Глава 15

Я недоверчиво протерла глаза. Мешок никуда не исчез. Я опасливо тронула его ногой. На месте. Внутри ничего не шевелилось. Но в нем явно не было ткацкого станка. Даже прялки не было.

— Шура, не боись! Ты на домну на заводе лазила, неужто сейчас испугаешься? — тихо уговаривала я себя и осторожно тянулась к мешку.

Двумя пальцами я оттянула его край и заглянула внутрь. Ничего страшного. Просто какие-то вещи. Уже смелее я вытряхнула содержимое мешка на кровать. Мое скромное ложе утонуло в шикарнейшем атласе нежно-розового цвета. Сверху упали блестящие туфельки и украшения с камушками.

— Алька, а ты что представила? — подозрительно глядя на розовую кучу, спросила Марита.

— Т-ткацкий станок и ткани вроде, — неуверенно протянула я. — А это что?

— Что-что, — уперла руки в боки Марита. — Бальное платье.

Я ошарашенно села на стул. Твою дивизию! Ведь точно! Промелькнула в моей голове картинка, как я кружусь с лордом драконом в танце. Но я ее тут же отмела, как ненужную! А помогай-камень решил иначе.

— Такой шанс прокрокодилила, — застонала я, закрыв лицо ладонями.

— Почему же… А вдруг это, наоборот, он и есть.

Отняв руки от лица, я с подозрением уставилась на Мариту. Она глядела на меня, будто что-то прикидывая в уме.

— Ты же про продажу наряда, да? — неуверенно уточнила я и тут же воодушевилась. — А ты права! Лучше такой наряд, чем телогрейка с балалайкой появилась бы. Надо сообразить, кому продать подороже. А на вырученные денюжки купить то, что нужно мне.

— Сообразишь потом, — отмахнулась Марита. — Раздевайся!

— Нет, нет и нет! — замотала головой я и вцепилась в ворот своего шерстяного платья. — В прошлый раз это добром не кончилось. Сама подумай, что мне делать на балу?

Где я и где бал? Нет, конечно, мы с покойным мужем ходили в ДК на танцы по молодости. В школе даже вальс танцевали. Но когда это было⁈

— Будешь знакомиться с лордами и влюблять в себя, — наступала на меня тем временем Марита. — В нашем мире это самый верный способ жить хорошо. Вот и камушек так решил. Сама судьба им управляет. А сейчас раздевайся, говорю!

Я уперлась спиной в стену. Отступать больше было некуда.

— Мариточка, может не надо, а? — попыталась я надавить на жалость.

— А ты как планируешь искать клиенток? — хитро закинула удочку Марита. — Вот пойдешь на бал и поузнаешь у тамошних леди: кто где одевается. Поглядишь моду теперяшнюю. Ты ж хотела шить для леди, а не для служанок. Скидывай одежу, а то бал закончится, пока я тебя уговорю!

— Ладно, — сдалась я и принялась стягивать платье. — Но признайся честно, ты все же надеешься сбагрить меня заезжему лорду.

— Ты себя в зеркало видела? Все лорды твои будут! Тебе ж не обязательно замуж сегодня выходить. Поприглядись, хуже-то не будет. А там, мож, чего интересного и предложат.

Марита затянула на мне корсет так, что дыхание перехватило.

— Ты меня задушишь, изверг! Ослабь, — прохрипела я, пытаясь сделать вдох.

— Не помрешь! Талия ужее, поклонники дюжее, — выдала Марита очередную мудрость, но завязки немного распустила.

— А если меня спросят: откуда я? Мегера, например, она же, наверное, всех знает, кто приехал, — пришла мне в голову здравая мысль, я обернулась и пытливо посмотрела на «великого комбинатора» средневекового разлива.

— Никого она не знает! — успокоила меня Марита. — На этот бал съехалась знать со всех окрестных городов. Предсвадебные гуляния у драконов слишком редко бывают. Всем охота поглазеть, да пожрать забесплатно.

— Ага, на халяву и ацетон пахнет розами, — поддакнула я.

— Ты мне эти словечки брось! Садись лучше перед зеркалом, будем волосы твои обихаживать.

— Погоди! Там же была штукенция для головы, — я метнулась к кровати и принесла Марите что-то вроде небольшой диадемы.

— Хорошая безделица, — одобрила моя помощница и принялась колдовать с моими волосами.

— Много за нее выручить можно? — алчно уточнила я.

— Малость можно. Камушки не драгоценные, но обработаны красиво. Потому и смотрятся неплохо, — Марита зацепила прядь, и я ойнула. — Терпи. Все ж я не по этим делам мастер. Вот если б ты попросила пирожки спечь со щавелем, например, это да… А патлы крутить я не обучена.

— Спасибо, Мариточка, что возишься со мной, — серьезно произнесла я, ловя ее взгляд в зеркале.

— Ну будет тебе, — шмыгнула носом Марита. — Алька ж не чужая мне. Я давно знала, что будет с ней нечто эдакое. Сестра зазря не скажет. И вот теперь участвую в твоей судьбе, интересно ж ведь, что ты за надежда такая.

— Ты говоришь прям как Ивановна про сериал по первому каналу, — проговорила я и, подумав, с улыбкой добавила: — а я не против. Главная роль у меня. И, знаешь, оказалось тут у вас горраздо интереснее, чем у меня на пенсии. Когда я еще на балу побываю? Ты права: надо от жизни брать все. Схожу с пользой — не сомневайся!

— А если все же спросят, откуда такая, скажи, что приехала иког… инкаг…

— Инкогнито, — подсказала я.

— Ага, вот оно самое. Мол, папенька не разрешил, а ты сбежала на бал. Такое событие, да недалече от дома, — наставляла Марита. — Пусть подумают, что ты приехала только туда и обратно.

— Поняла. Приехала инкогнито. Уехала инкогнито. Улыбаюсь во все зубы и выведываю, кто чем дышит, кто во что одет, и прикидываю варианты, — послушно резюмировала я.

— Может, с леди какой сойдешься, — подала идею Марита. — Уйдешь к ней личной горничной. Тоже хорошо.

— Сложно мне служанкой. Нет в нашем мире такого давно. Если прислугой кто работает, так к нему со всем уважением относятся. А не так, что и пнуть могут, и кнутом огреть. Так что лучше я сама попробую, — я подала Марите диадему, и она закрепила ее на моих волосах.

— Тогда на лордов драконов обрати внимание, — назидательно велела Марита и мечтательно прижала руки к груди. — Вдруг кто к тебе проникнется, и искра разгорится. Самый отличный вариант! В мужиках в свои семьдесят, поди и сама разбираешься?

— Ага. Бывают двух видов: для огорода и для хоровода, — вспомнила я старую поговорку. — Только мне не надо никакого.

— С тобой спорить, что с Кейлом! — в сердцах сказала Марита. — Только глотку зря драть. Горло заболит, а дело с места не сдвинется. Вставай, платье наденем.

Когда мы натянули на меня наряд, Марита завязала сзади завязки. Отступила на пару шагов и восхищенно цокнула языком.

— Какая же ты красивая! — с придыханием вынесла вердикт она.

Я повернулась к зеркалу и восхищенно уставилась на хорошенькую принцессу, отразившуюся в нем. Белокурые волосы легкими волнами спадали на плечи, нежный румянец окрашивал щеки. Вот только в голубых глазах отражался семидесятилетний опыт. Подмигнув своему изображению и поправив руками грудь, и так наполовину оголенную платьем, я решительно произнесла:

— Я готова!