ГЛАВА 15

Марианна Айгари

К замку мы ехали в гробовом молчании.

Тин попытался было о чем-то спросить меня, но я так на него посмотрела, что он снова предпочел мирно дремать в пути.

Всю дорогу я думала об услышанном и о том, что делать дальше. И все отчетливей понимала, что у меня нет выбора. Андрис был прав: чтобы выжить, я должна была либо сменить тело, став распутной шпионкой-убийцей, либо… притвориться принцем в надежде на спасение с помощью древнего артефакта, о котором всерьез говорят только ненормальные.

Это было в лучшем случае грустно.

Громко с тоской вздохнув, я прикусила губу и посмотрела на Тина. Тот, видимо, решил, что я слишком волнуюсь, и попробовал меня взбодрить:

— Почти приехали, — сказал он. — Скоро будем на месте, и вы сможете…

Парень прервался, подбирая слова. Я заломила бровь в ожидании.

— Ну-у… — Тин поелозил на сиденье. — Попрощаться с близкими. Ой, то есть пообщаться! Пообщаться с близкими, конечно.

— Потрясающе, — я закатила глаза.

— Его высочество, скорее всего, уже смог привести ваше тело в порядок, — не сдавался Тин. — Наверное… Если его сил достаточно.

— Да чтоб тебя! — вмешался Андрис.

Немного сбросив скорость, он обернулся ко мне с водительского сиденья и попросил:

— Не стоит принимать его слова близко к сердцу, эра Айгари. Тин не думает, что говорит.

— То есть принц вылечил мое тело? — грустно улыбнувшись, спросила я. — И мне не о чем переживать?

Старший советник зло посмотрел в зеркало заднего вида, отчего рыжий отчаянно втянул шею в плечи, стараясь стать меньше и незаметней.

Снова повисла гнетущая тишина.

Страх внутри меня нарастал, закручивался спиралями, задевая то желудок — отчего начинало мутить; то сердце — тогда казалось, что оно вот-вот выпрыгнет из груди.

Словно чувствуя мое состояние, Андрис остановил машину у края дороги и внимательно посмотрел на меня.

— Что мне сделать, чтобы вам стало легче? — спросил он, участливо глядя в мои испуганные глаза.

Такой близкий и одновременно далекий мужчина. Тот, кого мне так и не довелось хорошо узнать…

И я вдруг вспомнила наш единственный танец. Тогда Геррард пригласил меня, а я старалась задеть его за живое, понятия не имея, что теряю драгоценное время. Мне бы так хотелось и вправду повернуть время вспять, чтобы повторить все сначала. Но как следует, без глупых обид, недомолвок и смущения.

Теперь, когда я поняла, что мои дни сочтены, когда осознала, что конец действительно близок, жажда жизни проснулась во мне особенно остро, как никогда.

Хотелось кричать от злости и обиды, метаться и стенать. Так нечестно! Неправильно! Тем более теперь, когда я встретила мужчину, способного справиться с моим невезением тремя словами-обещаниями: «Все будет хорошо».

Неужели нам с Геррардом не суждено больше потанцевать? Или поругаться вволю?! Или погулять в парке на Роуз Гарден Стрип, наблюдая искоса за любопытными сплетницами и строя догадки, что они скажут о нас?

Неужели я никогда не смогу почувствовать вкус поцелуя Андриса на своих губах? Он ведь наверняка потрясающе целуется!

— Чего мы встали? — прервал мои мысли Бурис. Здоровяк выглянул из-за спинки сиденья и посмотрел на меня, сообщая: — Там уже замок, эра Айгари. Мы и правда почти на месте. Не плачьте.

Я очнулась.

Быстрым движением пальцев смахнула две преступные слезинки, катившиеся из глаз принца, и, отгоняя грусть прочь, попросила, обращаясь к Андрису:

— Верните меня в мое тело, эр Геррард.

Он нахмурился, зло зыркнул на Буриса. Здоровяк тут же вернулся на свое место, практически полностью скрывшись за спинкой сиденья, но начал громко обиженно сопеть.

— Это не совсем разумно, — начал старший советник, вновь посмотрев на меня. — И небезопасно для вас. А еще…

— Андрис, — прервала я его, качая головой, — пожалуйста. Я хочу вернуться сейчас. Помоги мне.

Что-то в нем изменилось.

Мне даже почудилось, что старший советник его величества испытал растерянность или смятение. Несколько бесконечных секунд он смотрел на меня с недоверием, словно пребывая в замешательстве. Еще бы, я ведь нарушила правила приличия и назвала его по имени без регалий.

Еще и при свидетелях! Те, к слову, никак не реагировали и вообще старались слиться с обивкой магобиля.

Но вот Андрис Геррард вернул привычное равнодушие на лицо, откашлялся и настойчиво попросил:

— Только не говорите никому, Мари. Тяните время до моего появления. Пожалуйста.

— Хорошо.

Я улыбнулась ему, забыв, что все еще должна стыдиться своей вульгарной выходки.

— Хорошо, — повторил он, повторяя мою глупую улыбку. — Вы обещали мне.

Он медленно протянул руку, ласково касаясь кожи и выводя пальцем некий символ на лбу принца.

Андрис что-то пробормотал, и мир вокруг пошатнулся. Я вцепилась в обивку сиденья, моргнула и… очнулась уже в другом месте, чтобы обалдело уставиться на оголенное женское бедро с небольшим родимым пятном в виде сердца.

— Ну? — послышался голос Мэделин откуда-то из-под нескольких юбок, задранных ею на голову. — Убедились?! Это сердце!

— Э-э, — простонала я.

— Убедились, я спрашиваю?!

— Ага. — Я отпрянула подальше и вжалась в спинку кресла.

— То-то же! — обрадовалась сестра, начав раскручивать скатанную вверх штанину от панталон. — Вы проиграли, драгоценный! Готовьте лоб для щелбанов!

Следующую минуту я просто ждала, пока Мэди приведет себя в порядок, формулируя правильные слова. Но правильных никак не находила…

Моя сестра, так непохожая на себя обычную, стояла совсем рядом раскрасневшаяся, шумно дышащая и… прячущая взгляд от волнения! Она расправляла юбки, разглаживала складки на ткани, при это глупо ухмыляясь, будто совершила нечто невероятно веселое.

— Что ж, — нарушила молчание Мэди, все же посмотрев на меня, — подставляйте лоб, ваше высочество!

Я прикусила губу и медленно покачала головой.

— В чем дело? — не поняла она. — Родимое пятно вы видели! И это сердце. Так?

Я кивнула.

— Вы проиграли! — постановила сестра. Расправив плечи, она счастливо улыбнулась и принялась разминать длинные пальцы, мерзко ими хрустя.

— Фу, Мэди, прекрати! — поежилась я. — У меня и так травма от увиденного. Кажется, даже смена тела уже не так пугает, как ожидание, что же я увижу и где окажусь!

Сестра замерла, открыв рот и растопырив глаза.

Я широко улыбнулась, совсем как она недавно, и, потянувшись, осторожно поднялась с кресла, прислушиваясь к внутренним ощущениям. Ничто не указывало на болезнь. Присутствовала разве только легкая слабость в ногах, да и та могла появиться от вида… родимого пятна прямо перед носом.

— Мари? — Сестра прижала руку к груди и быстро огляделась по сторонам. — Не может быть! Когда?.. Как?

— Только что, — ответила я. — И сразу попала на визуальный аттракцион невиданной щедрости: «Девица Айгари и демонстрация ее филей».

— О… — удивительно, но Мэди, сующаяся со своими замечаниями в любые дела, по-прежнему не находила слов.

— Ого, — передразнила ее я, засмеявшись от непривычного образа растерянной сестрицы. — И эта девушка твердила, что принц — худший из всех возможных мужчин! Но вот стоило мне на часик отлучиться, как ты тут же перед ним оголилась!

— Это не то, что ты подумала! — запротестовала наконец Мэделин.

— Ой, оставь свои отговорки для сьерры О'нил, — отмахнулась я.

— Только не говори Дарлин! — запричитала сестра. — С ума сошла?! Она же меня заклюет!

— И поделом! Кстати, где все? Почему вы остались наедине?

— Ну, — Мэделин пожала плечами, — формально в комнате остались две девушки. Сестры. Нет ничего предосудительного.

— Угу, — фыркнула я, — но сьерра ведь знала, кто здесь оставался на самом деле! Неужели она действительно отважилась бросить вас здесь совсем без присмотра?

— Вообще-то меня и попросили понаблюдать за принцем. Не смотри так, Мари! Он был очень слаб, едва двигался, и это, знаешь ли, здорово нервировало. Но его величеству напомнили о гостях, и тому вместе с эром Геррардом-старшим пришлось отправиться развлекать дам. Только они ушли, как эр Ругуж прекратил молчать и попросил сьерру О'нил об аудиенции наедине. Он сказал, что имеет важную информацию о тебе и должен ей все рассказать без свидетелей…

— С чего бы это? — поразилась я.

— Не знаю, но он был очень убедителен. А принц, повторюсь, не внушал опасений — он лежал такой несчастный, бледный… Смотрел на меня грустно-грустно.

— Да я всю жизнь такая, ему даже притворяться не пришлось! Но раньше ты меня так не жалела.

— Эр Ругуж сказал, что дело плохо! — разозлилась Мэди. — Вот я и расчувствовалась!

— Так расчувствовалась, что аж юбки задрала.

— Да иди ты!..

Дверь в комнату открылась внезапно и громко. Мы с сестрой обернулись на звук одновременно, обе замолкая и принимая благостный вид. На пороге стоял его величество Марк Буджерс собственной персоной.

— Что здесь происходит?! — спросил он, грозно нас осматривая.

Руки Мэделин тут же ожили, принявшись вновь расправлять складки на юбке. Ее щеки покраснели, а движения выдавали нервозность.

— Мы просто разговаривали… — решила все-таки прояснить ситуацию я, но договорить не успела.

Сзади короля снова послышался шум. Следом до слуха донеслись знакомые голоса.

— А, вот и вы! — зло пророкотал его величество, входя в комнату и замирая в ожидании. За ним вбежали Андрис Геррард, принц и — последним — Тин.

— Вот и я! — сообщил Максимилиан, глядя на Мэделин. — Спешил как только мог!

— И все равно опоздали! — рявкнула она, поджимая губы.

Принц расстроенно повел плечами:

— Спор есть спор! Теперь для меня дело чести довести его до конца.

— Так! — Король всплеснул руками, желая нашего внимания. — Что происходит?! Немедленно говорите!

Я бы ответила ему хоть что-то, честное слово, если бы только поняла хоть слово. Все мои мысли, все внимание было отдано Андрису Геррарду, смотрящему на меня так жадно и обеспокоенно, как будто я стала для него по-настоящему важной.

— Ты готова? — одними губами спросил он.

— Да, — улыбнулась я.

— Какого хрена происходит?! — не сдавался король.

Глубоко вздохнув, я сжала кулаки и решилась. Отчаянные времена требовали смелых поступков.

Всего восемь шагов, и я замерла напротив Андриса. Он уже поднял руку, чтобы вновь коснуться моего лба для обмена телами, но… я перехватила его пальцы, сплетая их со своими, встала на носочки и потянулась вперед, совсем позабыв про стыд.

Старший советник мимолетно улыбнулся мне, в его глазах мелькнуло понимание. А уже в следующую секунду наши губы встретились в поцелуе. Ласковом, нежном, приветственном и — одновременно — прощальном.

— Максимилиан! — где-то совсем близко фальцетом закричал король. — Сын мой!

— Я здесь, отец, — ответил ему принц.

— Это ты?! Точно?! Клянись!

— Клянусь именем рода.

— Слава богу! — Марк Буджерс едва не рыдал от счастья. — У меня чуть сердце не остановилось!

Я, не выдержав, засмеялась прямо в губы Андриса, при этом с беспокойством вглядываясь в его лицо:

— Какой странный вышел поцелуй, — шепнула виновато.

— Запоминающийся, — поправил меня Геррард, после чего, слегка сжав мои руки в своих, сообщил: — Но нам уже пора в путь. Прошу вас, эра Марианна, отправиться со мной.

Андрис говорил, медленно смещаясь в сторону и становясь спиной к королю. Ловким движением руки, словно поправляя локоны на моей голове, он нарисовал на ней руну, шепнув напоследок:

— Все будет хорошо.

Чуть пошатнувшись, я моргнула, а открыла глаза уже в другом теле. Снова в принце.

И меня обнимал король, крепко сжимая ребра принца.

— Ну вот что, — выдал его величество, — больше никаких обменов! Я запрещаю! Ясно? Это приказ! Вы… — Он посмотрел на своего сына в моем теле. — Вместе с Андрисом вы вольны делать, что пожелаете, я одобрил его прошение об отлучке, хоть и не понимаю до конца, как вы надеетесь исправить случившееся.

Его величество отодвинулся от меня, тряхнул за плечи, крепко их сжав, и потребовал:

— Но ты, сын, клянись честью Буджерсов, что добровольно больше не последуешь в чужое тело! Родовые артефакты примут твой обет!

— Э-э… но… — услышала я собственный голос, прерванный легким шлепком по губам.

— Тихо-тихо, — залебезил Геррард, виновато глядя на принца, схватившегося за губы, — вы, эра, переволновались. Не дерзите его величеству, мы и без того сильно злоупотребили его хорошим отношением. Я, как и обещал, все устроил для нашего путешествия, эра Марианна, так что…

— Уже?! — снова запротестовал принц. — Но мне надо еще…

Он посмотрел на Мэделин. Мы с королем тоже обернулись к ней.

— Вы ведь ненадолго? — испуганно спросила сестра, медленно подходя к моему телу, в котором царил принц Буджерс. — Мари, что вы задумали? Мне кажется, это опасно. Сьерра должна знать о твоем уходе…

Принц протянул к ней руки, приманивая ближе.

Геррард громко прочистил горло, что-то проговорив и пряча фразу за кашлем.

— Заткнись, а то точно один пойдешь! — отмахнулся принц, отчего король снова схватился за сердце и в ужасе уставился на меня.

— Ну и сестрицы! — шокированно прошептал он. — Одна другой хлеще. Держись от них подальше, не то, помяни мое слово, не успеешь оглянуться, как случится беда.

Мне хотелось сказать, что его сынок, вообще-то, тоже далеко не подарок, но я вовремя вспомнила о своей миссии… Пришлось закрыть рот, покорно кивнуть, осуждающе качая головой и ожесточенно прислушиваясь к тому, что там несет принц.

— Мэделин, — говорил он, вцепившись в мою сестру, — мы не закончили!

— Что?

— Кхе-кхе-кхе, твою ж… — снова зешелся в кашле Андрис.

— Я говорю, что у нас с тобой не закрытая проблемка и я теперь спать не смогу, пока не проиграю до конца!

— Что?! — У Мэди глаза округлились едва ли не до размера блюдец.

— Пойдем! — взбесился Андрис. — У нас не так много времени, потом поговоришь… с сестрой. И она, конечно, все поймет, вы же родственные души и все такое.

— Ладно-ладно! — рявкнул Макс моим голосом. А потом вдруг подошел близко к Мэделин и прижался губами к ее щеке. Крепко так! Еще и обнял ее… — Пока. Не спорь без меня ни с кем, милая сестрица.

Так же порывисто отвернувшись, он попытался выйти из комнаты, но едва не упал, запутавшись ногой в длинной юбке.

— Ох ты ж… — Андрис подхватил мое тело за локоть, потянул на себя и, виновато посмотрев на короля, сообщил: — Зря я позволил ей выпить из своей фляги.

Марк Буджерс презрительно фыркнул.

Я, вспомнив об игре, снова покачала головой и совершенно искренне заметила:

— Может, и нам пропустить по стаканчику? Тяжелый выдался денек.

Король с пониманием похлопал меня по плечу и пошел к столику, на котором стоял пузатый графин с вином.

— Ты прав, сынок, ты прав.

— А я… — Мэделин посмотрела на меня растерянно. — Мне нужно вас покинуть, ведь если кто-нибудь войдет и увидит меня в таком обществе…

— Да, вам лучше уйти! — раздраженно бросил король.

И тут меня накрыла паника.

Я стала подмигивать Мэди, показывать руками, что обмен вновь произошел и что мне нужна ее помощь. Она прищурилась, покачала головой.

Король обернулся к нам.

— В чем дело?! — спросил он с подозрением.

— Я подумал, что мне стоит проводить эру Айгари, — ответила я, стараясь подражать речи Макса, — потому как…

Звон колоколов сбил меня с мыслей.

Дин-дин-дин. Дилин! Дон!!!

И снова. И снова…

Мое сердце зашлось в нервном беге, когда я осознала: началось!

— Что?! — Лицо короля вытянулось.

В кабинет почти сразу постучали, после чего ввалилось сразу несколько мужчин с круглыми от ужаса глазами. Один из них, в котором я узнала эра Оруэлла Ругужа, доверительно сообщил:

— Ваше величество! Молочный туман подступает с запада! Некто провел ритуал призыва и, кажется, собирается отправиться к непроходимым болотам за часами Первых Буджерсов.

— Не-е-ет, — король помотал головой. — Нет-нет.

— Что не так?

— Он бы не стал.

— Кто? — не понимал эр Ругуж.

— Или?.. Да не-е-ет… — Король медленно перевел взгляд на меня. — А ну-ка, подойди ко мне, сынок.

— Зачем? — Я сделала шаг назад.

— Чтобы лучше тебя видеть!

Собрав волю в кулак, я направилась к его величеству, думая о самом на тот момент интересном: «Если меня казнят сегодня, но Андрису удастся перевести время назад, оживу ли я в прошлом снова? Или?..».

— Ты так и не принес мне клятву, сын! — ворвался голос короля в мои мысленные стенания. — Дай слово именем Буддерса!

Он бросил взгляд на перстень, уютно устроившийся на одном из пальцев принца. Артефакт, будто живой, слегка нагрелся в ответ в надежде, что им и впрямь воспользуются.

Я испуганно покачала головой, на ходу придумывая доводы против:

— Но что, если мне вновь понадобится перевоплотиться? — попробовала первое попавшееся оправдание. — Ради блага короны.

— Это что ж за благо? — с интересом уточнил его величество, не спуская с меня глаз, полных одновременно и злости, и надежды.

Он бы хотел точно знать, что перед ним Максимилиан, его единственный сын и наследник. Король верил в наше благоразумие, в понимание важности и ценности жизни принца.

Зря…

Бог мой! Что мы натворили?.. Как же мне сказать ему, где теперь единственный наследник короны? Как признаться?! Или продолжить настаивать на своем? Как долго я смогу притворяться принцем?

Прежде чем я решила, что именно следует ответить, в приоткрытую и без того дверь ворвалась запыхавшаяся сьерра О'нил. Увидев эра Ругужа, она тут же отвела взгляд, чтобы испуганно заметить короля:

— Ох! Ваше величество! — Сьерра склонилась в глубоком реверансе. — Прошу простить моё вторжение, я не имела понятия, что здесь есть кто-то, кроме моей воспитанницы, и… А где Марианна?!

— Она ушла со старшим советником, — всхлипнув, ответила гувернантке Мэделин. — Простите, Дарлин, я не смогла ее удержать. Они придумали что-то…

— О-о!!! — восхищенно-неверяще воскликнул Эр Ругуж. — Так вот кто провел ритуал!.. Ого!

— Нет-нет, — снова запротестовал король, отчаянно продолжая настаивать на своем. — Столько дурачья погибло, отправляясь на поиски часов! Но Андрис не из их числа, к тому же он бы не стал рисковать жизнью эры Айгари.

— Вы правы, ваше величество, — задумчиво пробормотал Ругуж. — Девушка просто погибла бы на этих болотах. Без боевых навыков, без знания местности, она стала бы легкой добычей тумана, даже не успев понять всего ужаса перспектив.

Сьерра О'нил громко всхлипнула, и Мэделин, подойдя, обняла ее за плечи.

— Разве что… в теле девушки был бы кто-то более прыткий и натренированный, — не мог долго молчать Ругуж. — Тогда их шансы…

— Чушь! — Король взмахнул рукой. — Не говорите ерунды, Оруэлл! Андрис никогда не посмел бы тащить единственного наследника трона Флоириша на верную смерть только из-за призрачной надежды заполучить часы из легенды.

— А если бы надежда приобрела более реальные черты? — Я узнала второго мужчину, вошедшего с Ругужем, но предпочитавшего отмалчиваться все это время в стороне. — Что, если бы он нашел прямое напутствие в древней рукописи?

Отец Андриса выглядел очень уверенным в себе и говорил так, будто озвучивал мысли для самого себя, с лёгкой ленцой.

— Я бы велел ему засунуть это напутствие себе в!..

«Дин-дин-дин!!! — снова разразились звоном колокола, заглушая короля. — Дон-дон!!!».

— Нужно закрыть ставни! — опомнился эр Ругуж. — Туман совсем близко к замку!

Я хотела помочь ему. Дернулась вперед, сделала шаг и пошатнулась.

— Ваше высочество, — обеспокоенно обратился ко мне эр Геррард-старший, оказавшийся совсем рядом, — у вас кровь носом пошла.

Он протянул мне белоснежный платок из своего нагрудного кармана.

Я удивлённо посмотрела на отца Андриса, с сомнением провела пальцами по губам и подбородку, после чего уставилась на ладонь, действительно испачканную в красном… И сразу шикнула, чувствуя, как подогнулось от боли колено.

Упав на пол, я попыталась выпрямить ногу, но не смогла: острая боль пронзила меня от пятки до самой головы.

Не вытерпев, я вскрикнула, прикусила губу и зажмурилась, стараясь из последних сил сохранить видимость того, что в этом теле по-прежнему принц.

— Что происходит?! — Король, встав на колени рядом со мной, взирал с ужасом. — Сын!

Пришлось открыть глаза. Посмотрев в глаза королю, я покачала головой и всхлипнула, прошептав:

— Простите нас, ваше величество…

— Нет! — Он отшатнулся, схватился за виски. — Не может быть!

— Может, — констатировал расположившийся с другой стороны эр Ругуж. — И, похоже, все телесные повреждения на теле эры Айгари мы сможем лицезреть и на теле принца. Что ж, теперь судьба Максимилиана в его собственных руках, ваше величество. Вы всегда требовали от него волевых решений и самостоятельности, и сегодня мы стали свидетелями того, как это свершилось. Остается лишь верить…

— Это конец! — перебил его король, тяжело поднимаясь на ноги. — И даже если он найдет часы, то сломает их, неправильно воспользовавшись!

— Его вера в сына просто умиляет, — усмехнулся эр Оруэлл Ругуж, — но давайте не будем отчаиваться, ведь с ним Андрис. Все еще может закончиться хорошо.

Я бы очень хотела разделить его надежду, но в следующий момент снова вскрикнула, упав на спину и застонав от дикой головной боли…

Максимилиан Буджерс

— Ну ты и сволочь. — Я плелся следом за Андрисом, покидая замок через один из черных ходов, и никак не мог перестать корить его. — Мог дать мне еще минутку. У меня все было на мази…

— Хр… др… — неразборчиво ответил Геррард, взмахом руки открывая нам тайный проход между кустами роз.

— Сам, значит, успел увлечь сестрёнку Айгари, да так, что она на правила начхала! — продолжал я. — Она в тебя впилась как клещ, даже забыв упасть в обморок при виде моего отца. Что ты сделал? Пообещал ей снять проклятье? Нажал на какую-то точку на теле? Или ментально приворожил? Колись, дружище!

Геррард что-то прокряхтел, не сбавляя шага и не оборачиваясь.

Теперь нам приходилось идти через дикий сад к западным воротам. Я с удивлением осмотрелся: никогда не был в этой части двора, и, что особенно странно, даже в голову не приходило побывать.

Андрис остановился, прочертил на земле что-то пальцем и проговорил заклинание — заросли очередных кустов выше меня ростом нехотя расплелись, пропуская нас дальше.

— Какое милое место, — поделился впечатлениями я. — Ни птиц не слышно, ни людей…

— Здесь не бывает нога человека, — наконец разборчиво ответил советник. — Да и животные предпочитают обходить западную часть замка стороной.

— Есть еще что-то, чего я не знаю? — спросил я, начиная злиться. В собственных владениях меня заставили оставаться в неведении, как дитя малое.

— Проще начать с того, что знаешь, — хмыкнул Андрис, — и тогда потихоньку приоткрывать завесу тайн…

— Что?! — Я попытался идти быстрей, но снова чуть не упал, зацепившись за корягу. — Да мать твою! Что за пытка эта одежда в монашеском стиле!

— Налево! — скомандовал Андрис, исчезая за зарослями очередной буйной растительности.

Осторожно ступая следом и проклиная Марианну Айгари за выбор обуви, из-за которой мне вот-вот грозил вывих, я на миг остановился и посмотрел назад. Замок все так же стоял в отдалении, молчаливо взирая в вечность. Удастся ли нам повернуть время вспять или нет — неважно, он останется здесь незыблемым напоминанием о вещах, которые остаются постоянными несмотря ни на что.

— Надеюсь, ещё увидимся, — зачем-то сказал я, обращаясь к этой бездушной вековой груде камней, будто она могла меня слышать или понимать.

Но стоило отвернуться, как раздался звон колоколов, возвещающих о беде. На миг почудилось, будто это замок ответил единственным возможным способом, выразив так свою тревогу за меня, за будущее Буджерсов, за все…

Глупость, конечно! Откуда только берется подобная чушь в голове? Наверняка это влияние тела, в котором я вынужденно поселился: мозги-то в нем остались девичьи, вот и мерещится всякая ерунда!

— Макс! — позвал меня Геррард. — Ты что, струсил?!

— И не мечтай! — рявкнул я в ответ.

— Тогда где тебя носит?! Туман подступает. Скорей!

Я все же задрал юбки едва ли не до колен, после чего пошел вперед гораздо смелее.

Западные ворота поразили. Они оказались скорее пародией на свое название. Маленькая покосившаяся и сильно заржавевшая калитка среди высокого каменного забора смотрелась грустно, висела на честном слове и скрежетала от малейшего дуновения ветра. А вокруг буйным цветом раскинулись дикие вьюнки с множеством ядовитых колючек.

— Ну как можно было пропустить такое шикарное место для прогулок? — пробормотал я, переступая через смертельно опасные заросли с брезгливым недоумением. — Почему все здесь в таком запустении?

— Потому что только через эту тропу можно пройти к болотам, — нетерпеливо ответил Андрис. — В обычные дни здесь магическая заслонка, чтоб простые обыватели проходили мимо, а заинтересованные корпели над ловушками.

— Значит, я — тоже простой обыватель?!

— Оставь истерики на потом.

— С Марианной Айгари будешь так говорить!

— Ты в ее теле, я тренируюсь!

Я умолк, яростно сопя.

— Макс, прошу, возьми себя в руки и отнесись к делу серьезно. Мы не в бордель идем и не за карточный стол! — Андрис ткнул пальцем в сторону калитки: — Оттуда никто еще не вернулся живым!

— Ладно! — Я глубоко вздохнул. — Но зачем вы здесь ловушек навешали?

— Чтоб никто не лез сюда без разрешения и покровительства его величества. Но не волнуйся, я все обезвредил.

— Выходит, отец верил тебе, как никому другому, а ты предал его доверие, — усмехнулся я, снова идя за Андрисом. — Гнусный ты тип!

— Я не предал его, а лишь воспользовался своими знаниями ради высшей цели.

Из меня вырвался мелодичный девичий смех:

— Мне бы научиться так оправдывать свои бездумные поступки!

— Да ты и так…

Новый звон колоколов заставил нас обоих смолкнуть и с опаской уставиться сквозь ржавые прутья калитки на молочный туман, надвигающийся со стороны непроходимых болот.

— Пора, — тихо скомандовал Андрис, с натугой толкая железное недоразумение вперед.

Мы как раз вышли за ужасного вида калитку и замерли в ожидании тропы, что, по преданиям, должна была появиться перед нами среди тумана, когда я озадачился:

— Интересно, — спросил тихо, наблюдая, как белесая дымка окружает нас со всех сторон, словно принюхиваясь-присматриваясь, — кто написал про тропу, если живыми с этих походов за часами не возвращались?

Андрис не отвечал.

Посмотрев на него, я увидел лишь знакомые очертания, хотя стоял советник всего в нескольких дюймах.

— Хей! — позвал я.

Геррард повернулся и ответил нечто неразборчивое:

— …па, пай… — донеслось до меня, будто из-под воды.

— Что?

— Тропа!.. вым, ты… мной!

Я опустил взгляд и действительно увидел песчаную насыпь перед собой, уходящую вдаль витой лентой. Геррард оказался чуть в стороне от нее.

— Отлично! — крикнул я, задирая юбки. — Тогда вперёд!

И попробовал сделать шаг.

По ощущениям это было сравнимо с невидимой воздушной стеной, поддающейся с огромным трудом. Изумленно ойкнув, я рванул вперед со всем возможным энтузиазмом, вписавшись в странную преграду самой выдающейся частью лица. Стена оказалась неожиданно твердой местами!

Скотство.

— Чтоб тебя! — рявкнул я, мотнув головой и приложив уже больше сил, чтоб продавить магическую стену телом. Отпустив юбки, выставил вперед правое плечо и попер вперед.

— …той!.. диот! — послышалось от Геррарда совсем близко. — …лятье… жу!

— Поугрожай мне тут! — усмехнулся я, чувствуя, что близок к преодолению преграды.

И ведь получилось! Стена исчезла как по мановению волшебной палочки! Вжух, и… Жаль, что я не рассчитал последствия. Полетев навстречу песчаной тропе, я немного побарахтался в воздухе, лишь сильней запутавшись в долбаных юбках и в итоге прочертив коленками две колеи в волшебной тропе.

— Я тебя убью! — прокричал сзади безжалостный Геррард.

Впрочем, он же помог мне перевернуться и сесть.

— Сказал же, дай мне пройти первым! Ты за мной! Здесь нужно было прочесть заклинание! Черт, неужели так тяжело хоть раз быть нормальным адекватным человеком, Макс?!

— А мне откуда знать, что ты там вопил? — ответил я, с удивлением наблюдая россыпи блестящих звездочек перед глазами.

— Слушать надо было! Ладно, что уж теперь. Идти сможешь?

— Да, — гордо ответил я. Потом пошевелил правой ногой и с сомнением добавил: — Но это не точно. Кажется, что-то повредил все-таки… Какое хрупкое тело у этой девушки, что ты в ней только нашел?!

— Думаешь, влюбиться в кузнеца было бы разумней? — усмехнулся Геррард.

— Влюбиться?! — У меня аж челюсть отвисла, и сразу на нее что-то накапало. — Фу-у! Она ещё и нос разбила.

— Ты ей его разбил! — разозлился Андрис. — Дай посмотрю, что не так, а ты пока останови кровь.

Он всучил мне платок и быстро задрал вверх юбки, ощупывая ноги Марианны.

Я, чуть склонив вперед голову, зажал нос платком, с интересом наблюдая за действиями старшего советника. Он волновался, касался тела бережно, а стоило мне зашипеть от неверного движения, как на его лице отразилась мука.

Похоже, тело Марианны было ему и вправду дорого. Помню, я упал спьяну, пересчитав собой несколько лестниц в одном трактире, так единственное, что предложил этот «доброжелатель», — добить меня, чтоб ни он, ни я больше не мучились. А теперь стоит на коленях, раздувает от возмущения ноздри, тратит драгоценное время и волнуется как никогда…

— Ну? Что? — наконец спросил я, замечая при этом, что туман сгустился сильнее прежнего.

— Думаю, не все так плохо, — ответил Андрис. — Но ты должен кое-что сделать, Макс. Посмотри вверх и, считая до десяти, разглядывай туман. Если заметишь что-то странное, сразу скажи.

Я удивился такой просьбе, но послушно уставился туда, где обычно виднелось небо. «Один, — начал считать про себя, — два, три…».

— Твою мать!!! — последнее выкрикнул вслух, дернувшись в сторону. — Ты что творишь, изверг?!

— Это был вывих, — подтвердил советник то, о чем теперь я и сам догадался. — Кажется, вправил. Но нога все равно будет болеть…

— До свадьбы заживёт! — сообщил я в ответ, осторожно поднимаясь. — Если, конечно, мы спасем будущее этой девушки… Черт, голова кружится…

Геррард устало вздохнул, прикрыл глаза и, сделав шаг ко мне, прижал палец ко лбу, шепнув короткое заклинание. Головокружение прошло моментально, а с ним пришло ощущение странной пустоты…

Андрис бросил на меня хмурый взгляд, поясняя:

— Вы чуть не совершили очередной переход в тела друг друга, Макс. Мне пришлось его прервать, это может быть болезненным.

Я повел плечами и покачал головой, чувствуя боль только в ноге, но это вряд ли от манипуляций советника.

— Макс, — снова начал Андрис.

— Понял я, понял! — прервал его я. — Знаешь, отрежь-ка эти чертовы юбки по колено и пойдем! Я обещаю проявить больше ответственности и хладнокровия.

— Спасибо, — ответил он, вынимая из-за пояса нож.