Глава 12. Маскарад

Когда вечером мы приезжаем во дворец, маскарад уже начался. Широкие стеклянные двери бального зала распахнуты настежь, изнутри льется яркий свет. Часть гостей общается или танцует, другие прогуливаются по парку. Магические фонарики роняют теплый свет на ухоженные дорожки, отчего кажется, что они покрыты искрящимся золотом. Слышится приглушенная музыка, разговоры, смех. – Решила устроить из этого вечера драму, невеста? – я скидываю легкий шелковый плащ на руки лакею, и Данте скользит оценивающим взглядом по моему вечернему платью. Внезапно не знаю, что ему отвечать, ведь мое платье – очередной выбор Тени. Оно красивое: открытые плечи, лиф, украшенный россыпью крошечных кристаллов. Узкий корсет, делающий талию еще тоньше, и пышная многослойная юбка. Все идеально, кроме одного. Платье абсолютно черное. Этот цвет не используется на балах, по крайней мере, я о таком не знаю. Еще в гостинице, когда служанка принесла его, я мучительно пыталась понять, что бы это могло значить. Зачем он выбрал именно этот цвет и почему сегодня? В том, что Тень ничего не делает просто так, сомнений у меня уже нет. Каждый наряд, что он присылает, продуман до мелочей: от платья и туфелек до сумочки и украшений. К платью прилагается бархатная лента на шею и черная маска, украшенная роскошным пером. Мои золотистые волосы уложены крупными локонами, светло-карие глаза тонко подведены и кажутся будто подсвеченными изнутри. А еще я думаю о том, что сегодня мы с принцем действительно выглядим как настоящая пара. Данте верен себе: узкие черные брюки, рубашка в тон, камзол, украшенный золотыми эполетами на плечах. Длинные волосы частично забраны на затылке и переливаются в свете свечей. На нем тоже черная маска, закрывающая лишь верхнюю часть лица. – Но знаешь, мне нравится твой выбор. Тебе идет, – принц смотрит на меня слишком пристально, горячо. На губах играет опасная улыбка. Я прячу глаза, потому что знаю, что означает этот взгляд. – Не стоит тушеваться, невеста. Хочешь, дам тебе совет? – Какой? – Когда носишь цвет ночи, веди себя соответствующе, – его низкий, хрипловатый голос гладит меня словно бархатом. – Как хищница, а не как жертва. А сейчас пошли, продемонстрируем Рикарду и остальным, что мы безмерно счастливы быть на этом празднике. …Стоит нам войти в бальный зал, как все взгляды мгновенно прикипают к нам. Любопытные, колкие, жадные. С удивлением наблюдаю, как оценивающе смотрят на меня мужчины: cловно хотят понять, какими такими талантами я обладаю, раз зацепила самого порочного принца. Женщины изучают мой наряд, раскладывая его на составляющие. Вижу где-то вдалеке бледное лицо Кьяры, которая, в отличие от меня, оделась во все белое, как невеста. Реджина что-то шепчет ей на ухо, но дочь первого советника не обращает на нее внимания. Другие девицы призывно улыбаются Данте, обмахиваются веерами, строят глазки. Некоторым он дарит в ответ оценивающий взгляд. – Ты издеваешься? – я все же не выдерживаю в какой-то момент. – Я просто развлекаюсь. Согласись, без меня здесь было бы совсем скучно. Смотрю на него и просто не могу поверить. Он серьезно сейчас говорит? Принц поворачивает голову ко мне, и наши взгляды сталкиваются. – Может, мне тоже стоит немного развлечься? Вон тот симпатичный блондин, например… Данте резко разворачивается и смотрит в сторону «симпатичного блондина». Тот, еще секунду назад обольстительно мне улыбавшийся, резко бледнеет и скрывается в толпе. – Пошли, – меня бесцеремонно хватают за руку и тащат в центр зала, где уже танцуют другие пары. Мужская ладонь ложится за поясницу, притягивая к себе. Принц берет меня за руку, стискивая пальцы. Смотрит сверху вниз излишне остро. Дыхание перехватывает, когда я вдруг понимаю, чем была вызвана такая реакция – моя и его. Мы ревнуем друг друга. Иначе как еще это назвать? – Пытаешься прощупать мои эмоции? – он начинает вести меня в танце. – Даже не думала. – Брось, невеста. Со мной это так не работает. Хотя это было забавно, – он наклоняется к моему уху. – Только в этой игре ты все равно проиграешь. Да не собираюсь я с ним играть! Хочу сказать это, когда слова застревают в горле. Все потому, что Данте начинает выводить большим пальцем какие-то замысловатые узоры на моей руке. Медленно и чувственно очерчивает метку на запястье, ведет ниже, смещаясь к центру ладони. Прикосновения кажутся слишком интимными. В голове мелькают недавние образы. То, как он упирался на локти, лежа со мной на диване. Как целовал в беседке – страстно и горячо. И как вчера я чувствовала его ярость и возбуждение в винограднике. Жар опаляет тело, расходится от груди по рукам и сосредотачивается в метке, и я отворачиваюсь. Нет сил смотреть в эти сверкающие изумрудные глаза, которые, кажется, читают меня как открытую книгу. Мы продолжаем кружиться, держась друг за друга. Нервы внутри звенят натянутой струной. Я вновь поворачиваю голову к принцу и пытаюсь сконцентрироваться на его лице. Но взгляд, как назло, соскальзывает на дерзко-изогнутые губы, которые только недавно целовали меня. Не танец, а настоящая пытка! ***** Наконец, музыка затихает, но радуюсь я преждевременно. Нас сразу же окружают десятки гостей, желающих поздравить принца со скорой свадьбой, ну и засвидетельствовать свою лояльность, очевидно. Среди собравшихся я вижу того самого пожилого дракона – Джана, и его сородичей. – Поздравляю, ваше высочество. Великое счастье найти особенную девушку, еще большее – ее сохранить. Что-то в этой фразе мне не нравится, Данте, видимо, тоже. Зеленые глаза опасно сужаются, когда он роняет – отрывисто, зло: – За свое я перегрызу глотку любому, Джан. И ты это знаешь. Неожиданно это звучит как угроза. Гости вокруг затаивают дыхание, предвкушая скандал. Но его не случается: посол соседней страны коротко кланяется и молча отходит прочь. Свита послушно следует за ним. Его место тут же занимает толпа придворных, каждый из которых что-то говорит, многие одновременно, стараясь друг друга перебить. Через полчаса я уже ничего не понимаю, – голоса слились в один бесконечный гул. Драконий принц кидает на меня внимательный взгляд и прерывает поток речей. Не обращая внимания на попытки нас задержать, уводит меня прочь, подальше от гостей. Сажает на диванчик, спрятанный в укромной нише, которую так просто не обнаружить, если не знать, где точно искать. – Это было ужасно! – вырывается у меня. Данте выгибает бровь. – А я думал, все девицы мечтают стать принцессами, и купался в любви своих подданных. Неужели тебе не понравилось? – Ты издеваешься? – Самую малость, – он тонко улыбается, но тут же становится серьезным. – На самом деле, я хотел тебе другое сказать. Мне нужно отойти ненадолго. – Тогда я лучше вернусь в гостиницу? – Не сейчас. Рикард и Камилла еще не прибыли на бал. Как только они нас поздравят, сможем уехать. – Ладно. Что мне делать? – Рад, что мне досталась такая послушная человечка в невесты, – Данте говорит в своей привычной манере, но в его голосе есть еще что-то помимо насмешки. То, что заставляет сердце колотиться все сильнее, особенно сейчас, когда он так пристально смотрит на мои губы. Когда мы вдвоем в этой нише, об истинном назначении которой можно только догадываться. – Ходи по залу, общайся с гостями. Они не посмеют тебе навредить, магия не даст. – Танцы? – Можешь попробовать, – принц недобро сверкает глазами, видимо, вспомнив блондина. – Запомни одно, невеста. Из зала никуда не выходи, пока я не позову. Просто пообещай мне, Элина, – он выглядит неожиданно серьезным и явно не шутит. Но я и сама не горю желанием куда-то уходить. Мне хватило прогулки с Рикардом в ночном парке, а позже – забега по дворцу. Я прекрасно знаю, что в этом здании даже у стен есть уши, а тот, кто кажется вполне безобидным, вполне может оказаться твоим врагом. Разве только… быстро сходить в покои за своей сумочкой, чтобы забрать из нее зелье? Вдруг повезет, и она все еще там? Другого шанса у меня точно не будет. Какое-то время я обдумываю этот план, продолжая стоять в нише и наблюдая за гостями. Вижу, как к принц идет по залу, рассекая волны гостей. Невольно сравниваю его с братом и понимаю, что он не уступает ему ни в чем, хотя они абсолютно разные. Это подтверждает тот факт, что некоторые драконы его явно уважают и побаиваются. Тот же Дарий, например, который как раз сейчас подходит к принцу. Рядом с ним еще несколько знатных драконов – их легко отличить от людей по росту, внешности, звериной плавности движений. Перебросившись с Данте парой коротких реплик, они все быстро выходят из зала. Что еще произошло? Это как-то связано с поимкой командира Черных клинков? Тени? Бал-маскарад тем временем продолжается, гости чувствуют себя свободно, пока не прибыл король. Я все же решаю выбраться из своей ниши, но держусь подальше от всех. Опасаюсь, что на меня снова накинутся с поздравлениями, однако этого не происходит. Видимо, их лояльность была обусловлена наличием рядом принца, сама по себе я никому не интересна. Другая на моем месте, наверное, расстроилась бы, а я только рада такому положению вещей. Все эти люди для меня никто, их мнение не ценно, а значит, и не может меня чем-то задеть. Этот урок я хорошо запомнила от отца. В то время мы как раз начали сталкиваться с пренебрежением и равнодушием тех, кто еще недавно нам улыбался. – Запомни, Элина, – сказал он, войдя в спальню, где я рыдала. – Все эти твои подружки ненастоящие. – Ненастоящие? – я подняла на него заплаканные глаза. Мы только что вернулись с загородного пикника, устроенного мэром. Я долго готовилась к нему: выбирала платье, украшала его вышивкой из нежно-розовых лепестков, продумывала прическу. Смастерила милые бутоньерки, которые хотела подарить подружкам. Вот только никому мои подарки оказались не нужны. Как и мое нарядное платье, вышитое розами. Как и я сама, о чем мне ясно дали понять. Одной из девиц, заявившей это в лицо, оказалась дочка мэра. Второй – Реджина, которая теперь дружила с ней. Вместо меня… – Да, дочка. Представь их куклами без души. Разве тебе важно мнение какой-то глупой куклы? Пусть даже она наряжена в шелка и стоит очень дорого? Я прогоняю эти воспоминания, продолжая с интересом рассматривать бальный зал. Здесь действительно есть на что посмотреть: высокие потолки с лепниной и роскошными фресками, изображающими небо с парящими в нем драконами. Огромные окна, украшенные леденцовыми витражами. Мраморный пол, инкрустированный сложной мозаикой и символами на незнакомом мне языке. В центре зала на нем изображена огромная голова зверя, вписанная в круг. Мимо снуют лакеи, разносящие подносы с шампанским. Один как раз останавливается рядом со мной и коротко кланяется. Я с улыбкой качаю головой, но она резко сползает с лица, когда мне кажется, что вдали мелькает знакомый силуэт в плаще и маске. Тень. Он же не может быть на балу? Или… может? Письма от него больше не было, но Тень ведь ясно дал понять, что пришлет инструкции только после свадьбы, вместе с весточкой о маме. Это вселяет надежду, что он не посмеет ей навредить, и все равно… Я думаю о ней постоянно, испытываю жгучее чувство вины за то, что втянула в это. Как я объясню ей все, когда вернусь домой? «Если вернусь», – думаю я мрачно, смотря за спину лакея, который все еще стоит передо мной, протягивая поднос. Но мужчины в плаще и маске там уже нет. – Леди Элина, его высочество просил передать, что будет ждать вас на южном балконе, – вновь привлекает к себе внимание лакей и выразительно косит глазами в сторону. Я благодарно киваю ему в ответ и следую в указанном направлении. Невольно слышу обрывки разговоров вокруг. Дамы обсуждают наряды, кавалеров и нас с принцем. Слышу что-то про постельные чудеса в моем исполнении, но не обращаю на это внимания. Уверена, к завтрашнему дню подробностей будет столько, что можно писать неприличный роман. У мужчин разговоры поинтереснее, и снова о Черных клинках. Не с этим ли связано внезапное исчезновение принца? Я останавливаюсь возле одной из групп почтенных лордов и приседаю, делая вид, что поправляю застежку на туфельке. Ловлю каждое слово, что они говорят. – Дерзкое нападение… – Это вопиюще, надеюсь, его величество этого просто так не оставит… – Вероятно, его отсутствие на балу связано именно с этим происшествием… О чем. Они. Все. Говорят? – Как я слышал, это была часть денег, полученных за южные виноградники… – Посол Джан ведь не может быть причастен… – Я слышал, Дария скоро отстранят за бездействие. Король недоволен… Лорды начинают подозрительно коситься на меня, поэтому мне ничего не остается, кроме как уйти, размышляя об услышанном. Судя по всему, Джан отправил Рикарду часть денег за виноградники, но по пути их украли Черные клинки. Ситуация действительно крайне неприятная – может случиться международный скандал. Или Рикард отменит сделку, так и не получив своих денег. А еще… Мне вдруг вспоминается, с какой злостью Данте говорил об аренде виноградников. Он же не мог помешать сделке? «Это все бред», – шепчу я себе, подходя к нужному балкону – слуга сказал, что он расположен возле портрета бывшей правящей четы. Какое-то время я рассматриваю огромное полотно в позолоченной раме. Высокий, мощный мужчина с широким разворотом плеч и горделивой посадкой головы – это отец Данте. Лицо породистое, красивое, но в нем абсолютно нет тепла, взгляд голубых глаз холодный и жесткий. Рядом с ним – уже знакомая мне женщина. Красивая блондинка в бирюзовом платье смотрит свысока, презрительно поджав губы. Мать Рикарда. Мачеха Данте, которой пришлось принять бастарда. Я пытаюсь представить ее в роли матери принца и… не могу. Вряд ли этой женщине знакомы такие чувства, как сострадание и любовь к чужому ребенку. Балкон скрывают тяжелые портьеры алого цвета, и я берусь за них пальцами, чтобы отодвинуть. В груди начинает зудеть неприятное чувство тревоги, колет тонкой иглой. Возможно, я бы прислушалась к интуиции, но шаг уже сделан, и теперь я стою по ту сторону бархатных портьер. Слепо вглядываюсь в ночь, окутавшую меня непроглядной тьмой. – Данте? Слишком поздно замечаю, как сбоку ко мне бросается какая-то темная тень. Я вскрикиваю, но изо горла не вырывается ни звука, оно сжато спазмом от ужаса. Потому что к нему приставлен нож. ***** Единственное, что понимаю – нож держит не мужчина, а женщина. Тонкая рука, обтянутая черным шелком перчатки, сжимает его с неожиданной силой. В нос бьет терпкий, приторно-сладкий запах ее духов. – Тва-арь, – тихий голос рядом с моим ухом напоминает шипение змеи. Скашиваю глаза, как могу, но все, что доступно в поле моего зрения – это черный глубокий капюшон, а под ним – край маскарадной маски. И тут до меня доходит: защита принца не сработала. Меня заманили в ловушку! Незнакомка действительно может меня убить, и никто этого даже не увидит. – Подожди… Давай поговорим, – я облизываю пересохшие губы, надеясь выиграть хотя бы несколько секунд. – Нам не о чем разговаривать, – вопреки своим словам, незнакомка все же медлит. Возможно, сомневается. И это мой шанс, главное – правильно подобрать слова. – Слушай, я не знаю, кто ты. Но я тебе не соперница, поверь. Ее тихий смех выглядит таким жутким, что у меня по позвоночнику ползет ледяная змейка ужаса. Нож впивается в кожу сильнее. – Он собирается жениться на тебе. Думаешь, этого мало, чтобы ты перестала дышать? Перед глазами проносится вся моя жизнь. Как же глупо все вышло! Я полезла явно не туда, куда нужно, и вот итог. Впрочем, довольно предсказуемый в моей ситуации. Правда я думала, что убьет меня Тень, чтобы не оставлять свидетелей, а не банальная женская ревность. Отчаяние и страх смываются решимостью, что-то внутри щелкает. Она такая же женщина, как и я, и если не брать в расчет нож, мы на равных. Инстинкт самосохранения делает все за меня: я резко бью ее локтем. Не вижу куда именно, но явно во что-то попадаю, когда слышу тихий вскрик. И тут же чувствую легкое жжение на коже. Я зажимаю порез ладонью и стремительно оборачиваюсь. Ожидаю новый удар, но его не следует. От незнакомки меня внезапно закрывает высокий черный силуэт. Ее вскинутую руку с ножом перехватывают мужские пальцы, сжимая с такой силой, что нож выпадает. Принц мыском сапога откидывает его далеко в сторону. – Совсем сдурела? – цедит он звенящим от злости голосом. Незнакомка в ответ издевательски смеется, и я наконец-то понимаю, кто передо мной. Сама королева. – Возвращайся к мужу, Камилла, пока не стало слишком поздно, – с угрозой говорит принц. Его нечеловеческая сила затапливает пространство вокруг. Давит. Требует подчиниться. Королева кидает на меня полный обжигающей ненависти взгляд. Ее пошатывает, но, надо отдать ей должное, она пытается бороться и не хочет выглядеть побежденной. – А ты так и не понял? – ярко-накрашенные губы, что я вижу под маской, кривит горькая усмешка. – Мне больше некуда спешить. Ты губишь всех женщин рядом с собой, принц. И она, – кивок на меня, – следующая. – Камилла резко разворачивается и идет прочь. Данте мрачно смотрит на женщину, но не делает попыток ее остановить. Вместо этого он поворачивается ко мне. Взгляд становится острее. – Она больше никогда не причинит тебе вреда. Обещаю. Мужские пальцы бережно, но твердо отводят в сторону мою ладонь, которой я по-прежнему зажимаю порез. Он не глубокий, но сильно щиплет. Принц смотрит на него и с шумом втягивает воздух сквозь стиснутые зубы, глаза приобретают совсем уж ядовитый цвет. Чувствую, как его магия приятным холодком обволакивает мою пострадавшую шею, снимая боль. – Почему твоя защита не сработала? – рискую все же спросить. Несколько секунд он молчит. Изучает мое лицо, смотрит с какой-то болезненной одержимостью. Зрачки вытягиваются и расширяются вновь. – Потому что Камилла под моей защитой, как и ты. Магия не увидела угрозы в родственной себе и подпустила ее слишком близко. Мои брови плавно ползут вверх. Он дал ей защиту, серьезно? И сколько еще подобных девиц разгуливают с ножами где-то рядом? – Не смотри так, невеста, – Данте хмурится. – Ты многого не знаешь. В свое время она была ей необходима – я ее дал. Но теперь заберу обратно. – Где-то я это уже слышала. Одного не понимаю, почему с твоими женщинами должна разбираться я? Зеленые глаза дракона вспыхивают, руки сжимаются в кулаки. Вокруг сыпятся полупрозрачные искры пламени. Каким-то шестым чувством я понимаю, что зацепила его за живое, но зол он исключительно на себя. Потому что не предусмотрел всего, и я действительно пострадала. Черт! Я не хотела, чтобы это прозвучало как упрек. Мы смотрим друг на друга несколько долгих секунд и, наконец, заговариваем одновременно. – Я вовсе не это… – Пошли, мы уезжаем отсюда. – А как же Рикард? – Плевать. Разберутся без нас. Принц хватает меня под локоть и тащит за собой. Мелькают изумленные лица придворных, но он не обращает внимания на попытки нас остановить, уверенно рассекая толпу людей в масках. Кажется, мы и здесь сумели устроить скандал – уехали с приема, посвященного нашей свадьбе, так и не дождавшись короля. Впрочем, сейчас меня волнует совсем не это. Камилла сказала, что следующая, кого он погубит – я. ***** Лошади несут нас по пустынным улицам, за окном мелькают темные скверы и спящие особняки. Не знаю, о чем с ним говорить. В голове слишком много мыслей… обо всем. Но одна гложет особенно. – Ты больше ничего не хочешь мне рассказать? – Например? – Данте поднимает на меня взгляд. Он смотрит так пристально, что мне становится жарко. Я вдруг ясно осознаю, что мы оказались вдвоем в крошечном замкнутом пространстве. Отсюда не получится сбежать, и мы оба явно на взводе после произошедшего. – Камилла… Она ведь имела в виду твою невесту? Ту, которую ты… – Да, – соглашается Данте, глядя на мои губы, будто думает уже о чем-то другом. – Не бери в голову. Вспомни лучше о том, что завтра наша свадьба. Его горячий взгляд скользит по моей обнаженной шее, на которой не осталось и следа от пореза. Соскальзывает к приподнятой корсетом груди. Принц разглядывает меня так откровенно, что мне делается стыдно, словно я сижу перед ним голая. Разговор, который мы завели, еще больше подстегивает все ощущения, разгоняет по венам кровь. Ловлю себя на мысли о том, что хочу знать подробности о других женщинах, которые были с ним. Дыхание ускоряется, а грудь начинает вздыматься слишком часто, когда я понимаю, что сама вскоре пополню их ряды. – О чем ты сейчас думаешь? – хрипло интересуется принц, подавшись вперед, будто хищник, наблюдающий за добычей. – О тебе, – признаюсь я. – Гадаешь, сколько красоток я загубил? – дракон усмехается. – А если я скажу, что много? Очень много, Элина. – И все они были для тебя… ничем? Просто игрушками? – голос звенит, и я ненавижу себя за это. Данте напрягается, будто перед прыжком. Вертикальные зрачки вытягиваются, становясь похожими на тонкие иглы. – Некоторые любили меня, но им это не помогло, – он наклоняется еще ближе. – Как думаешь, справишься лучше? Мне внезапно не нравится, какой поворот принимает наш разговор, хотя я вроде сама его завела. – Помнишь, что я тебе говорил? Не стоит влюбляться в такого, как я. Уязвимости я не терплю, а чувства – это всегда уязвимость. Я отвожу глаза, не в силах выдержать его пронзительный взгляд. Конечно, я все помню, но… Разве те женщины были виноваты, что позволили себе влюбиться в темного принца? Разве это вообще возможно – быть с мужчиной, и не испытывать к нему никаких чувств? – Любви не прикажешь, – тихо говорю я, глядя куда-то в окно. – А вот здесь ты ошибаешься, – губы Данте ломает недобрая усмешка, которую я вижу в стекло. – Если ставки слишком высоки, любовь продают и покупают, забывают и предают. Я пытаюсь что-то возразить, но не успеваю, когда он резко перебивает меня: – Поэтому сейчас мы поедем и переподпишем наш контракт. Ты не забыла пункт, который я хотел добавить? «Он все воспринимает как сделку, даже нас. И по-прежнему мне не доверяет», – мелькает в уме, но вслух я говорю только одно: – Нет. Остаток пути мы напряженно молчим. Принц прожигает меня взглядом. Я дышу его запахом грозы и озона, который буквально везде. Метка сводит с ума, с каждым днем ее притяжение становится все невыносимее. Я уже поняла, что тяга чуть ослабевает после намека на близость – объятий и поцелуев. Но сегодня мы просто разговаривали и танцевали, не позволяя себе большего, и сейчас я мучаюсь, но виду не подаю. Пытаюсь думать о его словах – хочу ли я остаться равнодушной? Или позволить безумию накрыть с головой? Наша свадьба уже завтра, и уже очевидно, что ее не избежать. Но главное здесь другое. Я вдруг полностью отдаю себе отчет, что мне нравится принц. Несмотря на его репутацию, скандалы вокруг и эти толпы ревнивых женщин. Мне кажется, что настоящий Данте – совсем другой, и именно этот настоящий стал вдруг безумно притягателен. Что он думает обо мне – остается только гадать, но я вижу, что как женщина ему тоже нравлюсь. Притяжение между нами ощущается буквально физически, искрит в воздухе, оседает на коже. Сопротивляться ему становится почти больно, я держусь из последних сил. Опускаю голову, чтобы не выдать себя. Не смотри ему в глаза… Данте не выдерживает первым. – Упрямая девчонка… – мучительный выдох, и он тянет меня за руку. Карета подпрыгивает на неровностях дороги, и я лечу прямо в объятия принца. Он хватает меня всю, словно в плен, впечатывая в свое напряженное тело. И целует так, что вокруг образуется пустота. Я зарываюсь пальцами в черные, густые волосы. Данте сильнее вжимается в меня. Мы целуемся упоенно, страстно, порочно, словно в последний раз. Мужские пальцы скользят по платью, из горла дракона вырывается рык, будто он недоволен препятствием. Это какое-то безумие! Наконец, карета качается и останавливается. Данте не спешит меня отпускать, прижимает к себе и тяжело дышит. – Нужно выбираться отсюда, невеста, пока я держу себя в руках. Я нахожу в себе силы только кивнуть в ответ и выхожу из кареты вслед за ним, дав себе несколько минут передышки. Оглядываюсь по сторонам. В глубине разросшегося сада прячется знакомый особняк, в котором я была лишь однажды. Вижу, как его крышу серебрит вышедшая из-за туч луна. Мои губы невольно трогает улыбка, когда я смотрю на высокую фигуру принца, о чем-то разговаривающего с возницей. И на долю секунды я успеваю почувствовать себя практически счастливой, хотя мысли о маме все равно не отпускают. Испытать это чувство снова, ведь его не было в моей жизни уже давно – со смерти папы. Верю в то, что у нас все может быть хорошо. Я выберусь из этой ловушки, устроенный Тенью. Расскажу Данте, почему не могла признаться раньше – уверена, он поймет, и мы сможем друг другу доверять. Не буду бояться зарождающихся чувств. Постараюсь сделать его жизнь счастливой, сколько бы времени нам не было дано. Что будет дальше – загадывать не стану. Но строя наивные, счастливые планы, я даже не подозреваю, что судьба уже развернула к нам свое новое жуткое лицо.