Глава 19

Сходу ударить вопросами в лоб – лучшее решение, но я не смогла. Увидела мамин тёплый взгляд – и размякла, как печенька в сладком чае. Проклятая детская недолюбленность.

– Привет, – она отложила лопатку для жарки, убрала с плиты сковороду. – Видела, ты пришла с Даханом.

Кивнула и тихонько опустилась на единственный в кухне стул. Ноги не держали, горло сковало. Я такая тряпка, боже! Самой противно.

– Зачем ты врала мне? – выдавила из себя бесполезный вопрос.

Надо выяснить, как я оказалась у них с папой, про Оракула спросить… Тряпка!

– Девочка моя, – мягкая, тёплая ладонь гладила меня по голове, – всё очень непросто. Я не могу говорить об этом.

– Правду сказать религия не позволяет?

– Почти. Я дала обет, – она вздохнула так тяжело, что у меня сердце сжалось. – Расскажу – умру. По отношению к тебе это эгоистично. Прости.

Чего ещё ждать от женщины, которая бросила своего мужика, ребёнка и свалила в закат? Нет, я не хотела, чтобы она нарушила какой-то там обет – наверняка, это не шутка, но её пассивное «увы, с этим ничего не поделаешь» поразило до глубины души.

– Ты украла у меня жизнь, мама, – в голове загудело. – Говорила, что драконы – монстры, запугивала…

– Я не соврала, всего лишь приукрасила, – заявила совершенно спокойно. – Драконы на самом деле монстры, и тебе есть чего бояться.

– На меня открыли охоту! – открыла глаза и сорвалась на крик. – И знаешь, что самое обидное? – зашипела. —Тебе на меня плевать… На всех плевать, кроме себя!

Глаза почти чужой женщины заволокла мутная пелена. На меня смотрела не Олька, не мама – кто-то другой.

– Позови Дахана, я буду говорить с ним.

– Говори, – голос Давида за моей спиной грянул опасным спокойствием.

В ногах словно пружины разжались – я подскочила со стула, обернулась и с ужасом посмотрела на хозяина. Ох… Янтарь чернел, я дрожала. Теперь точно получу по полной программе. Тяжёлое дыхание, огромные сжатые кулаки, подвижные желваки, жёсткий прищур драконьих глаз и запах грозы, которая вот-вот грянет. Давид напоминал разъярённого зверя, а мама смотрела на него без страха, гордо расправив плечи. Господи, прямо в глаза! И эта женщина рассказывала мне, как сильно боится драконов?!

– Господин, это не то, что вы подумали… – я сделала шаг назад.

Не переставая препарировать жертву взглядом, хозяин жестом приказал мне заткнуться. Казалось, мама сейчас потеряет равновесие и улетит в раскалённый янтарь, а потом застынет в нём маленькой беспомощной мушкой навечно.

– Имя, – потребовал Давид.

– Ольга, господин, – в её голосе шуршала натренированная покорность.

– Это ты устроила погром в автобусах? – вопрос Давида остался эхом в моих ушах.

Что он такое говорит? Мама, погром в автобусах… Там была Оракул. Мысли спутались, и перед глазами мигнул свет – всего секунда, но мне показалось, что я провела в зыбкой темноте целую вечность, полжизни перед глазами пролетело.

– Я дала обет хранить тайну. Если нарушу молчание – мне конец.

– Плевать, – зло процедил дракон. – Ты в любом случае сдохнешь.

– Не надо! Пожалуйста! – я вцепилась в плечо Давида. – Прошу, не надо… – из глаз хлынули слёзы. Нервы сдали окончательно. – Не трогайте маму, господин! Прошу!

Ноги сами подкосились, и я опустилась на колени перед крылатым оборотнем. Голова словно чугуном налилась, шея такую тяжесть поднять не смогла. Я захлёбывалась ужасом, слезами, без конца повторяя «прошу, не надо».

– С ума сошла?! – он рывком заставил меня подняться. – Ты – дракон, – хрипел, глядя мне в глаза. – Не смей никогда так… Поняла?! – сжал пальцами мой подбородок.

– Да… да, господин, – кивала, даже не понимая, с чем соглашаюсь.

– Давид, вы молоды, но не лишены мудрости, – мама подала голос. –  Я хочу помочь дочери… и себе. Моя искра гаснет.

Она отвела глаза, а до меня дошло – хозяин не собирался её убивать, мама и так в шаге от конца и ой как рассчитывает на магию энергика. Но не больше того… Хотела бы Олька причинить мне вред, сделала бы это ещё несколько дней назад, когда мы встретились здесь. Кто я тогда была? Никто – пустое место. Искать бы не стали. Похоже мама сама влипла неслабо и теперь отчаянно пытается остаться в живых, рассчитывая на мою помощь и на помощь господина.

– Надеешься, что Таисия поможет тебе? – дракон ухмыльнулся в такт моим мыслям.

– Надежда – не преступление. Я не хотела навредить дочери. Никогда. Надеюсь на ваше великодушие, господин.

Давид молча вытащил из кармана телефон, провёл пальцем по экрану и замер, вглядываясь в глаза моей мамы.

– Решение за Таисией, – выдал сухо.

– Помогу, – хриплый шёпот оцарапал пересохшее горло. – Я помогу, – понятия не имела, как это сделать, но согласилась «не глядя».

– Но сначала я узнаю всё, что знаешь ты, – дракон говорил жёстко, не оставляя места вариантам, – и только потом получишь желаемое. Обет ты не нарушишь.

– Это мудро, – на маминых губах появилась лёгкая улыбка. – Спасибо, господин.

Дракон отошёл от нас на несколько шагов, набрал чей-то номер и приложил смартфон к уху:

– Паб у красного квартала, спецгруппу сюда.

***

Зов отключил мозги, наделив член абсолютной монархией – я размечтался о хорошем таком трахе с малышкой. И где? В туалете. Пацанский азарт не по размеру взрослому мужику, но я с какого-то хрена решил, что Тася сама намекнула, ещё и бёдрами зазывно виляла, пока уходила и оборачивалась – спиной чувствовал её горящий желанием взгляд. Сидел, потягивал холодный стаут, набираясь сил перед заходом, и считал минуты до старта. Сердце чуть рубашку не разорвало, когда обнаружил в сортире ошарашенную моим появлением полукровную тётку. Таси нигде не было. Метался как безумный зверь по залу, чуть столы не переворачивал. Перемахнул через барную стойку, тряхнул Бориса, чем до усрачки напугал журналюг, и услышал хрустальный голосок пары: окно раздачи – вещь многофункциональная…

Её мать – Оракул, мать её.

Удивился? Да я охренел! Надеюсь, заметно не было. Девочка меня снова обманула… Нереальная упоротость в недоверие – слов не было, слюни только, но личное я отложил на потом. После разговора с Ольгой, которая положила охрану в автобусах, выпустила вынужденных погулять, но при этом утверждала, что плохого для дочери не хотела, я решил хорошенько покопаться в её голове. Есть у меня знакомая-доктор, которой плевать на обеты молчания. Мне нужно знать, какую тайну хранит Ольга. Она – ключ к ответам.

Спецгруппа прибыла на место оперативно. Не менее оперативно парни вкололи Ольге слоновью дозу успокоительного, чтобы вела себя, как морковка на грядке, и погрузили её в неприметное авто. Всё сделали быстро, тихо, пользуясь исключительно чёрным ходом. Таисия смотрела на процесс огромными глазами, но слова не сказала. Похоже, она сама себя наказала – испугалась-то нехило.

– Домой едем, – вышло зло.

Малышка сопела, следуя за мной до парковки – глаза на мокром месте, но слезами недоверие не смоешь. Как показала практика, в короткие минуты раскаянья Тася понимала – я не враг, а потом, бац – рецидив. Тася шмыгнула в машину, я захлопнул дверь и собрался сесть за руль, но увидел Давыдова. Мой заместитель вертелся возле авто спецгруппы.

– Слава! – окликнул. – Сюда иди.

– Доброго, Давид Рустамович.

– Разнюхал уже что к чему тут?

– Есть немного, – он хитро сощурился. – Виновницу нашли, дело можно закрывать.

Тут я не понял, и сильно. Вячеслав Рубенович давно не наивный юноша и природным чутьём не обделён. Неужели так и не догадался, что Оракул не одна старалась?

– Нюх теряешь, Давыдов. На заслуженный отдых захотел?

– Так я же… – лицо зама вытянулось.

– Над Ольгой кто-то стоит, и она не против поделиться информацией.

– Вот та тушка полуживая? – Вячеслав покосился на чёрную машину. – Тётка слюни пузырями пускает.

Есть такое дело. Парни из спецотряда немного перестарались с дозой успокоительного, но я мешать не стал. Во-первых, почти по инструкции, а во-вторых, путь до «апартаментов» Ольге предстоял неблизкий, вполне могла взбрыкнуть по дороге. Абсолютного доверия к ней у меня не было.

– Утром всё будет. Не сомневайся, – кивнул Славе «свободен», а сам полез в карман за телефоном.

Набрал смс Арине Игоревне, чтобы завтра в семь утра была во всеоружии – я заеду, и почти сразу получил положительный ответ. Ценю нелюбопытных, понятливых полукровных женщин. Она поможет. Прочитает мысли Оракула и той не придётся нарушать обет молчания. А там посмотрим, что с ней дальше делать.

– Ты здесь ещё? – я поднял глаза и обнаружил, что Давыдов стоит рядом и без зазрения совести заглядывает в мой телефон.

– Задумался, – буркнул, развернулся и, сунув руки, в карманы брюк потопал к своей малолитражке.

За долгие годы совместной работы Вячеслав Рубенович ни разу не заставил в себе усомниться, но сегодня он вёл себя более чем странно. Или это у меня процессор перегрелся, и я начал видеть то, чего нет… К черту. Отмахнувшись от навязчивых опасных мыслей, сел за руль внедорожника.

– Ну что, маленькая, – повернулся к Тасе, – начинай.

– Что? – округлив заплаканные глазки, с непониманием посмотрела на меня.

– Рассказывай, как перепутала туалет с кухней. Как совершенно случайно встретила мать, о которой ничего не слышала уже много лет. Хотя стоп… – я повернул ключ зажигания, мотор мягко заурчал. – Ты работала у Бориса и наверняка уже бывала в кухне. Хреновая версия, придумай лучше.

– Господин, зачем вы так? – её голос дрожал, но слёзы держала. – Мама рассказывала жуткие вещи о драконах. Говорила, что была наложницей у крылатого оборотня, а там…

Теперь понятно откуда гаремный ветер. Я горько ухмыльнулся, выезжая на широкую улицу – навыдумывала сказок, а девчонка до сих пор не может отличить их от реальности.

– Запугала она тебя, – я вздохнул, чувствуя – злость отступает.

– Больше за неё переживала, – Тася опустила глаза. – Мама так боялась драконов…

– Тебя не смутило, что теперь она живёт в Вивернограде? Драконы тут не редкость. Или… ты ведь сама дракон, маленькая.

– Я об этом не думала, – всхлипнула. – Почти не думала.

Открыл бардачок, достал коробку с бумажными платочками и молча поставил Таисии на колени. Глупенькая моя малышка, живёт чувствами, а не разумом.