Глава 23, в которой драконы измеряются домами и придурью

Осторожно, почти крадучись, мы прошли по раскачивающемуся подвесному мосту. Тот пах камфарой и вербой, а ещё отчаянно скрипел, словно грозил рассыпаться на ветви и корни. Но я не особенно смотрела на протекающую под нашими ногами бурную реку, на живой по сути мост, из тросов которого ползли к свету молоденькие листья, потому что новость о том, что во мне есть какая-то магия, произвела в моей голове эффект взорвавшегося фургончика с фейерверками. Это было впечатляюще, неожиданно, как разноцветной петардой в лоб.

Хотелось прыгать радостно и смеяться: «У меня есть магия! Ура! Наконец-то!». А то в сказку попала, а никакой изюминки. И вдруг я задержала дыхание — мне вспомнилось, как именно я назвала моего раздвоившегося спутника тем вечером — «Прекрасный принц в штанах». Сердце подпрыгнуло. Кажется, у меня вот-вот случится инфаркт от переизбытка эмоций и открытий.

Я схватилась за гибкий поручень моста и скосила глаза на гордого, парящего рядом духа черноволосого красавца, под которым так же гордо семенил по тропе ящер. С подобным выражением в глазах ни один из них не тянул на простолюдина и простозверя. У духа были узкие ступни, королевская осанка и мощь, царственная посадка головы, на которую так и просилась корона. Я сглотнула и перевела взгляд на рептилию с крылышками — да, тот же эффект, только в масштабе. Вышагивает важно, словно всё вокруг ему принадлежит. Хотя мой кот порой так по-королевски возлежит в дверях, что переступаешь-перепрыгиваешь его величество, в то время как наглая пушистая задница явно просит пинка.

«Неужели на самом деле принц?»

И сама себе ответила утвердительно, вспомнив о моём иммунитете к запретной королевской магии и о том, что никто, кроме меня, не только взять Куся на руки не мог, но даже дотронуться — всех сшибало электрошоком.

Я почесала нос и решила пока не торопиться с признаниями. Впрочем, через несколько шагов мне всё-таки стало очень жалко Далгара: я его навозными цветами кормить пыталась и сушёными стрекозами… Эх, тяжко же принцу, наверное — с таким-то эго и смотреть на всех снизу-вверх. Одна радость — хоть не червяк!

Мы миновали мост, и я сказала:

— Как-то у нас всё неправильно началось.

— В этой ситуации ничего правильного быть не может, — парировал Далгар.

— Это точно. Но мы можем скрасить друг другу положение, правда? — улыбнулась я. — Вот я, к примеру, так и не поблагодарила тебя за побег и за исцеление. Поэтому исправляюсь: спасибо!

Он пожал плечом.

— Это был мой долг.

— Разве?

— Ты меня спасла. Я обязан спасти тебя.

— Вот за это и спасибо, — улыбнулась я. — Не все помнят о подобном. Тем более, когда самим сложно.

— В каком бы я виде ни был, честь никто не отменял, — ответил Далгар.

И я взглянула на него иначе. Слово «честь» ни один из моих знакомых в моём мире не употреблял. Оно будто и не в ходу стало.

— Знаешь, — произнесла я. — У нас в стране давным-давно офицеры говорили «честь имею».

— Я и есть оф… — он запнулся, но уже видимо начал привыкать к этому и не стал гневаться. Лишь добавил: — Служить своей стране — всегда большая честь.

— Это красиво, — сказала я, и Далгар тоже посмотрел на меня немного по-другому.

— Красиво? — Его бровь изумлённо изогнулась.

— Да, — улыбнулась я.

— Ты точно необычная Лизинья.

Мы прошли по углублённой в холме дорожке. Чуть дальше она расширялась, уходила круче вниз и на пятачке у трёх огромных пней виднелись следы колёс в высохшей грязи.

— А ты точно знаешь, куда мы идём? — спросила я.

— Знаю.

— Но ведь копи вверху, а мы опять идём с горы.

— Кто тебе сказал, что на этом острове они вообще есть? На Аэрее всего три, а в королевстве Риндея, где мы находимся, копь одна.

— О, и ты знаешь где?

— Я там служу. Это на крайних землях — дорога дальняя, даже с учётом порталов.

— Принц, и служишь? Как это?! — вырвалось у меня, и ящер остановился, как вкопанный, а Далгар ткнул в меня пальцем:

— А-а, догадалась!

— Ну, — я развела руками, — да. Было очевидно, что ты не примадонна.

— Радует, — усмехнулся Далгар и просто пошёл дальше над своим крошечным телом с хвостиком и крылышками.

В моей голове вспыхнуло воспоминание о жутком варане с человеческим телом и его отвратительном братце. Но они ведь тоже принцы? И я спросила об этом.

— Это возможно? Они не самозванцы? Или тот, постарше, тоже заколдован?

— Узнаю братца Койрена, — с пренебрежительной усмешкой ответил Далгар. — Нет, не самозванцы, и не заколдован.

— Но они так не похожи на тебя…

— Койрен был рождён моей мачехой, леди Кайриссой в другом браке. Отец усыновил его, когда женился. Но комплексы-то остались, вот Койрен всем и показывает, что настоящий дракон. Трансформировался частично и щеголяет, придурок, магию зря тратит. Причуда такая, чтобы никто не сомневался.

— Дракон? — расширила я глаза.

Далгар хмыкнул и мотнул головой в сторону ящера.

— А я на кого похож?

— На мужчину… А, чёрт! Вот этот ты, маленький? — Я закусила губу. — На маленького дракончика, наверное. Или на тираннозавра с крылышками.

— Все члены королевской семьи — драконы, — с апломбом заявил Далгар.

У меня отвисла челюсть, а он продолжил:

— Мир неформ может изменить многое, но суть оставит.

— И ты…, значит, дракон… — моргнула я.

— Угу.

— Вот такой большой, с крыльями? — я махнула руками вокруг себя. — Или тоже ходишь, голова сюда, хвост туда?

— Нет. Я нормальный. С крыльями. Но побольше, чем ты показываешь.

Я сглотнула, во рту стало сухо.

— И насколько побольше?

Далгар прикинул, окинув взглядом окружающий лес, и сказал, мотнув головой на огромный белый валун, взгромоздившийся посреди дорожки, высотой с двухэтажный дом:

— В обычной форме дракона где-то такой.

Я опять потрясённо хлопнула ресницами. В ногах у меня стало пусто, в голове зазвенело, и я медленно опустилась на подвернувшийся пень.

— Э-э… большой…

— Не маленький. Ну что, будешь теперь дерзить или не рискнёшь? — Он с высокомерной ухмылкой посмотрел на меня.

— Буду… — выдавила из себя я, пытаясь представлять дракона размером с дом. — Обязательно.

* * *

Вот же дерзкая! — выдохнул в возмущении Далгар и понял, что она ему нравится. Потому что смелая. И не готова раскланиваться перед высшими, почти как он сам. Но он уже поплатился, несмотря на свою королевскую кровь, а она очень даже напрашивается, не зная обычаев и традиций. Пожалуй, красавице с весьма драконьим именем Лара в этом мире было не место. Слишком опасно.

Но они шли и шли, потому что до давно никем не посещаемого охотничьего домика не рукой подать, а крылья теперь бесполезно трепыхались на спине, как у человеческого детёныша, изображающего на празднике дракона. Позорище!

Зато с Лизиньей оказалось легко, несмотря на то, что в принципе неразговорчивому Далгару, а с женщинами так вообще молчуну, пришлось всю дорогу болтать. Иномирянке всё было интересно, а кроме него ответить было некому, так что он был вынужден в некотором смысле проявить гостеприимство. Чувствуя себя по сравнению с ней сильным и мудрым, Далгар даже забыл, что находится в таком унизительном положении и смотрит на девушку снизу-вверх.

Красавица со светящимися ножками была мила и любопытна, как ребёнок. И реагировала на новости с детской непосредственностью.

— К вам правда никто не может просто так прикоснуться? Это же неудобно! — расширяла она глаза.

— Зато безопасно. В ином случае ни тебя, ни меня здесь давно бы не было. Я бы гнил уже лет десять в земле, ибо многим неугоден.

— Да-а, сложно быть принцем, наверное.

— Нормально.

— Я не знаю, не пробовала, — улыбнулась Лара. — Но как бы то ни было, давай обращать внимание на позитив? Мне всегда помогает! На самом деле, у нас всё хорошо: ты жив, хоть и ящерка, я жива и на свободе. И, конечно, мне хочется домой, но должна признать, что тут у вас презанятно: есть удивительные животные, растения с характером, цветы потрясающие, и если честно, я думала, что драконы бывают только в сказках, а тут бац, и ты!

— Это девушки с золотым смехом только в сказках водятся, — не злобно парировал Далгар.

Как же она его забавляла!

— А в чём магия моего смеха?

— Она усиливает возможности мага, который находится рядом с тобой. Без твоего смеха при данном пониженном уровне силы я бы не смог вызвать ту целебную волну.

— Но ведь ты перед этим колдовал с порталом и закрыл пещеру, я сама видела! Это было потрясающе!

Далгару очень понравилось, как Лизинья им восхищается, так расправил плечи, что даже показалось, что в росте прибавил, но он решил не врать.

— Я просто поговорил со стихиями и попросил о необходимом, пользуясь силой королевской крови. Ох, наконец-то, не запинаюсь!

— Ух ты! Это возможно?! И с травами так же?

Пожалуй, в том, чтобы так удивляться и радоваться обычным вещам тоже был какой-то дар, не учтённый в списке магии Высшей Магической Школы, — подумал Далгар.

— И с травами, — снисходительно, как маленькой, ответил он. — Пока ты спала, я отправился искать тебе антидот от яда курасу. Стебли хельдера помогают от многих ядов. Впрочем, для исцеления простых царапин тоже годятся.

— Спасибо! К счастью, для меня курасу оказались не ядовиты. И я так рада, что разговаривать с тобой могу! И видеть! И что ты к утру уже стал гораздо лучше себя чувствовать! Я очень боялась, что ты сдох… ой, умрёшь! Прости, что кормила тебя по книжкам и держала в клетке!

— Ты не знала. Но сначала я думал, что в этом твой план.

— Замучить тебя голодом и невозможной едой? Нет! Нет же! Я животных люблю и спасаю наоборот! Мама говорит, я ненормальная! Ой, прости, ты же не животное, я снова запуталась… Мне ужасно стыдно! — Лара покраснела.

— Да ладно.

Далгар добродушно кивнул. Она и правда не была нормальной, она была волшебной. Принц не смог признаться девушке из другого мира, что ночью, когда она заснула, его потянуло к ней непреодолимой силой. Потому что она светилась. Не так, как её ножки в течение дня — приятно и чуть мерцающе. Заснув, она была вся объята золотистым облаком, чарующим, как сладкая пыльца гипнотических бабочек.

В своём мелком тщедушном тельце, в котором всё было не так после трансформации, Далгар испытывал ужасные ощущения. И дело было не только в голоде и слабости. Энергии разрывали его, замкнутые в слишком узких, неподходящих контурах. Повинуясь рефлексу, Далгар лёг на одеяло рядом со спящей Лизиньей, коснулся её тёплой спины и внезапно успокоился. Будто очутился дома, и не было всего ужаса происходящего.

Следующее прикосновение к нежной коже на руке девушки подарило блаженство. Далгар поразился этому, прикрыл глаза и… заснул мгновенно. Погрузился в странные сны об ином мире, с большим каменным городом, светящимися прямоугольниками на столах, служившими для передачи информации вместо книг, с постоянными треньканиями странных приборов и с требованием отчётов по продажам какого-то непонятного кофе. Муть, конечно, жуткая! Но принц проснулся ожившим.

Девушка по-прежнему спала и с рассветом уже так не светилась. Однако внезапно Далгар понял, что даже в этом маленьком теле теперь ощущает себя нормально. Всё, что бушевало, разрывало на части изнутри, успокоилось. Принц почувствовал резкий голод и съел всё, что имелось в корзине, выпил всю воду.

А сев в медитацию, осознал, что в этой девушке не смерть его, а спасение. И ей что-то грозит, её нужно спасать. От яда, от злоумышленников и от других магов, которые наверняка тоже могли увидеть необычность Лары. Вот только понимать, что он может быть от неё зависимым, было неприятно. Далгар всегда стремился к независимости, особенно, когда хотел доказать отцу и всем при дворе, что достоин быть наследником, плевать что бастард. Необычное чувство привязанности к Лизинье Далгара испугало, и он решил ни за что ей этого не показывать. Хотя вот снова забылся, идёт, радуется её щебетанию, как дурак. И силы продолжают пребывать, вон даже лапы не заплетаются!

— Я всё думаю, — говорила Лара, — где находится ваша Аэрея? Я не сильна в астрономии, но карту звёздного неба папа повесил в кухне, и я за обедами и ужинами все созвездия изучила. Интересно, где мы?

— Думаю, там же, где и вы. Согласно древним легендам, мир драконов существует параллельно вашему.

— То есть это тоже Земля? — ахнула Лара. — Но почему настолько другая?

— Потому что этот мир пошёл по другому пути развития. Есть и другие миры, кстати.

— А драконы — это эволюционировавшие динозавры?

— Драконы — это высшая ступень развития рас, — гордо ответил Далгар.

— А у нас человек — венец творения.

— Значит, творение у вас не дотянуло, — хмыкнул Далгар.

— Это ещё посмотреть надо! — уткнула руки в боки Лизинья. — Между прочим, динозавров, на драконов очень похожих, у нас метеоритом пришлёпнуло и снесло всех. А тех, кто остался ледниковым периодом накрыло. Бац, и нет вашей высшей ступени! А люди есть!

— Отсталый мир, сочувствую, — подтрунил над ней принц.

— Зато у нас Интернет есть!

— Тоже дракон?

— Круче! Всемирная сеть информации!

— У нас тоже имеется нечто подобное. Для магов. А порталы перемещения есть?

— Нет, только транспорт, но между прочим, очень крутой. Если час пик не считать.

— Час пик — это когда все перемещаются по воздуху, через горы?

— Вот лучше бы, — буркнула Лара, — всегда мечтала летать, но пока приходится ползать.

— Значит, ты попала в правильный мир, — констатировал Далгар и хотел сказать, что они уже почти пришли, как вдруг девушка напряглась и подхватила его на руки.

— Нам нужно уходить с дороги. Я чувствую!

— Почему?

Далгар высунул нос из ловушки её тёплых, выпуклых полукружий, куда угодил случайно.

— Приближается что-то опасное! — воскликнула Лара, поспешно сходя с дорожки к кустам.

И на самом деле в следующую секунду тишину взорвал мистический ветер, вдалеке закружились поднятые с земли вихри листьев, хвои и жухлой травы, в ближайшей воронке завертелась испуганная мышь и пара ягод. Далгар тоже почувствовал магию и увидел вдалеке голубые и зелёные поисковые петли — они продвигались от охотничьего домика!

Адская демонятина! Как он не учуял раньше? Совсем отвлёкся на болтовню!

Лару ищут, — забилось сердце неистово. А значит, не только он понял, насколько она уникальна! Но как они их обнаружили? Про заброшенный домик для королевской охоты на троллов никто не вспоминал годами, потому что всех троллов истребили, а остров отдали с лёгкой руки селянам. И как оказались преследователи здесь быстрее них, без портала? Размышлять об этом было некогда.

— Бежим, скорее! — крикнул принц. — Под гору и к ручью. Там есть слепое место!

— Где?!

— Ты поймёшь! Давай же! Беги!

И они понеслись. В смысле с горы почти кубарем полетела она, а Далгар затрясся, тыкаясь мордой в её мягкую грудь и болтая по воздуху хвостом и лапками, прижатый двумя нежными ладонями. О нет, ну какой из него спаситель?! Адская демонятина!