Глава 48, в которой доказывается, что любовь зла…
Решётка над каменным мешком заскрежетала, я напряглась, Далгар пустил по позвоночнику огонь, расставил руки, готовый трансформироваться в дракона. И вдруг в нашу тюрьму влетела гигантская летающая сороконожка. Сверкающей бронзой колесницей управляла женщина в чёрном плаще. Диадема на смоляных волосах в виде кинжалов, сапфир, размеров с кулак в центре. Кожаный лифчик, широкие штаны с разрезами впереди, открывающие взгляду до колена переплетенные сандалии. Меч в рельефных руках и ярость на лице.
«Чёрт! Не успели! — Я заледенела от страха. — Нас пришли казнить.»
Брюнетка на лету спрыгнула на пол, излучая мощь и гнев, и пошла на нас.
— Как посмела?! — прорычала красавица с толстыми чёрными косами. — Как посмела, гадина?!
«Это она мне?! Неужели бывшая любовница?» — моргнула я.
Но Далгар изменился в лице, облизнул губы и его голос дрогнул:
— Мама?
Я поперхнулась воздухом и широко раскрыла глаза.
— Узнал! — просияла брюнетка, встала перед ним, схватила за предплечья, встряхнула как грушу и вдруг прижала к себе. — Узнал, госсэ…
— Далгар, — напомнил стиснутый в объятиях мой любимый.
Она отстранила его от себя, рассматривая, и с горечью сказала:
— Забыл своё прозвище, забыл. Эх, сын. Госсэ — это «малыш» на языке нашего народа.
Несмотря на то, что женщина была не маленькой, «малыш» легко мог рассмотреть с высоты своего роста её макушку. Оба высокие, мощные и красивые, они были похожи, — вдруг поняла я, — только на фоне своей матери с голубоватым оттенком кожи смуглый Далгар выглядел чистым ангелом, а в ней было что-то такое, от чего хотелось бежать без оглядки. Но брюнетка улыбалась и, кажется, была рада.
— Сколько лет я ждала тебя, госсэ! Совсем взрослый стал, мужчина, воин! Я знала, что подлец Байназар, твой отец, всё сделает, чтобы ты не пришёл ко мне. И порталы запечатал, чтобы я к тебе не сунулась! Закрыл все пути, услал тебя к святошам в тошнотворный монастырь. Заставил забыть язык твоей матери, забыть всё! Но ты здесь, решился, наконец, Далгар, — честь твоему сердцу!
Далгару стало неловко, а мне уж точно, причём за нас обоих, но брюнетка не замечала:
— Подумать только, эта стерва Тана со своими имперскими замашками решила убить одной казнью двух троллов. Да я её саму в котле сварю живьём и в уксус перегоню! Моего сына казнить вздумала, а? Как тебе это нравится?
— Никак, мама, — ответил Далгар.
И я мотнула головой на всякий случай. Мне было не по себе. Демоница в родственниках… об этом я и не подумала, когда влюблялась, ох! Как там говорится: зла любовь, получишь демона в свекровь? Я присмотрелась к её макушке. Рогов вроде не было и хвост из штанов не выступал. Хотя это пустяки, потому что теперь, кажется, нас не казнят. Аллилуйя!
Тем временем красавица-брюнетка заявила, подзывая жестом сороконожку:
— Сейчас в мои покои. Отдыхать, пиршествовать, навёрстывать упущенное. А Тана пусть слизью умывается!
— Мама, я не один, — сказал Далгар и, взяв за руку, вытянул меня из угла. — Это Лара, моя невеста.
— Здравствуйте, — оробела я.
Про «рада познакомиться» не сказала, вдруг умру? Хотя отчасти я рада, конечно…
Мать Далгара смерила меня подозрительным взглядом — так же, как моя мама при виде нового кота в квартире, но всё же кивнула:
— Её тоже накормим. В колесницу, Лара!
* * *
Сороконожка выставила острые крылья и оказалась весьма скоростной. За пределами каменного мешка обнаружились разбросанные как попало, размазанные по стенам ассуры, некоторые ещё дымящиеся. Ого, за нас, кажется, поборолись! И не все удачно.
В сопровождении свиты из десяти огромных, не меньше моего дракона, летающих синих монстров с обилием игольчатых зубов в пастях, коим позавидовали бы кони апокалипсиса, мы понеслись в колеснице матери Далгара по мрачным тоннелям. В кромешной тьме, если не считать редкие вкрапления света — «морских ежей», висящих в воздухе. Госпожа Ласси Арна, — как мне представил её Далгар, — повезла нас совсем не в тот подземный город, откуда мы бежали.
— Мой дворец естественно в Гродэрне, не в этом захолустье! — гордо заявила Ласси Арна. — То есть в столице.
И объяснила, что осознавать путь во мраке ассурам помогает слух и ощущение вибрации препятствий. Этому даже Далгар удивился, а она обещала его научить — мол, в подземном царстве таким умением даже дети владеют. Я вспомнила о летучих мышах и подумала, что мне подобное не грозит, физиология другая. Интересно, что ещё у Далгара не так, как у меня? Я подумала о наших детях и испугалась — они будут даже не метисы, не мулаты, а кем же они будут, если мы выживем?! Я вздрогнула, Далгар прижал меня крепче.
Нет, кое о чём лучше даже не задумываться!
Слова Ласси Арна выговаривала очень гортанно, странно расставляя акценты низким грудным голосом, почти контр-альтом. Резко покрикивала что-то монстрам и, ловко управляя сороконожкой одной рукой, выглядела так, словно очень хочет отрубить кому-нибудь голову, вот только не решила кому. Поэтому я втянула свою в плечи и спряталась под мышкой у Далгара. Тому, кажется, и самому было не по себе. Ну, конечно, столько лет с мамой не виделся, а тут голый и в кружевах…
* * *
Полчаса скачек, сокращение пути через вибрирующий зелёный портал, и мы ворвались в город откуда-то сверху, как Санта-Клаус на санях с небес. Хотя сороконожка на оленя, конечно, не тянула, как и мы на мешок с подарками… Жители Гродэрна разбегались с дороги, другие всадники уступали путь. По размерам, световым эффектам и мрачным строениям столица, на мой взгляд, ничем не отличалась от «захолустья», откуда нас увезли. Те же угольные стены зданий с праздничной подсветкой, купола, башни, своды, пучками связанные «морские ежи», освещающие улицы и площади.
На той, что была шире прочих высилось, упираясь в свод крышей мрачное, вызывающее оторопь культовое здание. Его фасад освещали огни, горящие в… черепах драконов.
Далгар не мог отвести от этого жуткого вражеского великолепия глаз, и мне очень хотелось проснуться и сунуть голову под холодную воду, но увы. Мы продолжали рассматривать достопримечательности преисподней с холодком по спинам и надеждой не стать следующей торжественной жертвой. Ко входу с колоннами культовой громадины вели бесчисленные ступени, по обе стороны от грандиозной лестницы сидели на возвышениях громадные статуи-скелеты со сложенными за спинами крыльями. При приближении колесницы Ласси Арны статуи медленно встали и отвесили поклон, а я еле сдержала вскрик.
«Хэллоуин, — говорила я себе, чтобы не вздрагивать постоянно и не вцепляться в руку Далгара. — Я попала в Хэллоуин».
К счастью, нам было не туда, а напротив. Дворец Ласси Арны поразил моё воображение размерами, он походил на две пирамиды Майя, поставленные одна на другую. Они уходили как вглубь, так и к сводам.
— Это символично, — гордо заявила Ласси Арна.
И я не смогла не согласиться: что может быть символичнее проживания в мавзолее? Только лежать в нем мумией.
Произвело на меня впечатление и бесчисленное количество комнат и синекожих слуг, одетых в шаровары и нагрудники вне зависимости от пола. Все помещения дворца без окон и архитектурных изысков были квадратными и громадными. По центру потолка каждого зала трубы, похожие на корни вековых деревьев, уходили в широкую чёрную дыру, обеспечивая вентиляцию. Убранство комнат было своеобразным: вместо картин огромные круглые щиты на стенах, сверкающие золотом и драгоценными камнями; устрашающие мечи, секиры, сабли и копья. Светящиеся шкуры неизвестных животных на полу и лавках. Подставки в виде кованых колонн, на которых громоздились тяжелые чаши, освещающие помещения живым огнём.
Меня потрясло кресло из костей в центральной зале, похожей на тронную размерами и пафосом, черепа разных существ в нишах, украшенные инкрустациями и золотом, два ряда сидений попроще в стиле апофеоза войны и прямоугольное углубление в самом центре, похожее на пустой бассейн, облицованный чёрным кафелем. Пахло оттуда очень подозрительно, и я поторопилась отвернуться. Далгар внимательно посмотрел на два огромных зеркала, установленных в стенах друг напротив друга в рамах из рогов и костей.
— Порталы, — пояснила Ласси Арна, показывая на зеркала. — Здесь я принимаю совет.
— Совет? — переспросил заинтересованно он.
— Естественно. Должен же кто-то управлять Гродэрном!
— Ты правишь здесь? — удивился мой принц.
— Приведи себя в порядок, Далгар и невесту тоже. Большие разговоры требуют большого внимания, — ответила его мама, скосила глаза на его набедренную повязку и с неким ехидством усмехнулась: — И больше одежды. Мои слуги дадут вам всё, что пожелаете. Отдыхайте, но не долго, нас ждёт государственный скандал.
* * *
Не прошло и часа, как мы сидели за низким столом и пили обжигающе бодрящий напиток, по вкусу очень похожий на кофе. К угощениям я не прикоснулась, они меня пугали: что-то печёное из иссиня-чёрного, поблескивающего, как уголь, теста; чернильные сгустки в кислотно-желтой подливке; огромные куски мяса с кровью; личинки россыпью на сизых клубнях, снова мясо… Червячки в соусе на фоне прочих блюд казались наиболее безобидными и напоминали о поездке в Китай, там я тоже в гостинице подходила к подносам с едой и долго гадала, что предлагается съесть.
Одетая в красный комбинезон, похожий на платье, в котором вместо широкой юбки струились к полу расклешенные брюки с разрезами впереди, с причудливым колье из золота и рубинов на сильной шее и браслетом из отшлифованных до блеска крошечных черепов с вкраплениями рубинов вместо глаз, мать Далгара ела жуткую снедь, подхватывая затейливыми железными щипчиками то одно, то другое с явным удовольствием. Я старалась на это уважительно не смотреть. Мало ли, кому что нравится, для некоторых и наш салат «Оливье» будет выглядеть извращением. Впрочем, Далгар тоже крутил в руках щипчики и не кидался на подземельные яства.
— Итак, о главном, — начала Ласси Арна. — Много лет у нас правит совет княжеств и шаманов, хотя номинально мы — царство. И всё потому, что по традиции ассуров царский трон может занять только мужчина, а законных наследников не было. Как раскрыл Великий Масавр глаза нашим шаманам, девочки стали рождаться в семьях царских кровей не случайно. Наступила пора выйти ассурам на поверхность Аэреи и занять верхний мир. Потому более двадцати лет назад, по велению гласа Великого Масавра, праотца магии и предсказаний, мы, шесть дочерей царской крови и семь двоюродных княжон были посланы советом в верхний мир, чтобы зачать сыновей. Дабы один из них принял царствие, а другие — открыли порталы во внешний мир и выпустили армии наверх, когда наступит срок.
— То есть помимо меня и Яри ди Коломайна есть ещё одиннадцать претендентов? — нахмурившись, спросил Далгар.
— Должны были быть. Но потому нас и отправили в таком количестве, что не каждой дано было преуспеть. Миссия была сложная. Я и княжна Тана зачали и родили сыновей практически сразу, как и полагалось, от высоких представителей верхнего мира. Но прочих наших посланниц не ждали с добром в верхнем мире — четверых убили при разных обстоятельствах, об одной ничего не известно, у троих родились дочери, у одной — кролик.
— Кто?! — воскликнули мы с Далгаром.
— Ленивая Халнара, дура, выбрала оборотня себе в любовники, причём первого попавшегося. Оборотня и родила. Но семья принять такой позор не смогла, записали погибшим.
— Неужели это тот самый Кроль?! — догадалась я.
— Толстый оборотень Братерфляй — тоже ассур? — поразился Далгар.
— Имя мне не известно, погибших мы не чтим. Убогих тем более.
— А ещё двое? — поинтересовалась я.
— У унылой Майсы и гордой Блонты тоже были сыновья, но тоже неудача: когда один тренировался управлять тенями, оступился и упал со скалы, другой… не будем о нём, такого на царство никто не посадит, он и двух мешков золота не сосчитает, раздал всё, зато всем улыбается и говорит о добре. Выродок, в общем.
Я чуть не упала с кресла. С невесткой княжне Ласси Арне тоже не повезло: я всё про позитив, любовь к ближнему, к братьям нашим меньшим и к растениям, ещё и врать не могу, — страшный я человек!
— Видимо, Великий Масавр ошибся или ваши шаманы неправильно трактовали его послание, — усмехнулся Далгар, подцепив, наконец, червячка в соусе. — Эксперимент не удался.
Ласси Арна встала в возмущении и с лязгом поставила на металлический стол золотой кубок.
— Как это не удался?! Есть вы двое — ты и сын Таны, соперники и претенденты на царствие в мире ассуров! Час, предсказанный Масавром, вот-вот пробьёт! Шаманы без конца жгут на алтарях благовонных червей и возносят молитвы. Общество расслоилось, ставя на одного из вас и на нас с Таной. Ты или он? Я или она? Север или Юг?
Далгар побледнел и взглянул на мать, та почти торжествующе — на него. Чувствуя себя неуютно из-за явного непонимания между ними, как впрочем и из-за дискомфорта в слишком плотно обтягивающем кожаном платье-комбинезоне с золотыми вставками, в которое меня нарядили служанки, я тихо добавила:
— Яри отказался от короны, он не хочет…
— А я запечатал портал, — отложив щипчики в сторону, сказал Далгар.
Ласси Арна просияла, с ликованием выпустила из ладони зелёный дымок, превратила его в шар, подбросила и взорвала на радостях.
— Я горжусь тобой, сын! Так и надо убирать конкурентов!
Далгар со вздохом встал и одернул чёрный мундир.
— Яри не конкурент мне, а друг. А я, мама, наследник королевства Риндея, старший сын короля и военный, — ты знаешь это.
— О да, клянусь Пупом Масавра, и я чертовски горда тем, что ты наводишь шорох на наших на Крайних землях. Молодец, сможешь повести полки за собой и завоевать миры!
— Я не стану этого делать, — поджав губы, сказал Далгар. — Я благодарен, что ты нас спасла, но мой мир — там.
Ассурская княжна оскорбилась и скрестила руки на груди.
— А кому ты там нужен? — с хищным прищуром взглянула она. — Там ты бастард, нелюбимый и неудобный сын. Изгнанник, не получивший должного. Разве кто-то бросил всю стражу на поиски, когда ты пропал? Скажи, подняли войска, объявили чрезвычайное положение?
— Не знаю. — Желваки заходили ходуном по скулам Далгара.
Я почувствовала, что ему больно, но поняла, что вмешиваться не стоит. Массивные золотые браслеты с крупными чёрными бриллиантами сжимали мне запястья, колье — давило, как ошейник, с ног хотелось сбросить эти тугие, перехватившие голени крест-накрест сандалии. И вообще хотелось глотнуть свежего воздуха и свободы.
— Зато я знаю! — ответила Ласси Арна. — Так к наследникам не относятся!
Он усмехнулся и глянул на неё с вызовом:
— Их просто бросают выплывать до совершеннолетия, как щенков?
— Твой отец запретил мне видеть тебя, Далгар. И шаманы тоже. Они взяли на себя твоё воспитание, чтобы вырастить из тебя великого царя ассуров!
— Ваши шаманы никуда не годятся, я не слышал их с глубокого детства. И не похоже, что тебе вообще можно хоть что-нибудь запретить.
— Я ничего не могла сделать, меня связали договором. Для меня это была огромная жертва!
— Или великая сделка, мама? — с сарказмом заметил Далгар. — Дай отгадаю: столько лет, сколько ты не видишь меня, ты управляешь столицей и половиной страны, я прав? Вот только не знаю: Севером или Югом?
— Мы, ассуры, умеем ждать. И добиваться. Я развивала Юг для тебя, сын, чтобы потом тебе проще было принять корону и не пришлось наводить порядок в разрухе.
Далгар мотнул головой.
— Зря. Я не научен предавать.
— Ты умён, сын, — по-змеиному хитро обошла его она, взглянула на меня опасно, пригвождая взглядом к неудобному креслу. — И учишься ты быстро. Иногда достаточно только подумать. Предадут одни, другие. Тебя уже предали, а в ответ предашь ты. И каждый получит то, чего достоин. Байназар — возмездие за то, что отвергал тебя, самого замечательного сына на свете, преданного и любящего, и за то, что всегда стыдился тебя.
— Не надо! — рыкнул Далгар.
Но она не унималась.
— Мачеха, так называемые братья, придворные сплетники, народ верхнего мира должны быть наказаны за то, что радовались твои унижениям! Местные ваши газеты вообще надо сжечь вместе с персоналом! Займусь этим с удовольствием, ведь ты всегда был унижен перед ними…
Тут уже я не выдержала и, сорвав с себя браслеты, вскочила.
— Не правда! Далгар важен, он герой! Зачем вы делаете это?!
Ласси Арна с удивлением посмотрела на меня, как на мошку, умеющую говорить.
— Затем, чтобы мой сын понял: где его ждут и любят. И где его предназначение! Пока он слеп, но он увидит свой народ. Сегодня.
У дверей вырос слуга с дредами на голове и татуировками по всему телу, порочный красавец с зелёными глазами, как и все они тут, и, судя по золотым украшениям, не просто «подай-принеси». Он поклонился с почтением и произнёс:
— Прошу прощения, что прерываю вашу речь, госпожа! Но у вас требуют аудиенции члены совета, верховный шаман, княжна Тана Северная со свитой и палачами… — слуга сделал многозначительную паузу.
У меня ухнуло сердце, мы встретились с Далгаром встревоженными взглядами.
— Ну кого ещё принесло?! Не томи! — прорычала Ласси Арна.
— У портала на Крайних землях требует встречи с вами правящий король Риндеи, Байназар Гордый со свитой высших драконов и армией.
— Вот как! — расхохоталась прекрасно-хищная княжна ассуров, длинные её косы опасно зашевелились. — А ты говорил, сын, что Великий Масавр ошибался!
Не отрывая от неё взгляда и при этом отчаянно желая не смотреть, я поняла истину: любовь зла, особенно тех, кто тебе не желает зла, но в своей странной любви предпочитает всё решать за тебя. Как мама Далгара. И моя… Выход один — только бежать!