Глава 23

Глава 23. Голос камней и планы возмездия

ЛЕСЯ

Проснулась я от того, что камни пещеры… пели. Нет, не звучали. Они вибрировали. Ну да, пения тут еще не хватало, у нас тут совсем не веселье так-то. Тихо, едва уловимо, но моё тело, всё ещё пропитанное остатками драконьей силы и её странным симбиозом с энергией Дэмиана, уловило этот гул. Это было похоже на гигантское, спящее сердце, бьющееся где-то глубоко под нами.

Я открыла глаза. Костер догорал, оставляя угли. Альдрик спал, свернувшись калачиком, будто он не уважаемый маг в почетном возрасте, а совсем ребенок, ну милота. Карр храпел у входа, как трактор в нашем селе, где мы «отрабатывали барщину» во времена студенческой практики. А Дэмиан… Дэмиана не было на его посту. Все то ему надо держать под контролем! Паника, острая и холодная, кольнула под рёбра, но тут я увидела его. Он стоял у дальней стены, где струился ручеёк, положив ладонь на влажный камень. Его поза была напряжённой, будто он к чему-то прислушивался.

Я тихо поднялась и подошла к нему.

— Что-то не так? Ты чем-то обеспокоен?

Он вздрогнул, но не отпрянул. Его лицо в полумраке было сосредоточенным.

— Ты, что, не слышишь? — спросил он, не глядя на меня.

— Гул. Как будто земля дышит.

— Да. Но не только. — Он медленно провёл пальцами по камню. — Это место… оно живое. Не в смысле растения. Оно помнит. И если правильно слушать… оно может рассказать.

Я прислонилась к стене рядом с ним, тоже положив ладонь на холодный, шершавый камень. Сначала ничего не было. Потом я усиленно сосредоточилась, отпустила страх, усталость, мысли о бегстве. И тогда почувствовала. Не просто вибрацию. Образы. Смутные, как тени сквозь туман. Существа, не похожие на драконов, строящие эти стены. Они не высекали камень — они лепили его, как глину, силой мысли. Потом они ушли. Оставили после себя пустоту. Потом пришли другие — испуганные, раненые. Драконы в человеческом облике. Они скрывались здесь, зализывали раны… и некоторые больше не уходили.

— Это убежище для таких, как мы, — прошептала я. — Для потерявших свой дом.

— И не только, — сказал Дэмиан. Он отвёл руку от стены и посмотрел на свою ладонь, будто ожидая увидеть на ней следы памяти. — Оно… усиливает. Связь. Чувствуешь?

Я прислушалась к себе. К той тихой нити, что связывала меня с ним. Да, она была яснее. Тверже. Будто в этом месте, напитанном древней магией укрытия и печали, нам не нужно было скрываться даже от самих себя.

— Это значит, мы можем… общаться? Без слов? На расстоянии? — предположила я.

— Возможно. Но это не главное. — Он повернулся ко мне, и в его глазах загорелся знакомый огонь стратега. — Если это место усиливает нашу связь и наши силы, то здесь мы можем планировать. И тренироваться. Хотя бы временно.

Идея была блестящей и пугающей. Тренироваться. Учиться контролировать то, что в нас проснулось. Не просто выживать, а освоить свою новую, чудовищную природу. Я бы, конечно, не отказалась от пособия «Практика для чайников», но, увы, придется своими силами.

Мы разбудили Альдрика и Карра, поделились догадками. Старый маг, осмотрев стены и пробормотав несколько диагностических заклинаний, ахнул.

— Вы правы! Это место — природный резонатор. Он фокусирует внутреннюю магию, особенно связанную с душевными узами и… трансформацией. Здесь ваша связь не просто видна, она становится инструментом. Вы можете делиться силой на расстоянии, чувствовать друг друга острее, возможно, даже видеть сквозь глаза друг друга, если синхронизируетесь достаточно.

— Видеть сквозь глаза? — Карр скептически поднял бровь. — Это уже колдовство какое-то. Генерал, тут может быть замешана черная магия!

— Это драконья магия в её чистейшей форме, — поправил Альдрик. — То, что было утрачено кланами, погрязшими в политике. А вы… вы, сами того не желая, ступили на этот путь.

Мы решили остаться в пещере ещё на день. Нужно было восстановить силы, осмотреться и… попробовать. Первым делом — установить связь на расстоянии. Дэмиан ушёл в один из боковых тоннелей, я осталась в главном зале. Мы закрыли глаза, сосредоточились на нити между нами, усиленной тихим гулом камней.

Сначала — ничего. Потом — смутное ощущение его присутствия, как теплое пятно в темноте. Я попыталась «толкнуть» мысль: «Слышишь?»

Ответ пришёл не сразу, и это был не голос. Это было чувство: «Да. Тихо. Слышу твоё дыхание.» Он слышал моё дыхание из другого конца пещеры! Чем дальше – тем интереснее!

Мы тренировались так несколько часов.

Научились передавать простые эмоции, ощущения (я послала ему ощущение голода, и он фыркнул в ответ). Настоящий разговор пока не получался, но это уже было невероятно.

А потом мы перешли к следующему. К контролю. Я попыталась вызвать не просто чешую, а тот самый зелёный огонь, который у меня никак не получался. Дэмиан стоял напротив, его присутствие через связь было якорем.

— Не думай об огне, — сказал он, его голос звучал и в ушах, и в голове одновременно. — Думай о жизни. О росте. О ярости лозы, что ломает камень. Твоя сила не для разрушения. Она для… упрямого созидания. Отлично тебе подходит…

Я немного смутилась и закрыла глаза, представила не взрыв, а напор. Зелёную, неостановимую волну жизни. И на ладони вспыхнуло не пламя, а… сияние. Тёплое, пульсирующее, как сердцебиение леса. Оно не жгло. Оно питало. Я направила его на увядший мох у стены — и тот за несколько секунд позеленел, расправился.

— Вот видишь, — сказал Дэмиан, и в его «голосе» в голове прозвучало одобрение. — Ты не можешь жечь. Но можешь оживлять. Или… — он сделал паузу. — Отнимать жизнь.

Мысль была жуткой. Но логичной. Если я могу давать силу роста… значит, могу и обратить её вспять. Сделать это оружием. Прямо как дементор, у-у-у, эти вайбы. Я похихикала про себя, вспоминая о мальчике, который выжил, а потом задал такую трепку тому, о ком нельзя говорить, но… сейчас у нас своих проблем навалом, так что всякие мальчики прочь!

Дэмиан тренировался со своим пламенем, стараясь сделать его не просто разрушительным взрывом, а сфокусированным лучом, точным, как игла. Связь помогала: я чувствовала, куда он направляет энергию, и могла слегка «подправить», стабилизировать её своим спокойствием. Его луч пламени стал ярче, горячее, но при этом более стабильным.

К вечеру мы, измождённые, но воодушевлённые, сидели у костра, доедая последние припасы.

— Завтра, — сказал Дэмиан, глядя на карту логова Холодной Стали, которую он набросал по памяти. — Мы идём туда. Не все. Карр, ты останешься здесь с Альдриком. Наблюдательный пункт и тыл.

— Генерал! — начал протестовать Карр.

— Это приказ, — отрезал Дэмиан, но без привычной резкости. — Если мы не вернёмся, кому-то нужно будет знать, что случилось. И… кому-то нужно будет позаботиться о нём. — Он кивнул на Альдрика.

Старый маг фыркнул.

— Не рассчитывайте на лёгкую смерть, чтобы я мог спокойно доживать здесь век. У меня на вас другие планы, мои дорогие.

План был рискованным. Мы с Дэмианом подберемся к логову скрытно, в человеческом облике. Разведём панику, может, устроим диверсию. А потом… превратимся. Не для долгого боя. Для одного, сокрушительного удара. Чтобы все увидели: драконы не сгинули. Они вернулись. И они чертовски сердиты.

— Наша цель — не уничтожить всех, — говорил Дэмиан, водя пальцем по карте. — Наша цель — главный шатёр, где сидят их лидеры-маги. И их «лаборатория», где они создают свою поганую мерзость. Мы рушим это. Показываем, что их лёд ничего не стоит против настоящего огня и жизни. А потом — исчезаем. Пусть гадают, привидения мы или нет. Вот потеха будет, тронься они умом.

— Да уж, наделаем мы там шуму… А потом куда? — спросила я.

— Потом… — он посмотрел на меня. — Потом будем искать других. Других изгоев. Других, кому не нашлось места в мире кланов. Если мы хотим выжить в долгой перспективе, нам нужны союзники. Не правители. А такие же, как мы.

Идея создать своё собственное, странное племя из отверженных казалась безумной. Но в мире, который объявил нас вне закона, это был единственный шанс.

Ночью, когда все спали, я снова подошла к стене, положила на неё ладонь. На этот раз я задала молчаливый вопрос не о прошлом, а о будущем. «Что нас ждёт?»

Камень ответил не образами. Чувством. Тяжёлым, как предгрозовое небо, но не безнадёжным. В нём была борьба. Боль. Потери. Но также — вспышки зелёного и алого света в темноте. И тихий, упрямый гул — гул не одного сердца, а многих. Слабых, но объединённых.

Мы не были концом. Мы были началом. Началом чего-то нового, дикого и пугающего. И первый шаг на этом пути мы сделаем завтра. Шаг в пламя и лёд. Шаг к мести… и, возможно, к новой легенде. Не просто же так меня затащило в этот чудной мир…

---

ДЭМИАН

Она спала. На этот раз я стоял на страже у входа, но не чувствовал одиночества. Её присутствие тихим, тёплым пятном светилось в глубине моего сознания. Связь работала отлично. Это было и удобно, и чертовски интимно.

Я знал, когда её сон становился глубже, чувствовал лёгкое беспокойство, когда ей снился кошмар (скорее всего, о падении с башни из того зеркала), и мог послать тихий, успокаивающий импульс: «Я здесь.» И она успокаивалась.

Эта связь была теперь нашим величайшим оружием и самой большой уязвимостью. Если с ней что-то случится… Я отогнал мысль. Не сейчас. Сейчас нужно думать о завтрашнем ударе.

Карр спал беспокойно. Он не любил оставаться в тылу. Но он был солдатом и понимал необходимость. Альдрик… тот, кажется, видел во всём этом великое «предназначение» и был почти счастлив.

Я думал о брате. Его лицо, искажённое ненавистью и жадностью, стояло перед глазами. Он не просто хотел нас убить. Он хотел нас унизить. Выставить напоказ. Суд драконьих кланов… это был бы цирк. Нас бы связали, показали, как диковинку, а потом казнили с максимальным пафосом, приписав в оправдание жестокости какую-нибудь дурь. Нет уж. Лучше смерть в бою, на своих условиях.

Но ещё лучше — не умирать вовсе. А жить. Досаждать. Стать костью в горле у всех кланов. Призраками, которых все боятся, но не могут поймать. Для этого нужна была демонстрация силы. И логово Холодной Стали идеально подходило.

Я снова мысленно прошёлся по плану. Проникновение. Хаос. Удар. Отход. Казалось, всё просто. Но в бою всё всегда идет не так.

Я послал ей тихий импульс, вопрос: «Спишь?»

Ответ пришёл почти сразу, сонный, но ясный: «Уже нет, но пытаюсь расслабиться. Думаешь о завтра?»

«Да. Боишься?» — спросил я, чего никогда не сделал бы вслух.

Пауза. Потом: «Да. Но не так, как раньше. Раньше я боялась всего. Теперь… я боюсь потерять то, что нашла. Тебя. Себя в этом новом облике. Нашу… нелепую, но уже родную стаю.»

Её слово «стая» отозвалось во мне глубоким резонансом. Да. Именно. Не клан. Не армия. Стая. Маленькая, из двух драконов и двух людей, но своя.

«Не потеряешь, — послал я твёрдо. — Я не позволю. И ты — мне. Договорились?»

«Договорились.»

Её ответ был таким же твёрдым. И в нём не было слепой веры. Было партнёрство. Равенство. Она не просила защиты. Она предлагала её взаимно.

Впервые за всю свою жизнь, жизнь бастарда, воина, орудия чужой воли, я чувствовал, что стою на земле не один. Что за моей спиной не просто подчинённый или временный союзник. А тот, кто видит меня. Всего. И гнев, и слабость, и эту чудовищную связь — и принимает. Более того, разделяет.

Это было страшнее любой битвы. Потому что теперь мне было что терять. По-настоящему. Не репутацию, не пост, не одобрение брата (которого никогда и не было). А это. Это тихое общение в ночи. Это доверие в её глазах. Это наше общее, дикое будущее, которое мы собирались отвоевать с когтями и пламенем.

Завтра мы станем призраками и кошмаром для наших врагов. Но сегодня, в этой древней пещере, мы были просто Дэмианом и Лесей из другого мира, но уже такой своей. Два потерянных существа, нашедших друг друга в кромешной тьме. И, возможно, именно это делало нас сильнее, чем любое проклятие или драконье наследие.

Я посмотрел на спящего Карра, на старого Альдрика, на её силуэт у потухающего костра. Моя стая. Моя ответственность. Мой новый дом — не место, а эти люди.

Завтра начнётся война. Но сегодня… сегодня можно было просто быть. И чувствовать эту странную, новую, непобедимую тяжесть в груди. Не ярость. Не голод. Не гордость. Что-то другое. Что-то, ради чего стоит лететь в самое пекло и возвращаться обратно.

Я назвал это чувство про себя, впервые не сопротивляясь: «Моё.»