Глава 33

Глава 33. Святилище Забытых Клятв

ЛЕСЯ

Воздух в лесу был густым и влажным, но не от болотной сырости. Здесь пахло старой древесиной, сухой хвоей и чем-то металлическим, словно в воздухе висела память о давно пролитой крови. Мы шли вслед за Марником, и старый генерал, казалось, знал каждый корень, каждый камень на этой заросшей тропе. В его руке был тот самый жезл — трофей, добытый в битве с Лордом Инеем. Но теперь на его наконечнике, рядом с потухшим чёрным кристаллом, мерцал золотой шарик — душа Леона, уже чистая и хрупкая без тела.

— Мы близко, — голос Марника был похож на скрип несмазанных доспехов. — Святилище Забытых Клятв. Место, где кланы хоронили своих павших в эпоху Первого Раскола. Земля здесь помнит боль и нарушенные слова. И… она может дать временный приют тому, у кого нет плоти.

Мы вышли на поляну, и я замерла. Это было не «святилище» в привычном смысле. Ни алтарей, ни статуй. Посреди поляны росло одно-единственное дерево — древний, полумёртвый ясень. Его ствол был расщеплён давним ударом молнии, а в гигантской трещине, будто в ране, виднелась тёмная, влажная сердцевина. Вокруг ствола лежал круг из камней, покрытых мхом и выцветшими рунами.

— Вот и всё? — скептически спросил Боргар. — Дерево-развалина?

— Это Древо-Рана, — поправил Марник, подходя к ясеню с почти что благоговением. — Оно не умерло, когда его поразило проклятие раскола. Оно впустило боль внутрь, чтобы та не отравила землю вокруг. Его сердцевина — это слепок той древней боли. И именно поэтому оно может стать временным вместилищем для другой боли… для души, оторванной от плоти.

Он повернулся ко мне, и в его усталых глазах читалась странная решимость.

— Ты должна сделать это, Леся. Твоя магия — магия жизни, роста. Ты можешь стать мостом. Прикоснись к дереву и представь Леона. Не принца. Не дракона. Мальчика, который потерял всё. Позволь древесине почувствовать его сущность. А я… — он поднял жезл, — направлю его душу по этому мосту.

Я посмотрела на Дэмиана. Он кивнул, его рука легла на рукоять меча — готовый ко всему. Лира и Боргар заняли позиции, прикрывая нас со спины.

Сделав глубокий вдох, я подошла к Древу-Ране и положила ладони на его шершавую, холодную кору. Закрыла глаза. Внутри была тишина — моя собственная. Я стала искать в памяти не силу дракона, а то, что чувствовала, когда его душа была рядом. Чистоту. Мужество, исковерканное болью. Тоску по зелёным лугам и смеху его первой любви… по Лесении. Я собрала эти чувства в пучок зелёного света в своей груди и направила его через руки в дерево.

Кора под моими ладонями затрепетала. Из трещины в стволе потянулся слабый, болотный свет.

— Сейчас! — скомандовал Марник.

Он направил наконечник жезла прямо в светящуюся трещину. Золотой шарик дрогнул, от него протянулась тончайшая нить света. Она коснулась древесины, и дерево… вздохнуло. Свет в трещине вспыхнул ярче, поглотив золотую нить. Шарик на жезле погас, растворился.

Наступила тишина. Потом по стволу пробежала дрожь. На тёмной, влажной сердцевине внутри расщелины стали проступать прожилки чистого золота. Они пульсировали в такт медленному, древнему ритму, будто второе сердце.

— Он… внутри? — прошептала я, не отрывая рук от коры.

— Да, — ответил Марник, опуская жезл. Его плечи поникли от усталости и облегчения. — Его сознание будет спать. Древо будет питать его своей памятью о жизни, защищая от распада. Но это ненадолго. Неделя, от силы две. Потом душа начнёт сливаться с древней болью дерева, и тогда обратного пути не будет.

— Значит, у нас есть две недели, чтобы добраться до Корней Исполина и найти тело Лесении, — подытожил Дэмиан. — И сделать это раньше Кассиана.

Имя плешивого и трусливого, но падкого до власти узурпатора повисло в воздухе ледяной сосулькой. Кассиан, кузен Леона. Тот, кто занял его трон, пока истинный наследник был проклят. Он наверняка уже знает, что проклятие пало.

И он сделает всё, чтобы Леон никогда не вернулся.

— Нам нужно предупредить Кайла, — сказала я, вспомнив про багровый камень связи. — Если Кассиан в союзе с Холодной Сталью, то Кайл в их логове может узнать их планы.

Дэмиан уже доставал камень, когда с опушки леса донёсся звук. Не птица. Не зверь. Чёткий, металлический щелчок. Как взводимый арбалетный замок.

В следующее мгновение из чащи вылетела тёмная стрела. Она не летела в нас. Она вонзилась в землю в двух шагах от Дерева-Раны и… расцвела. Из древка вырвались чёрные, жилистые усики, которые мгновенно впились в землю, и из них выросла гибридная, мерзкая орхидея с ледяным, сияющим бутоном. Из бутона полился ядовитый, серебристый дым.

— Дым-разведчик! — крикнул Боргар. — Не вдыхать!

Но было поздно. Лёгкий, сладковатый запах коснулся моего носа. И тут же ледяной бутон на стреле развернулся в нашу сторону, словно глаз, и ярко вспыхнул. Сигнал. Попались.

— Нас нашли! — закричала Лира, создавая ледяную стену между нами и лесом. — Отходим, скорее!

Из чащи, бесшумно как тени, вышли люди. Не маги Холодной Стали. Эти были одеты в чешуйчатые доспехи цвета мха и сумерек, их лица скрыты масками, стилизованными под морды лесных хищников. На груди у одного, казавшегося предводителем, красовалась выцветшая эмблема — дракон, обвивающий сломанный меч.

— Стража Увядающего Листа, — с ненавистью прошипел Марник, обнажая меч. — Личная гвардия поганца Кассиана. Охотники за головами и хранители тайн. Значит, он и правда рядом.

Предводитель стражи сделал шаг вперёд. Его голос был беззвучным шёпотом, усиленным магией, чтобы доноситься прямо в разум.

«По приказу регента Кассиана, хранителя престола Нефритового Пламени. Передайте душу беглеца и предателя Леона и его сообщников. И вам будет дарована быстрая смерть.»

Дэмиан встал передо мной, его алое пламя уже лизало клинок.

— У нас для вашего регента другой подарок. Огнём и сталью. Ему понравится, гарантирую.

Лес вокруг нас ожил. Из-за каждого дерева, из-под папоротников поднялись новые фигуры стражей. Нас окружили. Их было слишком много.

Марник окинул взглядом поляну, потом посмотрел на Древо-Рану с пульсирующими золотыми жилами.

— Леся! — крикнул он мне. — Дерево! Используй его!

Я сначала не поняла. Но времени на раздумья не было. Стража сомкнула кольцо. Я инстинктивно снова прижала ладони к коре Древа-Раны, чувствуя под пальцами вибрацию чужой, спящей души. Отчаяние кричало внутри: «Помоги! Прошу, хоть как-то!»

И дерево откликнулось.

Не Леон. Сам ясень. Древняя боль, которую он хранил веками, вырвалась наружу. Из трещины в стволе, из-под корней, из земли вокруг хлынули потоки чёрной, смолистой субстанции. Они не были ни жидкими, ни твёрдыми. Они были как сама скорбь, принявшая форму. Теневые щупальца хлестнули по ближайшим стражам, обвивая их, не причиняя вреда сразу, но сковывая, погружая в оцепенение ужаса и отчаяния.

Это был не атакующий порыв. Это был крик. Крик дерева, помнящего, как его сожгли, сломали, предали. И этот крик парализовал нападающих куда эффективнее любого заклинания.

— Бежим! Пока они дезориентированы! — заорал Боргар, хватая Лиру за руку.

Мы рванули от дерева, в противоположную от стражей сторону, вглубь леса. За спиной оставались замершие в неестественных позах фигуры охотников и тихий, нарастающий рёв Древа-Раны, выпустившего свою вековую боль.

Мы бежали, не разбирая дороги, пока хватало сил. Наконец, вывалились на берег быстрой, шумной реки, скрытой в глубоком овраге.

— Они… не сразу оправятся, — тяжело дыша, сказал Марник, прислоняясь к скале. — Но Кассиан теперь точно знает, где мы и что мы сделали. И он знает, что душа Леона здесь, в этом лесу. Он выжжет его, чтобы достать её.

— Тогда нам нужно идти быстрее, — сказал Дэмиан, глядя на бурную воду. — К Исполину. По этой реке. Течение быстрое, след потеряем.

Это был очередной безумный риск. Но другого выхода не было. Мы потеряли время, но приобрели уверенность: Кассиан лично ввязался в охоту. И это значило, что тело Лесении у Корней Исполина для него не просто реликвия. Это была ключевая фигура на его шахматной доске.

И мы должны были добраться до неё первыми.

Пока Боргар и Лира сооружали плот из плавучего хвороста, я стояла, глядя наверх, в сторону поляны с Древом-Раной. Там, в золотых жилах спящего ясеня, находился теперь Леон. Принц без трона. Душа без тела.

— Мы вернёмся за тобой, — прошептала я обещание в пустой лес. — С ней. Обещаю.

И, обернувшись, пошла помогать строить наш псевдо-корабль, который должен был нести нас к следующему акту этой безумной заварушки — к Корням Спящего Исполина и к развязке, которая изменит судьбы всех кланов.