Глава 4. Дожить до экзамена

Мими Вигано

Я парила на лёгких розовых облаках, они были мягкими и пушистыми, а ещё нежно и трепетно тёрлись о мою щеку, словно это и не облака были вовсе, а кошка. Затем эти прекрасные создания меняли свою форму, превращаясь в вазочку с мороженым. Она была настолько реалистичной, что я даже на мгновение забыла, что передо мной облака и облизнувшись потянулась рукой к вазочке.

— Вставай соня, говорил же что нас ждут одни неприятности! Кто-то ломится в комнату! — от резкого голоса, насильно выдёргивающего меня из моих розовых облаков в самый неподходящий момент, я подпрыгнула на кровати оглядываясь и пытаясь понять, что вообще происходит.

Прадед продолжал орать мне в ухо. Да он издевается? Что за странная побудка посреди ночи? Я, конечно, понимаю, что его как призрака мучает непроходящая бессонница, но ведь это совсем не значит, что меня надо будить! Тем более, если у меня завтра экзамен.

— Отстань, — буркнула я злобно и попыталась перевернуться на другой бок.

— Там трое пытаются вломиться в эту комнату, пока ты тут дрыхнешь в чужой постели, — раздалось злобное шипение предка.

А я встревоженно села на кровати. В самом деле, прадед был прав, за дверью отчётливо слышалось подозрительное шебуршение, которого точно не должно было бы быть в этот час ночи. Я судорожно сглотнула.

Кто же это может быть? Ведь хозяин комнаты точно не стал бы церемониться, он бы просто открыл и зашёл, разве не так?

От одной подобной мысли по всему телу прошла судорога волнения. В самом деле, чтобы хозяин этой комнаты сказал, обнаружив в своей постели полуголую девушку?

А ведь меня предупреждали, о том, что спать в постели другого несусветная глупость, но я не послушала старших.

Вот только корить себя за это поздно. Надо срочно придумывать, что делать!

— Ты можешь напугать, того, кто там ночью ломиться? — еле слышным шёпотом поинтересовалась я у шляпы.

— Нет, ты же сама проводила ритуал, — обиделся предок, а мне захотелось грязно ругнуться, так как совсем не положено делать юной нейри. Вот только это явно бы сейчас не помогло, а возможно, даже бы ухудшило ситуацию. Да и магии у меня после ритуала осталось совсем немного, к тому же, ещё не известно, к чему могло бы привезти её применение. Это у аристократов магов любят, а у нас, у простых людей как получится.

Тем временем дверной замок уже тихо-тихо провернулся, предвещая, что совсем скоро меня обнаружат и тогда плакала моя мечта поступить в академию, плохо соображая, что делаю, со всех сил зашвырнула в дверь книгой, которая лежала рядом. Вышло это автоматически. Книга пролетела красивой дугой и врезалась в дверь, словно это и не книга была вовсе, а маленькая бомба.

Грохот вышел настолько отменным, что я сама вздрогнула, а в коридоре тут же послышался гулкий топот улепётывающих ног. Кажется, спугнула!

Не теряя времени подскочила на кровати и кинулась к двери, осторожно приоткрыв её и выглянув в коридор, только там уже никого не было. И кто же это собирался нанести мне визит поздно ночью?

Я снова закрыла дверь, на этот раз провернув ключ в замочной скважине дважды. Вот только спокойствия это не прибавляло. Поразмыслив немного, я подставила к двери графин с водой. Сама не знаю зачем. Так было спокойнее.

Нет, сомнений в том, что прадед разбудит меня, если что у меня не было, вот только и рисковать особого желания тоже.

Неуверенной походкой я добралась до кровати и села на ней. Сна было ни в одном глазу, а выспаться было просто необходимо, завтра экзамен и я должна быть в своей лучшей форме. Что бы там ни говорил мой предок, даже с его подсказками готовить-то всё равно предстояло мне само́й.

Вот только заснуть мне больше так и не удалось. Сначала я лежала на одном боку, но сон не шёл, потом прислушивалась к каждому шороху на другой половине своего тела. Под конец уже считала овечек на спине, но сон так и не пришёл. Рассвет так и застал меня размышляющей о бренности бытия лёжа и пялясь в потолок, который я уже умудрилась изучить вдоль и поперёк. Надо будет его покрасить, как только разберусь с поступлением и соседом.

— Подъём! — возвестила шляпа, а я вздрогнула и кряхтя попыталась поднять себя с постели. Ключевое слово тут именно попыталась, потому что вышло это у меня не сразу, от усталости и бессонной ночи тело не хотело меня слушаться. Оно требовало вернуться в постель и не покидать её в ближайшее время, как минимум до того, прекрасного момента пока мне не станет лучше. А это будет нескоро.

Но я всё-таки совершила над собой неимоверное усилие и дотащила себя до ванной комнаты, в надежде на то, что вода поможет мне проснуться и вернёт бодрость. Поразмыслив какое-то время, я решила не рисковать с ванной, а вместо этого воспользоваться душем. У нас дома такого не было, уж слишком дорого́й была эта штуковина, а моя семья в деньгах не купалась. Душ скорее был новомодной игрушкой аристократии. Но что я тёмная и невежественная какая? Конечно, я справлюсь и разберусь, что здесь и к чему. Не может всё это, быть слишком сложно.

Бодрость и правда вернулась, стоило мне только открыть кран и буквально ледяной струе окатить меня с ног до головы.

— Нейри так не выражаются! — строго заметил прадед, на всё то, что вылетело у меня в этот момент из-зо рта.

— Я не нейри, а шеф-повар, будущий, а ты сам говорил, что они ругаются как сапожники! — парировала я.

— Это совсем не значит, что ругаться, как сапожнику надо тебе, — недовольно заметил родственник.

— Ну, если ты забыл, то я сыном сапожника и назвалась, так что надо оправдывать уровень ожиданий, — буркнула я и продолжила разбирательство с различными рычажками, которых оказалось целых пять штук.

В конце этой эпопеи мне всё-таки с трудом, но удалось проснуться и освежиться под водичкой, вот только интуиция в буквальном смысле этого слова орала, что не может хорошо закончиться день, который так плохо начался. Я решила проигнорировать своё предчувствие и положиться на кривую, которая куда-то, но выведет. К тому же на этой кривой дорожке я была не одна, а с сообщником, точнее, с родственником.

Идти на завтрак было страшно, но желудок требовал своего, особенно после того, как я ему отказала в ужине.

Оставалось совсем немного просто придумать, как незамеченной выбраться из комнаты и попасть в столовую. Непростая задача, подходящая скорее работнику тайной канцелярии, чем мне, но отступать было всё равно некуда. Кушать-то хотелось, да и на экзамен надо было попасть, ключ от комнаты уже стал жёлтым, предупреждая, что если я до конца дня не получу разрешения на пребывание тут, то обратно в комнату уже не попаду.

Я снова прислушалась к происходящему в коридоре и порадовалась, что та одежда, которую мне удалось раздобыть, была достаточно мешковатой, чтобы скрывать мою фигуру. Хотя если уж быть совсем откровенной, то там особо и показывать-то нечего. Я всегда была худенькой и звонкой, это, если говорить мягко, а если по существу, то ни груди, ни талии, ни попы у меня особо не наблюдалось, но именно сейчас это должно́ было играть мне на пользу, а не во вред.

Наконец, я нерешительно высунула нос, нацепив на голову прадеда.

— Есть, кто поблизости? — поинтересовалась я шёпотом. Хоть ритуал и ослабил призрака, но он всё ещё прекрасно мог чувствовать живое вокруг.

— Горизонт пока чист, — ответил мне прадед. Я второпях закрыла комнату на ключ и поспешила в столовую.

Поворот, ещё один поворот, и вот уже за углом меня ждёт лестница вниз, а там можно будет и выдохнуть спокойно.

— Тормози! Стой! Тпррр! — заорал в моей голове призрак и я тут же словно каменное изваяние застыла как раз за углом перед лестницей.

— Я тебе не лошадь, — только и смогла злобно шепнуть в ответ прадеду. В самом деле какое «Тпррр»?

— Подожди, там компания из троих пройдёт, я же для тебя стараюсь, — укоризненно заметила шляпа.

— Ты думаешь, он заметил, что это мы пытались попасть в его комнату, — послышалось с лестницы, и я вся превратилась вслух, забыв о разногласиях с прадедом.

— Не знаю, но сегодня на отборе сто́ит быть осторожными и не привлекать к себе лишнего внимания.

— Жаль, я от всей души хотел бы подложить Карреттони свинью, достал уже из себя принца заморского корчить, — эти обрывки разговора настолько меня взволновали, что мне, несмотря на возмущённое шипение прадеда, захотелось высунуть свой нос из-за угла, чтобы хотя бы одним глазом, посмотреть, кто это был. Ведь ясно же, что именно эти молодчики ломились ночью в мою спальню. Точнее, в мою и моего якобы однофамильца, о котором тут явно ходили совершенно необычные слухи. Этот Карреттони явно был незаурядным малым. И это ещё эти студенты его комнату не видели. Что-то мне подсказывало, что далеко не в каждой комнате были настолько шикарные ванные комнаты как у моего соседа. Да и вообще антураж, скорее всего, был скромнее. Мда. Может он и вправду принц инкогнито?

От безумия собственных мыслей я еле слышно фыркнула

Впрочем, ведь всю эту ситуацию можно и обыграть в мою пользу, особенно если удастся узнать, кто тут главный пакостник. Ведь тогда я смогу совершенно точно приглянуться этому принцу под прикрытием. Как говорится, враг моего врага если не друг, то уж точно сообщник. Осталось совсем немного выяснить, кто это был!

— Совсем с ума сошла? — рассерженно шикнул на меня предок, когда я высунулась из-за угла. Тем не менее мне всё же удалось рассмотреть филейную часть одного из говорящих. Вот только зад, это не лицо и совершенно одинаковая форма учеников академии Шикли, сейчас точно не была для меня достоинством. Впрочем, мне запомнился голос, более того, я была уверена, что уже слышала его ранее, а значит, велики шансы, что смогу узнать снова при повторном личном столкновении. Наверное.

Я ещё раз вдохнула и выдохнула и, выждав разрешения от призрака, отправилась вниз по лестнице.

Столовая встретила меня таким переполохом, какого я не видела ещё никогда в жизни. Разве, что на ярмарке в солнечный день, и это не точно. Стоял шум и гам, везде толпились студенты и поступающие, а ещё в воздухе буквально одурманивающие пахло едой.

Отстояв, очередь я получила свой завтрак, который оказался на удивление плотным и сытным. Дома мы обычно завтракали небольшой булочкой с кофе, тут же передо мной был настоящий пир. Лёгкий омлет с овощами, свежие фрукты, травяной настой и свежий хлеб, ещё настолько горячий, что тонкие ломтики колбасы на нём млели и начинали пахнуть столь заманчиво, что мой желудок свело судорогой. Подлец решил, что и судороги недостаточно и ровно через секунду подкрепил своё недовольство громким урчанием.

Симпатичный престарелый толстячок, который стоял на раздаче, озабоченно крякнул и смерил меня осуждающим взглядом, а затем добавил мне ещё кусок хлеба, на этот раз с сыром.

— И не благодари, деда Умби, ты такой дрыщ, что без слёз и не взглянешь, а силы тебе ещё понадобятся, — он смерил меня ещё одним оценивающим взглядом, — хоть шапку сними, не позорься!

Я смутилась, но не подала виду и действительно начала стаскивать с головы поварскую шапку, несмотря на возмущение со стороны призрака. Переживёт, а я в самом деле уже успела отметить, насколько сильно я выделялась на фоне остальных. Никто из учеников не носил поварские шляпы, да и на раздаче она была только у деда Умби.

Под ругательства и проклятия я завтракала, но оказалось, что и призраки устают, или, по крайней мере, им надоедает возмущаться, потому что к концу моей трапезы прадед смолк.

После серьёзного завтрака и удовлетворения желудка на меня напали спокойствие, расслабленность и нега. Да, что уж там, снова захотелось в кроватку спать, вот только вместо этого мне предстоял экзамен. Совершенно неподходящее состояние для подобного мероприятия.

Подняться со скамейки оказалось совсем непросто, не привыкла я к таким плотным приёмам пищи. Однако сделать это надо было немедленно, столовая быстро пустела и что-то мне подсказывало, что причиной тому был мой экзамен. А ведь мне ещё предстоит узнать, где и в какой группе будет проходить экзамен. В самом деле ведь не будут же они экзаменовать всех одновременно? Тут столько народу! Даже представить сложно, чтобы нашлась кухня, подходящая для всех.

Придерживая рукой раздувшийся живот, я поспешила за последними посетителями в столовой, на которых не было учебной униформы. Я надеялась, что они знают, куда идти и что делать.

— Вытащи меня из кармана, — раздался рассерженный голос прадеда в моей голове, но я только усмехнулась. Видимо, любопытство оказалось сильнее обид.

— Только не сейчас, сначала узнаем, как нас будут экзаменовать, — прошипела я.

— Я тебе это ещё припомню, — не остался в долгу родственник. Обещание меня совершенно не вдохновляло, но и рисковать не хотелось. Только не сейчас.

Наконец вслед за другими поступающими я вынырнула на улицу и поразилась тому, как здесь всё поменялось. Прямо во дворе были расставлены столы, на которых лежали деревянные доски и лежали ножи.

— Вытащи меня из кармана, я тоже хочу посмотреть, — снова начал противно канючить в голове предок, а мне пришлось приложить усилия для того, чтобы не выразиться нелицеприятно вслух. Я ещё даже не поступила, но мне уже сейчас кажется, что я совершила большую ошибку, согласившись на ритуал по соединению призрака и неодушевлённого объекта.

Нет, мысль, конечно, была хорошая. Мы точно не знали, сможет ли прадед путешествовать сам или же окажется привязанным к родному дому. На путешествие одной у меня просто не хватало смелости, а так вроде и не одна, а с родственником, пусть и бестелесным. Поварская шапка, как предмет, казалась нам хорошей задумкой, хоть она и ограничивала способности призрака и окончательно привязывала его как к шапке, так и к тому, кто проводил ритуал. Но веских поводов в пользу такого шага всё же было больше и немаловажным из них было то, что в виде предмета ни один маг не мог найти и распознать прадеда. Ведь даже в самой лучшей академии совершенно не нужны призраки. Приведение, явно, бы вызвало много вопросов, которые ректор академии быстро решил бы с помощью вызванного мага-некроманта. Стоит ли говорить, что нас такой вариант не устраивал?

А так, прадед просто будет продолжать своё существование в таком виде, пока я не умру, ну или пока кто-то не уничтожит шапку. Вот только зачем кому-то мой головной убор? Да и если предмет прохудится, то я всё равно смогу запросто переместить прадеда из одной шляпы в другую. К сожалению, выбрав один раз предмет, надо было оставаться в его же категории, и переместить душу предка из шляпы, скажем в ботинки или книгу было уже невозможно.

Вот только сейчас я понимала, что главная ошибка была не в самом ритуале, а в выбранном предмете. Нам надо было брать не шляпу, а что-то другое. Более простое и неприметное. Но откуда я могла это знать? Да и прадед с пеной у рта утверждал, что без шляпы настоящему повару никуда… Я и послушала. Дурында!

— Прошу вашего внимания, — раздался голос усиленный магией и я вся превратилась вслух, — мы рады приветствовать на ежегодном вступительном экзамене в академию кулинарного искусства Шикли, самую лучшую академию во всей Мазарии.