32

К хорошему привыкаешь быстро. Роскошная обстановка, обильная разнообразная еда, слуги, наряды — всё это расслабляет. И я расслабилась. Я готовилась к бал-маскараду хоть и с трепетом (вдруг всё пойдет не так, как задумано) но и не без удовольствия. Наверное, особенно усыпляло мою бдительность вежливое, деликатное отношения князя, в последние дни перед балом он был со мной именно таким, и мне, порой, начинало казаться, что я просто-напросто победила его, что он сделался ручным, сраженный моей красотой, — или не знаю, чем он там он сразился. Я временами верила, в то, что князь будет делать всё, что я скажу, и обвести его вокруг пальца мне будет несложно. Я пойду на красивый бал-маскарад, я потанцую там, покрасуюсь в роскошном платье и сбегу. Делов-то.

И поначалу бал оправдывал мои ожидания. Полумрак, дорогие наряды, общее оживление, вообще вся эта рафинированная отточенная красота частью которой я, внезапно для себя стала — всё это не могло не расслаблять, не убаюкивать. Был даже момент, когда я НЕ ХОТЕЛА бежать отсюда, от всего этого. Нет, я не могла бросить Володара, я сама без него бы не смогла бы, но если можно было бы заморозить вот этот вот момент, когда я в роскоши, когда он рядом, но ещё не женат, — когда всё так приятно, так хорошо…

Но увы, большие планы на этот бал были не только у меня. Ко мне подошёл князь. Он тоже был в изумрудно-зеленом. На лице его была маска, глаз почти не видно было из её узких прорезей, снаружи был только узкогубый, с жёсткой складкой рот.

— Дорогая, могу я пригласить вас? — сказал мне он.

Уже одно то, что князь назвал меня при всех гостях «дорогая» было тревожным звоночком, но я не обратила на это внимание, я без колебаний отправилась танцевать.

Зазвучала неспешная и довольно однообразная музыка, под которую полагалось торжественно ходить по центру залы, то расходясь со своим кавалером, то снова встречая его. Маура много времени и сил потратила на то, чтобы я сносно танцевала и я старалась, я тщательно следила за тем, чтобы жесты мои были плавными, а спина прямой, чтобы шаг был ровно в такт и совпадал с шагами остальных танцоров.

— Я хочу объявить всем, что вы моя невеста. Я собираюсь сделать это прямо сейчас, — сказал князь, касаясь в танце моей руки.

— Не делайте этого, не надо, — сказала я, глупо надеясь, что смогу остановить князя такими словами.

И князь рассмеялся.

— А разве вы не согласны?

В принципе, я могла и согласится. Почему бы и нет? Ведь на этом балу должен был быть человек в костюме павлина, который принесёт мне капли невидимости, я выпью их и исчезну. Так зачем усложнять себе жизнь и провоцировать князя? Правда, пока я не видела никакого человека в костюме павлина.

— А можно мне подумать?

— На мой взгляд, вы думали достаточно, — отрезал князь, — Я не спрашиваю вашего разрешения, я просто констатирую факт. Я уже договорился с принцем Греческим и выплатил ему отступную.

И тут, наконец, я окончательно въехала в реальность. Я поняла, что мой побег от князя простым не будет.

— А если я заору на весь зал, что не согласна? Гостям это не понравится!

Князь усмехнулся, но ответить мне он не мог, потому что рисунок танца сменился и ему надо было идти от меня сложной цепочкой шагов — я тоже так шла, но по другую сторону шеренги танцующих. В конце мы должны были встретиться. Я шла, выискивая глазами в толпе человека в зеленом, человека-павлина. Лица, взгляды, улыбки, прически, веера — всё мелькало передо мной, но нужного мне я не видела. Был только Володар, весь белый, напудренный, на его лице тоже была маска. Княгиня, вцепившись в его руку, что-то щебетала.

— Вы смотрите на Володара, — сказал князь, когда мы снова поравнялись, — я видел, вы смотрели на него. Отдаете ли вы себе отчёт в том, что он может и не выжить, если вы откажетесь выходить за меня?

Я встречала в кино и книгах сюжеты, когда мужчина прямо на всё готов ради женщины. На всё-на всё, даже на то, чтобы убить кого-то, кто мешает ему с этой женщиной воссоединиться. Соперника там, или родственников каких-то. В кино это, почему-то, выглядит романтично, ну знаете — уж така любовь, така любовь, прямо ах кака любовь. Но я от слов князя ощутила совсем не острые любовные переживания. Я ощутила только страх.

— Простите меня князь, я погорячилась. Говорите гостям, что хотите. Объявляйте про свадьбу.

— Это будет не только речь, моя дорогая, — холодно сказал князь, — Вы должны будете уйти со мной. Прямо сейчас.

Князь явно меня не просто на прогулку звал, воздухом подышать. Он звал меня кое-чем другим заниматься, и не от большой страсти, конечно же, скорее, это был способ обломать мою строптивость. Двойной удар, так сказать. И на свадьбу я согласилась и переспала с ним тут же, не отходя от кассы. И это можно было бы вытерпеть, можно было бы вытерпеть даже это, но вдруг потом я не смогу вернуться на бал? Вдруг князь меня не пустит, и я пропущу человека в костюме павлина? Вдруг я не смогу сбежать?

— А можно потом? Сразу после бала, например? Сейчас это как-то неприлично.

— Тогда я убью Володара.

— Ну, не прямо же сейчас вы его убьете!

— С чего вы взяли, что не сейчас?

Князь говорил уверенно. И бал окончательно перестал для меня существовать.

— Володар похитил принцессу Мауру, как вам известно, — продолжил князь, — Похитил и удерживал силой. Отец принцессы пожаловался мне на это и я решил государя Володара схватить, прямо во время бала схватить — зачем ждать в таком деле? Да вот незадача, Володар наверное, начнет сопротивляться, и мне придется его убить. Исключительно для общей безопасности. Ведь государь Володар — дракон. Вдруг он обратится и всех здесь сожжёт? Поэтому я просто обязан его убить. Прямо сейчас. Бал-маскарад, конечно, будет испорчен, но на такую жертву я готов пойти.

И я встала на месте, я больше не могла изображать танец.

— Говорите что хотите и делайте что хотите, — сказала я князю.

Князь взял меня за руку, музыканты, повинуясь его жесту, перестали играть. Гости начали перешептываться, танцующие, улыбнувшись друг другу, разбрелись по своим местам, в центре, в пустом круге, остались только князь и я. Князь стоял держа меня за руку и смотрел на всех, сияя надменной, довольной улыбкой. Окружающие же выжидающе замерли. Их оживленный, беззаботный настрой не поменялся, никто их них не был встревожен или возмущен, нет. Скорее, все они были заинтригованы, они ждали каким же новым впечатлением закончится для них эта неожиданная сцена. Князь снял с себя маску.

— Дорогие гости, простите за эту заминку, — начал он, — дамы, иногда, настолько смущают нас, мужчин своим очарованием… — и все захихикали, — меня, знаете ли, только что смутила своей красотой мадмуазель Василиса.

Я почувствовала на себе взгляды всех этих людей. Володар — я видела это, — напрягся. Княгиня что-то шептала ему, но он даже из вежливости на неё не оборачивался.

— Я редко находил в женщинах такое сочетание образованности ума и красоты, какие нашел в мадмуазель Василисе, поэтому решил немедленно предложить ей свою руку и сердце, а она ответила мне согласием.

По залу прошелестел вздох, несколько разочарованный, как мне показалось. Помолвка? И только-то? Княгиня тоже была разочарована. Она оставила руку Володара, она стояла, сощурив на сына злой взгляд.

— Надеюсь увидеть вас всех на моей свадьбе!

И тут свершилось. Тут я увидела его — человека в костюме павлина, вернее, я увидела только плюмаж, плывший от двери. Кто-то с перьями павлина на голове расталкивая гостей шёл вперед. План действий созрел в моей голове мгновенно.