Глава двадцать пятая. Марлена

Вчерашняя ночь выдалась сложной. Мы с Альдо долго не могли уложить Воларэ, и я, хоть и разу в жизни и не рожала, чувствовала себя вполне кормящей матерью. Правда, кормящим был скорее отец, потому что дракончик предпочитал продукты животного происхождения, в том числе мясо, и Альдо даже слетал на охоту и поймал специально для этих целей несколько зайцев.

Понятия не имею, как он со своими габаритами их ловил, но ребенок пропитание оценил и остался доволен до предела.

И сказку всё равно требовал.

На самом деле, хоть я и сильно устала, всё равно не чувствовала ни капли злости по отношению к маленькому дракончику. Да, его требование рассказать что-нибудь ещё могло немало достать, но ведь это ребенок! Пусть просит.

Главное, чтобы был живой и здоровый.

Я не понимала, как Ириана могла так легко оставить его, как вообще догадалась попытаться произвести на свет драконорожденное дитя только ради того, чтобы утвердить свои права на престол. Мне это слышалось немыслимой жестокостью.

Для неё было нормально.

Наверное, я чрезмерно распереживалась вчера вечером по этому поводу, потому что полночи мне снилась драконья королева. Она требовала отдать Воларэ, называла его «этот», тыкала в него когтистой лапой и трясла малыша, пытаясь заставить его передать корону именно ей.

Утром я была совершенно разбита, и Альдо с Арином отправили меня отсыпаться. Но с отдыхом не сложилось, я уже успела взять несколько книг из местной обширной библиотеки и пыталась изучать их на предмет оружия против драконов и того, чем может стабильному дракону навредить яд, пробуждающий человеческую сущность.

Из книг получалось, что ничего хорошего. Даже если дракон полностью един, помыслы его чисты и у него нет никаких проблем с самоконтролем, яд может сильно навредить, довести до безумия. Всё зависит от концентрации.

Передаваемый при укусе, он настолько навредить не может, потому что в железах редко встречается столь высокая концентрация.

Да и сами драконы стараются дозировать...

А вот что касается распыления в воздухе, то там ведь никаких мер предосторожности. И если граф Жермон попытается атаковать, то.

Где-то посреди этой мысли я задремала прямо над книгой, сидя в кресле. Сквозь сон до меня доносились какие-то странные звуки, кажется, кто-то трубил, призывая воинов, но я списала это на слишком яркую фантазию и так и не вырвалась из полудремы.

– Марлена! Марлена!

Разбудить меня смог только Альдо. Он с силой тряс меня за плечо, и я, вздрогнув, широко распахнула глаза и воззрилась на него, не помня себя от ужаса.

Где я? Что случилось?

– Марлена, просыпайся!

Я вздрогнула и открыла глаза. Оказалось, сидела в кресле, а Альдо тряс меня за плечи, не сильно, но ощутимо, пытаясь разбудить.

– Что случилось? – растерянно спросила я.

– Граф Жермон и твой отец, а также несколько сотен воинов и магов из белолесской армии стоит снаружи и собирается атаковать поместье. Я бы с удовольствием закрыл тебя в сокровищнице, но ты всё равно выйдешь, так что лучше со мной. И Арин попросил нас потянуть время. Не знаю, зачем и что он собирается сделать, но ему нужны хотя бы полчаса или час. А вообще, чем больше, тем лучше. Вот.

Я осоловело смотрела на Альдо, пытаясь осознать до конца смысл его слов. А потом вдруг встрепенулась, окончательно поняв, что произошло.

Война.

Они всё-таки пришли.

Я не позволила Альдо передумать и попытаться уговорить меня остаться здесь, внутри. Усталость как рукой смело; от одной мысли о том, что сейчас там, снаружи, готовится полномасштабная атака, сердце в груди пропустило удар, а потом забилось с удвоенной силой. Я практически не чувствовала под собой ног, когда сбегала вниз по ступенькам, когда бегом пересекала зал, забыв обо всем на свете, помимо одного-единственного.

Я должна их остановить.

Альдо устремился за мной. Он, конечно, был быстрее и сильнее меня, но сейчас, гонимая яростью, страхом и дурным предчувствием, я могла обогнать, наверное, даже дракона, поднявшегося в небо. Меня подхлестывала магия и тот самый жар в груди, к которому я так и не смогла привыкнуть, но уже почти забыла о его существовании.

А теперь пришлось вспомнить.

Потому что, вылетая на крыльцо поместья, я чувствовала, как во мне раскаляется невидимое пламя.

Увиденное потрясло меня. Я ожидала, что солдат будет много, но даже подумать не могла, что настолько. Обозначенные Альдо «несколько сотен» казались мне куда меньшим количеством. Я понимала, что в бой на войне ходят куда более крупные армии.

Но сейчас, посмотрев на людей, надвигающихся на поместье, я четко поняла одно: они могут погибнуть. Вот так легко, просто взять и умереть, превратиться в горстку пепла. Драконы могущественны, и даже если граф Жермон придумал против них действенное оружие, как скоро оно подействует?

Жертв будет много.

А потом падут и Альдо с Арином, если попытаются сражаться.

– Остановитесь! – крикнула я, усиливая магией воздуха звук.

Мой голос прозвучал неожиданно зычно и перекричал гул толпы и топот человеческих ног. Маленькая армия графа Жермона замерла, словно настороженная кошка, завидевшая мышь. Каждый не знал, атаковать ли им уже или ещё немного подождать; их голодные взгляды впились в меня, и я впервые почувствовала, как это – быть тем, кого слышат.

Прежде мне доводилось выступать публично, но там я мало кому оказывалась интересна. Всего лишь принцесса, королевская дочка, которую потом выдадут замуж, и за неё решения начнет принимать муж. А пока что, по мнению народа, их принимает отец.

Я была красивой блондинистой куклой в светло-розовом или голубом платье, с красивой прической. Хорошенькая.

Меня даже любили, наверное, как воплощение невинности и красоты возле трона. Но не как отдельную личность.

Теперь же, когда я внезапно громко заявила о себе, мужчины, пришедшие меня спасать, замерли.

– Сюда вас привел граф Жермон, – быстро заговорила я, надеясь, что мою пылкую речь хотя бы попытаются дослушать. – Я знаю, что он здесь, где-то в центре, надежно защищённый щитами, прикрытый спинами магов и солдат. Где-то тут, разумеется, находится и мой отец, король Белолесья. Человек, который вами правит и который привел вас сражаться против самого могущественного дракона Гряды, против Альдо Велле, от одного имени которого столько лет дрожат многие страны.

Меня не перебивали. Возможно, это магия воздуха помогала моим словам доноситься до чужого сознания, а может, моё внезапное появление просто всех удивило, но я не собиралась останавливаться.

– Но посмотрите, разве я похожа на пленную принцессу? На несчастную девушку, которую держат в сокровищнице, как кусок золота? Разве я похожа на ту, что умирает от горя в драконьих застенках?

Тишина.

– Нет, не похожа. Потому что меня никто не похищал. Огромное количество людей пришло рисковать своей головой, чтобы спасти меня, но на самом деле спасать меня не нужно. Я в порядке. Я нахожусь здесь с любимым человеком и не нуждаюсь ни в чьей помощи.

В этот раз мои слова уже не остались без ответа.

– Марлена, ты бредишь! – воскликнул мой отец, и я наконец-то смогла рассмотреть его.

Он был в самом центре толпы нападавших, восседал на коне. На голове его ярко сверкала корона. Если дракон будет плеваться огнем, то легко попадет в белолесского короля... Граф Жермон, как всегда, подле него, но сколько на нём защитных заклинаний? Должно быть, не счесть. А ещё он может сам, к примеру, отравить моего отца драконьим ядом и обвинить в этом других.

– Брежу? – выдохнула я. – Нет. Я в здравом уме. Меня не похищал Альдо Велле. Я сама попросила его забрать меня с собственной свадьбы, потому что ты, мой отец, приговорил меня к смерти, собираясь выдать за графа Жермона. Все знают, что он похоронил уже четырех жен. Я должна была стать пятой, и не думаю, что меня ждала бы лучшая участь.

– Этот дракон совершенно запудрил ей мозги. – выдохнул граф Жермон.

– Помолчите! – гневно оборвала я его, чувствуя, как магия воздуха в самом деле затыкает Жермону рот. – Так вот, я не собираюсь молчать и дальше! Мой жених воспользовался кровавым ритуалом и пил из меня силы, ещё до свадьбы. Полагаю, именно так он стал четырежды вдовцом, продлевая себе жизнь и молодость за счет других девушек. Да, он злодей. И мой отец, ваш король, находится под его влиянием! Но ведь вы – простые люди. Вы можете остановиться и не нападать! Если вы сейчас просто уйдете, позволите всему этому прекратиться, то жертв не будет. Драконы не злые. Альдо Велле – не безумец, он нормальный мужчина.

Мои слова эхом пронеслись над стоящей передо мной маленькой армией. И в глазах у многих я увидела понимание, отзывчивость. Почувствовала, что они в самом деле поверили в мои слова.

У меня глубоко в душе забрезжила надежда: а вдруг всё получится?

– Я люблю его, – промолвила я. – И, сражаясь, вы всего лишь попытаетесь разрушить любящую пару. Зачем? Просто уходите. Уходите, будьте свободны! Живы! Вы не обязаны повиноваться человеку, который убивал собственных жен ради своей выгоды. Просто выпивал их магию!

Я умолкла, чувствуя, что сделала всё, что от меня зависит, и взглянула на собравшихся сограждан. В какую-то секунду мне даже почудилось, что я их вдохновила. Простые маги и солдаты смотрели на меня горящими, вдохновленными глазами. И я даже улыбнулась, сделала шаг к ним вперед, готовясь воссоединиться с белолесцами и наконец-то свергнуть графа Жермона.

Не успела. В последнюю секунду остановилась, заметив, как сделал шаг вперед мой отец.

– Она бредит! – воскликнул он, даже не дожидаясь приказа со стороны своего советника. -Драконы задурманили голову моей дочери! В атаку!..

Я до последнего надеялась: они остановятся. Ведь солдаты внимали моим словам, маги тоже, кажется, раздумывали над тем, не стоит ли вникнуть в мои слова. Очень мало людей любило графа Жермона, да и, собственно, его не за что было любить. Ужасный человек, плохой полководец, тот, кто стал причиной разорения множества семей. Сколько из присутствующих здесь пострадало из-за его дурацких законов? Из-за того, что мой отец забыл про своё государство и позволял помыкать им, как марионеткой?

Но мои надежды пошли прахом в ту же секунду, как я почти поверила в то, что есть шанс на спасение.

Воины перестроились. Я видела, какими замедленными, неестественными стали их движения, и понимала: граф Жермон использовал какую-то особенную магию. Магию, проникавшую в сознания людей и заставлявшую их подчиняться.

Я заметалась на крыльце, надеясь сказать ещё хоть слово, остановить их, но в голове было пусто, ни единой толковой мысли. Возникало впечатление, что меня кто-то заколдовал, в один миг лишив способности говорить, да даже размышлять.

Расстояние между мной и графом Жермоном было немалым, но я с внезапной четкостью ощутила на себе его взгляд. Он впивался в меня, как клещ, присосался, пытаясь напиться моей крови.

Я помнила, как закричала. Просила их остановиться, наверное, но было уже поздно. Солдаты бросились в атаку, и с каждым шагом они были всё ближе. Я чувствовала, что острия их шпаг вот-вот коснутся меня...

Не знаю, как Альдо успел меня обогнать и прикрыть собой. Наверное, от страха я совсем потеряла счет времени, потому что просто закрыла глаза, а когда открыла, то впереди уже не было ни армии, ничего. Только спина и хвост громадного дракона.

О да, никто не мог сравниться с Альдо Велле!

Его алая чешуя переливалась, как будто сделанная из рубинов, сверкала, ослепляя противников. Немного привыкнув к сиянию дракона, я увидела, как попятилось назад воинство моего отца, сминая средние ряды. Те, кто были сзади, предпочитали спасаться бегством, другие же вытягивали шпаги, собираясь с простым металлом в руках идти против бронебойной чешуи.

Альдо запрокинул голову и взревел. Его громкий, надсадный рык, кажется, был призван испугать, и многие солдаты в самом деле бросились врассыпную.

«Остановитесь!» – требовал он.

– В атаку! – истеричный вопль графа Жермона затерялся среди испуганных криков людей. Кто-то всё ещё пытался нападать, другие спасались бегством. Меня магией неизвестного происхождения отшвырнуло просто к двери, и из этой точки я могла видеть, как заметался на своей лошади мой отец, не в силах справиться со страхом перед драконом.

«Я не хочу никого убивать. Здесь есть только один преступник! Отдайте мне его и ступайте с миром! – ревел Альдо. – Принцессу Марлену никто не обидит. Она будет в целости и сохранности! Её не нужно спасать, она в безопасности!»

Его ментальный сигнал, молотом вбивавшийся в сознания солдат. Они пятились, убегали. Кто-то бросил оружие. Я могла видеть несколько удаляющихся прочь лошадей.

Но в какой-то момент бегство прекратилось. Очевидно, был отдан новый приказ магам; те солдаты, что ещё не успели выйти из-под влияния магов, бросились на Альдо. Он махнул хвостом, отгоняя часть из них, и ударил лапой по площади.

Земля от его удара задрожала. Альдо вновь изогнул шею и на сей раз выпустил столб племени. Тот пронесся над головами солдат, обдав их жаром, но пока не опалил никого.

Жертв не было.

Альдо пытался сохранить им жизнь.

– Этот дракон похитил и обесчестил мою дочь! – взревел мой отец. – А потом заколдовал её, лишив рассудка, чтобы она думала, будто сама его полюбила! Все здесь присутствующие, представьте, что бы вы делали, если бы это произошло с вашей женой, сестрой, дочерью!

Я не могла видеть отца, но прекрасно представляла себе его остекленевшее лицо. Он никогда не был хорошим оратором, никогда не умел выступать перед толпой. Чаще всего мямлил себе под нос, бормотал какую-то ерунду...

А сегодня – призывал солдат к атаке, вещал вдохновенно, требовательно, обращался к самому сокровенному.

Это были не его слова.

Граф Жермон завладел его сознанием. Теперь я не сомневалась, что в ход пошли не только простые манипуляции, а и магия. Наверняка он перестраховался, сделал всё возможное, чтобы у короля Белолесья больше не оставалось ни единого шанса противостоять влиянию.

– Нападайте! Немедленно!

Я видела, как теснили Альдо. Попробовала своей магией вдохнуть в мысли каждого, что меня в самом деле никто не трогал, использовать ментальные техники, которые познавала сама, углубляясь в изучение стихии воздуха, но тщетно.

Дракон отступал, потому что не хотел ранить людей, но даже его чешую уже удалось пробить в нескольких местах. Маги швыряли в него градом заклинания, и хотя те по большей мере отскакивали от Альдо, рано или поздно что-то достигнет цели.

И в ту секунду, когда отступать Альдо стало некуда, и он почти уперся спиной в поместье, раздался чей-то горестный крик.

В небо поднялся второй дракон.

Я не знала, как Арин умудрился сразу взмыть в небо. Возможно, он каким-то образом влез на крышу или выпрыгнул из окна. Но сейчас он, уже не человек, а громадный синий дракон, кружил в небе. Это длилось недолго; он описал в воздухе петлю, а потом кинулся вниз и разинул пасть.

Следом за Арином в небо поднялся и Альдо. Теперь я могла видеть поле боя и, находясь на возвышении, даже атаковать.

Я увидела, как заметался в седле мой отец, разрываясь между желанием умчаться прочь, бросив всех, и жаждой битвы, которую ему вдохнул граф Жермон. И, понадеявшись на то, что бегство короля что-то да будет значить, сама вмешалась в битву за его сознание.

Моя магия не была настолько сильна, и преодолеть разделявшее меня и отца расстояние по воздуху она не могла. Потому я прижала ладони к поверхности крыльца, надеясь, что земля передаст колдовскую силу быстрее.

Магия распространялась подобно звуку, очень быстро переходя от частицы к частице. В какой-то момент я ощутила, как натянулась между мной и отцом прочная связующая нить, и нашарила его сознание. Такое глупое, такое пустое!

Он вообще ни о чем не думал. Королю было страшно, но граф Жермон забрасывал его мыслями о сытом обеде и очередной фаворитке.

Мне стало противно.

Мой отец никогда не ценил собственное государство, я знала об этом, но никогда его безответственность не была для меня столь очевидной, как сегодня.

Он... Пустой. Совершенно пустой, не заботящийся о своей стране человек. Человек, которому плевать на всё.

Мне захотелось плакать.

Тем не менее, я попыталась вдохнуть в него хотя бы одну здравую мысль.

Бой не имеет смысла. Драконы всё равно слишком сильны. Надо скорее бежать, бежать прежде, чем настигнет кара. Надо мчаться прочь, чтобы они не догнали. Разворачивать коня и спасаться!

Кажется, эта мысль моему отцу была проста и понятна. Король Белолесья схватился за поводья лошади и, пришпорив её, помчался наперерез солдатам.

Я не ошиблась. Его пример был вдохновляющим. Испуганные двумя драконами, кружащими в небе, увидевшие побег собственного короля, солдаты бросались вслед за ним. Да, не все, но каждый сбежавший с поля боя человек – это человек, который спасся.

И человек, который не причинит вреда Альдо и Арину.

Драконы опустились ниже. Теперь их целью были в основном маги. Белолесский круг, двадцать лучших чаровников страны, стояли, окружив плотным кольцом графа Жермона, и явно не собирались даже сдвигаться с места под давлением драконьего огня.

Альдо прицелился и когтями подцепил первого из них. Маг задергался, пытаясь удержать плетение заклинания, но Альдо был гораздо быстрее. Пусть его лапы сейчас жалили десятки магических искр, он тащил мага-огневика прочь, к ближайшим горам.

Мне поначалу показалось, что он готов скинуть этого мужчину в пропасть, но нет. Альдо всё-таки выступал за мир; он оставил мага на крохотной площадке на одной из скал и умчался прочь. Из моей наблюдательной точки маг был лишь точкой, такое его устранение заняло немало времени, к тому же, он мог вернуться, но.

Зато мужчина остался жив.

Однако ни Альдо, ни Арин не успели забрать так многих. Только четверо магов оказались разнесены по скалам, когда солдаты, повинуясь графу Жермону, зарядили пушки. Те были небольшими, но били далеко, я помнила это по рассказам одного из воинов. Попыталась сгустить воздух магией, чтобы предотвратить удар, но тщетно. Я уже понимала, что ничем не смогу помочь.

И осознала, чем именно будет стрелять граф Жермон.

Арин первым понял задумку. Он проревел что-то на драконьем и помчался к небу. Альдо устремился вслед за ним. Но было поздно.

Гром от выстрела одновременно нескольких пушек был ужасающий. В небо устремились ядра; в воздухе они разрывались на сотни частиц.

Превращались в пыль.

Да, эта пыль не могла пробить драконью чешую. Но её беда была в другом. Она ядовита. Я сама вдохнула немного и чувствовала, как начинает жечь в груди, как что-то рвется на свободу.

Магия?

Это так граф Жермон её отбирает?

Мне было уже всё равно. Я видела, как облако достигло Альдо и Арина, накрыло из с головой, и драконы вдруг резко замерли в воздухе. Вокруг них засветилась магия.

Обращаются.

И упадут с высоты уже людьми?

Я была не в силах на это смотреть. Меня тоже оглушило магией, отбросило к двери, и я сползла на гладкую поверхность крыльца, зажала глаза руками и лежала, не шевелясь.

Всё кончено.

Во мне не осталось ни капли сил.

Я больше ничем не могла помочь.

Подо мной задрожала земля, но я не могла заставить себя открыть глаза, отнять ладони от лица, даже не могла перестать плакать. Я понимала: это упали драконы, и теперь никого из них уже не спасти.

Как бы мы ни старались, кажется, граф Жермон победил.