Глава 14

На небольшом клочке желтоватой бумаги огрызком карандаша я мелко написала самое важное, что нужно попросить у помогай-камня. К приходу Мариты я перечитала список на пять раз и осталась довольна.

— Что ты тут нацарапала? — прищурилась Марита, присаживаясь на кровать и отдала листок мне назад. — Читай вслух.

Я принялась расхаживать перед ней, декламируя:

— Пять рулонов самой дорогой ткани, нитки простые и золотые, иголки разного размера, ткань подкладочная, пяльца, ленты, кружева…

— Н-да, — протянула Марита и с жалостью посмотрела на меня. — Большой список-то?

— Нормальный, — буркнула я и, чувствуя подвох, выпалила: — а как ты хотела? У меня ж ничего нет! Как я шить буду? Из чего? Из березовой коры?

— А чего ж ткацкий станок не написала? — продолжала подтрунивать надо мной Марита.

— Написала, — я сложила руки на груди и сердито отвернулась. — Не дочитала тебе еще просто.

Марита прыснула со смеху. Она схватилась за живот и не могла остановиться.

— Ой, не могу! Список с ткацким станком! А прялку вместе с прядильщицей завернуть не попросила?

— Прялку попросила, — глядя на нее, и меня разобрал смех, ведь правда, в своих желаниях разошлась я не на шутку.

— Так ничего не выйдет, — успокоившись, пояснила Марита. — Как ты себе это представляешь? Возьмешь помогай-камень и начнешь зачитывать ему список вслух? А он тебе по очереди: ткань, станок и прялку?

— Примерно так и думала, — созналась я и несколько раздраженно добавила: — Я вообще-то в вашем мире новенькая. Откуда мне знать, как у вас магия работает.

— Да и нет ее у нас почти, — печально вздохнув, проговорила Марита. — В стародавние времена, говорят, магики сильнейшие были. Могли даже камни силой мысли двигать, русла рек меняли. Врут, конечно, я думаю. В былинах и драконицы кружат с драконами в небесной сини! А в жизни такого давно нет. Их и вовсе все меньше и меньше становится…

Я села на табуретку, подтянула колени к груди и задумчиво слушала Мариту. Странно это все. Была магия, а теперь нет ее. Куда ж делась? И драконов жалко. Красивые они, хоть и пугают своими размерами.

— Если драконы вырождаются, чего ж они не займутся своей демографией? — недоуменно спросила я.

— Чем займутся? — нахмурилась Марита.

— Размножением своим. Это когда дракон идет к драконице и они там… — подтрунивая над Маритой, стала пояснять я.

— Да ну тебя! — замахала на меня руками она. — Я думала ты серьезное что-то сказала.

— А я серьезное. Это же логично: если особей мало, надо увеличивать их количество. Рожать больше, проще говоря. Вон мегера одинешенька, лорд Дартиан тоже, — ляпнула я и самой противно стало, не хотелось мне, чтобы герцог с леди Плеванн был.

— Алька, может мы тебе уши плохо промыли? Говорю же, драконы существа магические! — по слогам проговорила Марита.

— И что? У них детей единороги приносят? Или причиндалы иначе устроены? — Я не понимала, что она хочет до меня донести.

— Приземленный ты человек. Причиндалы! — беззлобно передразнила меня Марита и возвела глаза к потолку. — А у драконов… У них без чувств дети не появляются. Поэтому, когда дракон почувствует искру, он свою избранницу — свое сокровище, никому не отдаст. Но и сам верен навсегда.

— А драконица не магическая, поэтому такого нет? Получается так?

— Получается так, — пожала плечами Марита. — И отстань уже от меня. Я ученых книг не читала, что знаю — все рассказала. Давай лучше с помогай-камнем скажу, что делать.

Я соскочила с табуретки, встала посреди комнаты и бодро отрапортовала:

— Готов к труду и обороне!

— Точно тебе семьдесят лет в твоем мире было? — с сомнением улыбнулась Марита.

— Точно-точно. Но душа-то у меня восемнадцатилетняя, — нисколько не соврав, проговорила я.

И тут же перед глазами мелькнуло воспоминание: мы с внучком на новый год закрылись в комнате и смастерили себе костюмы. Зайчиков. Но самое смешное было, когда четырехлетний внук заставил меня прилепить на попу крохотный хвостик… Глаза сына и невестки при виде шестидесятипятилетнего на тот момент зайчика я никогда не забуду. Я почувствовала, как губы сами собой растянулись в улыбке.

— Ты о чем мечтаешь? — прикрикнула на меня Марита. — Сейчас у тебя лицо точь-в-точь, как у Ганки, которую взяли на балу прислуживать. Будто она сама там плясать будет.

— Не напоминай мне про нее, — поморщилась я. — Что делать надо?

— Помогай-камень срабатывает на желание. На мысль, представленную с должным хотением. Поэтому сейчас ты достанешь камень, напитаешь его кровью и представишь целую комнату со всем, что есть в списке, — растолковывала мне Марита. — Он создаст все, насколько хватит магии. Или представляй конкретные вещи, например, прялку, а рядом пряжу. В общем смысл ты поняла.

— Надеюсь, крови не много надо? Вампирские замашки у камушка какие-то.

— Всю не высосет, не бойся, — пообещала Марита, пришлось ей поверить.

Я поспешно слазила в тайник, достала камень и приготовилась. Сначала представила комнату с тканями, да пошикарнее, чтобы и бальное платье сшить можно было. Нити обязательно еще. Можно, бы и станок все же… Внезапно камень будто дрогнул и, больно резанув острой гранью, выскользнул из рук. Вскрикнув, я увидела, что на пальце выступила кровь.

Поискав взглядом камушек, я нашла его возле стены. Вот только он сменил цвет с мутно-зеленого на рубиновый, а потом и вовсе подернулся дымкой. Моргнув, я ахнула: на месте камушка лежал холщовый мешок, в котором явно что-то было.

— Йо-олочки зеленые!