Глава 35

– Мда, закон восточной торговли в действии, – прошептала Евгения на ухо Матвею, рассматривая выстроенных перед домом шамана «мастеров». – Помнишь, Клим на строительстве и ремонте Асуанской плотины работал, в Египте?

Еще бы Матвей не помнил. Ему пришлось целых три лета ходить на рыбалку и жарить шашлык в семейном кругу, без мужской поддержки. Да и Мария грустила без подружки.

– Там на рынке, если приходишь к продавцу в первый раз, тебе всегда отрежут лишних полметра ткани или насыплют фиников на полкило больше. Чтобы ты эту лавку запомнила и потом только туда приходила. Конкуренция! – продолжила шептать Евгения, при этом улыбаясь главному караванщику. – Похоже, господин Тарт очень хочет, чтобы мы его запомнили как самого лучшего.

И правда, все предоставленные дракону мастера были молоды, здоровы, вымыты и аккуратно одеты в простенькую, но чистую дерюжку. Даже деревянные колодки, соединенные цепью, выглядели новыми, хорошо выструганными и не оставили еще следов на шеях и запястьях рабов.

А то, что лица у парней не слишком веселые… ну, это нормально. С чего им веселиться в рабстве?

– Ты присмотрись мужским взглядом, – все так же шепотом попросила Евгения. – Вы между собой всегда лучше разбираетесь, кто хороший мужик, а кто так себе. Нам их еще на наших девчонках женить, нельзя, чтоб гнилой попался.

– Слушай, мне они для строительства нужны, а не для детопроизводства, – возмутился Матвей.

– Ну построят они стену, а дальше? – Евгения нетерпеливо ущипнула его за бок. – Потом что? Отпустить их, чтобы они первому попавшемуся консерву все секреты разболтали? Или поубивать?

– Еще сожрать предложи. – Матвей неодобрительно покосился на женщину.

– Ну вот. – Удовлетворенно кивнув, Евгения потянулась и чмокнула его в ухо. Чисто так, для профилактики и обоюдного удовольствия. – Значит, с нами останутся. А девки наши лишний раз по чужим деревням будут бегать, чтоб мужей наворовать?

– Так пусть бабы себе сразу и выбирают, – попытался увильнуть от ответственности Матвей, но, естественно, у него ничего не вышло.

– Много они понимают! Мелкие еще, неопытные, один «играй гормон» в голове, – расфырчалась Евгения. – Ты Ксюху свою вспомни, и ее первого долбоклюя! Да и моя Маринка отчудила по молодости. Нет, тут надо с умом выбирать.

Она и про себя могла рассказать нечто похожее. Только всегда считала, что привычка напоминать нынешнему мужчине про бывших – это не от большого ума.

– Не отлынивай давай, иди поговори с парнями по-мужски. А я пока на сковородки гляну… вон их сколько! О, стиральная доска! Счастье-то какое, не всё руками! – И она устремилась в ту сторону, где караванщики разложили самую разную хозяйственную утварь.

Правда, шага через три женщина притормозила и, проигнорировав насмешливый взгляд Матвея, выдала новую порцию ценных указаний:

– Спроси, умеет ли кто из них запруду на ручье строить! Чтоб мельницу! Видела я здешние зернотерки – брррр… И стиральную машинку под это дело!

– И доску тебе, и машинку, и мельницу, и поле с картошкой, и теплицы с помидорами, – выдал все это Матвей себе под нос, улыбаясь и провожая свою избранницу насмешливо-умиляющимся взглядом.

– Картошка! Точно! – Поскольку Евгения уже крутилась у утвари, она не должна была услышать достаточно тихое бухтение, но у любой правильной хозяйки кошачий слух и нюх на разные полезные вещи. – Товарищи торговцы, нам нужен посадочный материал… такие клубни, которые растут в земле! И другие семена. Давайте-ка с этого и начнем. Что есть?

– Так, мужики…

Смирившись, что его егоза сейчас скупит весь караван, включая ткани, швей, сапожников… и вообще всех, кто попадется на ее пути, Матвей принялся разглядывать кандидатов в строители стены и светлого будущего некоторых из местных девиц.

Евгения в это время откопала в мешке у торговцев нечто, действительно похожее на картошку, только фиолетовое и длинное, как японская редька. И подвисла. Оно – не оно? Может, вообще батат какой-нибудь?

Оглядевшись, она решительно направилась к кучке караванщиков, переговорила, вычленила наиболее разбирающегося и принялась дотошно выспрашивать: как эта неведомая хня растет, как почкуется, сколько клубней с одного куста, надо ли удобрять и подойдет ли для этого дела драконий навоз.

Мужчина, ошалев от ее напора, покорно делился премудростями местного сельского хозяйства. А Евгения довольно потирала руки. Оглядываясь на деревню и долину вплоть до драконьей пещеры, она уже видела стройные ряды грядок, террас, клумб и теплиц. Голодать драконопоклонники не будут больше никогда. Отдыхать, правда, тоже.

– Выбрал! – Матвей осторожно вернул Евгению в реальность, приобняв сзади и поцеловав в плечо. Не иначе как почуял размах и масштабы аграрных планов и решил притормозить заранее. До того, как в воображении его женщины даже несчастные тефлонцы начнут пахать на своих лошадях от гор и до… обеда. Потому как реализовывать все эти фантазии придется именно ему.

– Хм. Кого отобрал-то? Всех? – Евгения отвлеклась от фиолетовой картошки, придирчиво осмотрела семерых «рабов» и с подозрением уставилась на явственно выделяющийся «брак»: – Это кто такой мелкий? В очереди его не стояло. И почему он синий?!

– Очень хороший специалист, редкий, – поспешил объясниться вездесущий Тарт. – Из тех, что за хребтом водятся. Они там все синие. Читать-писать-считать умеет! Говорит на трех языках!

Евгения сначала удивилась, потому что совсем недавно этот же толстячок радостно щебетал о захребетных дикарях, красивых, но глупых. Потом вспомнила историю, арапа Петра Великого. И привычку большинства простых людей считать глупыми всех, кто их не понимает. Возможно, из-за их же неумения объяснять или из-за незнания языка. И вопросики остались лишь к красоте. Невысокий, тонкокостный, хрупкий, глаза как у героев аниме – в половину лица, и волосы густые черные, явно жесткие – вон как топорщатся.

– Дорого стоит, очень дорого, – продолжил расхваливать синенького Тарт, – но я вам как своим сделаю хорошую скидку. Не стесняйтесь, выбирайте все, что нравится, сейчас денег нет – потом отдадите!

Евгения только усмехнулась – ишь, добрый какой. Наверняка накрутил три цены от той, по которой сам закупал и рабов, и утварь, и семенной материал.

С чутьем на порядочность у торговца тоже было все в порядке. Он не боялся, что новый дракон и его избранница сейчас наберут товаров, а потом морду отвернут – в первый раз, дескать, тебя видим, иди отсюда. Еще, небось, процентик за задержку накинет, чисто для порядку.

– Он точно синий потому, что ему так положено, или просто больной? – шепотом осведомилась женщина у Матвея, подхватив его под локоть. – Ты его не пощупал, температуры нет?

– Нормальный он, вон, видишь, как глаза блестят! Бодренький. Акцент, правда, смешной. И бабы наши от него шарахаться станут…

– Тощенький, смотреть страшно…

С виду Евгения все еще сомневалась. Но Матвей, который хорошо знал свою соседку, только усмехнулся – здоровому парню она могла и отказать, а вот заморыш точно здесь останется.

Синенький счетовод, запереживав, что надежда на хорошую жизнь может пролететь мимо, отчаянно заморгал и залопотал:

– Госпожа, Умянь сильный! Умянь может читать, считать, писать, копать отсюда и до обеда! И обедать сможет, хорошо готовить обедать!