Глава 15. Пытка магазинами

Альберт Томмасино, младший наследный принц Мазарии

Разговор с Мицио не дался мне легко, в самом деле его запах стал всё сильнее и сильнее влиять на меня. Он дурманил и выводил из себя и с этим срочно надо было делать, меня просто не может так тянуть к мужчине. Не должно тянуть. Я ещё раз мысленно вспомнил всех женщин, которые у меня были, словно они должны служить подтверждением, что со мной всё в порядке. И в первые мои мысли приобрели совсем другой ход, а что если в самом деле дело в магии Мицио?

Он ведь ей, безусловно обладал, что если пахла так притягательно для меня именно она?

Наверное, только эта мысль помогла мне нормально поговорить с моим комми и не сорваться. Я сказал именно то, что хотел. Я в самом деле хотел быть с ним одной командой. Несмотря на все свои недостатки и ошибки Мицио уже сейчас восхищал меня своим упорством и преданностью. Он ведь мог сдаться, мог устроить скандал, да вообще многое мог. Но каждый день он старался быть лучше, каждый день стоять за моей спиной, и я хотел дать ему знать, что вижу это и ценю.

Разумеется, было несколько неправильно требовать от него честности и откровенности, когда я сам не мог ему предложить такое и именно в этот момент я чуть было не сорвался, притянул комми к себе и зарылся в его волосы, признавшись, что он стал мне очень дорог.

Сам не понимаю, зачем я это сделал, но от этих нескольких слов стало в само деле намного легче.

Поэтому к Софи я вышел с почти безмятежной улыбкой на губах. Как оказалось, зря.

Сеньора смотрела на меня с таким выражением лица, что я мог сказать с точностью, что она что-то задумала. И мой трёхлетний опыт подсказывал, что совсем не обязательно, что мне эта задумка понравится. Вот только спорить с ней было совершено бесполезно. Проще сдвинуть с места гору, чем доказать женщине, что она неправа.

Так что я сделал лучшее из того, что мог себе позволить. Просто расслабился и, насвистывая незатейливую мелодию, отправился по коридорам академии к выходу.

На удивление мы не были единственными, кто поднялся настолько спозаранку в утро воскресенья.

— А что сегодня будет в деревне? — поинтересовался я у Софи, которая, без сомнения, была в курсе событий.

— Так сегодня же ежегодная ярмарка, как ты мог это забыть? Почти все торговцы острова соберутся сегодня в Шикли, лучшего времени для покупок в самом деле сложно выбрать!

Действительно, как я только мог забыть о таком?

Однако Мицио идущего сзади такие новости, кажется, совершенно не обрадовали, а даже, наоборот, его голос задрожал и стал неуверенным.

Я развернулся к нему и внимательно посмотрел в глаза.

— Ты боишься, что кто-то из твоей семьи будет на ярмарке и тебя узнают? — спросил я прямо, а Мицио застыл, словно я поймал его на чём-то весьма постыдном. Однако, после недолгой паузы он утвердительно кивнул.

— Именно поэтому я и подняла вас так рано, утром гораздо меньше народу, — самодовольно заметила Софи.

— Поэтому все, кто приходят на ярмарку в этот час как на ладони, — усмехнулся я, протягивая Мицио свой плащ. Впрочем, разве мог я ожидать чего-то другого от Софи? Женщина хоть и обладала опытом и жизненной мудростью, но вот основам шпионажа и военной подготовки её точно не обучали.

— Спасибо, — неуверено поблагодарил Мицио, укутываясь в плащ и прямо на глазах превращаясь из юноши в подобие стручка.

— На плаще лёгкое заклятие для отвода глаз, оно точно не окажется лишним, — заметил я с усмешкой, и отметил, как плечи Мицио заметно расслабились и мне и самому стало будто легче дышать.

Надо обязательно выяснить, кто его родители и что ему угрожает, никто не станет реагировать так ярко, если дома всё в порядке.

— Ну что же! Тогда вперёд по магазинам! — весело провозгласила Софи и мы наконец, покинули стены академии.

Я с удовольствием и какой-то несвойственной мне нежностью наблюдал за тем, как Софи и Мицио весело идут под горку в ближайшую деревню. Надо будет заказать и оплатить услугу доставки покупок в академию, не сомневаюсь, что покупать придётся сразу многое, да и Софи точно затариться от души, так что даже я на себе всё не утащу, а взваливать тяжести на них двоих в единственный выходной мне казалось настоящим кощунством.

Вскоре мы окунулись в шум и гам ярмарки, несмотря на раннее утро, тут уже было полно народу. Наверняка ближе к обеду будет вообще не протолкнуться, поэтому я подхватил Софи под руку, а вторую свою ладонь положил в покровительственном жесте на Мицио. Он вздрогнул от моего прикосновения.

— Это для того, чтобы не потерять друг друга, — пояснил я неожиданно встревоженным голосом, а сам вновь подумал о том, что Мицио, скорее всего, били.

— Я предлагаю, сначала пройтись по ярмарке, а уже потом по лавкам, — вставила свои пять копеек Софи, и я тут же поспешил с ней согласиться, потому что её предложение казалось мне вполне логичным.

А вот дальше начались странности. Поведение Мицио удивительно напоминало поведение Софи, они даже останавливались и засматривались на примерно одно и то же. Вот скажите зачем лоток с бусами молодому повару?

Вот и я не имею ни малейшего понятия.

Вторая неимоверная странность произошла там, где продавали тонкие шерстяные шали, одну из которых присмотрела себе Софи. Я ничего не имел против шаль как шаль. Красивая и с цветами, если нравится ей, то пускай берёт, к тому же она ей явно понравилась. Но совершенно не понравилась Мицио, малец вступил сначала в перепалку, а затем и вовсе в ожесточённый спор с продавцом, доказывая ему, что-то про качество нити и несоразмерную стоимость. Я только диву давался, откуда у него могут быть такие познания. Может его семья, ткачи? Хотя я раньше предполагал, что он благородных кровей, хотя запросто может быть бастардом в энном колене.

Однако спор стоило заканчивать и быстро, он начал привлекать слишком много внимания зевак вокруг.

— Я заплачу половину запрошенной цены, — твёрдо заметил я, а продавец пошёл пятнами.

— Это не слыхано, платок стоит дороже!

— Мы вполне можем позвать кого-то из мэрии для того, чтобы это проверить, — отрезал я с ухмылкой, замечая, как побледнел продавец. Видимо, Мицио всё же был прав, и нас пытались надуть.

— Половина и по рукам, — тут же подтвердил цену он, мы стукнули по рукам и в руки Софи перекочевал платок, а мой кошель стал немного легче.

— Оно того не стоило, проворчал Мицио.

— Когда я женюсь, то обязательно приставлю тебя к своей жене следить за расходами, — пошутил я.

Мими Вигано

Я сама не могла обьяснить отчего меня так понесло и я не смогла просто смотреть со стороны как Софи нагло пытаюься облапошить. Просто не смогла!

И сообразила, что зашла слишком далеко_ только когда Томмасо вмешался. Именно в этот момент я словно вынырнула в действительность и с ужасом осознала, что на нас пялится демонова куча народа. И чем я только думала? Мне же совершенно не стоит привлекать к себе столько внимания!

В муках совести я почти пропустила перепалку между продавцом и моим шефом, хотя ему стоило отдать должное, он разделался с прохиндеем гораздо быстрее и ловче, чем я. Впрочем, даже половина была натуральным грабежом, о чём я не приминула упомянуть.

— Когда я женюсь, то обязательно приставлю тебя к своей жене следить за расходами, — отшутился Томмасо, а меня словно водой ледяной окатило. А ведь он и в самом деле жениться, рано или поздно, но точно жениться и будет всем своим статным торсом принадлежать какой-то дурочке, которая будет смотреть на него коровьими глазами и глупо смеяться. Тьфу, гадость какая!

Не выдержав, я скривила лицо.

— Мицио всё в порядке? — осторожно поинтересовался Томмасо.

— А? Что?

— Ты просто такое лицо сделал, будто тебе предложили съесть тухлую рыбину, — в голосе Томмасо был смех, а я на мгновение задумалась. Ведь я обещала, что буду по возможности говорить ему правду…

— Просто представил твою жену, — заметила я ровно, — ведь точно же будет симпатичная дура!

— Поверь мне Мицио, красивая дурочка иногда намного лучше, чем хитрое и изворотливое страшилище, — как-то уж очень печально заметил мой шеф, настолько, что я совершенно автоматически погладила его по руке в успокаивающем жесте.

— Ну что мальчики, теперь можно и по лавкам? — поинтересовалась Софи с таким хитрым выражением лица, что у меня даже сомнений не возникло, в том, что она точно заметила и трактовала по-своему мой совершенно невинный жест. Демоны!

— Можно и по лавкам, — тут же ответил Томмасо, он перехватил мою руку и сжал её в своей, заставив меня густо покраснеть. Этот жест было трудно назвать дружеским, более того, он не отпустил мою руку, а крепко меня держал за неё, словно я была ребёнком или же женой.

Сначала я хотела вырвать руку и сказать что-то колкое, но затем передумала. Зачем привлекать к себе лишнее внимание? Да и Томмасо расстроится, вон он, как в меня вцепился.

Мы зашли в лавку мужской одежды и мой шеф, отпустил мою руку, оно и понятно, парочкой мы бы просто не прошли бы в дверь.

— Мне нужно сразу три костюма на каждый день, два на выход и спортивная форма, — тут же обрисовал свои задачи Томмасо.

— И не забудьте мне показать материал, — тут же вклинилась в разговор Софи, а я даже немного отошла в сторонку. Эти двое так накинулись на продавца, что я даже почувствовала себя лишней.

— Сеньор Карреттони, я так рад вас видеть! — наконец, продавец смог вставить хоть слово и порадовать всех такой широкой улыбкой, что мне даже стало несколько не по себе. Кажется, он умудрился за один раз продемонстрировать все свои зубы, даже те, сзади, которые явственно отсутствовали. Невероятно! Интересно, сколько денег Томмасо тут однажды оставил, что ему так рады?

Томмасо нахмурился и, кажется, продавец его понял по одному движению бровей. Никогда такого не видела!

Быстрее, чем я даже успела моргнуть, перед моим шефом лежало сразу несколько вариантов костюмов.

— Все как вы любите! Я даже заказал ваших любимых тканей из самой столицы! вы точно будете довольны! — продавец буквально светился самодовольством.

— Простите, — на мгновение смутился Томмасо, вы, кажется, меня неправильно поняли, мне нужна одежда на него, — его палец решительно указал на меня.

— Но позвольте! Мы не делаем одежду на детей! — попытался возмутиться продавец, окинув меня цепким взглядом с головы до ног, а к моему лице прихлынула кровь. Нет, моя скромная даже для девушки комплекция не была для меня секретом, но вот так обо мне отзывались в первый раз.

— Это мой комми! — буквально прошипел Томмасо, глядя на продавца. Даже мне стало страшно, а бедняга так и вообще вмиг поседел. У моего начальника случайно в родословной змей не было? А то вон как шипит!

— Конечно, конечно! У нас тут были семейные костюмы, для папочек и их… комми, — пролепетал продавец и мышкой юркнул в подсобку.

— Семейные костюмы, это так мило! — сообщила Софи и разразилась заливистым смехом.

Томмасо повернулся и смерил Софи испепеляющим взглядом, я бы от такого точно как минимум поёжилась, но пожилая дама даже бровь. Не повела, она продолжала всё также радостно улыбаться. Вот это, конечно, выдержка, нечего сказать. Интересно получится ли у меня когда-либо стать такой?

Вопрос однозначно был риторическим.

Пока я размышляла о недостатках своей натуры, нам поспешили принести два костюма в красивой тёмно-синей ткани.

— Вот! И качество хорошее, но продавать буду только сразу оба! — пояснил продавец, прежде даже чем Томмасо успел открыть рот.

— Мицио, иди мерить, — процедил мой шеф, отдавая мне вещи.

— Если подойдёт, то такой же есть ещё зелёный и чёрный, — поспешил порадовать нас продавец.

— Посмотрим, — сумрачно заметил Томмасо, а что насчёт формы для тренировок?

— Давайте посмотрим, подойдёт или нет! Если да, то я просто закажу форму для мальчика, точнее, я хотел, конечно, сказать юноши, — тут же поспешил поправиться продавец.

— Томмасо я хочу, чтобы ты тоже померил костюм! — потребовала Софи, а я поспешила тут же юркнуть в одну из примерочных до того, как за её пределами станет небезопасно. По крайней мере, выражение лица моего шефа сообщало о том, что он скорее удавится, чем наденет, то что ему предложили, но имея уже пусть и небольшой, но опыт общения с Софи, я понимала, что сеньора просто так не отступиться. А что делает каждый разумный человек, когда намечается схватка двух монстров? Он отходит в сторонку!

Я запахнула за собой тяжёлую штору и взмолилась о том, чтобы Софи не полегла смертью храбрых, а Томмасо, в свою очередь, не пришло в голову заглянуть ко мне, чтобы проверить, как идут дела.

Это была бы настоящая трагедия!

Но за пределами небольшой каморки, оснащённой зеркалом, царила удивительная тишина. Её даже можно было бы назвать мёртвой, но я так не хотела, боялась сглазить.

Штанишки в целом сели не отвратно, но были откровенно коротки, а ноги мои походили на две тростинки. Брюки были узкими, а вот верх по непонятной причине несоразмерно большим, я застегнула на боковые пуговицы куртку и с сомнением посмотрела на себя.

Я не знаю, какого именно эффекта собирался достичь Томмасо, тратя деньги на мою одежду, но то, что я видела в отражении, выглядело ещё хуже, чем, то что было на мне самой, с одним только отличием. Эта одежда была новой.

— Ну как? Мицио выходи! — послышался всё такой же звонкий и довольный голос Софи.

— Нет, это просто ужасно! — заметила я обычным, голосом, а потому очень удивилась, когда откуда-то сбоку голосом Томмасо мне заметили, что у него всё тоже отвратно.

Неужели у Софи всё же получилось и его отправить в примерочную? Просто невероятно!

Я и до этого относилась к сеньоре с уважением, но сейчас я по-настоящему прониклась. Мне многому стоит у неё поучиться. В самом деле не могу себе даже представить как можно заставить мужчину, особенно, такого, как мой шеф, сделать хоть что-то, что противоречит его собственным желаниям.

— Тогда выходите оба, одновременно! — вынесла свой вердикт Софи, и я глубоко вздохнув распахнула шторку.

Три секунды не больше Софи смотрела на нас вышедших одновременно, а затем буквально покатилась со смеху.

— Неожиданно, — потёр шею продавец.

Я посмотрела на Томмасо и поняла, что выглядели мы как парочка. Парочка клоунов. Если мои брюки были слишком узкими, а куртка костюма слишком большой, то моего шефа всё было ровно наоборот. Брюки были слишком широкими настолько, что когда он стоял, их можно было так и вовсе принять за юбку, а вот его куртка была откровенно мала. Не понимаю, как он вообще умудрился застегнуть на ней пуговицы, потому что, казалось, стоит ему только пошевелиться, как куртка распахнётся.

— Я могу всё исправить! — продавец тут же поспешил на помощь.

— Я думаю, не стоит, — заметил Томмасо, — мне не нравится ткань, у меня от неё всё чешется, впрочем, это запросто может быть нервное, — добавил он несколько тише.

— Тогда померьте зелёный и чёрный, у них другие фасоны, — продавец явно не желал отпускать платёжеспособных покупателей просто так.

— Меряйте! Я давно так не развлекалась! — поддержала его Софи. Томмасо бросил на неё взгляд полной безысходной ярости, но принял у продавца ещё два комплекта. Я решила, что спорить в таком случае мне тоже не стоит.

Подумав совсем немного, я решила первым примерить чёрное. Наверное, потому, что никогда его раньше не носила. Девушки и женщины вообще одевают чёрное только в том случае, если кто-то умер, в обычной жизни девушки отдают предпочтение пастельным цветам, а замужние дамы ярким и сочным и только мужчины совершенно не стесняются носить чёрный тогда, когда им взбредёт в голову.

А поскольку в моей семье все живы и здоровы, то я даже представления не имела, как чёрный может на мне смотреться.

Мои брови взлетели вверх, стоило мне только надеть брюки. Они не были не узкими, ни широкими, а такими, как надо, при условии, если бы я была мужчиной. Я надела на этот раз более короткую куртку и поняла, что мне это однозначно идет.

Нет, правда! Я выгляжу какой-то совсем другой. Взрослой и дерзкой и мне это нравится!

— Ну что вы там умерли? — Софи явно скучала в компании продавца и ей требовалось зрелищ.

В этот раз я с определённым удовольствием открыла занавеску и вовсе глаза уставилась на Томмасо. Он тоже был в черным и выглядел в нём просто по-королевски.

Нет, мой шеф и так был очень даже симпатичным, но именно сейчас в нём чувствовалась какая-то сила и власть, которую я не замечала ранее.

Удивительно!

— Эта парочка явно может общаться на расстоянии и одновременно собралась на похороны! — съязвила Софи, а я нахмурилась. На мой взгляд, мы оба выглядели просто замечательно, почему она себя так ведёт?

— Материал мог бы быть и лучше, но мы берём, — в голосе Томмасо рычало нечто глубокое и настолько мне не знакомое, что щёки заливало алым от смущения.

— А можно такое же в синем? — поинтересовалась я осторожно.

— Разумеется, для вас всё сделаем в лучшем виде, — тут же залебезил продавец, а Томмасо несколько нахмурился, но потом кивнул, одобряя мою просьбу.

В зелёный костюм я влезала уже вполне довольная жизнью, в самом деле, хоть и строю из себя парня, но я всё же девочка и удобная, а главное, красивая одежда всегда скрасит мой день.

Зелёный костюм в свою очередь, вызывал у меня вопросы. Нет, он был очень красивым и можно даже сказать праздничным, по мужским меркам, небольшая оторочка по вороту золотым галуном намекала именно на это, вот только выглядело это грубо.

Даже не знаю как правильно объяснить, я смотрела не себя в зеркале и чувствовала, что что-то не то.

С лицом полным сомнений я вышла и чуть ли не столкнулась с Томмасо. Он тоже не был в восторге, да и его часть сидела на нём отвратительно. Совершенно удивительным образом добавляя ему сразу несколько лишних килограммов. И как такое вообще возможно?

— Убрать это убожество на воротнике и мы возьмём, — удивил меня Томмасо.

— Как скажете, — тут же согласился продавец.

— Также включите в стоимость доставку до академии и три костюма для тренировок, — моему шефу явно уже осточертело хождение по магазинам и он просто мечтал быстрее вытряхнуться из магазина.

— Конечно, конечно! Всё как скажете так и будет! — тут же подтвердил продавец и тут же назвал такую цену, от которой у меня в глазах потемнело. Эти костюмы, что из магии, да из золота сделаны и самим императором благословлены? Да я могу не меньше двадцати приличных платьев купить за такие деньги, не торгуясь и ни в чём себе не отказывая.

Я уже было открыла рот, для того чтобы заявить, что это настоящий грабёж и срочно потребовать скидку, но палец Томмасо лёг мне на губы, заставив все внутри, вспыхнуть.

— Я плачу, а ты молчишь, — твёрдо отрезал мой начальник, а я просто не нашлась, что ему на это возразить.

Буквально через несколько минут мы уже выходили из магазина, и я чувствовала себя страшно неловко.

— Ну что же, теперь за обувью и всё! — с видимым облегчением подытожил Томмасо.

— Нет, мне ещё надо заскочить за всякими женскими штучками, и я беру Мицио со мной, — кокетливо вмешалась Софи.

— Что? — вырвалось одновременно у меня и у Томмасо и мы ошарашенно уставились на Софи, но сеньора и не подумала смущаться.

— Мне надо кое-что прикупить, а Мицио уже пора бы знать, как выглядит женское исподнее и, более того, как его снимать, — хихикнула она, а я поняла, что она, скорее всего, хочет подобрать мне что-то, чтобы я могла дольше скрываться, хоть это и не вязалось никак с тем, что она мне говорила ранее. Но женщинам, вообще свойственно ветренность. Уж я-то точно знаю!

Томмасо стал красным как рак, а затем резко побледнел.

— Я пойду с вами!

— Чтобы все дамы попадали в обморок от смущения, а потом продавщица нас и вовсе выгнала? — да уж спорить с Софи просто невозможно, — посиди лучше в таверне, послушай местный новости, выпей пива, уверена ты это заслужил после такой-то недели.

Однако Томмасо стоял на месте и не двигался.

— Я клятвенно обещаю, что не буду рядить его в корсет, — рассмеялась Софи, а Томмасо снова покраснел, на этот раз настолько, что даже его магия занервничала, потому что я в буквальном смысле ощутила исходящую от него волну горячего воздуха. Даже подумать страшно, о чём сейчас думает мой начальник.

— Ладно! Но у вас не больше получаса, — отрезал он и развернувшись отправился в сторону таверны.

Альберт Томмасино, младший наследный принц Мазарии

Не знаю почему, но после фразы Софи, я тут же именно это себе и представил, Мицио в корсете и одна эта картинка вызвала во мне такие реакции здорового мужского организма, которые от неё точно не должны были появляться. Успокаивало, если в этой ситуации хоть что-то могло меня успокоить, только одно в моём воображении Мицио все же был девушкой, с небольшой аккуратной грудью. На этом, впрочем, всё хорошее и заканчивалось.

Буркнув о том, что у них не более получаса времени для того, чтобы закончить этот дурацкий поход по магазинам я отправился в таверну.

Не знаю как Мицио, но я уже порядком проголодался и был бы совершенно непрочь перекусить перед возвращением в академию. О пищевых привычках Софи я даже думать не буду, она, как и любая женщина, оказавшаяся на ярмарке, тут же утрачивала контакт с реальностью и напрочь забывала обо всех первых необходимостях, таких как сон, еда и, наверное, даже утрачивала необходимость во всех остальных нуждах организма.

Кроме того, в таверне можно было послушать все последние новости и сплетни, что было немаловажно. Ситуация с Евой нет-нет, да приходила мне на ум, да и чем демоны не шутят, вдруг мне удастся узнать хоть что-то о семье Мицио, ведь они наверняка его ищут.

Если бы я был в столице, то, наверное, заказал себе газету, но сделать это в академии было достаточно сложно, просто потому что вызвало бы огромное количество вопросов. Газету империи во всей академии выписывал только ректор, и то, она ему всегда приходила за вчерашний день, что вызывало целое море шуток о свежести последних новостей. Шутки эти, разумеется, произносили только за спиной самого ректора. С другой стороны, за три года жизни на острове Шикле, в академии и в одноимённом городке, я осознал одну просто потрясающую вещь. Земля полнится слухами, и, конечно, не все, но в большинстве своём эти слухи гораздо более точны и правдивы, чем то, что пишут в газетах. Мой отец не принимал в расчёт внимательность и любовь к пересудам своих подданных, но я, прожив среди них достаточное количество времени, успел не только это отметить, но и научиться получать из этого выгоду.

В таверне царила неожиданная тишина. Густая и зловещая. Нет, я, разумеется, не ожидал от этого места посредине дня буйной гулянки с продажными женщинами, но всё же было слишком тихо. Хотя народу было достаточно.

Оглядевшись по сторонам, я присел на лавку за общим столом, и жестом подозвал дородную подавальщицу. Обычно приветливая женщина, настоящая кровь с молоком посмотрела на меня как на настоящего врага или даже демона.

— Чего изволите?

— Мне вашего фирменного жаркое и пинту медовухи! Так соскучился по нему, даже у нас в академии так вкусно не готовят, а ведь не единожды пытались, — заметил я с лукавой улыбкой, а подавальщица заметно расслабилась и даже несколько робко улыбнулась. Да что же здесь такое происходит?

Пинту медовухи мне принесли быстро, я поднял кружку и сделал большой глоток освежающей медовухи.

— Повезло вам, на холме, да за стенами хоть как-то, но спокойно! — поведал мне сосед неподалёку.

— А что? Что-то случилось? — осторожно переспросил я. Сейчас главное было — не давить, если не этот местный, то другой уж точно мне всё расскажет.

— Да не болтай ты с ним, что не видишь? Не наш он! — угрюмо сообщил его сосед, а мне пришлось приложить усилия для того, чтобы удержать лицо.

— Да отстань и на имперского он тож непохож, вона в академии учится!

— Уже третий год! В этом году закончу! — поддакнул я, с улыбкой дурачка.

— Вон! Слышал! Девки у нас стали пропадать, такое дело! Все боятся, что демоны снова начали проникать в этот мир, — почти шёпотом закончил мой сосед.

— Да хватит молоть чепуху! Если бы и вправду случился прорыв из мира демонов, то от нас бы уже давно ничего не осталось! Это я тебе, как знаток говорю! — угрюмый, мощным ударом встряхнул стол, а я порадовался, что успел вовремя подхватить пинту в руки.

— А что за девушки начали пропадать? Может, просто влюбились и сбежали? — осторожно предположил я.

— Дык, коли бы с полюбовником так нашли бы уже и женили, сам не знаешь, что ли? У нас с этим строго! Да и куда девка-то одна уйдёт, она ж девка!

— Да ищут тут уже больше недели и не одну, а двоих, к тому же говорят, что сам наследный принц участвует в поисках и объезжает, — ещё более тихим голосом поведал угрюмый.

А я задумался, эти новости и сплетни меня совершенно не радовали и если о личности одной девушки, я ещё мог догадываться, то две это уже серьёзней. Но демоны?

Я нервно закусил губу. Это вообще возможно? Демонов давно не было в нашем мире, с того самого момента, когда мой прадед ценой своей жизни и всех сил закрыл магический разлом. Но могли ли в самом деле несколько проскочить незамеченными?

Я выдохнул тоненькой струйкой воздуха.

Демоны были хитры и изворотливы, проникая в этот мир, они выглядели настоящими чудовищами, но стоило им только выпить жизнь из особи женского пола и поглотить её тело, как они набирали сил. Никто не мог сказать, сколько на это надо было времени или жертв, но рано или поздно демон мог принять вид самого обычного мужчины и вычислить в нём демона было очень и очень трудно, если не сказать невозможно, в древних трактатах говорили, что даже магия подстраивается со временем. Не менялось только одно, жестокость этих созданий и их неуёмная жажда поглощать женские тела и жизни.

Именно это и являлось изначальной причиной, по которой у женщин в империи было намного меньше прав. Требовалось знать, быть уверенным, что за каждой есть кому присмотреть, позаботиться, защитить. Вот только система уже давным давно устарела и потеряла своё первоначальное значения. Превратившись из необходимости в традицию, а затем прогнив насквозь и став анахронизмом, который только мешал обществу жить и развиваться. Но что если смутные времена в самом деле вернулись?

Нет, этого просто не может быть, меня бы точно поставили бы в известность! В конце концов, я ведь пусть и не наследный, но принц, к тому же одним из лучших закончил военную имперскую академию. Меня бы совершенно точно мобилизовали, и я бы даже не возражал. Разве смел бы я скрываться за готовкой от схватки за жизнь моих подданных?

Нет, здесь определённо что-то не сходится, что-то не так. Я чувствовал это всем нутром.

— Вон оно ваше, — подавальщица поставила передо мной невероятно ароматное жаркое, от которого шёл пар. Я не врал и не преувеличивал, когда говорил, что оно у них лучше чем в академии. Так оно и было, даже сам ректор уже не менее с десяток лет приходил сюда раз в неделю, для того чтобы отведать это блюдо и вызнать рецепт. Но уже много лет раз за разом хозяин таверны оставлял нас с носом.

Стоило мне только отправить в рот вторую ложку, как всё вокруг, кажется, спокойнее выдохнули. Они что в самом деле подозревали, что я демон?

Обстановка в таверне незначительно, но стала легче. А я задумался.

— Так, что думаешь, улыбнётся ли нам удача? Увидим мы ещё наследника? — сосед сбоку ловко подпихнул меня под локоть, да так, что у меня чуть было ложка из рук не вывалилась и не столько от толчка, сколько от его слов. Встречаться с братом у меня не было ни малейшего желания, можно даже не сомневаться, что он ещё припомнит мне историю с Евой, даже если не сможет ничем доказать, что именно я помог ей сбежать и уж тем более если не сможет её найти. А я честно и откровенно очень сильно надеялся, что Моргану никогда не удастся узнать, где прячется девушка.

Я знал своего брата слишком хорошо, он не станет мстить мне лично, он выместит всю свою злобу на тех, кто ко мне близок.

Сердце дрогнуло и судорожно сжалось от одной мысли о том, что он может причинить вред Мицио.

И ведь потом ничего не докажешь, а если мне придёт в голову пожаловаться на брата отцу, то император с холодным выражением лица скажет, что если кто-то мне дорог, то я сам отвечаю и если я не усмотрел за его безопасностью, то это целиком и полностью моя ответственность.

— Сдался он нам! Я слышал, что он жесток и холоден, не думаю, что жителям Шикли стоит ждать от его визита добра, — посвятил нас в свои мысли угрюмый и в этот раз я был с ним совершенно согласен.

— Это всё потому, что его девки по ночам не греют, — весело заметил мой сосед, а я чуть было не подавился своей медовухой, которой запивал в этот момент уже съеденное жаркое.

— Вот уж дудки! Если наследнику в постели холодно, то нам с тобой точно ничего светить не должно! Однако ж ты погляди, мы-то явно не мёрзнем в одиночестве!

— Это всё потому, что мы живём под солнцем Шикли, а не в холодном дворце, и женщины у нас как помидоры острова, сочные и мягкие!

Эта фраза явно оживила настроения в таверне, а я понял, что, во-первых, уже точно больше не услышу совершенно ничего путного, а во-вторых, что полчаса давно прошли и мне совершенно точно стоит присоединиться к Мицио и Софи. Особенно в нынешних условиях. Я просто не имею права оставлять ни одну, ни второго без присмотра и защиты, даже если это будет мне стоить часов мучительных тасканий по магазинам и наведения новых порядков в лавке женгского нижнего белья.

Я решительно поднялся и бросил деньги за еду на стол. Подавальщица тут же смела их со стола ловкой рукой.

— Доброго вам дня! — на прощание я обернулся и взмахнул рукой и открыл дверь.

Мими Вигано

Я была совершенно искренне удивлена поведением Софи и, как только Томмасо оставил нас вдвоём тут же поспешила задать ей вопрос, который мучить меня уже какое-то время.

— Так вы отказались от мысли выдать меня замуж за Томмасо?

— Отнюдь я всё ещё уверена, что это будет самое разумное решение, более того, я вижу между вами химию, но деточка я не настолько глупа, чтобы заставлять кого-то делать что-то, что он не хочет. Да и поздновато мне в моём возрасте заделываться в свахи! — несколько ворчливо заметила сеньора. Вот только я ей нисколько не поверила, уж слишком хитро у неё при этом блестели глаза. Впрочем, какая мне разница? Не выдаёт Томмасо и помогает и ладно. Если меня чему и научила предыдущая неделя, так это тому, что с проблемами надо разбираться по мере их поступления, так что тревожиться насчёт планов коварной Софи я не собиралась. У меня и так забот хватает выше крыши.

С такими мыслями я нырнула в магазин женского нижнего белья.

В магазине мне не сильно обрадовались. Меня буквально проткнули насквозь стразу четыре пары глаз. Ни выражения лиц этих женщин, ни их позы не предвещали мне ничего хорошего. Меня передёрнуло. Интересно женщины так всегда смотрят на мужчин или это мне сейчас просто посчастливилось.

— Мне нужно три узких укороченных корсета, — тут же озвучила свою задачу Софи.

— На вас сеньора? — продавщица старалась изо всех сил на меня не коситься.

— Нет для моей племянницы, но мерить будем вот на юношу добровольца.

— Эм-м-м, это как? — растерялась продавщица.

— Молча! Моя племянница ещё не приехала из деревни, а её уже ждёт тут жених, — Софи самозабвенно врать, а все женщины тут же навострили уши. Ясное дело, тут начало отчётливо пахнуть свежей, сочной сплетней, кто же в своём уме пропустит подобное?

— И что? — не выдержала первая тучная дама.

— Так вот, женишок-то хоть и при деньгах, но со специфическими вкусами, надо ему, чтобы девочка была почти как мальчик, одним словом, доска плоская! — Софи возмущённо всплеснула руками, а дамы тут же встревоженными наседками закудахтали. В самом деле на острове Шикли отдавали предпочтения дамам в теле.

— Так, милый, нечего тебе тут женскую болтовню слушать иди в примерочную, я сейчас приду, — величаво приказала мне Софи и я, еле сдерживая смех, поспешила последовать её совету, хотя из примерочной мне было отлично слышно, всё, что происходило в лавке.

— Так как же так? Может и не стоит он таких мук?

— Говорит, что это новая столичная мода, да обещает племянницу в столицу увести, — тут же надрывно сообщила Софи, — так что надо, чтобы все было готово еще до ее приезда!

Со столицей империи на острове были очень странные отношения, с одной стороны, тут не любили чужаков и на каждое новое лицо смотрели с недоверием, с другой — столице страшно завидовали, поэтому обещание увести кого-то в столицу воспринималось весьма неоднозначно. В магазине начался настоящий гвалт, а Софи буквально через несколько секунд зашла в примерочную с корсетом в руках.

— Думаю минут пять или десять у нас есть, так что давай быстро!

Я посмотрела не неё с сомнением, но не стала задерживаться, в самом деле это было и в моих интересах.

Мы натянули на меня корсет с совершенно новой для меня конструкцией и Софи поспешила начать меня шнуровать, а я прислушивалась к своим ощущениям.

Я не носила корсет, в этом просто не было необходимости, по меркам Шикли я была очень стройной, потому вся эта конструкция вызывала у меня лёгкий трепет.

— Как я буду его одевать сама? — смущённо поинтересовалась я, а Софи остановилась, задумавшись, видимо, такая простая практическая часть вопроса в самом деле ранее просто не приходила ей в голову.

— Так, давай пробовать! — прошипела она и резким движением повернула меня в еще не туго зашнурованном корсете, так что шнуровка оказалась впереди, но мой судорожный вздох не было слышно от шумевшего за пределами примерочной обсуждения стандартов женской красоты.

— Так, теперь тяни сама!

И я потянули и чуть не задохнулась от потери воздуха.

— Дурочка! Нам надо ни талию сделать, а грудь убрать, — рассерженно прошептала Софи и тут же дёрнула на себя нижний шнурок, ослабив его. Воздух вновь начал спокойно входить и вы́ходить. Затем тихо ругнувшись сеньора ловко принялась за работу сама.

Вышло неплохо.

— Так, я внесу кое-какие изменения по линиям, и через самое позднее неделю ты всё получишь, — заметила Софи, прислушиваясь к происходящему в лавке. Голоса уже начали затихать, а это значило, что совсем скоро местные наседки вспомнят про нас.

Никогда ещё в своей жизни я так быстро не переодевалась.

Ещё до того, как я успела натянуть на себя рубашку Софи вышла из примерочной и тут же принялась, что-то объяснять продавщице уводя её от меня. Удаляющиеся голоса сообщали, что мы были как никогда близки к провалу, но нам повезло.

Я вышла из примерочной и сеньора тут же поспешила вытянуть меня на выход

— Куда мы сейчас? В таверну? — поинтерсесовалась я. Надо отметить, что хотя я и любила ходить по магазинам, но сейчас голод давал о себе знать и мне хотелось сделать перерыв.

— Разумеется за обувью! — возразила мне Софи с таким выражением лица, что сразу стало понятно, что мне даже не стоит и надеяться её переубедить, стоять она будет насмерть.

— Зачем нам обувь? — поинтересовалась я осторожно. Возможно, зная чего именно пытается добиться Софи, мне станет легче, хотя бы морально.

Вместо ответа на мой вопрос, сеньора так многозначительно посмотрела на мои ноги, что я пошла пятнами.

— Как ты думаешь, какой будет реакция Томмасо, когда он потащит тебя в обувную лавку и с удивлением узнает, что у тебя, какой там у тебя размер? — насмешливо поинтересовалась дама.

— Что я могу делать, если у меня очень маленькая ножка, — я честно пыталась возразить, вот только получалось откровенно паршиво, потому что я понимала, что Софи права. Моя нога даже по дамским меркам была крошечной, что уж говорить про мужскую обувь… Сейчас на мне было то, что я нашла, но подходило оно плохо, а обуви к форме в академии не прилагалось, хотя было понятно всем и каждому, что в обычных мягких туфлях на кухне просто делать нечего.

— Вот эту проблему мы и решим быстро, пока твой начальник спокойно обедает и узнает последние сплетни, — с улыбкой, направляя меня к нужной лавке.

— Сплетни? — изумилась я.

— Ох, поверь мне, дорогая, мужчины, по сути своей, ещё большие сплетники, чем мы, вот только в отличии от дам, у них хватает ума не выставлять эту дурную привычку напоказ.

Мы вошли в лавку, и разговор продолжить не удалось, просто потому, что к нам тут же подскочил продавец, который смотрел на Софи с таким подобострастием и обожанием, что мне даже стало немного не по себе.

— Сеньора Софи! Вы просто осчастливили мой день своим появлением в моей скромной лавке, — тьфу, меня даже передёрнуло от количества лести и сахара в голосе продавца. Интересно, что она такого сделала, чтобы заслужить к себе такое обращение?

Потому что быстрее даже чем я успела открыть рот нас усадили в мягкие кресла и принесли печенье и холодный травяной настой, который, как выразился продавец «только для очень важных и дорогих гостей».

Радовало только одно, это почти подобострастное отношение к Софи решило все возможные вопросы с моей обувью быстро и без лишних вопросов. Точнее, их вообще не было, продавец просто кивал и улыбался как последний идиот, когда Софи объясняла ему, что именно нам надо.

Моя обувь будет изготовлена на заказ и будет выглядеть больше чем на самом деле. Более того, Софи заказала мне сразу четыре пары.

— Кто за всё это будет платить? — поинтересовалась я встревоженным шёпотом, после того как продавец озвучил нам ценник, от которого мне захотелось упасть в обморок и никогда не открывать глаза в этот жестокий мир.

— Томмасо всё оплатит, — с лёгкой улыбкой заметила сеньора, — и поверь мне, это для него совсем не расходы! На моё день рождения он заплатил тут раз в пять больше!

Ну, зато мне теперь стало понятно поведение продавца, совсем неплатонической любовью он воспылал к Софи, скорее тесной привязанностью к кошельку моего шефа. Это, конечно, было очень мило, но совершенно не соответствовало моим стандартам. Я просто не могла одобрить подобные несуразные траты. Впрочем, тут моё мнение никого не интересовало, хотя бы потому, что мы уже выходили из лавки.

— Ну что теперь в таверну?

— Я просто умираю с голода, — призналась я.