Глава 6

Месяц назад

Мерида

Видеть, как он целует ее, неприятно. Даже не думала, что будет настолько сильно.

Задержав взгляд на паре чуть дольше положенного, я заметила растерянность в глазах Офелии Вернер и расцветающий на ее щеках румянец. Мой договорной жених же выглядел королем положения, глядя на девушку как на свой самый ценный приз.

Эварс только что победил в дуэли. Унизил соперника, недооценив его, и получил проклятье под ноги.

Его истинная тут же бросилась к нему.

Я две минуты назад познакомилась с ней, а теперь смотрела на двух влюбленных, чьи судьбы связала магия истинности. Да, именно влюбленных, хотя сами они вряд ли об этом уже знают. Судя по моим наблюдениям, Вернер отрицает очевидное, а Эварс в принципе не особо верит в какие-либо возвышенные чувства.

Тем не менее смотрит на нее вот так.

Хочется подойти и растолкать их в разные стороны. Но вместо этого я отвожу глаза, отвлекаясь на спешащего к нам декана. А потом вовсе ухожу, решив оставить все это за спиной. Хотя бы сегодня.

В моей жизни стало слишком много посторонних. И все потому, что отец решил вернуться в родовое поместье, покинутое много лет назад.

Я родилась в Салме — прекрасном городе, столице островного королевства. Там всегда лето, а воздух пахнет фруктами, цветами и морем. Почему мы не остались там? Почему решили приехать сюда, в бывшие земли темных эльфов, отвоеванные у них драконами.

Моими предками.

Отец не особо желал вернуть власть Духам Пламени, как нас называли когда-то. Но все же пошел на сделку с Черными Сапфирами. Те ощутили угрозу, едва мы ступили на эту землю, и решили обезопасить себя брачным союзом семей.

Политика.

Сильные мужчины решают судьбы множества людей, которые даже не подозревают, что их мир и благополучие зависят от результата переговоров.

Я родилась в семье со старыми традициями, меня воспитывали как невесту, а затем и жену дракона. В идеале в моем будущем должна фигурировать истинность. Но мне не повезло.

Заключая договор, отец был уверен, что драконья магия свяжет меня с будущим мужем. На тот момент он еще не обзавелся меткой.

Но все изменилось.

Сильным мужчинам нет дела до таких мелочей. Так или иначе я надену подвенечное платье и отдам себя дракону, чье сердце уже занято другой. Кровь и магию Духов Пламени я уже не передам дальше. С неистинным может родиться только девочка и то, шанс на появление ребенка очень зыбкий. Отцу плевать на это. Ведь бремя продолжения рода ляжет на плечи моего еще нерождённого брата.

Долгожданная вторая беременность обрадовала родителей семь месяцев назад. Скоро у Файеров появится истинный наследник.

А мне предстоит воспитывать чужих детей. И любить их, как своих собственных.

С этим я смогу справиться, мне совсем не претит подарить любовь ребенку мужа. А вот терпеть в замке женщину, которая его родит… Получится ли?

Я воспитана в старых традициях, и очень многое «должна». Раньше мне казалось, что все это не так уж сложно. Ведь это мой долг.

А потом я увидела, как Барт Эварс смотрит на Офелию Вернер.

Мое сердце разбилось в тот день.

И продолжало разбиваться каждый раз, как я видела их вместе.

Нет, истинная моему жениху не нужна. Пусть выполнит предназначение, родив ему наследника, и на этом ее работа будет выполнена.

Я потерплю соперницу ровно до того момента, как воздух пронзит крик ее первенца. Если удастся, максимально приближу этот счастливый момент. И пусть Офелия ничего дурного еще не сделала, этот звук будет последним, что она услышит.

Я — Мерида Файер, и делить своего дракона с другой не согласна.

Ноги сами вынесли на улицу. Оставаться сейчас в замке было невыносимо. Стены давили со всех сторон и словно большие экраны демонстрировали сцену поцелуя, невольной свидетельницей которого я стала.

Мне же должно быть все равно. Откуда эта съедающая изнутри ревность? Договорного жениха ведь совсем не люблю.

Конечно, со временем полюбить его придется, но сейчас нет никакой надобности играть в чувства и натягивать маску.

Бартоломью пока даже не знает, кто я такая.

Спустившись во двор, я подняла лицо к небу и прищурилась. Снег валил крупными хлопьями, словно тучи расстреляли из пушек. Щекотал обнаженную кожу, путался в волосах и таял от моего дыхания.

Не понимаю людей, видящих в зиме красоту или даже романтику. Она останавливает течение жизни и съедает цвета, заковывая все в безликий белый. А еще этот холод… Как его можно любить?

Сморщив нос, я смахнула с ресниц снежинки и тряхнула волосами. Огляделась, с удивлением замечая, что в одной из беседок кто-то есть. Особо не раздумывая, двинулась в ту сторону.

Это оказался Герт Мартинс с факультета артефакторов. Он как-то помогал мне разобраться в сложной теме по теории артефакторики, которая обязательным предметом шла у всех до третьего курса. А потом позвал на свидание и даже попытался поцеловать.

Я тогда сказала, что отношения пока не интересуют, но и отталкивать его не стала. У парня светлая голова, такие в будущем становятся отличными мастерами в своем направлении. Иными словами, Герт еще может пригодиться.

Остановившись перед деревянными ступенями в беседку, я поймала взгляд мага и улыбнулась.

— Привет. Можно составить тебе компанию?

На лице у него цвел огромный зеленоватый синяк, стекший с брови под глаз. Из-за этого одна сторона была припухшая. В целом, выглядело ужасно.

— Как хочешь, — буркнул он, отвернувшись.

Я немного удивилась, но все равно поднялась внутрь.

— Не слишком дружелюбно…

— Извини, настроения нет.

— Это фингал тебе его подпортил?

Герт зыркнул на меня и поджал губы. На скулах заиграли желваки.

Так-так, кажется я наступила на больную мозоль.

— Неужели магией свести не получилось? — не сходила с неприятной темы я.

Села рядом в пол-оборота, чтобы видеть Мартинса и его реакцию на слова.

— И кто же тебя так отделал?

— Отстань, Мерида. Я не хочу об этом говорить.

Я выдержала его гневный взгляд, дождавшись, когда он сам отведет глаза. А потом положила руку ему на колено, легонько сжав пальцы.

— Зря. Ведь тем самым ты показываешь свою слабость. Расскажи, что случилось, а я помогу свести эту красоту с твоего лица.

Герт недоверчиво прищурился.

— Магией это не убрать. И зельями — тоже. Я пытался.

Убрав сползшую на лицо прядь за ухо, я заговорчески улыбнулась.

— Полагаю, тут не обошлось без драконьих чар.

Он нервно дернулся, и глаза за стеклами очков блеснули злостью.

Я вздохнула.

— Значит, так и есть. Тебе повезло, Мартинс. Драконьи чары — моя специализация. Под чистую фингал не уберу, но значительно его уменьшу. В противном случае, носить тебе его, как минимум, до весны.

— Зачем тебе это?

Я убрала ладонь с его колена и села ровно. Пожала плечами. Мне в голову только что пришла замечательная мысль о том, как побыстрее избавиться от соперницы. Нужно всего лишь запихнуть ее под моего будущего мужа до того, как он таковым станет. А дальше уже дело истинности. Забеременеет, родит наследника — желательно раньше времени, что можно тоже устроить, — и прощай!

В нашей семейной жизни не будет третьего-лишнего.

И делить мужа мне ни с кем не придется.

Воодушевившись, я ощутила распирающее изнутри волнение. В ушах зашумело, а сердце ускорило ритм.

— Не по доброте душевной, конечно же, — пробормотала чуть севшим голосом. Прочистила горло и добавила: — Услуга за услугу.

— Что от меня требуется?

— Насколько ты хороший артефактор, Герт?

В стеклах его очков отразилось мое бледное лицо, окантованное темно-рыжими прямыми волосами.

Он усмехнулся.

— Я не очень люблю хвастаться. Говори что нужно, и я отвечу, смогу это сделать или нет.

Нервно облизав губы, я взглянула в сторону замка.

— Это ты мне скажи…

— Не понял.

Вновь посмотрев на Герта, пояснила:

— Я знаю, чего хочу добиться, но не понимаю, существует ли вообще нужный мне артефакт.

— Почему не воспользуешься магией?

Прикусив губу, помедлила с ответом. Но все же проговорила:

— Магия оставляет след.

Герт посерьезнел.

— Ты же не собираешься втянуть меня в какое-нибудь преступление? Вроде убийства.

— О, нет конечно! — я рассмеялась, что прозвучало в тягучей тишине неестественно и даже немного жутко. — Не в этом году, так точно.

Шутка слегка расслабила парня, и он даже улыбнулся.

— Ладно, выкладывай. Даже если нужного артефакта еще в природе не существует, его вполне можно создать.