8

Я люблю поесть — но не спешите осуждать меня, толстую и любящую поесть! Есть любят все, найдите мне человека, равнодушного к еде. Или, скажем, ко сну. Еда и сон это базовые потребности человека! Только одни люди могут спать по десять часов подряд, а у других голова заболит если встать через семь. Вот и с едой так же. Моя двоюродная сестра, тонкая и звонкая, как и все в папиной семье, при мне наворачивала борща, котлет с пюре, и запивала всё это чаем с пончиком. С пончиком! Я спросила, не боится ли она поправиться. Сестра очень удивилась. У неё, знаете, было такое лицо — а от еды что, толстеют? Нет, правда? «Я думала, ты просто мало двигаешься» — сказала мне она. О, если бы дело было только в движении! Я двигалась нормально, ничуть не меньше чем она. Если какое-то расстояние можно было пройти пешком, я всегда шла пешком, а не садилась на автобус. Я ходила больше чем мой поджарый папа, который не вылезал из-за руля, я ходила больше, чем все мои однокурсницы. Но у них у всех нормальный обмен веществ, а у меня замедленный. И чтобы похудеть мне надо есть так, как питались предки, которые мне этот обмен веществ подарили — ну, то есть, с утра лучок с кваском, вечером квасок с лучком. По праздникам краюху ржаного хлеба. Моя мама перед замужеством примерно так и питалась, только набор подуктов был другой. И замуж она выходила тонкая как фея. Правда, держалась вся эта красота недолго, невозможно растить на себе трёх детей сидя на одном квасе.

И вот я в замке, стою я на кухне и ем. Ем из чужой тарелки, из тарелки Володара и его ложкой. Я ем, а по лестнице спускается он, Володар Дракон, слуги трепещут… И первая моя мысль была отбросить эту тарелку на фиг. Отбросить и скрыться — пусть Володар со слугами разбирается, а не со мной. Но я так давно не ела…

И в какой-то момент я подумала, что если сейчас меня здесь уничтожат, так пусть хоть сытой.

— Здравствуйте, — сказала я Володару, прожевав кашу.

Володар ступил на грязный пол кухни. В кухне было темно, свет едва теплился, но я успела заметить и то, что Володар одет уже не в шелка, а в холстину. Что на нём, на государе, какие-то старые стоптанные сапоги — и что лицо у него перекошено от гнева.

— Где мой прибор! — прорычал он слугам.

— Государь… — Пролепетала женщина с ножом, — государь…

Мне совсем не хотелось, чтобы Володар вновь пускал искры — помещение было завалено стружками и соломой. Кроме того, мне было совестно, ведь слуги не хотели давать мне тарелку и ложку Володара, я сама их взяла, в наглую, можно сказать.

— Государь, я зашла и взяла ваш прибор, простите меня!

Государь обернулся и так глянул, что меня пробрал страх, и от этого страха я стала ещё быстрее наворачивать кашу.

— Почему гостья стоит? — рыкнул Володар.

И все засуетились, один из мужчин, тот, что колол дрова на щепы, подставил к столу второй стул, женщина, которая месила тесто, жестом пригласила меня сесть, Володару дали новую тарелку/ложку — и если вы думаете, что глиняная миска с обколотыми краями и ложка вытертая до состояния невесомости, это посуда хуже некуда, то вы ошибаетесь. Потому что это была ещё ничего посуда, Володару поставили деревянную миску и такую же ложку. И Володар стал есть.

— Почему вы здесь, волшебница? — спросил меня Володар, опуская ложку в кашу.

— Просто зашла на огонёк, — сказала я, начиная кушать ещё быстрее, — иду, смотрю, кухня…И думаю, а почему бы не зайти?

— А почему вы едите из моей тарелки?

И Володар опять сверкнул глазами. Как он это делал? Его глаза не засветились, в них не было искр — что ещё можно было бы объяснить его драконьей сущностью, нет, светился именно взгляд, и это не было видно, это чувствовалось.

— Почему вы взяли мою тарелку? — переспросил Володар, потому что я немного зависла, сраженная его взглядом.

— У вас отличная тарелка! — спохватилась я, — и ложка великолепная!

Володар фыркнул.

— Волшебница Василиса… Вас ведь так зовут?

— Да, я Василиса…

— Мой дед, Дракон Мечеслав тоже был волшебник. Он тратил много волшебства, и всё без толку. Семье от него остались три капли эликсира невидимости, щепотка порошка всевластия и камень призыва волшебных существ. Один единственный камень. Вот он.

Володар выставил руку и я увидела на его указательном пальце массивный чёрный перстень с грубо шлифованным камнем в центре.

— Некрасивый камень, да? Но раньше он сиял. А теперь не сияет. Потому что я потратил его на вас. Я вызвал волшебное существо, одно единственное волшебное существо, и это существо — вы. Так что можете сколько угодно притворяться, что не умеете колдовать — я вам не поверю.

Это была впечатляющая речь, конечно. Володар, обнищавший наследник, призвал волшебное существо. Никаких сомнений в том, что Володар Дракон обнищал у меня не было, иначе, зачем ему кушать на кухне, вместе со слугами, зачем все эти мелочные подсчёты свечей при принцессе Мауре? И вот, он бедный, но знатный — не даром же его величали государь, — встречает Мауру, наверняка богатую… И красивую к тому же! Два в одном так сказать. А она ему отказывает. И он её похищает. Но она всё равно отказывает ему. И Володар использует последний шанс — он призывает волшебное существо, которое должно зачаровать Мауру…

А призвалась я. Я! И никого другого Володар уже призвать не сможет, камень призыва действует только раз. Мне даже стало жалко Володара, но Мауру мне было ещё ажльче, Маура вообще была ни при чём. Мауру надо было спасать в первую очередь.

— А что такое порошок всевластия? — уточнила я на всякий случай.

Мало ли, вдруг Володар захочет воспользоваться этим порошком.

— Просто красивое название для яда.

Это, в какой-то мере, было хорошо. Вряд ли Володар станет травить Мауру, от мёртвой принцессы толку мало.

— Государь Володар, — сказала я, скребя ложкой по пустому дну миски, — комната принцессы Мауры не лучшее место для зачарования. А вот в саду я смогу проявить свои чары в полной мере. Пожалуйста, пригласите принцессу в сад!

Володар оглянулся на слуг — один из мужчин продолжал рубить щепы, второй, сидя в уголке, плёл что-то очень похожее на лапти. Женщины ставили в печь пирог.

— Вы можете не делать так? — сказал Володар, возвращаясь взглядом ко мне.

— Как?

— Не делать этот звук.

И Володар остановил мою руку с ложкой.

— Извините, это я от нервов.

Я отложила ложку в сторону. Тарелка моя была пуста, и новую кашу мне никто не предлагал.

— Так вы пригласите принцессу Мауру в сад?

— Вы всегда творите свои чары в саду?

— В саду мне будет удобнее, — уклончиво ответила я.

— Хорошо, завтра я приглашу принцессу в сад. Будьте готовы. Доброй ночи, волшебница Василиса.

Володар поднялся и ушёл. И, знаете, он как будто забрал весь свет с собой. То есть, кухня и раньше была тёмной, но он ушёл — и как будто стало темнее вдвойне.

А ещё после его ухода слуги стали на меня смотреть. Многозначительно так смотреть, как бы намекая, что господам-то пора расходиться и дать уже слугам поесть в спокойной обстановке. Вот только я никуда расходится не собиралась. Я понимала, что опять веду себя нагло, но никакие силы не могли выгнать меня из отапливаемой кухни на мороз. Я твёрдо решила заночевать именно в этом помещении, и, так как кроватей здесь не было, я смело легла в особенно большую копну соломы, наваленную в тёмном углу.

— Почему она спит здесь? — услышала я шёпот одной служанки.

— Потому что она волшебница.

— Но это же место государя Володара!

Государь, спящий на соломе… Я повернулась на бок, и крепче зарылась в мягкие и пыльные недра этого странного лежака.