойся, я не кусаюсь.

— Нет, — гордо ответила Таис, продолжая храбриться. — На оба ваши вопроса — нет! Увы, я не смогла найти Натальеру в магической паутине, зато много разного узнала про ее похитителя. И нет, мне не страшно, просто… чувствую себя неуютно. Я впервые на такой вечеринке.

Она бросила взгляд в зал, а когда снова повернулась, мастер уже стоял рядом. Вскрикнув от неожиданности, Таис резко отпрянула от него. Наступив на собственный подол, выронила волшебный шар и сама чуть не упала, но лэдледро успел поймать и ее, и скай-хрон. А лэдледро ли? Сейчас в мастере женского не было ни капли, разве что грим, но он для творческих личностей не показатель пола.

— Готова открыть бал, прекрасная леда? — поинтересовался Ловаль, продолжая ее придерживать, хотя этого больше не требовалось.

— А разве он еще не открыт? — глядя снизу вверх на будущего учителя, пробормотала сбитая с толку ящерка.

Ей по-прежнему было тревожно, но теперь как-то иначе, нежели раньше. От мастера хотелось держаться подальше, хотя от него и веяло добродушием. Он пугал и интриговал своей таинственностью, но разгадывать его секреты Таис предпочла бы на расстоянии. Одна его нечеловеческая скорость чего стоила! Как он успел так быстро и бесшумно подкрасться? И шар подхватить. Или всему виной ее собственные нервы и разгулявшаяся фантазия? Он же радариец! А они по большинству оборотни, коим свойственна и сверхскорость, и сверхсила.

— Конечно нет, Таис. — Мастер взял девушку за руку и крепко сжал дрогнувшие пальцы, затем развернул саламандру лицом к залу, а сам встал рядом. — Главное действо начнется после того, как король с королевой объявят бал открытым.

— Кто объявит? — Теперь взоры собравшихся скрестились на ней, и от этого градус неловкости заметно подрос.

— Мы с тобой, — просто сказал Ловаль. Наклонившись к ней, он скользнул своими волосами по ее лицу и чуть насмешливо шепнул: — Выше голову, Таис. Сегодня ты королева.

— А «главное действо» — тоже я? — Она заглянула в его разноцветные глаза, обведенные черным контуром. Или не обведенные? В тусклом освещении и вблизи ей показалось, что они на самом деле… такие. — Хотя, скорее, главное блюдо, — пробормотала ящерка, сглотнув неприятную сухость, образовавшуюся во рту.

— Ты королева, маленькая леда, — повторил мастер мягко. — И именно от тебя зависит, насколько зрелищным окажется главное действо, — добавил, подмигнув.

А Таис снова сглотнула, жалея, что отказалась от вина, предложенного официантом.

В ресторане…

С последними аккордами Сэя красиво изогнулась, в очередной раз демонстрируя свою уникальную гибкость, и замерла, наслаждаясь восторженными криками собравшейся толпы. Не знаю, какой толк от этого шоу ресторану, но у саламандры поклонников точно прибавилось. Во всяком случае, именно так она говорила в коротких перерывах между выступлениями. Даже три шеная посулила мне за работу, заявив, что я приношу ей удачу.

В полночь мы отыграли еще одну «Маиску», рассчитались за магической завесой, делавшей витрину с живой танцовщицей обычным окном с огоньками, после чего пожелали друг другу удачи и даже обнялись на прощанье. Выпускать из рук айрамэ не хотелось до ужаса, но инструмент принадлежал хозяину ресторана, так что забрать его я, увы, не могла. Поблагодарив волшебную чашу за удивительный вечер и силу, которую она мне подарила, я бережно уложила ее в футляр и передала саламандре.

Выходя на улицу, чувствовала себя по-настоящему сытой и совершенно не уставшей, хотя концерт длился часа три, не меньше. Меня накормили, что называется, до отвала. И фирменным блюдом «Иллириагнии», которое принес официант еще до начала представления, и магией айрамэ. На поясе позвякивал мешочек с честно заработанными шенаями, а на губах играла довольная улыбка. И даже Горыныч не портил настроение своим ворчанием. Он в последнее время все больше помалкивал, а может, и вовсе уснул — ночь ведь на дворе.

Зрители, которые несколько минут назад аплодировали ящерке, начали разбредаться, хотя особо стойкие поклонники все еще ждали ее выход на бис. Или чего-то еще ждали — я не вникала в причины их поведения. Некоторые пытались схватить за руку и меня, расспрашивая о несравненной Сэе, на что я отвечала, мол, не в курсе, едва сдерживая желание послать их всех лечиться, ибо фанатичное обожание кумира — болезнь.

Я и раньше терпеть не могла, когда посторонние люди столь бесцеремонно ко мне прикасались, а после недавних событий и вовсе возненавидела это дело! Шла, глядя под ноги и придерживая капюшон, в тени которого прятала лицо… Нет, не так — пряталась сама! Хотелось поскорее вырваться из сети перекрестных взглядов, которыми меня провожали. И даже комплименты, адресованные моей игре, больше не радовали. А ведь совсем недавно я была счастлива.

Едва подумала, что орда ненормальных обожателей ящерки наконец осталась позади, как дорогу заступил очередной экземпляр. Огромный, будто гора, и такой же несдвигаемый. Не поднимая головы, я попыталась обойти эту махину, но мужчина сделал синхронный шаг в сторону, снова преграждая путь.

Да какого черта?!

— Не знаю я ничего о Сэе… — Слова застряли в горле, когда я подняла взгляд на незнакомца.

— О ком? — спросил он, вскинув черную как уголь бровь.

И вовсе не его габариты меня впечатлили, хотя и они тоже. Передо мной стоял не человек, а дракон в людской ипостаси, чей призрачный зверь пугал своей свирепостью. И это при совершенно спокойном лице мужчины! Надо было рассмотреть его раньше, а не изучать тускло светящееся мощение. Перешла бы на другую сторону улицы, не допустив нашей встречи.

— О саламандре, — взяв себя в руки, сказала я. — Вы ведь о ней хотели спросить, лэд?

— Вовсе нет! — Его улыбка мне совсем не понравилась. Горынычу, судя по возне, тоже. Треснув себя по уху… вернее, по артефакту, который опять начал щекотаться, я тряхнула головой и одарила дракона хмурым взглядом.

— О чем тогда? Если дорогу показать, то я не местная…

— Дорогу я сам покажу, Натальера, — припечатал он, а я вздрогнула, услышав одну из вариаций собственного имени. — И даже лично доставлю тебя по нужному адресу, — добил меня… кто? Неужели жених? Или кто-то из его свиты? — Хватит уже бегать, невеста, — выдохнул со свистом оборотень, щуря полные дикого золота глаза.

Это я-то бегаю?! В меня стреляют, похищают, тараканоподобными лекарями пугают, через ритуалы всякие неприличные проводят, голодом морят… А этот бесчувственный болван еще смеет обвинять во всем меня?!

— Вы обознались, уважаемый лэд, — зашипел мне в ухо змей.

И я сдулась, как воздушный шарик. Вместо того чтобы высказать дракону все, что о нем думаю, снова опустила голову и повторила, как попугай:

— Вы обознались, уважаемый лэд.

В очередной раз попыталась обойти эту говорящую глыбу, однако брюнет легко вернул меня на место, сдернул капюшон, едва не сломав мне ногти, которыми я вцепилась в ткань, и самодовольно произнес:

— Нет, леда, не обознался. Зрячую ведьму я не спутаю ни с кем, как и свою избранницу. — На последнем слове он недобро рыкнул, а я инстинктивно вжала голову в плечи, будто от удара.

— Ой, попали-и-и… — простонал Горыныч. Странно, что не добавил: «Я же предупреждал». И еще более странно, что на этом он и вовсе заткнулся. Дальше только сопел, вздыхал и возмущенно посвистывал, но с комментариями не лез.

— Может, я… — Вариантов не было, а так хотелось как-нибудь опровергнуть заявление жениха. И пока я придумывала, как именно это сделать, за меня вступились.

— Она не твоя, Эртан. — От голоса, раздавшегося за спиной, по позвоночнику пробежал холодок. И сразу глава Дома тысячи лиц с его притязаниями на мою скромную персону перестал казаться главным злом в этом мире.

— Тень! — процедил лэд Риль, глядя поверх моей головы на наглого и самоуверенного киллера, который обращался к его светлости с вызовом: по имени и на «ты». Посмотреть бы в лицо этому самоубийце, но… я не нашла в себе сил обернуться.

Действительно попала… меж двух огней! Как бы не сгореть теперь, так и не дожив до свадьбы.

— Натали не подписала контракт, порабощающий волю, — продолжал гнуть свою линию наемник, а меня будто ледяной водой окатило. Порабощающий?! — Ты не можешь заставить ее делать то, что хочется тебе.

Подозреваю, сказано это было вовсе не для предводителя иллюзионистов.

Перед внутренним взором возник туманный силуэт Морганы, ее пропитанный улыбкой голос… Неужели все было ложью? Нас на самом деле продавали в рабство, обманом надевая магические оковы, а вовсе не помогали устроить должным образом личную жизнь, как уверяла опекунша. Не говорили, не предупреждали — просто требовали поставить подпись, чтобы у будущего хозяина не возникало проблем с несговорчивостью игрушки. Не зря вся эта политика вызывала у меня внутренний протест. Ох, не зря…

Стало мерзко до тошноты, а в ногах появилась крайне неуместная сейчас слабость. Боясь позорно рухнуть на тротуар, я прислонилась к стене дома, нижний этаж которого занимал ресторан. В этой части здания витрин не было, окон тоже, лишь прохладная каменная кладка, столь необходимая мне в качестве опоры.

— Правильно, девочка, — одобрительно кивнул жених. — Там и постой, пока я решу вопрос с твоим… — Он не договорил, напряженно глядя, как Тень демонстративно снимает перчатку, чтобы показать противнику светящуюся руну на тыльной стороне ладони. Рука его не была скрыта тьмой в отличие от лица. — Гм, неожиданно, — немного растерянно буркнул лэд Риль.

А я молчала, все еще пребывая под впечатлением от предательства тех, кто семь лет учил нас жизни, защищал, притворяясь неравнодушными. Леда Мора, наставницы, охранники — все! Они промывали нам мозги, убеждая в необходимости контрактов и в том, что это вовсе не рабство, а шанс на безбедную жизнь и возможность вернуть долг пансиону. Ни слова о полной власти хозяина над живой покупкой! Меркантильные лжецы!

— Я все равно ее заберу! — заявил глава Дома тысячи лиц.

— Попробуй. — Сняв обе перчатки, Тень сунул их в карман куртки.

— Хочешь пристрелить меня, наемник? — усмехнулся мой жених, на глазах покрываясь золотой чешуей, как доспехами. Наверное, именно так выглядел киллер на туманном острове. Или иначе? Он ведь черный ящер, а не золотой. Все же жаль, что я его тогда не видела. — Не советую тратить пули — не поможет. Да и ни в чем не повинных зевак пожалей — вдруг рикошет? — Зрителей и правда собралось много. Едва ли не больше, чем на шоу Сэи. Ночная жизнь в Лимборо била ключом — так что народу, охочего до зрелищ, хватало. А тут такое бесплатное представление: дракон с наемником не могут поделить расписанную серебром девчонку. Не окажись сама в роли трофея, я бы тоже с удовольствием поглазела на этот спектакль, например, как вон та пухленькая леда с леденцом во рту. — Хотя какое тебе до них дело, ты же безжалостный убийца, — протянул лэд Риль, не скрывая презрения, и почему-то посмотрел на меня, будто хотел убедиться, что я точно расслышала и осознала, что представляет из себя Тень.

— Чей бы арукал [Арукал — огромный хищный ворон из первого мира всемирьяна.] каркал! — усмехнулся наемник. — В истреблении ни в чем не повинных ты у нас непревзойденный мастер, Эртан. — Мне показалось, что мой жених сменился в лице, и чешуя к этому не имела никакого отношения. — Просто отступись. Уйди с дороги. И, так и быть, сегодня я тебя не убью. — Ладони Тени окутала тьма, которая стремительно пребывала, что было отчетливо видно на улице, освещенной бесчисленным множеством фонарей.

Предводитель иллюзионистов прорычал что-то непереводимое, хищно оскалился и тряхнул руками, выпуская острые когти, похожие на длинные ножи. На память моментально пришел Росомаха из «Людей Икс», о котором взахлеб рассказывали одноклассницы. Воспоминания подействовали, как лекарство. Я слишком прониклась всемирьяном и мыслями о пансионе, где училась моя магическая копия. А ведь земную жизнь, полную совсем других реалий, никто не отменял. Моя уверенность, мое бунтарство — все это родом оттуда. Настало время вспомнить, что я Натали Лагода, а не Натальера Ла-Рош, и сбежать, улучив момент, от двух бойцовых… гм… драконов.

Вот только колени перестанут дрожать — и сразу рвану.

Мужчины ринулись друг на друга, не обращая внимания на толпу, чего нельзя было сказать о толпе. Народ испуганно отпрянул, отдавливая соседям ноги, кого-то толкнули, кто-то обиженно охнул, а девчонка с леденцом, стоявшая на краю широкого тротуара, с визгом вылетела на проезжую часть прямо под колеса проезжавшего экипажа. Лошади громко заржали, вставая на дыбы, кучер натянул поводья, пытаясь свернуть… безуспешно! Люди заохали, запричитали, а я воскликнула что было мочи, стремясь перекричать толпу:

— Спаси ее! Спаси!

Сама не знаю, к кому обращалась, но первым, как ни странно, к незнакомой человечке бросился убийца, которому, по логике моего жениха, на нее было плевать с высокой колокольни. Лэд Риль тоже шагнул к дороге… вероятно, помочь. Правда, удалось драконам вытащить бедняжку из передряги или нет, я так и не узнала, потому что меня саму утащили… еще и за шкварник, как нашкодившего котенка. Зажали широкой ладонью рот и втянули прямо через стену в дом.

Чудеса, да и только!

Каменная кладка, как выяснилось, была очередным магическим щитом, таким же, как стекло в витрине с мини-сценой. Большие мужские руки развернули меня, отряхнули, будто одежда от столь стремительных перемещений могла пострадать больше, чем я сама. Затем гном, чей силуэт мелькал пару раз среди зрителей, пришедших полюбоваться танцем Сэи, бодрым басом сообщил:

— Ну и влипла же ты, девка!

Тоже мне новость!

— Знать бы еще куда? — развил тему оживившийся змей. Правда, общался он со мной, а не с гномом, которого я видела и не видела одновременно. То есть обычным человеческим зрением его было почему-то не рассмотреть, а с помощью моего дара призрачные очертания улавливались.

— Вы кто? — спросила я, отдышавшись. Завязки больно врезались в шею, когда меня дернули за капюшон, поэтому теперь я стояла, потирая пострадавшее горло, и растерянно хлопала глазами, пытаясь понять, что происходит. Чем мне это аукнется, тоже выяснить не мешало бы, но сначала…

Резко развернувшись, я прильнула к прозрачной с внутренней стороны стене, пытаясь разглядеть сквозь заслон из людских спин, жива ли бедная сладкоежка. Знать эту несчастную не знала, но душа все равно болела. Из-за меня ведь случилась драконья стычка, не будь ее — гуляла бы и дальше девчонка по городу. Живая и невредимая!

— Гарибор Седой — мой наниматель, — сказала Сэя, и я сделала очередной разворот, теперь чтобы встретиться взглядом с танцовщицей, вышедшей из-за занавески. — Хозяин «Иллириагнии» и владелец айрамэ, на котором ты играла.

Я уставилась на невидимого гнома, вернее, на его туманный силуэт с расплывающимися контурами и зеленой искоркой заклинания внутри. Как пить дать амулет с «отводом глаз», к тому же очень мощный, поэтому Гарибора и не видно.

— И… что вам от меня надо, почтенный лэд? — спросила, переводя растерянный взгляд с хозяина ресторана на саламандру. Сэя молчала, хотя, судя по мимике, высказаться ей хотелось, и очень, однако в присутствии начальства она старалась особо не отсвечивать.

— Думал предложить должность… — Смешок, сопровождавший заявление Гарибора, получился нервным. — Сначала. Давно не слышал, чтобы мой айрамэ ТАК пел в руках музыканта. — Я невольно улыбнулась, вспоминая то волшебное ощущение, которое испытывала во время концерта. — Теперь же понимаю: оставлять тебя здесь нельзя. Один дьяр уведут! — раздосадованно бросил он, явно сожалея о ценном кадре, с которым придется распрощаться, не успев толком познакомиться.

— Все равно спасибо… за комплимент.

Я была польщена, если честно. И смущена, и расстроена тоже, ведь из-за проклятых драконов лишилась шанса на любимую работу в одном из самых красивых городов всемирьяна. Снова взглянув в «окно», ничего толком не увидела. И не услышала тоже. Полупрозрачная стена глушила звуки, так что догадаться по крикам людей, что там творится, было проблематично. Народ упорно не расходился, продолжая загораживать мне обзор. Наверное, девушка все-таки погибла. Быть может, и Тень вместе с ней.

От этой мысли стало не по себе, и коленки снова подогнулись. Привалившись плечом к стеллажу с какими-то банками, я спросила:

— А черный ход у вас тут есть? — Голос неожиданно подвел, так что пришлось откашляться и повторить вопрос более уверенно.

Ох, вот уж не думала, что из-за незнакомки так распереживаюсь. Это ведь из-за нее на душе кошки скребут, верно?

— Лучше! — воскликнула ящерка. — У нас есть дверь в подземелья! — Она прикрыла ладошкой рот, испуганно стрельнув глазками на хозяина. Вернее, на место, где он, судя по голосу, должен был находиться.

Ругать Сэю Гарибор не стал, вместо этого сказал, снимая с шеи амулет:

— Идем, ведьма. Открою тебе проход в лабиринты Лимборо. — Едва магическая вещица оказалась у него в руках, как я узрела гнома. Ростом он не превышал саламандру, но раза в три был ее шире в плечах. Неудивительно, что этот мини-Геракл без особых усилий втащил меня в «окно». Фамилию свою Гарибор не оправдывал — белых прядей в его темных кудрях и бороде не наблюдалось, хотя возраста он был далеко не юного. Впрочем, это не показатель. Тень, к примеру, хоть и молодой, а весь пепельный от ранней седины.

Черт! Опять мысли скатились к нему — заклинило меня, что ли?

Разозлившись на себя, я вновь посмотрела на улицу и — о чудо! — увидела мостовую, по которой снова мчались экипажи. Никаких аварий там не было, народ потихоньку расходился. Жених мой тоже куда-то пропал, как, собственно, и его соперник.

— Ищут уже, поди. Носом землю роют, — передернул плечами гном, явно подразумевая драконов. — Пойдем, а то ведь и сюда нагрянуть могут твои… кавалеры, — выдавил он не то с неприязнью, не то со скрытым страхом. — Вдруг кто-нибудь заметил, куда ты делась? — Гарибор тряхнул связкой ключей и поманил меня к двери, скрытой за занавеской.

— Запрет! — зашипел в ухо серебряный паникер. — А потом продаст тому из ящеров, который больше заплатит. Гномы расчетливы, гномы коварны… и до денег жадные-е-е, — взвыл он, пытаясь меня накрутить.

Я покосилась на Сэю, та закивала, поддерживая… видимо, хозяина — кафф мой она вряд ли слышала. Но на сердце все равно было неспокойно. Слишком много мне лгали в последнее время, слишком часто предавали.

— Как же я выйду из подземелий без карты? — спросила, не двигаясь с места.

— А куда тебе надо?

— В музей темных искусств. Желательно внутрь. Только как попасть туда ночью? — вздохнула я. И Горыныч, судя по ощущениям, тоже вздохнул.

— Амулет выведет к музею, — успокоил Гарибор, отворяя потайную дверь. Ого, как я удачно попала! Сразу в нужную комнату. Хм… может, это знак? — Заодно и от чужих глаз прикроет. Сдается мне, тебя не просто так нашли, а с помощью чар. Теперь хоть какая-то фора будет. Иди! — Бородач открыл проход в подземелья и протянул мне свой кулон — неслыханная щедрость от незнакомого гнома! — Зайдешь со служебного входа, скажешь охраннику, что от Гарибора Седого ты. В качестве доказательства предъявишь мой кулон. Если глянешься тамошнему сторожу, может, и проведет он тебя в музей во внеурочное время. Если нет… — Гном развел руками.

— Почему вы мне помогаете? — Подойдя к нему, я всмотрелась в лицо, украшенное густой растительностью. Света от окна было мало, но глаза быстро привыкли к полумраку, и потому я неплохо видела и Сэю, и ее спутника.

— Чтобы выгодно тебя про…

— Ш-ш-ш! — шикнула на неугомонного Горыныча и раздраженно дернула головой.

— Что такое? — нахмурился хозяин ресторана.

— В ухе звенит, — выкрутилась я. — Так почему все-таки помогаете?

— Из уважения к волшебнице, покорившей мой айрамэ, — улыбнулся Гарибор. Искренне так, по-доброму. И я поверила, причем не только из-за его открытой улыбки. — Отдашь амулет, когда возможность появится. А там, глядишь, и предложение мое о работе примешь, — подмигнул хозяин ресторана. — Для этого тебе всего-то и надо разобраться со своими ретивыми воздыхателями.

— С… кем?

Я ощутила, как к лицу приливает кровь, и мысленно порадовалась проблемам с освещением. А еще подумала, что оборотней действительно можно так назвать, учитывая, что один мой жених, а второй любовник. И оба никак не могут меня поделить.

«М-да, Натали… гулящая из тебя получилась принцесса, а ведь раньше была такой скромной девочкой!» — подумала с грустной иронией.

— С драконом и наемником, — пояснил Гарибор то, что и так было понятно, но я все равно кивнула, благодаря за ответ.

— Беги уже, Наташа! — снова встряла в разговор Сэя. — А то не только тебе, но и нам влетит. Если они узнают…

— Бегу-бегу! — Я взяла у гнома амулет, на ходу выясняя, как он работает, а потом поспешила по каменной лестнице вниз, освещая путь зеленым огоньком пропитанного магией кристалла. — Спасибо вам огромное! — крикнула, прежде чем наверху захлопнулась дверь.

— Дурында, — страдальчески изрек Горыныч. — Нас заперли!

— Не-а, — возразила я. — Нам дали шанс на побег. И, предугадывая твой пессимистичный вой, скажу: я прочла чужие мысли. Снова! Не знаю как, но это опять получилось. На сей раз удалось влезть в голову не танцовщицы, а ее нанимателя. Поверь дару зрячей, Горыныч, — Гарибор Седой нам не враг.

На крыше…

Может, лэдледро Ловаль и не оборотень, но темное колдовство практикует точно! Иначе откуда посреди крыши, где только что была танцевальная площадка, возник каменный бассейн с черной водой, раскрашенной мрачными бордовыми отблесками от магического купола.

Вот он — коронный номер ночной программы, гвоздем которой должна была стать Таис. Посвящение, испытание… как ни назови это действо, а участвовать в нем предстоит именно ей. Все остальные расступились с последним аккордом нагнетающей атмосферу музыки и уставились на саламандру, послушно присевшую на край бортика в ожидании… кстати, чего?

Король проклятой вечеринки так и не удосужился объяснить своей королеве, что именно от нее требуется. И самое ужасное: она восприняла это как должное. Никто ей ничего не говорил! Ни Саша, больше не подходившая к Таис. Ни Дан, который из шестерых новых приятелей понравился ящерке больше всех. Ни тоненькая радарийка, проявлявшая к ней днем сочувствие и понимание.

Новые знакомые не приближались и даже не смотрели в сторону саламандры, зато лэдледро с невозмутимым видом рассказывал ей о Лимборо, где в начале осени пройдет грандиозный показ мод, о провокационных акциях, эксцентричных перформансах и о сети ателье, работающих под его маркой. Будто это был обычный бал, а не таинственное посвящение новенькой ученицы непонятно во что.

Предназначение бассейна мастер от Таис тоже утаил. Так почему же она даже не возмутилась, когда он велел ей спускаться и ждать явления… Чьего? Демона из Адана?! Ловаль сказал не задавать вопросов — и девушка молчала. Приказал не нервничать — и дрожь из ее пальцев ушла, тело расслабилось, в голове прояснилось. Ящерка чувствовала себя марионеткой в руках искусного кукловода, но утешалась мыслью, что, если бы он хотел принести ее в жертву, не стал бы отстегивать пансиону кругленькую сумму и подписывать рабочий контракт на десять лет. Этот свиток ведь гарантирует ей защиту. Во всяком случае, именно так говорила леда Мора.

Когда вода в бассейне забурлила, гости, внимательно следившие за происходящим, оживились, зашептались, кто-то даже восторженно вскрикнул: «Начинается!» А Таис продолжала сидеть на каменном бортике и смотреть на странную возню в глубине не менее странного водоема. Страх бился где-то в подсознании, но слова мастера мешали панике завладеть разумом. Хотя, возможно, не слова, а темные чары.

Кто же ты такой, знаменитый кутюрье всемирьяна? И что за дьярова потасовка завязалась в твоей черно-бурой «луже»?!

На мгновение Таис показалось, что перед ней вовсе не вода, а темное зеркало портала. И кто-то там вдалеке рвется, раскидывая соперников, чтобы попасть сюда, к ней. Страшно? Должно было быть, но мастер ведь сказал, что все обойдется. С трудом оторвав взгляд от жутковатой баталии, ящерка посмотрела на лэдледро. Он чуть заметно ей кивнул, и Таис окончательно расслабилась. Мастер не даст ее в обиду, он же обещал.

Гости отпрянули, когда раздался всплеск, а девушка лишь едва заметно вздрогнула. Из темных вод под аплодисменты зрителей выползло человекоподобное существо с лысой головой и длинными когтистыми пальцами. Когда оно открыло голубые, как у людей, глаза, кто-то из присутствующих упал в обморок, а кто-то выкрикнул в панике:

— Это морледор, не морлер!

Таис снова взглянула на мастера, невольно отмечая, что он доволен. Только вот чем? Морледором вместо морлера? Что это за твари такие? И почему ей кажется, что она уже где-то слышала эти названия.

Ловаль предостерегающе поднял руку, успокаивая разволновавшуюся толпу.

— Морледор не причинит вам… беспокойства. — Он выделил интонацией последнее слово, будто отрезав его от других. — Гарантирую! — добавил громко и четко. Как такому не поверить?

Гости успокоились, а Таис продолжала размышлять. Им не причинит вреда, а как насчет нее? Девушка снова покосилась на «подарочек» из портала. Сомнений не было — бассейн и правда являлся воротами в мир иной. Знать бы еще какой. А на языке по-прежнему вертелись эти «морлы»… Она слышала о них на лекциях или, может, читала? Поскорей бы вспомнить!

Существо тем временем подползло ближе, с интересом разглядывая ящерку. Чуть склонило голову к плечу, прищурилось, оценивая девушку, затем потянулось к ней когтистой пятерней, с которой стекала черная липкая жижа.

Противно? Вовсе нет! Таис, вопреки собственным ожиданиям, не испытывала брезгливости. Саламандру мучило любопытство, а еще ее непонятным образом тянуло к незнакомке. Страха все так же не было, и она не понимала: это из-за приказа мастера или потому что морледора не проявляет агрессии?

Судя по фигуре, гостья из бассейна принадлежала к женскому полу. Иномирянка, но не из всемирьяна. Откуда тогда? Морде, мор… стоп! Морледоры, морлеры и прочие морлы упоминались в мифах об Адане, устройство которого воспитанницы пансиона изучали на уроках года три назад. Предполагаемое устройство, ибо из Адана, как известно, никто еще живым не возвращался. Мертвым, впрочем, тоже.

Разновидностей демонов было так много, что Таис их всех не запомнила. Демоны и демоны. К чему мудрить с бесчисленными названиями? Она и представить не могла, что встретится когда-нибудь с одним из их темной братии. Вернее, с одной. И вот, пожалуйста, — сюрприз! Неужто лэдледро — темный колдун с лицензией на запрещенные ритуалы? Наверняка. Но зачем он вызвал в Лимборо настоящего демона? И что с этим демоном теперь делать ей, Таис?

Какое-то время ящерка с морледорой изучали друг друга. Потом демоница хмыкнула и улыбнулась, демонстрируя вполне человеческие белые зубы, ярко выделявшиеся на черном фоне лица, а Таис вопросительно изогнула бровь, не понимая ее веселья.

— Вы понравились друг другу, это очевидно, — вынес вердикт мастер, спускаясь к ним. — Таис, тебе следует дать ей имя. — «Как собачке», — подумала саламандра. За гостью из Адана отчего-то стало обидно. — Если она его примет, это окончательно вас свяжет. — Девушка молчала, и Ловаль чуть повысил голос, проявив тень неодобрения: — Имя, леда Рэнидар!

— Тина. — Таис сама не поняла, почему это сказала. Просто в голове, как звезда на ночном небосводе, вспыхнуло именно это сочетание букв.

— Ти-и-ина, — повторила морледора, пробуя имя на вкус, и опять улыбнулась.

— Приняла? Прекрас-с-сно! — протянул мастер. — Тогда начнем.

— Что начнем? — воззрилась на него саламандра.

— Испытание, конечно. Ты же хочешь стать модельером, Таис, я прав? — Ящерка кивнула, окончательно запутавшись. При чем тут ее профессия и демоница? Зачем вообще это шоу с вызовом потусторонней сущности? Еще и не совсем той, которая ожидалась, судя по реакции зала. — Отныне Тина твой живой манекен, источник твоих сил и долголетия, маленькая леда. Все, что мечтаешь создать… любой, самый невероятный костюм — все это ты, как эскиз на бумаге, можешь «нарисовать» на морледоре. Каждый из морлов — метаморф, способный полностью видоизменяться. Просто закрой глаза и рисуй руками, представляя новый наряд и модель, на которой он сидит. Это несложно, поверь. — Он щелкнул пальцами, и их троицу отрезало от зрителей миниатюрной копией магического купола, нависшего над крышей. — Это и есть твое задание, Таис. Тест на профпригодность, если хочешь, — усмехнулся мастер, интригуя все больше.

Ненормальный колдун, талантливый художник… человек, для которого, похоже, не существует запретов. Использовать порождений тьмы в качестве манекенов… да он точно псих! Или все-таки гений? Что там лэдледро говорил про источник сил и долголетия? Не потому ли у него всего семь учеников, которые выглядят как студенты. Сколько им на самом деле лет? Как давно они работают на своего нанимателя? И как долго продержится здесь сама Таис?

Вопросов было море, однако задать их девушка не успела, потому что мастер, вручив ей свиток с темой экзамена, прошел сквозь магический щит, чтобы дать сигнал для продолжения бала. Саламандра же осталась в обществе демоницы. Не самое безопасное соседство, но лэдледро же сказал про их связь — значит, бояться нечего. Ящерка внимательно посмотрела на морледору, усевшуюся на бортик зеркально ей. Та ответила тем же.

— Говорить умеешь? — спросила Таис. Тина неопределенно повела плечами. — Ладно, позже выясним. Сейчас давай работать, но учти — я раньше ничего подобного не делала и… — Она замолкла, когда когтистые пальцы сомкнулись на ее запястье. Сильная хватка, такой при желании можно и руку сломать.

— Тинарах, — прошептала морледора, придвигаясь ближе. От нее пахло тиной… очень подходящий к имени запашок.

— Тебя так зовут на самом деле? — тоже шепотом уточнила саламандра. Демоница кивнула. — А я Таис, можно просто Тай. Рада знакомству, — нервно усмехнулась она, и даже приказ мастера не смог подавить ее волнение. Когда все это закончится, ящерка обязательно выяснит, чем морледоры отличаются от морлеров. Первым делом этим займется независимо от результатов испытания. Потому что на слепо подчиняющуюся сущность из них двоих сейчас больше походила сама Таис, а не демоница. — Не против побыть моей моделью?

Тинарах плавно поднялась и встала. Ноги ее были по колено в воде, по черной коже все еще стекали блестящие капли. Волосяного покрова Тинарах не имела и оттого действительно напоминала манекен: гладкий, стройный… идеальный, если бы не жуткий «маникюр».

— Ты прекрасна, но слишком экзотична для заданной мне темы, — вздохнув, сказала саламандра. — Прости, но придется тебя немного изменить и… — Она снова развернула задание, оставленное мастером. — И приодеть, да… по свадебной моде. Согласна?

Морледора снова качнула головой — значит, экри она точно понимает, это радует. Эх, если бы еще демоны не требовали плату за свои услуги! Несмотря на тревоги и сомнения, мучившие Таис, она умудрилась поймать вдохновение, которое пришло, едва приступила к работе. И в этом тоже было что-то странное, потому что раньше в стрессовой ситуации ящерка настраивалась на творчество часами, а то и сутками. К тому же ее порядком раздражали любопытные взгляды гостей.

Праздник продолжался, они снова веселились, пили вино и танцевали, не забывая посматривать на седьмую ученицу лэдледро Ловаля сквозь полупрозрачную сеть чар. Счастье, что она не слышала их голоса, иначе бы точно не смогла сосредоточиться и завалила экзамен. Странный мрачный тест, превращенный с легкой руки мастера в испытание для ее нервов и в шоу для зрителей.

Обидно? Немного. Но что она может сделать? Разве что получить зачет! Иначе на радость публике темный маг скормит нерадивую ученицу морледоре. Или как минимум даст ей Таис пожевать.

Там же…

Маски кружились по залу, и сложно было угадать, за какой скрывается реальный человек, а за какой преобразившийся морл. Ученики выгуливали своих ручных демонов, придавая им каждый раз новые образы. Среди шумной толпы, привычной к необычным вечеринкам у лэдледро Ловаля, выходцев из Адана было больше десятка, но морледора среди них затесалась всего одна. Мастер не сомневался, что на вкус и запах маленькой саламандры откликнется не низший морл, способный стать послушной игрушкой для девушки, а кто-нибудь поинтересней. Например, морланг или морливер. Однако Таис его удивила, умудрившись призвать морледору.

Высший метаморф! Самоопределяемая, хитрая, изворотливая… Такую не заставишь, как щенка, выполнять команды хозяйки. Тинарах, в отличие от тупенького морла, легко могла выпить жизнь Таис, завладев ее душой, но не рискнула. Решила поиграть с ящеркой или испугалась его гнева? Скорей всего, и то и другое.

Морледора, как и те, кто был до нее, воспользовалась шансом сменить обстановку, отвоевав у сородичей билет в другой мир. Не все же ей души сортировать в сумеречном Адане. Скучно, однообразно, а тут целый отпуск! Правда, с ограничениями, но ведь за все надо платить. А платить демоны ее уровня не любят. И все же она приняла имя из уст саламандры.

Смирилась или затеяла собственную игру?

Ловаль следил за обеими, краем глаза отмечая, что вечеринка продолжается. Ученики и их морлы умело заводили народ, официанты разносили изысканное вино, а музыка с примесью чар проникала в души, увлекала в танец, кружила и завораживала, настраивая всех на нужный лад. Обычно мастера развлекало созерцание гостей, но сегодня его взгляд был прикован к новой ученице и ее напарнице, которая стремительно преображалась. Таис очень быстро сориентировалась и с головой окунулась в творчество, забыв о страхах, которые он, конечно, подавил в ней, но вряд ли вытравил целиком.

Прошло не больше получаса — и в бассейне, превратившемся в невысокую сцену, покрытую зеленым ковром, стояло уже не черное безликое чудовище, а очаровательная светлокожая блондинка с золотистыми кудряшками, собранными в замысловатую прическу, из которой торчали тонкие спицы с нанизанной на них серебряной паутиной.

Головной убор отдаленно напоминал корону. Причудливую и по-своему красивую. А еще на Тинарах было совершенно невероятное платье из черно-белого шелка с серебряным узором. Оно тоже насаживалось на легкий металлический каркас, детали которого в некоторых местах оставались открытыми, придавая наряду особую изюминку.

Свадебное платье для иномирянки. По мнению Ловаля, леда Рэнидар отлично справилась со своей задачей, по мнению публики… хотя кого, в сущности, заботит ее мнение? Да и вряд ли кто-либо отважится назвать морледору некрасивой. Она ведь запомнит и отомстит.

Позднее…

Таис танцевала с Даном и чувствовала себя невероятно счастливой, будто не было похищения Натальеры, как не было и проклятого экзамена, из-за таинственности ставшего еще более тяжелым и нервным. Будто она не оставалась один на один с демоницей, изучавшей ее с таким хищным интересом, что становилось не по себе. Будто лэдледро Ловаль, выразив свое восхищение ее талантом, не подал ей руку, приглашая королеву бала на «Маиску». Это был танец на грани сдержанности и страсти, битва характеров, поединок чувств. Зачем мастер выбрал именно эту композицию? Зачем умолчал о ритуале? Зачем…

Таис подняла голову, чтобы взглянуть на улыбающееся лицо Дана, и с удивлением обнаружила на его месте Ловаля. Одетый в черный длинный камзол с шелковыми рукавами и пышным кружевным жабо, скрывающим грудь, он смотрел на ящерку, щуря разноцветные глаза. Холодные, непроницаемые… как и весь лэдледро.

А вокруг них кружили полупрозрачные часы, стрелки которых остановились на двенадцати. Опытный танцор легко вел по залу сбившуюся с шага партнершу, а Таис, не моргая, смотрела на него, не в силах понять, что происходит. Она ведь только что танцевала с Даном!

Саламандра зажмурилась, прогоняя наваждение, тряхнула кудрями и снова открыла глаза, чтобы увидеть погруженную в полумрак спальню, серебристую луну за окном и мерцающий в ее свете скай-хрон. Голова кружилась, застежка на платье, в котором девушка уснула, больно врезалась в бок. Сев на кровати, Таис запустила пальцы в спутанные волосы и чуть взъерошила их, пытаясь вспомнить, что же произошло на самом деле.

Как она сюда попала? Точно не своим ходом! Тогда кто принес? Дан, кто-то из слуг или, может… сам мастер?

Лицо вспыхнуло, сердце забилось чаще, а память упорно не восстанавливалась, продолжая нервировать Таис. Она не знала, где граница сна и яви. Был ли танец с веселым и обходительным Даном, или ей все это просто привиделось? А «Маиска» с лэдледро Ловалем? Вдруг она тоже плод ее воображения, как и жутковатый экзамен, и источающая опасность морледора. Скай-хрон ведь по-прежнему в комнате, хотя ящерка точно помнила, что отдала его мастеру в самом начале праздника.

Поднявшись, Таис подошла к столу, чтобы взять волшебный шар, под которым лежала записка. На дорогой бумаге с серебристыми вензелями аккуратным почерком было выведено всего два слова:

«Открой подарок».

Оглядевшись, демоницу Таис в комнате не обнаружила. Каких-либо неучтенных коробочек, перевязанных ленточкой, — тоже. Логически рассудив, что скай-хрон и есть подарок, она подняла крышку. И тут же увидела мигающий огонек видеописьма в хранилище паучьей почты.

Любопытство одержало верх над сомнениями, и саламандра открыла послание. Оно было настроено на миниатюрный вариант, поэтому вместо призрачной фигуры в полный рост глазам девушки предстала уменьшенная копия лэдледро Ловаля, который с видом, далеким от раскаяния, заявил:

— С пробуждением, моя новая ученица! Надеюсь, прекрасная леда простит мне вынужденное молчание? Я ведь и сам не знал, получится ритуал вызова или нет и кто именно откликнется на твой аромат, Таис. В Адане много метаморфов, и далеко не все они жаждут сотрудничать с обитателями всемирьяна. Для удачного контакта нужны были чистые эмоции: удивление, ожидание, даже крупицы страха, с которым ты так отважно боролась. Прости! — повторил он, пряча за завесой черных волос глаза. — И поздравляю! Ты отлично справилась со своей задачей, маленькая леда. Жаль, что вечеринка для тебя закончилась так рано, — вздохнул мастер. — Закрепление связи с морледорой лишило тебя сил, — объяснил он ее внезапный сон, больше похожий на обморок.

Ящерка снова посмотрела вокруг в поисках демоницы. Значит, Тинарах ей не пригрезилась, и экзамен тоже был, и танцы! А в спальню ее действительно принес мастер! Ведь скай-хрон оставил на столике именно он. Хм, может, не так и плохо, что память обзавелась провалами? В противном случае Таис сейчас бы сгорала от стыда.

— Уверен, в следующий раз ты будешь веселиться до утра, не испытывая никаких неудобств, — после короткой паузы продолжил Ловаль. — В качестве извинений позволь преподнести тебе в подарок этот скай-хрон. Я взял на себя смелость найти адрес наемника, похитившего твою подругу, — сказал он, а ящерке подумалось, что адрес этот мастер знал раньше, как и самого наемника. Было что-то такое в его речах. — Если ты по-прежнему настроена ее вернуть, действуй! Я слов на ветер не бросаю. Договоришься с Тенью — выкуплю твою подругу с условием ее десятилетнего контракта со мной. Из этой девочки выйдет модель не хуже морла. А из вас двоих — отличный творческий тандем. Удачи, Таис!

Изображение мигнуло и погасло, а ящерка прижала к груди шар, счастливо улыбнулась и даже покружилась на месте, хлестнув пышной юбкой по столу. Перебравшись на кровать, она торопливо пригладила волосы, поправила смятое платье, затем несколько раз глубоко вздохнула, чтобы восстановить сбившееся от волнения дыхание — не каждый же день ведешь судьбоносные переговоры с наемным убийцей — и вызвала паука, обслуживающего ее скай-хрон. Конечно, ей следовало лучше обдумать, что именно говорить киллеру, но эмоции победили логику, и спустя пару каких-то секунд Таис с замиранием сердца слушала тихую мелодию вызова.

Терлим, терлим…

Время текло — наемник не отвечал.

Терлим, терлим, терлим…

Ящерка уже начала отчаиваться, как вдруг огонек ожидания сменил цвет, и над раскрытой сферой возникла очередная темная фигура. На этот раз в плаще с капюшоном.

— Глазам не верю! — выдохнула она.

— Он знал! — прошептала саламандра, жадно разглядывая подругу. — Он все знал! Обожаю его! — призналась она.

— О ком ты, Тай?

Выглядела Натальера странно. И без того светлые радужки стали серебристыми, а взгляд сфокусированным, прямым, будто слепая принцесса прозрела. Или действительно прозрела? Что она там говорила про глаза? Кожа и волосы похищенной выпускницы обрели зеленоватый оттенок. Впрочем, это как раз было объяснимо — в руке она держала источающий свет изумруд. За спиной ее была каменная стена и чугунные трубы.

Где же Тень держит пленницу? В подвале? И почему у нее его скай-хрон?! А впрочем, не важно!

— Ты живая! — воскликнула Таис, у которой защипало в глазах. Смахнув навернувшиеся слезы, она спросила: — Тебя не обижает этот… — Договорить не удалось — она расплакалась. Такая стойкая, смелая, решительная всего несколько часов назад разревелась сейчас, как последняя размазня.

— Не плачь, — улыбнулась подруга. — Все со мной хорошо. Мало того что я снова вижу, так еще и в бегах. В Лимборо.

— В Лимборо?! — Ящерка чуть не разбила скай-хрон, едва не выронив его из рук. — И я… И я тоже в Лимборо! Он точно знал. ВСЕ знал!

— Да кто такой этой загадочный ОН?

— Лэдледро Ловаль, мой мастер. Натали, нам надо встретиться. Срочно! Мастер сможет тебе помочь. Он заключит с тобой контракт на работу, и мы снова будем вместе. Я…

— Ты многого не знаешь, Тай, — перебила принцесса, оглянувшись на шорох, раздавшийся за ее спиной. — Музей темных искусств, служебный вход. Встретимся там! А сейчас прости, мне надо бежать, — прошептала она, явно кого-то опасаясь, затем надела на шею амулет и исчезла даже раньше, чем оборвалась связь.

— Музей темных искусств, — повторила саламандра, вытирая мокрые от слез глаза. — Не время расслабляться. Вот встретимся — тогда и поплачем вместе… от счастья.