Глава 13

Я превратилась в слух, все же мы не на легкую прогулку вышли, а участвуем в опасном мероприятии. – Короче, на нас напали те охотники, что сидели в таверне за столом у выхода, – рассказывал Ису. Я напряглась, вспоминая, кто это мог быть, но не смогла представить картинку. Меня провели через таверну так быстро, что я только общий шум услышала. А потом я сидела в повозке и тряслась в уголке от страха. – Та пятерка разбойников? – Да. Вот только не понимаю, почему они решили, что эрида именно у нас? Ису задумчиво погладил лошадь по боку, потрепал ее по холке. Та, довольная, тихонько заржала. – В той суматохе мы вполне могли не заметить, все ли бросились искать эриду. – Далась им она! Не могут оставить меня в покое! – не выдержала я. Пока мужчины разговаривали, я приготовила привал: расстелила на земле плащ, достала из седельных сумок еду. Ее оказалось не так много. Лепешки закончились, от сыра осталось несколько кусочков, вяленая рыба казалась такой непрезентабельной, что я посмотрела на нее и убрала обратно в сумку. – Еще бы! – хором набросились на меня спутники. – Наверняка уже разнеслись слухи, как ты избавилась от нескольких охотников. – Костер разжигать будем? – я огляделась. – Вроде бы никого нет. Хочется горячего чая. Я видела у камней цветущую душицу, ну или похожее на нее растение. – Фил, тебе решать. Головорез приложил палец к губам и прислушался. Мы тоже замерли. В напряженной тишине пели звонко птицы, шуршал в траве какой‑то мелкий зверек, играл листьями и травой ветер. Присутствия человека вблизи не наблюдалось. Уже вечерело, есть хотелось смертельно и спать, да и кони устали, а впереди, как я поняла, еще один опасный отрезок пути. – Ису, поднимись на дерево, – приказал Филберт. – Хотите увидеть следы дыма? Но уже темно. – А ты включи свой дар. – Э, о чем идет речь? – поинтересовалась я. Ису в моих глазах был природным лекарем и просто симпатичным пареньком. Фил же, кроме умения видеть в темноте и боевого мастерства, не обладал никакими магическими навыками. – Я тоже могу видеть в темноте. – Да вы опаснее всех эрид вместе взятых, – поддела я спутников. Они покосились на меня, но благоразумно промолчали. Ису полез на дерево. Я смотрела, как он карабкается по веткам, и молилась чтобы только не свалился. Но паренёк мгновенно забрался на верхушку единственного высокого ствола в округе и затих. Фил спокойно ждал, я же подпрыгивала от нетерпения. Темнота опускалась всё ниже и сгущалась. В отличие от мужчин я ночью не видела ничего, поэтому волновалась. Ису спустился так же быстро, как забрался. – Есть пару столбиков дыма, но далеко от нас. – Выше или ниже по склону? – Один очень высоко, а второй намного ниже. – Отлично, разводи костер. Но всё равно огонь разожгли со всеми предосторожностями: нашли большой камень, рядом с ним вырыли лунку и там сложили кострище. Вскоре в котелке закипела вода. Я бросила в неё собранную душицу. Поужинали быстро, привязали лошадей к дереву и легли спать. Я отключилась сразу, будто провалилась в яму, и во сне мне чудилось лошадиное ржание и крики. Вдруг я почуяла запах дыма и встрепенулась. Неужели нас опять подожгли? Села, напряженно вглядываясь в темноту, прислушалась – никого. Я втянула ноздрями прохладный воздух, почувствовала легкий дымок, но он шел от нашего кострища. «Паранойя у тебя, девушка», – решила я и снова легла. И тут взгляд упал на Барса. Конь стоял недалеко, смотрел куда‑то в сторону, вытянув шею. Филберт исчез. Сердце бешено заколотилось в груди. «Этот гад на сбросил? Завел в чащу и оставил? – один за другим всплывали вопросы. – Точно! Решил так отомстить эриде!» Я растолкала Ису, прилегшего рядом со мной. – А, чего? – мальчишка поднял голову. – Тихо. Посмотри своим зрением, нет ли кого в кустах. Что‑то Барс тревожится. – А где Фил? Я лишь пожала плечами. Сон слетел, будто его и не было вовсе. Ису на минуту замолчал, потом приложил палец к губам: – Засада, – едва слышно прошептал он. – И что делать? – Защищаться. И только он это сказал, как со всех сторон полетели стрелы. Мы бросились в кусты. Видно было, что лучники бьют наугад, не видя нас в предрассветном полумраке. Но и мы не понимали, откуда идет атака. Я выглянула с одной стороны, с другой, пытаясь понять, куда бежать, но шумело, грохотало и свистело везде. Но Фил выбрал хорошо защищенное место для стоянки. Слева был пролесок и склон горы, а справа – обрыв. Подобраться к нам со стороны обрыва никто не мог. Значит, стреляли сверху со склона. А оттуда мы были как на ладони. Противнику нужен был всего миг, чтобы понять, где мы с Ису прячемся. Нас пока спасала только ночная тьма. Но и в стане врага могла быть парочка косеров, прекрасно видевших в темноте. И, черт возьми, где же Фил? И вдруг на полянку выскочил человек и тут же упал, сраженный стрелой, прямо на куст, за которым мы сидели. Из его горла вырвался не крик, а сдавленный хрип. Я взвизгнула. – Там эрида! – раздался тут же крик. – Ловите ее! Разбойники, уже не скрываясь, выбегали из укрытия. Они как горох катились по склону к нашему привалу. И тут произошло странное: на миг бледное свечение рассвета исчезло в абсолютной тьме, будто туча закрыла луну и звезды. Это было жутко, словно нас запихали в непроницаемый мешок. – А‑а‑а, – со всех сторон понеслись крики. Мы не успели даже испугаться, как с глаз спала пелена, зрение вернулось, а нападавшие лежали на земле. – За мной, – раздался сзади голос Фила. Он дернул меня за рукав, и потащил за собой. Я полностью потеряла ориентацию. Верх‑низ, лево‑право – все было едино. Мы бежали, забыв свои вещи и коней, не разбирая дороги. А когда остановились, и я, и Ису просто упали плашмя на каменистую землю. Несколько минут не могли отдышаться, потом я села, осмотрелась. Мы находились на высоком утесе. Как взлетели на него, одним богам известно. В нормальном состоянии сделать такое было бы невозможно. – Ох! – услышала я сзади потрясенный голос Ису. – Что? – тут же встрепенулась. Но паренек только показывал в сторону, а там в предрассветном тумане покачивался веревочный мост. – Мы на месте? – у меня внезапно пересохло в горле. – Не совсем, – ухмыльнулся Фил. – С этого утеса на мост не попасть, придется идти в обход. – А наши вещи? Кони? И вообще, кто теперь на нас напал? – Сложно сказать, этих было слишком много. – Погодите! – я напряглась, вспоминая. – Ису, ты видел? На том разбойнике, что упал на куст, был камзол. Правда, цвет в темноте показался черным. – Точно! Каратели, – присвистнул мальчишка. – Но им‑то зачем ты? – Действительно. Это было странно. В конце концов все охотники выполняли одну задачу, поставленную лично королем: найти и принести цветок желаний. Зачем бороться с эридой? В чем резон? Наоборот, если с ее помощью добудится цветок, разве это плохо? – Может каратели хотят лично услужить королю? – предположил Ису. – Хватит болтать! – прервал нашу болтовню Филберт. – Расселись. Некогда. Не только мы приблизились к мосту. Я взглянула на пропасть и увидела, что на краю утеса идет бой. Вот один человек сорвался и полетел вниз. За ним другой. Они казались крохотными камушками, потому что звуки не доходили до нас. – Мы будем ввязываться в драку? – с сомнением спросила я. – Пока мы доберемся до места, охотники уже перебьют друг друга, – усмехается Фил. Мы начинаем спускаться по склону. Я думала тяжело подниматься в гору. Ничего подобного! Уже через несколько десятков метров напряженные мышцы гудели так, что казалось, будто упаду лицом в камни и больше не встану. Я передвигала ноги на автомате, видела впереди спину Филберта, а замыкал шествие Ису. Как только наш лидер остановился, мы с мальчишкой упали. Я лежала на прохладной земле, вдыхала пряный запах трав и чуть не плакала от счастья, что дали минуту передышки. – Больше не могу, – прошептал Ису. – Хватит ныть, включи свой дар! – приказал головорез. Ису сел, потер глаза, потянул за рукав меня. Я уставилась на него неподвижным взглядом, и произошла метаморфоза: его глаза стали белыми, а потом постепенно набрали голубизну. И я почувствовала, как силы буквально наполняют каждую клетку моего тела. – Фил, иди сюда, – устало позвал Ису головореза. – Сам справлюсь! Но и Фил с трудом держался на ногах, а без него мы с Ису не выберемся из этой заварушки. Я встала, подошла к нему, хватила за локоть и насильно усадила на землю. – Давай, работай, – попросила Ису. А сама внимательно следила за местностью, прислушивалась к звукам. Вдруг мне почудилось, что я слышу топот копыт. Я показала знаками, что нужно спрятаться. Мы залезли в кусты и замерли там. На полянку рысью выбежал Барс, а за ним показалась моя лошадка. У меня чуть слезы не брызнули из глаз от умиления. Для меня в этом мире было все удивительно, в том числе и животные, которые так преданы хозяевам. – Барс, чертяка! – я впервые увидела добрую улыбку на лице Филберта. Не ухмылку, не злобный оскал, а именно улыбку, настоящую, полную любви и нежности. Он стоял, прислонив голову к шее коня, и ласково похлопывал его по холке. И мое сердце мгновенно ответило бешеным стуком на этот призыв ласки и любви. «Жаль, что этот бандит так ненавидит эрид», – подумала я разочарованно. – Белла, садись на Буси, – будто сквозь пелену услышала я голос Фила. Белла? Не эрида, не тварь, не стерва? Просто Белла? От шока я пошла как сомнамбула на этот призыв. – Эй, очнись! – Что? На меня насмешливо смотрел Ису и показывал глазами на лошадь. И я очнулась, взглянула, и почувствовала, как краска заливает щеки. Я стояла почти вплотную к Филберту, держала его за руки. – Эрида, ты хочешь меня съесть? – Фил откровенно смеялся надо мной. – Не думал, что такой вкусный. Смотри, подавишься. – Идиот! Я стукнула его кулаком, но он увернулся. Тогда гордо задрала подбородок и походкой балерины подошла к Буси. Лошадка повернула голову и тихонько заржала. Я вставила ногу в седло, но перенести тяжесть тела не получилось, сорвалась. И тут широкие ладони подхватили мою попу, подкинули, и я взлетела в седло. – Ису, садись перед ней. «Ага, боишься?» – торжествовала по себя я. Но дорога снова пошла в гору, и я настороженно начала вглядываться в окрестности. Сколько мы поднимались, не знаю, но, когда до нас стали доноситься крики, Фил поднял руку. Мы спешились, отпустили животных, и дальше уже передвигались гуськом, прячась от врагов за кустами и камнями. Наконец я увидела толпу охотников. Они уже не ссорились, наоборот, о чем‑то мирно совещались. – Что будем делать? – одними губами спросила я Филберта. – Атаковать…