6

Володар Дракон решительно шёл вперёд, я семенила за ним. На своих длинных ногах он отмахивал коридор за коридором, лестницу за лестницей, стражники при виде него вставали на вытяжку, слуги пластались в поклонах — а у меня уже сбилось дыхание. Лишний вес это, конечно, в принципе неудобно. Неудобно сидеть на узких стульчиках в кафе, неудобно подниматься по лестнице и спускаться тоже, но особенно неудобно бежать. А Володару Дракону бежать ничто не мешало — у него фигура была идеальной. У меня уже сердце трепыхалось в груди, но я всё равно упрямо продолжала бежать вперёд, потому что там, впереди, была Маура, к которой я, такая неумеха и дура, притащила её мучителя и тюремщика.

— Отпереть! — рявкнул Володар у двери темницы принцессы Маруры.

Стражник дрожащими руками стал отпирать дверь.

— Государь! — попыталась я остановить Володара, — государь, постойте…

Но он отодвинул меня и зашёл.

— Добрый вечер, принцесса.

Володар поклонился принцессе Мауре, не просто поклонился, а многоярусным заковыристым поклоном, со сложным жестом руки и с глубоким прогибом чуть ли не до самых сапог.

— Принцесса, простите меня! — я кинулась к Мауре, я собралась грудью защищать её от похитителя и тюремщика… От насильника?

А потом Володар выпрямился у него оказалось совершенно спокойное лицо. Только что он дышал яростью и гневом — и вот уже совершенно спокоен. Знаете, мне бы так. Раз, и сняла с себя гнев. Может тоже попрактиковать заковыристые поклоны?

— Добрый вечер, государь, — сказала Маура, хлопая ресницами и протягивая Володару руку.

На меня Маура даже не посмотрела. Вместо этого она протянула Володару руку. Для поцелуя. И Володар, в очередной раз склонившись перед принцессой, руку эту поцеловал.

— Присаживайтесь, государь, — сказала принцесса, — чем обязана?

— Благодарю, принцесса, — Володар сел на стульчик, — я пришёл навестить вас.

Принцесса тоже села — на скамью у изножия кровати. Я как стояла у окна, так и осталась там стоять, пригвождённая к месту этим внезапным политесом. Наверное, во мне говорил профессиональный опыт, но я совсем не так представляла себе встречу похитителя и жертвы!

— Я пришёл узнать, принцесса, всем ли вы довольны? Всего ли у вас хватает? — произнёс Володар, и в голосе его было одно любезное внимание к потребностям принцессы.

— Благодарю за заботу, государь. Но увы, не всем я довольна. Мне не хватает духов, я вам об этом уже как-то говорила.

— Однако, я недавно преподнёс вам самую лучшую фиалковую воду.

— Фиалковая вода? Да, я получила её.

Маура говорила небрежно. В голосе её отчётливо слышалось, что человек, неспособный принести ей ничего лучше фиалковой воды — лузер последний и полное ничтожество.

— До этого я дарил вам масло дамасской розы. Очень дорогое масло, — брови Володара начали сдвигаться к переносице.

— Да, я помню, — кивнула Маура, — Однако, я не привыкла пользоваться просто розовым маслом. Обычно мне в него добавляли корицу и гвоздику.

— Хорошо, принцесса, я отдам такие распоряжения.

Маура открыла веер, красивый, веер с перламутровой ручкой, и бумажным экраном, на котором были нарисованы розы. И так же резко, со щелчком она его закрыла, а потом махнула закрытым веером в сторону.

— Ещё я очень недовольна обстановкой, — сказала она, — У меня совершенно убогая обстановка.

— Помилуйте, принцесса, у вас тут лучше, чему меня.

Принцесса снова открыла веер, и снова закрыла.

— Чем лучше?

— У вас свечей больше.

Это была, конечно, правда. По сравнению с полутёмными покоями Володара у принцессы было очень светло. Канделябры были у неё повсюду и даже с потолка свешивалась пожароопасная люстра со свечами.

— Но у меня совершенно нет нормальной мебели! Эта кровать, по моему, принадлежала ещё вашей прабабушке!

— Пра-пра бабушке. Но другой мебели у меня увы, нет.

— Но я не могу жить в таких условиях!

— Принцесса, мне очень жаль, что я не могу служить вам так, как вы того заслуживаете, но увы, я ограничен в средствах…

— Но вы меня похитили! — топнула ножкой принцесса.

О, неужели после всех этих вежливостей и любезностей принцесса попрекнула таки Володара в том, что он её похитил? И я опять придвинулась к Мауре. Вдруг мне придётся её защищать?

— Вы меня похитили, а достойных условий не предоставили!

И я перестала придвигаться к принцессе.

— Я делаю всё что могу. Я предельно добр к вам принцесса. Прощайте. Розовое масло с корицей и гвоздикой будет у вас в самое ближайшее время.

И Володар, не глядя ни на кого, вышел. Дверь за ним закрылась, и я услышала лязг закрываемого замка.

— Как тебе удалось привести его сюда? — выдохнула принцесса, — за весь месяц я его только один раз и видела, сразу после похищения.

Маура глядела не то чтобы мечтательно — но что-то около того. Я не винила её, после долгого времени взаперти начнёшь мечтать о любом человеческом лице. И о любом мужчине. Этим ловко пользовались в гаремах, запирая в одном месте много девиц, стравливая их друг с другом, выстраивая отношения очень близкие к сектантским, где вместо гуру и пророка был он, султан и повелитель. И там уже не важно был ли это молодой красавец или семидесятилетний старец — девушка попадала к нему после такой психологической обработки, что тут уже было всё равно.

Ну а Володар, как вы понимаете, был отнюдь не старец. Он был молодым и привлекательным. Очень.

— Но вы же хотите бежать? — уточнила я у Мауры.

— Конечно хочу! — закатила глаза принцесса, — Конечно хочу, почему вы спрашиваете, милочка! Я целый месяц просидела в этой комнате! Взаперти! Я никого не вижу, кроме одной-единственной служанки, и вот теперь вас! Вы добились того, чтобы меня выпустили на прогулку?

— Нет. Но не переживайте, я сделаю всё, что смогу…

Но мои слова прервал лязг открываемой двери.

— Господин Володар требует к себе волшебницу Василису, — сказал стражник, просовывая голову в комнату.

— Я помогу вам! — ещё раз пообещала я принцессе, и вышла.

На этот раз мне не пришлось далеко идти к Володару. Он ждал меня в той самой верхней комнате, в той, в которой я появилась перед ним первый раз. Когда я вошла он стоял ко мне спиной и глядел в окно.

— Ну? — сказал он, не оборачиваясь, — как по вашему, я был добр к принцессе, или нет?

— Государь, вы, были добры, но…

— Я был добр, — прервал меня Володар, — я свою часть выполнил. Теперь дело за вами. У вас есть неделя, для того, чтобы принцесса Маура полюбила меня, отдалась мне, и всем заявила, что сделала это добровольно! Понятно? Неделя! Иначе вам обеим не поздоровится!