ГЛАВА 19. Зазеркалье: «гостеприимство», ведущее к плахе.

Дэниал Гордерсо путешествии вЗазеркалье:«Драконофобия вЗазеркальеносит характер давний и свирепый. Помнится, в средние века на костёр посылали ведьм и колдунов, а в этой стране – в тюрьму без суда и следствия. Для каждогозазеркальцадракон – «рожа, гад заморский, паразит»[1]. Живым остался – хвала небу!»

Ведьма колотила в железную дверь что есть сил. Волосы выбились из-под шляпки, а воротник плаща свисал из-за оторванной пуговицы. Решив, что рукам нужен отдых, она развернулась и принялась бить по двери каблуками.

Дэниал поймал взгляд полыхавших гневом глаз и улыбнулся. Лидия запыхтела ещё больше.

–Что вы расселись тут? Лучше бы помогли мне!

–Чем? – Дэниал искренне не понимал, что он может сделать такого, что не повредит им в стране, где, произнеся слово «дракон», каждый сплёвывает на землю и неприлично ругается. – Я могу выломать эту дверь, но в этом случае я тут же останусь без головы. Стражники, оставившие нас здесь, более чем понятно выразились: «Любое неповиновение – и у дракона полетит голова с плеч». Мне не хотелось бы попасть в Грингор фрагментами. Если мне никогда не удастся вернуться домой, то уж в Грингоре желательно оказаться в добром здравии. И потом, если уж известная правозащитница Лидия Реймс не справилась, то что уж говорить обо мне.

– По крайней мере, я попыталась им хотя бы объяснить, что хватать людей и тут же направлять их в тюрьму – произвол. Я всегда выступала в Грингоре за равноправие всех видов магических существ.

– И чего вы добились? – развёл руками Дэниал. – В Дракстоне вас не любят за то, что вы так настойчиво внедряете свои передовые взгляды в их отсталом обществе драконов и ведьм, а здесь вы и вовсе чужая сумасшедшая ведьма, заступающаяся за ненавистного дракона. Но спасибо, что так упорно добивались попасть со мной в одну камеру. С вами не так скучно.

Хорошо, что она уменьшила размер их багажа до кошелёчков: эти негодяи- зазеркальцы, не смогли обнаружить ничего подозрительного, когда устроили обыск. А ведь он взял с собой пистолет!

Ведьма закрыла глаза и спиной сползла по двери. Она села прямо на пол, сняла шляпку и бросила её в угол камеры. «Всё равно разорвалась», – объяснила она своё решение расстаться с ней.

Дэниал подошёл к ней и поднял на ноги. Он усадил её рядом с собой на деревянную скамейку и склонил голову на своё плечо. Лидия была податлива и сговорчива от усталости.

– Отсюда нужно как-то выбираться. Очевидно, что этот самый Лекат обманул и нас, и вашу подругу. Может быть, он намеренно рассказал ей о Часовщике, чтобы заманить нас сюда.

– С какой целью? – вяло произнесла ведьма.

– Для них уничтожить дракона – большая радость, почти как подарок к Рождеству у нас дома. А вообще-то, я уже начал задумываться: в Грингоре из-за вас я был в полицейском участке, а теперь – здесь.

– В юности, когда мы не были знакомы, вы тоже страдали в камере по моей вине?

– Это был не я, – возразил Дэниал. – Тот, другой Дэниал Гордерс. Я же исправился и за него, и за себя, спасая графскую семью от неминуемого финансового краха.

Скрип ключа в двери заставил Лидию отпрянуть от него. В камеру вошли два стражника.

– Давайте, драконье племя, поднимайтесь! Пойдёмте разговаривать. У меня бы разговор был короткий, а главный с вами по-порядочному желает поступить, – сказал один из них.

– То есть перед тем как сварить курицу заживо, сначала её ощипать – это по-порядочному? – спросила ведьма.

Дэниал схватил её за руку и прошептал: «Угомонитесь, пожалуйста! Нам желательно уйти отсюда на своих двоих».

После того как на них надели наручники, стражники вывели их в коридор. Темноту не слишком широкого коридора нарушали фонари в руках сопровождавших Дэниала и Лидию стражников. А вот кабинет, куда их доставили, был и большим, и светлым.

Дэниала и ведьму усадили на узкую деревянную скамейку. На стене напротив висело большое зеркало. Стражники встали рядом с Дэниалом и Лидией. Напротив них за столом с синим сукном сидели два блондина в одинаковой синей форменной одежде. Единственным нюансом, который позволял их различить, была родинка: у одного на левой щеке, у другого – на правой.

– Вот и мои гости, – сказал блондин с родинкой на правой щеке. – У меня давно состоялась договорённость с моей невестой, что её приятели посетят Зазеркалье.

Значит, это и есть Лекат, настоящий.

– Это же с какой целью? – хмыкнул второй блондин.

– Туристической, – спокойно ответил Лекат. – Пока что ещё дипломатические связи Грингор и Зазеркалье поддерживают.

– А почему охранная служба в моём лице должна верить твоим словам, Лекат? Ты всего лишь путешественник по пространствам и времени. Да, в глазах общественности у тебя есть и определённые заслуги, и уважение. Но для людей, занимающихся безопасностью, это всё один большой «пшик». А твоё приятельство с ведьмой из страны драконов очень подозрительно. Может, ты их шпион.

– И это говорит мне человек, который «отзеркалил» мою внешность, чтобы схватить ни в чём не повинных туристов, моих гостей. Меня же в это время заперли в чулане моего дома. Насколько я знаю, заклятье «отзеркаливания» запрещено у нас. Неужели охранная служба его нарушила?

Лекат держался очень уверенно: говорил спокойно, сидел расслабленно и, казалось, был настроен дружелюбно.

– Это исключительно в интересах государства! – занервничал псевдо-Лекат. – Оперативная служба – она такая…

– Понял, – кивнул Лекат. – Она позволяет присвоить чужую личность и брать под арест туристов. А как, кстати, вы узнали о посещении графом и его спутницей Зазеркалья?

– Неважно.

– А узнать ваше истинное лицо теперь, когда я намерен сообщить о вашем беспределе, мы можем? – продолжал Лекат. – А жалоба будет, если мы не сможем договориться.

В глазах начальника охранной службы мелькнула настороженность. Он подошёл к зеркалу и, что-то прошептав, прикоснулся к своему отражению. Зеркальная гладь изменилась: сначала по ней, как по реке, побежала мелкая рябь, а потом вздыбились чёрные волны. Псевдо-Лекат не убирал руки от изменившейся поверхности зеркала, пока оно не успокоилось и в нём не появилось отображение мужчины-брюнета лет сорока с резкими и суровыми чертами лица.

– Начальник охранной службы Зазеркалья, – сказал он, повернувшись к Дэниалу и Лидии. – Мои действия исходят из безопасности государства: драконам у нас не место. Мы и так поплатились большими территориями в Грингоре, уйдя в зеркальную реальность. У вас нет никакой туристической цели в Зазеркалье, но шпионами вы не являетесь.

– Значит ли это, – тихо спросил Лекат, – что мои гости останутся со мной, а мы никому не скажем об использовании заклятья «отзеркаливания»?

– У вас сутки, – пренебрежительно ответил суровый начальник охранной службы. – Если этот срок будет нарушен, дракон будет объявлен шпионом и отправлен на плаху. Доказательства я найду, Лекат. Даже если их нет.

– Как странно, что нас так легко отпустили, – удивилась ведьма, оказавшись на улице. – А ещё несколько часов назад угрожали нам расправой.

– Моё имя имеет вес, – улыбнулся Лекат. – Я могу создать проблемы охранной службе, ведь они использовали мою личность, чтобы поиздеваться над драконом. Печально, что в моём доме есть осведомитель охранки. Придётся провести чистку среди прислуги. Но не будем акцентировать внимание на этом. У меня есть кое-что интересное.

Он достал из кармана длинный металлический отрезок с наконечником.

– Стрелка от часов, – произнесла Лидия.

– Да! – ответил Лекат. – Её забыл в Подземелье Часовщик. Это запасная стрелка от одних из часов четырёх пространств. Чем не повод для разговора с ним?

[1]В.С. Высоцкий «Песня-сказка о нечисти».