21
Взгляд Шепре сделался настолько чёрным, что пугал до дрожи.
Он продолжал смотреть, навевая ассоциации и догадки. Странные мысли слетались в голову. Я замолчала, осеклась, растерялась.
Понятия не имела, какая у Рама фамилия, да и в имени не была уверена. Вдруг он точно так же не сказал мне настоящего? Вот уже сколько лет я отгоняла от себя эту мысль, но сейчас она звучала громко, как никогда.
– И что же с этим драконом? – отозвался Эрлинг. – Вас с ним что-то связывает?
– У него... мой помолвный кулон, – выдохнула я.
– Вы хотите, чтобы я его нашёл? – тон дракона сделался совсем непонятным.
Я не представляла, что на это ответить. Да, хочу! Но могу ли просить? И что дальше? И вообще... его слова казались всё более странными!
– Допустим, я его найду. И что же вы сделаете? Заберёте свой кулон?
– Я... не знаю.
– Вы же ненавидите драконов. Как так вышло, что столь ценная вещь в лапах одного из нас, монстров?
– Я хотела его спасти! Мы были детьми! Я поступала, как велело мне сердце, и если хотите знать, я не жалею! Не жалею! Наверное, он давно уже женился и забыл обо мне. Может, и вовсе потерял детскую безделушку, может, она давно уже ему не нужна! И если это поможет моему брату...
Я снова замолчала, потому что не могла сформулировать фразу. Отберу кулон у Рама? Но я жила этим ожиданием столько лет! Но если у него теперь другая...
Эрлинг продолжал смотреть, пробирая меня насквозь. Пальцы сделались ледяными и я сжала их, чтобы не дрожали.
– А если нужна?
Этот вопрос поставил меня в тупик, пробуждая все те метания, которые столько времени терзали! Если бы я была ему нужна, он прилетел бы. Вернулся. Но к чему втягивать в это Эрлинга?
– Вы спрашивали, где мой кулон, – отозвалась твёрдо. – Я вам ответила. У меня нет доказательств. Единственный, кто может подтвердить мои слова, – дракон по имени Рам. Это всё, что мне о нём известно. А вам? Для чего мой кулон вам?
Эрлинг вдруг поднялся. Прошёл к одному из высоких, от пола до потолка, окон и застыл, глядя на тот же сад, куда выходила и полукруглая стеклянная стена в моей столовой.
– Однажды я влюбился в девчонку, – откликнулся тихо. – Человечку. Когда пришёл домой, я ею просто бредил, отцу все уши прожужжал.
Влюбился? А как же «на всю жизнь»?
И вообще...
Наверное, в моей голове должен был сложиться вопрос, как такое возможно в принципе. Наследник повелителя драконов уж точно не играл в детстве с «человечками»!
Впрочем, про детство он ничего не говорил. Но слова так поразили, так проняли, проникли настолько глубоко в душу, разрывая её.
Непроизвольно поднявшись, не отрывая взгляда, я шагнула к нему. Эрлинг поднял руку к груди. Сделал какое-то движение, доставая из-под одежды...
Я знала, что. Поняла ещё до того, как он развернулся ко мне.
Держа на ладони мой кулон.
На губах мерцала загадочная улыбка. Та самая, что снилась мне годами! Та, в которую я влюбилась без памяти – и тоже, кажется, один раз и на всю жизнь!
– Ох... – прижала я руки к губам. – Рам...
Я столько раз представляла нашу встречу! Мне всегда мечталось, что сразу же узнаю его, что брошусь на шею!
Ох, каким же он вырос... Неужели ненависть к драконам оказалась настолько сильна, что не дала мне понять, кто передо мной?
– Ты не узнала меня, – с оттенком горечи произнёс он. – А ведь я почти сразу... Вот твой кулон, Амберли. Что ты будешь с ним делать?
Я?! Это кто невестой обзавёлся?! Да и...
– Как ты мог... – прошептала я.
Получается, отец держал в клетке сына Главы Драконьего Сейма?!
Наверное, логично... даже странно, что такая очевидная мысль не пришла мне в голову сразу. Наверное, слишком разнились воспоминания о Раме – и всё, что я слышала о Кионе-Шепре.
– Как ты мог разрушить мой дом?! Зная, что я могу быть там, ты... убил всех, кто был мне дорог!
На глаза навернулись слёзы. И вместе с ними наполнились силой «водные пряди».
– Ты знаешь девушку по имени Алья? – дракон не отводил взгляда в ответ на мои обвинения. В его лице не было раскаяния.
Едва нахмурившись, я промолчала, не совсем понимая, к чему он.
– Я не знал, что отец готовит нападение на Тиссен. Находился на другом фронте. К сожалению, не успел прилететь раньше. Но как только услышал, сразу же бросился туда. Чтобы найти служанку по имени Алья.
Я не сводила с него взгляда, осознавая весь ужас того, что сейчас услышу. За что судьба поступила с нами так жестоко?!
– И узнал, что Алья Тартли умерла. Погибла под стенами рухнувшей башни.
Алья... я даже не задумывалась о том, что наши фамилии начинаются на одну букву! Признаться, я и вовсе не помнила уже её фамилию, как и большинства слуг, которых не видела с одиннадцати лет.
– Я просто обезумел, – Шепре говорил коротко, сухо. Не оправдываясь – объясняя. – Думал, что опоздал. Не пришёл. Не защитил.
Я молча смотрела на него, ощущая, как по щекам катятся слёзы. Не понимая, что дальше. Как теперь мне с этим жить.
Моя детская мечта воплощалась и рушилась одновременно! Последний человек, которого я хотела бы видеть рядом. Оказался тем, кого я всё это время ждала.
Эрлинг чуть подался ко мне. Глаза сверкали возбуждённо, лихорадочно. Он не то ждал чего-то, не то боялся.
Отпустил кулон – и тот вернулся на грудь. Цепочка была иной, золотой, красивой. А сам кулон – всё тот же детский, потрёпанный, с едва различимыми буковками.
Неужели... он носил его всё это время?! Столько лет!
Как это расценивать?
Освободившиеся руки легли на мои плечи.
– Сколько раз потом не мог себе простить, что не вернулся сразу же, едва обрёл силу. Не хотел возвращаться к тебе завоевателем. Надеялся, всё закончится... не так.
– Это... всё равно не давало тебе права разрушать мой дом, убивать моих друзей!
– Ты слышала, что я тебе сказал?! – взревел Эрлинг. – Они были уже мертвы! Единственная, кого удалось спасти – Сельва. Я громил пустые камни, ненавидел их. Свою темницу. Место, которое отобрало у меня тебя. Это твой отец оставил их там. В самом центре войны. Зная, что мы придём к нему. Своих детей вывез, скрыл, а служанок заставил остаться... Они все прятались под башней, которая обвалилась.
– Драконы обвалили? – вставила я, не желая единолично ощущать ответственность за это.
Боги, действительно, почему батюшка не спас всех? Я столько раз задавалась вопросом, почему с нами не отправили остальных детей...
«Водные пряди» заметно бурлили, мне еле удавалось сдерживать магию.
– Маги, – зло усмехнулся Шепре.
– Это вы! Это драконы! – гневно воскликнула я, ткнув в него пальцем. – Вы напали на наш дом, разрушили его и убили всех!
– Это война, Амберли, – жёстко отозвался он. – От магических фаерболов разрушений не меньше, чем от драконьего огня. И это ваши маги не позаботились, чтобы детей не было там, где они сражались. Это их неудачный огненный шар обвалил башню.
– Ну почему же он и правда не отправил всех с нами...
– Чтобы не было лишних ртов в голодное время.
Нет, нет. Отец... он не такой!
– Аммер Тиссен специально отдал приказ не брать с собой тех слуг, кто с детьми. Да, он отпустил их, разрешил уехать. Но куда уедешь без пособия, без средств, с ребёнком? Всё это я выяснил, уже сейчас, когда узнал, что у него была дочка. Жаль, не тогда.
Я с ужасом смотрела на него. Неужели и Алья, и Альк... Во мне до сих пор бродила смутная надежда, что они живы. Смогли уехать, родители увезли их. Спрятали!
– Отец не мог так поступить! – пробормотала, отказываясь слушать голос, который стучал в висках, напоминал: их ведь действительно не забрали с вами. Не помогли, не вывезли! Позволили уничтожить имение!
Шепре лишь мрачно усмехнулся.
– Драконы не воюют с женщинами и детьми.
– А нам говорят обратное.
– Разумеется, говорят. А что вам должны говорить? Что наши звери благородны и не приемлют напрасных смертей?
– Благородны? Не приемлют? Последние годы я только и слышала об их безжалостности и жестокости! О том, скольких детей они убили, сколько городов разрушили!
– Каждый раз, когда это слышишь, задумайся: а если было бы не так, тебе сказали бы правду? Что тебе сказали бы? Исходи из логики.
– А как мне быть уверенной, что правду говоришь ты?!
Шепре несколько мгновений смотрел мне в глаза.
– Пойдём, – произнёс решительно. – Я покажу.
Он едва нахмурился, проведя взглядом по моему платью – сразу же захотелось поправить, одёрнуть, влить ещё немного магии, чтобы оно выглядело чуть новее!
– Но сначала... залетим в одно место, – добавил.