ГЛАВА 3. Достойному дракону не пристало выслеживать, но зять так просил...

Из показаний дракона, лорда Витора Бальтора, вошедшего в кабинет на костылях: «Мы просто проходили мимо дома трёх ведьм. Я решил одним глазком посмотреть в окно. Ну да, я подставил себе ящик, чтобы дотянуться до окна. Но кто знал, что чёртов ящик сломается?»

Через пару дней, как раз к завтраку, к Дэниалу явился его зять, Витор Бальтор. Этому визиту Дэниал не придал особого значения: может, чрезвычайная нужда заставила дракона выйти из дома ранним утром. Позднее, сопоставляя все события, он понял, что после визита ведьмы и её нахальной вороны это был второй признак надвигающейся бури.

Синяки ещё не сошли с его лица, но, по крайней мере, уже давали надежду на выздоровление. Кто сказал, что подбитый глаз – не болезнь? Хуже может быть только температура 37,2 . Это граф знал точно, вырвавшись месяц назад из лап ужасной простуды.

«Граф Дэниал Гордерс – совсем не тот, за кого себя выдаёт», – вспомнилось ему. Хорошо, что ведьма это сказала, потому мысли дракона потеряли чёткость. Увы, так иногда происходит, когда перед тобой красивая молодая женщина, и такая мягонькая… В наличии корсета он, кстати, сомневался. Если так, то у неё восхитительные формы! Но как только он вспомнил о мерзкой статейке, то тут же подумал о ядовитом характере Лидии Реймс.

Дэниал как раз в этот момент перешёл к кофе и превосходным гренкам, посыпанным ореховыми крошками, когда в столовую зашёл зять. Дверь столовой резко распахнулась, и он ворвался как ужаленный. Слуга тут же направился к столику, где стояли столовые приборы на подносе, чтобы предложить их неожиданному гостю.

– Это просто превосходно, что ты дома! – Витор был явно не в себе. В девять часов, где должен быть уважающий себя дракон? Светское утро начинается не ранее одиннадцати часов.

Но Витор выхватил у него чашку и прихлебнул из неё. Ситуация была пугающей. Но Дэниал не желал перехватывать инициативу. Пусть гость всё-таки начнёт разговор.

Он просто дал знак слуге поменять ему чашку. А зять как ни в чём ни бывало сделал несколько глотков, поморщился и вылил остатки в кадушку с фикусом.

– Этого делать не стоило, – заметил Дэниал. – Он плохо переносит кофе, гораздо хуже, чем коньяк.

Слуга в этот момент печально покачал головой.

– Дело деликатное и не терпит отлагательств, – поставив чашку на поднос, сказал Витор. – Я хотел бы поговорить наедине.

Как только слуга удалился, драконы начали разговор.

– Витор, что-то с Элис или Анной? – проговорил Дэниал, потому что ничего ужаснее и представить не мог: ведьма и ворона с красным пером – исключение.

– Да, – услышал он ответ зятя и похолодел. «Сестра или малышка Элис?», – подумал дракон.

– Ты можешь сказать что-то более подробное и внятное?

– Она мне изменяет! – Витор торопливо ходил по столовой.

У Дэниала никогда не было иллюзий в отношении брака. Клятвы верности – всего лишь дань традиции. Доказательств тому – уйма. Далеко ходить не надо. Он тоже любил замужних дам: опытных и умеющих держать язык за зубами, давно получивших вожделенное обручальное кольцо. Но Анна? Анна? Его сестра?

– С чего ты взял?

– Последние два месяца она регулярно куда-то уходит. И не спорь! Это не их дурацкие благотворительные общества, не кружки рукоделия и дурацкие собрания по обсуждению особенностей драконьих семей. Она загадочно улыбается, иногда отвечает невпопад. Стала более раскрепощенной… ну ты понимаешь… Каждый четверг она отправляется в семнадцать часов на встречу с подругами. Каждый раз она называет разных подруг и разные места их встреч. И ни разу я там их не застал.

– Может, не стоит придавать этому значения? Ты же знаешь, что драконицы, как и любые женщины, ценят стабильность. Чаепития в одни и те же дни, в определённое время – это так по-женски, – начал рассуждать Дэниал. Всё-таки его сестра…

– Она надевает другое белье!

Граф Гордерс закашлялся. Есть вещи, которые он не хотел бы обсуждать, если они касаются его сестры. Но на лице зятя появилось несчастное выражение, и стало понятно, что избежать кое-каких нюансов не удастся.

– Не понял, – выдавил из себя Дэниал.

– Не панталоны! – признался Витор и закрыл глаза, упав в кресло.

Дэниал шумно вдохнул воздух. Это не в духе благопристойных замужних дракониц. Какого чёрта?

А через полчаса, прощаясь с зятем, он договорился о том, что Витор в половине четвёртого дня заедет за ним в наёмном экипаже, чтобы проследить за графиней Анной Бальтор. Поздней осенью к этому времени уж темнеет, что им на руку.

Было оговорено действовать осторожно и решительно. Целью этого странного мероприятия Витор ставил поймать коварную изменницу на месте преступления против супружеской верности, а Дэниал – убедить зятя в давно замеченной у него склонности к глупым затеям. В сестре он не сомневался. Почти.

В пятнадцать часов Витор как можно спокойнее сообщил супруге, что у него образовались срочные дела. Ровно в пятнадцать тридцать, как и было условлено, на наёмном экипаже за ним приехал Дэниал. Они остановились чуть поодаль от дома семьи Бальтор. В половине четвёртого дня из дома вышла Анна, которую ожидал их семейный экипаж.

Ни Дэниалу, ни Витору не хотелось разговаривать. Мысли о женщине, за которой они следили, у Дэниала постоянно нарушались воспоминаниями о брюнетке, угрожавшей рассказать всем о том, кем он является на самом деле. «Чёртова ведьма!» – вспыхнул он, и тут же от гнева изо рта повалил дым. Зять покосился на него, но только печально вздохнул.

Карета остановилась неподалёку от центра города. Анна, не дожидаясь помощи кучера, выпорхнула на улицу и подошла к большой кованой двери в высоком доме с арочными окнами. Дэниал посмотрел из окошка, и перед глазами замельтешили вывески: «Белошвейка Элиза», «Перчатки и сумочки», «Чулочек и туфелька», «Дамские штучки» и прочие «дрючки». Типичный район для утоления женских аппетитов и опустошения мужских кошельков.

Дэниал укоризненно посмотрел на графа Бальтора. Ради этого стоило тащиться в эти джунгли женского тщеславия?

– Предлагаю подождать ещё пятнадцать минут и выйти, чтобы заглянуть в окна, - сказал зять. – Все магазины уже закрыты, ведь благопристойные дамы уже приобрели всё необходимое и проводят время дома с детьми и в ожидании мужей. Только не леди Бальтор!

– Хватит уже ныть! – пробурчал Дэниал. – Ждём, убеждаемся в нелепости твоих фантазий и едем ко мне принять пару рюмок успокоительного. И потом, как ты собираешься выследить её, если они сейчас на втором этаже, а не на первом? Ну а дверь нам с тобой вряд ли откроют, верно?

Молчание и громкое драконье сопение были ему ответом.

Пятнадцать минут зять выжидал нетерпеливо. Он первым выскочил из кареты.

На улице проходил служащий, зажигавший огни в фонарях. Им пришлось потоптаться около кареты. Наконец тот скрылся за поворотом на соседней улице, и Бальтор чуть ли не вприпрыжку помчался к окнам, где, по его предположению, мог увидеть свою жену.

Окна даже для высокого роста Витора и Дэниала оказались недоступными. Зять нецензурно выругался, покрутился вокруг себя и с радостным криком бросился к большим контейнерам у магазина. Нимало не смущаясь, он вытащил оттуда два ящика. Немного поморщился, но чего не сделает дракон ради поставленной цели?

С детских лет благородные драконы не заглядывали в окна, становясь на ящики. А там было на что посмотреть!

Десять молодых дам в панталончиках, странных рубашках с коротким рукавом и обуви без каблучков слушали свою наставницу. Они стояли полукругом и внимали улыбающейся и активно жестикулирующей Лидии Реймс. Они повторяли за ней движения: взмахи руками и ногами. А потом Лидия подошла к груше – самой настоящей боксёрской груше – и начала лупить по ней что есть силы. Впрочем, довольно неплохо для леди, если её вообще можно так назвать. Там рядом скакала и портниха Агата Формс.

«Где-то здесь должна быть и Амелия Аркер. Настоящий ведьмин рассадник», – понял Дэниал.

На груше была надпись: «Любой негодяй!» Девицы были весьма довольны, они по очереди подходили и наносили по ней удары. Ведьма Лидия подходила к каждой и показывала приём.

Дамы визжали так громко, что до драконов долетали выкрики: «Это тебе за «не помню первый поцелуй»! Это тебе за «разве у тебя мало шляпок»? Это тебе за попойку с друзьями!»

– Неужели за такие мелочи они хотят избить мужей? – изумлённо произнёс Витор. – Что же они могут сделать, если дракон забыл про день рождения жены?

– Убийство – самое малое, – тихо сказал Дэниал. – Не забывай, среди них есть портниха, орудующая ножницами, как ты и я вилкой. Но, если она что-то и отрежет, то вряд ли станет пришивать. Впрочем, мне всё понятно: ведьмы основали секту и вовлекли в неё Анну и других порядочных дракониц.

Внезапно чуткое ухо драконов уловило какой-то шелест. На плечо Дэниала села ворона и хрипло засмеялась: «А-а-а! Жених пожаловал!» Он не успел её согнать, потому что одновременно случилось три вещи. Во-первых, ведьмы что-то заподозрили, потому что Лидия Реймс подула на ладонь, и из окна повалил какой-то ядовитый дым, от которого драконы закашлялись. Во-вторых, у Витора от дыма заслезились глаза, он неловко оступился и свалился с ящика. Но этого было мало, мужчина ещё и покатился по тротуару.

– Попадёшься в третий раз, – проговорила ворона, – придётся жениться, др-р-ракон!

– А ну пошла отсюда, - начал сгонять её с плеча Дэниал. – Пока я тебя не поджарил!

Дэза взмыла в воздух и осуждающе произнесла:

– Хороший ты дракон, лорд Дэниал Гордерс. Но не орё-ё-ёл!