Глава 21

Как только двери за монаршими особами закрылись, дамочка тут же одарила меня испепеляющим взглядом.

– Что ты здесь делаешь? – задала она мне обескураживающий вопрос.

Она ведь прекрасно знает, кто меня сюда пригласил! Странная женщина.

– Не совсем понимаю Вас, – ответила я, усаживаясь на место и стараясь не смотреть на неё.

– Брось прикидываться! Здесь кроме нас никого нет, а стены звуконепроницаемые. Повторяю вопрос: что-о-о, ты, здесь, делаешь?! – проговорила она, выделяя каждое слово последней фразы.

Да что она от меня хочет в конце-концов?!

– Я уже ответила Вам! – вымолвила я.

После посмотрела на дамочку и ужаснулась. Вот кто уж точно похож на ведьму! Внешне красивая, но такая злая! Ноздри раздуваются, как у быка, готовящегося к нападению, а взгляд, метающий молнии ненависти, наверное, должен был меня убить. Удивительно, почему я ещё жива?

Женщина быстро подбежала и встала напротив, разделял нас лишь только стол, на который она оперлась руками и, наклонившись, принялась пристально меня разглядывать.

– Притворяйся сколько хочешь, но я тебе не верю, – прошипела она. – Одно моё слово и здесь будут инквизиторы.

– За что? Что я Вам сделала?! – возмутилась я, вставая с места.

– Ха-ха-ха! – засмеялась «императрица» и принялась хлопать в ладоши. – Как натурально! Браво! Превосходная актриса.

«Ну всё, с меня хватит! Пора валить из этого дурдома!» – подумала я про себя, резко отодвинула стул, так, что его ножки заскрежетали, царапая каменный пол, вышла из-за стола и направилась к выходу.

– Ещё имя какое-то странное себе придумала. Ло-о-о-о-ора, – издевательским тоном проговорила дамочка.

Стоп! До меня, наконец-то, дошло, что «императрица» меня попросту с кем-то спутала. Развернувшись к ней, спросила:

– А как меня зовут на самом деле?

Дамочка демонстративно фыркнула, но всё же ответила:

– Прекращай уже эту свою игру, Аделена. Зачем ты здесь? И каким образом смогла охмурить Федриетана? У него же иммунитет к Лавбескрету! У нас был договор, но ты первая его нарушила. – Суровое лицо женщины вдруг приобрело маску добродушия, и она наигранно мягким тоном произнесла: – Но я дам тебе шанс, в память о нашей взаимовыгодной дружбе, – резко ужесточила голос, – уйдёшь из замка сегодня же! Иначе завтра тебя схватят инквизиторы!

Ингаретта чувствовала себя уверенно: спину держала прямо, руки на столе, взгляд снисходительный, как будто от неё и впрямь зависела моя жизнь. Интересно, как она станет себя ощущать, когда узнает, что ошиблась?

Я сделала к ней несколько шагов, а дама испуганно отпрянула.

– Предупреждаю! – громко проговорила «императрица». – Здесь полно ловушек! Если вздумаешь использовать против меня боевую магию – тебя сразу парализует, а инквизиторы получат сигнал тревоги. – Гордо задрав подбородок, чтобы придать себе видимость уверенности, дама продолжила: – Ты ничего не сможешь сделать против меня в моём замке!

– Я и не собиралась, – спокойно ответила ей.

Ингаретта окинула меня недоверчивым взглядом, но, после недолгих раздумий, нетерпеливо вздохнула и осторожно подошла чуть ближе.

– Зачем тебе Федриетан? Что ты задумала? – опять взялась она меня допытывать.

– Мне не нужен Федриетан. Не нужен Ваш замок и Ваш мир тоже не нужен. Всё, чего я хочу, так это вернуться домой, – как можно спокойней ответила я, чтобы она, наконец-то, поняла, что обозналась.

В глазах женщины мелькнуло недоумение.

– Домой? – спросила дамочка, удивлённо подняв нарисованные брови.

– Да. Мой дом в другом мире, где нет магии, нет драконов и ведьм, – взгляд Игаретты стал заинтригованным и она с нескрываемым интересом, переходящим в растерянность, принялась разглядывать моё лицо. – Неужели я так сильно похожа на Вашу знакомую, что Вы даже мысли не допускаете, что я – не она? – спросила я, добавив ей больше сомнений.

Половина лица «императрицы» нервно дёрнулась.

– Не может быть, – полушёпотом произнесла она и опять попятилась.

– Очень даже может! – громко вымолвил неожиданно появившийся Федриетан.

Ингаретта вздрогнула от неожиданности, обернулась и замерла на месте, даже её яркий, толстый слой косметики не смог скрыть бледности, опустившейся на лицо «императрицы».

– Что это всё значит? – возмутилась дама, глядя на то, как следом за принцем в столовую входят люди в доспехах. Быстро сориентировавшись, «императрица» показала пальцем на меня и провозгласила: – Заберите её! Она ведьма!

Шестеро мужчин остановились, посмотрели на меня с интересом, но никаких действий не предприняли. Видимо ждали приказа от Его Высочества.

Принц Федриетан встал посреди столовой, расставив ноги на ширине плеч и сцепив руки за спиной. Вся его поза демонстрировала силу и спокойствие, а главное, уверенность в своей правоте.

– Арестовать Ингаретту! – велел он служивым.

– Что?! Да как ты смеешь?! Я – императрица! – завопила дама.

Сжимая кулаки, она готова была броситься на обидчика и, даже, дёрнулась вперёд, но тут же остановилась, отдавая себе отчет в том, что тем самым она лишь усугубит своё положение.

– Ты мать моего брата, и на этом все твои преимущества заканчиваются.

Солдаты грамотно рассредоточились по помещению: двое встали у окон, пара у дверей и ещё двое по обе стороны «императрицы». Таким образом служилые перекрыли любую возможность к побегу предполагаемой преступницы.

Дамочка растерянно начала озираться по сторонам. Её напускное бесстрашие вмиг испарилось. Скривив красивое лицо в обиженной гримасе, она, чуть не плача, произнесла:

– За что? Что я сделала?

– Ты только что призналась в связи с ведьмами, – обвинил её Федриетан.

– Что за вздор? Ни в чём таком я не признавалась! – улыбнувшись, ответила дама, но её улыбка больше походила на звериный оскал. Выглядела она сейчас, как загнанная в угол хищница: в глазах страх, но пытается защищаться.

– Я приказал магам ненадолго снять полог тишины с этого помещения и не прогадал. Лично слышал, как ты упомянула про договор. А это очень тяжкое преступление. Всем известно, что ведьмы просто так ни с кем договоров не заключают. Значит ты им была очень полезна, – ответил принц.

Вот это да! Я и сама была ошеломлена, услышав такую новость. Получается, Федриетан заранее всё подстроил, чтобы изобличить мачеху. И меня он действительно использовал. Я была что-то вроде красного плаща, которым матадор дразнит не слишком активного быка…

Ингаретта переменилась в лице, села на пол и заревела навзрыд. Удивительно, как резко может изменить человека страх и отчаянье. Всего пять минут назад дама казалась такой уверенной и сильной, особенно когда сыпала в мой адрес угрозами.

– Ты несправедлив ко мне! – всхлипнула она и уронила голову на рукилщз.

Во взгляде Федриетана на секунду мелькнула жалость, но лишь на секунду. Он с невозмутимым видом взял стоявший неподалеку стул, уселся на него напротив женщины и спокойно спросил:

– Это ведь ты навела ведьм на моего отца?

Дама подняла на него заплаканное с потёкшей косметикой лицо и отчаянно закричала:

– Нет! Это не я… Не я! Зачем мне это?!

– Хм, – усмехнулся Федриетан, хотя его лицо по-прежнему оставалось холодным и непроницаемым. – Чтобы посадить на трон своего сына.

Ингаретта вмиг перестала плакать, вытерла слёзы и удивлённо заявила:

– Но ведь после смерти императора на трон сядешь ты!

– Верно, именно поэтому ты и меня пыталась устранить.

Услышав такое обвинение, дама ошарашенно уставилась на пасынка.

– На тебя тоже было покушение?!

– Только не говори, что ничего об этом не знала, – глядя на неё сверху вниз, строго проговорил Его Высочество.

– Я не знала. – Скептический взгляд принца заставил её подняться и снова повторить. – Я не знала! Я здесь ни при чём. Клянусь! – В этот раз «императрица» выглядела искренной. Казалось, она действительно удивлена такой новостью. Либо дамочка очень хорошая актриса, и даже я, со своими актерскими способностями, ей в подмётки не гожусь. Ингаретта продолжила оправдываться, стоя перед пасынком в ожидании понимания или, хотя бы, снисхождения: – Какой мне прок в твоей смерти? Мой сын несовершеннолетний, и я не смогу быть при нём регентом, так как твой отец до сих пор не женился на мне, – в последней фразе дамы сквозила женская обида, что мне невольно стало её жаль.

– Не женился он для твоего же блага, – принялся объяснять принц. – Чтобы ты не стала объектом мести для ведьм. Прекрасно ведь знаешь, что они сделали с моей матерью. – с грустью добавил он и отвёл взгляд в сторону, чтобы скрыть набежавшие на глаза слёзы. Быстро справившись со своими эмоциями, он вновь посмотрел на Ингаретту и строго проговорил: – Откуда императору было знать, что ты с ними заодно!

– Что здесь происходит? Пустите! – привлёк к себе всеобщее внимание недовольный возглас молодого дракона, пытающегося пробиться в столовую сквозь руки непускавших его солдат. – Пустите!

Федриетан раздосадованно поднялся и подошёл к открытым дверям, возле которых служивые живым щитом стояли на пути младшего императорского отпрыска.

– Я велел тебе сидеть в своих покоях! – строго высказал ему старший брат.

– А я не обязан тебе подчиняться! Ты пока не император! – дерзко парировал юнец. – Пустите! – снова приказал солдатам, но они упорно не подчинялись. Тогда молодой дракон снова попытался прорваться.

Федриетан тяжело вздохнул и подал знак своим людям, тем самым дал понять пропустить Артора, который тут же бросился к матери. Ингаретта припала к груди сына и со слезами принялась жаловаться, сбивчиво и почти непонятно объясняя в чём её обвиняют. Артор осуждающе смотрел на Федриетана.

– Я всегда знал, что ты недолюбливаешь мою мать, но чтобы обвинить в покушении!

– Она призналась в связи с ведьмами!

– Матушка, это правда? – Артор растерянно посмотрел на мать.

– Нет! Я не признавалась! – оправдалась обвиняемая, отрицательно мотая головой.

– Есть свидетель, – проговорил Его Высочество и посмотрел на меня. – Лора, подтверди, что Ингаретта упомянула о договоре с ведьмой. Твои показания очень важны, именно они лягут в основу обвинения в суде.

Теперь я снова стала объектом заинтересованных взглядов. Только Артор смотрел на меня умоляюще, ведь от моего слова зависела жизнь его матери. Я сразу вспомнила своих родителей и испытала тоску. Хоть мы и редко виделись из-за моей учёбы, но я всегда знала, что они меня любят и в любую минуту придут на помощь, если потребуется. Также и я встала бы на их защиту в любом случае.

Как ни странно, но «императрица» тоже смотрела на меня точно так же. В глазах её от былой ненависти не осталось и следа, только просьба – «не губи!» Впрочем, где гарантия, что именно она покушалась на императора и принца? Прямых доказательств, как я поняла, нет. Мало ли какой у неё был с ведьмой договор! И её оправдания выглядели вполне убедительными. «Лучше оправдать виновного, чем обвинить невиновного» – вспомнилась мне старая добрая истина. К тому же, мне ужасно не понравилось, что принц использовал меня, даже не посчитав нужным предупредить. Пусть это будет ему уроком.

– Ничего такого не припомню, – пожав плечами, ответила я.

Брови Его Высочество недоумённо полезли на лоб.

– Лора! – возмущённо воскликнул он.

– Ингаретта посчитала меня ведьмой, пригрозила инквизиторами, если не уйду из замка. А про договор я не слышала, – пояснила свой ответ.

– Вот видишь! Я говорила, что невиновна! – заявила пасынку «императрица» вновь почувствовав себя уверенной.

– Я же отчётливо слышал это слово – «договор»! – отражаясь от стен, прогремел голос Федриетана. Смотрел он гневно, и теперь уже от него мне захотелось спрятаться куда угодно, хоть под тот же стол, возле которого сейчас стояла.

– Значит Вам показалось, Ваше Высочество. – тихонько ответила я и сделала шаг поближе к столу, а то мало ли.

– Так бывает, брат, когда слышишь то, что хочешь услышать, – встал на мою защиту Артор.

Его Высочество ещё раз одарил меня гневным взглядом, затем обратил взор на «императрицу» и раздраженно произнес:

– В этот раз тебе повезло. Но учти, я слежу за тобой.

– Не надо угрожать моей матери! – опять вступился за Ингаретту сын и загородил её своей спиной.

Я невольно позавидовала этой везучей женщине. Родить и воспитать такого сына – это счастье.

Лицо Федриетана стало ещё более суровым и, с явным трудом сдерживая себя, он сквозь зубы приказал солдатам:

– Вы свободны! – Служивые поклонились Его Высочеству и быстро, гремя доспехами и оружием, удалились из столовой. – Лора, ты тоже можешь идти, – обратился он уже ко мне более спокойно.

Я бросила тоскливый взгляд на сладкий пирог, который мне так и не удалось попробовать, но, несмотря на соблазн, поспешила уйти.

– И ты тоже! – бросил принц Ингаретте. Дамочка тем более не стала задерживаться, проворно поспешила за мной. Пока мы закрывали за собой двери, успели услышать часть разговора принца с братом: – Не забывайся, Артор. Всё-таки я наследный принц! Ты непозволительно ведёшь себя со мной при посторонних. Любишь свою мать, это понятно, но она виновна!

– Сначала докажи! – парировал юнец.

Дальше уже было не разобрать, так как дверная щель плотно сомкнулась, пропуская лишь повышенный тон спора монарших отпрысков. Посмотрев на меня, дама презрительно фыркнула и, приподняв подол пышного платья, с гордо поднятой головой пошла прочь.

«И это вместо спасибо!» – поразилась я, глядя ей вслед.

Быстро же она оправилась от шока. Может зря я её пожалела? Что ж, это тоже будет мне уроком.

Пока я пребывала в задумчивости, ко мне сзади кто-то подошёл. От неожиданности я слегка вздрогнула и резко обернулась.

– Прости, что напугал. Думал ты знаешь, что я здесь. – Ховис с извиняющимся видом приложил руку к груди и посмотрел на меня виноватым взглядом.

Именно в этот момент мой желудок громким урчанием решил напомнить мне и окружающим, что из-за стола я вышла голодной.

– Простите, – извинилась я, ощутив неловкость. – От тяжёлого взгляда вашей «императрицы» мне кусок в горло не полез.

Пожилой мужчина понимающе кивнул и посмотрел на двери столовой, откуда до сих пор доносилась словесная перепалка принцев.

– Идём, я велю принести тебе еду в комнату, – по-доброму улыбнувшись, проговорил Ховис и подал мне локоть.

По дороге в гостевое крыло я пожаловалась дворецкому, как принц Федриетан со мной поступил.

– Так и знала, что на обед он меня позвал неспроста.

Ховис тяжело вздохнул и ответил:

– Не обижайся на Его Высочество. У него свои счёты с ведьмами. Когда-то они убили его мать, а недавно – чуть не лишили отца.

– И его самого, – добавила я.

Дворецкий остановился и посмотрел на меня удивлённо. Из его реакции я сделала вывод, что он про это ничего не знал.

– Принц сам сказал, что на него было совершено покушение и обвинил в этом Ингаретту. Но она всё отрицала. – пояснила я, чтобы ввести его в курс проблемы.

– Ингаретта, конечно, не подарок. Но чтобы покуситься на жизнь наследного принца! Вряд ли она бы на это решилась.

– Да, она объяснила, что ей нет в этом выгоды, но а если за её спиной стоит кто-то другой – более могущественный? Тот, кто мог бы стать регентом?

Ховис задумчиво уставился в одну точку и уверенно произнёс:

– Мысль логичная, но я всё равно не верю, что Ингаретта причастна к покушению на Федриетана.

– Почему?

Дворецкий снисходительно улыбнулся:

– Потому что я много лет живу в этом замке и отлично знаю всех членов императорской семьи. – Оглянувшись по сторонам, старик наклонился ко мне и проговорил так тихо, чтобы могла слышать только я: – Ингаретта вполне могла подослать ведьм, чтобы убить императора, но только не его старшего сына. – Приставив указательный палец к своему рту, Ховис не дал мне возможности что-либо ответить и хитро улыбнулся.

Я так и осталась в неведении, почему «императрица» не смогла бы убить пасынка. Может потому что воспитала его и любит как сына? Что ж, вполне разумное объяснение. Впрочем, меня эта тема не должна касаться. Я найду способ восстановить себе память и обязательно сделаю всё, чтобы вернуться домой. Дворцовые интриги, драконы, ведьмы, инквизиторы… – не для меня этот мир, не для меня.